ГРАФИТИ СТАЛИНА

Тошнотворное графити "великого" ничтожества - фараона сталина.
Город Мурманск, "страна рабов, страна господ".

Вы только полюбуйтесь на эту грандиозную мерзость. Это фото я взял у небезызвестного путиноида-сталиниста, штатской шляпы с псевдонимом "полковник Кассад" (здесь: https://colonelcassad.livejournal.com/10059804.html ). При  мерзавце сталине вся страна была загажена его истуканами и такими вот графити, которые сооружались сталинскими опричниками-подхалимами.

Теперь истуканы этому массовому убийце коммунистов сооружают путиноиды - буржуи и бюрократы (что совершенно логично - им нужна "сильная власть", чтобы она защищала их от народа), и антикоммунистический семейный бизнес деда Зю, называющийся "КПРФ".

А это - современные графити. Ими в Берлине загажено буквально всё, до чего могут дотянуться руки идиотов.

Те, кто мазюкают графити - ничтожные мещане, знающие, что от них после смерти не останется ничего. Их скотский ужас перед смертью можно понять и даже простить. Но непростительно то, что лживые политиканы и просто дураки, не понимающие реакционной и антинародной сути сталинского режима, искусственно реанимируют культ личности кровавого упыря сталина его истуканами. Это нельзя оправдать тем, что ещё несколько лет назад в России ставили памятники и мемориальные доски Краснову, Маннергейму и прочим фашистам. Мол, "теперь наша очередь и мы наставим повсюду памятники сталину!" Но ведь и то, и другое - кровавое варварство, и памятники варварству - тоже варварство.

Чтобы развеять тягостное впечатление от этого, перепостирую соответствующий отрывок из замечательного романа "12 стульев" Ильфа и Петрова ("Ильфа"-Файнзильберга убили сталинские палачи в 1937 г., "Петрова"-Катаева - гитлеровцы в Великую Отечественную войну в 1942 г.) Место действия - Дарьяльское ущелье близ станции Ларс, которая теперь стала пограничным переходом между двумя обломками СССР - Россией и Грузией:

*  *  *

И. Ильф и Е. Петров:

" Утро было так прелестно, что даже Ипполит Матвеевич, спрыснутый горным воздухом, зашагал бодрее вчерашнего.

 За станцией Ларс сейчас же встала грандиозная стена Бокового хребта. Долина Терека замкнулась тут узкими теснинами. Пейзаж становился все мрачнее, а надписи на скалах многочисленнее. Там, где скалы так сдавили течение Терека, что пролет моста равен всего десяти саженям, там концессионеры увидели столько надписей на скалистых стенках ущелья, что Остап, забыв о величественности Дарьяльского ущелья, закричал, стараясь перебороть грохот и стоны Терека:

 --Великие люди! Обратите внимание, предводитель. Видите, чуть повыше облака и несколько ниже орла. Надпись: "Коля и Мика, июль 1914 г." Незабываемое зрелище! Обратите внимание на художественность исполнения! Каждая буква величиною в метр и нарисована масляной краской! Где вы сейчас, Коля и Мика?

 Задумался и Ипполит Матвеевич.

 Где вы, Коля и Мика? И что вы теперь, Коля и Мика, делаете? Разжирели, наверное, постарели? Небось теперь и на четвертый этаж не подыметесь, не то что под облака -- имена свои рисовать.

 Где же вы, Коля, служите? Плохо служится, говорите? Золотое детство вспоминаете? Какое же оно у вас золотое? Это пачканье-то ущелий вы считаете золотым детством? Коля, вы ужасны! И жена ваша Мика противная женщина, хотя она виновата меньше вашего. Когда вы чертили свое имя, вися на скале, Мика стояла внизу на шоссе и глядела на вас влюбленными глазами. Тогда ей казалось, что вы второй Печорин. Теперь она знает, кто вы такой. Вы просто дурак! Да, да, все вы такие -- ползуны по красотам! Печорин, Печорин, а там, гляди, по глупости отчета сбалансировать не можете!

 --Киса,-- продолжал Остап,-- давайте и мы увековечимся. Забьем Мике баки. У меня, кстати, и мел есть! Ей-богу, полезу сейчас и напишу: "Здесь были Киса и Ося ".

 И Остап, недолго думая, сложил на парапет, ограждавший шоссе от кипучей бездны Терека, запасы любительской колбасы и стал подниматься на скалу.

 Ипполит Матвеевич сначала следил за подъемом великого комбинатора, но потом рассеялся и, обернувшись, принялся разглядывать фундамент замка Тамары, сохранившийся на скале, похожей на лошадиный зуб.

 В это время, в двух верстах от концессионеров, со стороны Тифлиса в Дарьяльское ущелье вошел отец Федор. Он шел мерным солдатским шагом, глядя только вперед себя твердыми алмазными глазами и опираясь на высокую клюку с загнутым концом, как библейский первосвященник.

 На последние деньги отец Федор доехал до Тифлиса и теперь шагал на родину пешком, питаясь доброхотными даяниями. При переходе через Крестовый перевал (2345 метров над уровнем моря) его укусил орел. Отец Федор замахнулся на дерзкую птицу клюкою и пошел дальше. Он шел, запутавшись в облаках, и бормотал:

 --Не корысти ради, а токмо волею пославшей мя жены!

 Эту же фразу он повторял, войдя в Дарьяльское ущелье. Расстояние между врагами сокращалось. Поворотив за острый выступ, отец Федор налетел на старика в золотом пенсне.

 Ущелье раскололось в глазах отца Федора. Терек прекратил свой тысячелетний крик. Отец Федор узнал Воробьянинова. После страшной неудачи в Батуме, после того, как все надежды рухнули, новая возможность заполучить богатство повлияла на отца Федора необыкновенным образом.

 Он схватил Ипполита Матвеевича за тощий кадык и, сжимая пальцы, закричал охрипшим голосом:

 --Куда девал сокровище убиенной тобою тещи?

 Ипполит Матвеевич, ничего подобного не ждавший, молчал, выкатив глаза так, что они почти соприкасались со стеклами пенсне.

 --Говори!-- приказывал отец Федор.-- Покайся, грешник!

 Воробьянинов почувствовал, что теряет дыхание.

 Тут отец Федор, уже торжествовавший победу, увидел прыгавшего по скале Бендера. Технический директор спускался вниз, крича во все горло:

 Дробясь о мрачные скалы,
Кипят и пенятся валы!..

 Великий испуг поразил сердце отца Федора. Он машинально продолжал держать предводителя за горло, но коленки у него затряслись.

 --А, вот это кто?!-- дружелюбно закричал Остап.-- Конкурирующая организация!

 Отец Федор не стал медлить. Повинуясь благодетельному инстинкту, он схватил концессионную колбасу и хлеб и побежал прочь.

 --Бейте его, товарищ Бендер,-- кричал с земли отдышавшийся Ипполит Матвеевич.

 --Лови его! Держи!

 Остап засвистал и заулюлюкал.

 --Тю-у-у!-- кричал он, пускаясь вдогонку.-- Битва при пирамидах или Бендер на охоте! Куда же вы бежите, клиент? Могу вам предложить хорошо выпотрошенный стул!

 Отец Федор не выдержал муки преследования и полез на совершенно отвесную скалу. Его толкало вверх сердце, поднимавшееся к самому горлу, и особенный, известный только одним трусам, зуд в пятках. Ноги сами отрывались от гранитов и несли своего повелителя вверх.

 --У-у-у!-- кричал Остап снизу.-- Держи его!

 --Он унес наши припасы!-- завопил Ипполит Матвеевич, подбегая к Остапу.

 --Стой!-- загремел Остап.-- Стой, тебе говорю!

 Но это только придало новые силы изнемогшему было отцу Федору. Он взвился и в несколько скачков очутился сажен на десять выше самой высокой надписи.

 --Отдай колбасу!-- взывал Остап.-- Отдай колбасу, дурак! Я все прощу!

 Отец Федор уже ничего не слышал. Он очутился на ровной площадке, забраться на которую не удавалось до сих пор ни одному человеку. Отцом Федором овладел тоскливый ужас. Он понял, что слезть вниз ему никак невозможно. Скала шла и опускалась на шоссе перпендикулярно, и об обратном спуске нечего было и думать. Он посмотрел вниз. Там бесновался Остап, и на дне ущелья поблескивало золотое пенсне предводителя.

 --Я отдам колбасу!-- закричал отец Федор.-- Снимите меня!

 В ответ грохотал Терек и из замка Тамары неслись страстные крики. Там жили совы.

 --Сними-ите меня!-- жалобно кричал отец Федор.

 Он видел все маневры концессионеров. Они бегали под скалой и, судя по жестам, мерзко сквернословили.

 Через час легший на живот и спустивший голову вниз отец Федор увидел, что Бендер и Воробьянинов уходят в сторону Крестового перевала.

 Спустилась быстрая ночь. В кромешной тьме и в адском гуле под самым облаком дрожал и плакал отец Федор. Ему уже не нужны были земные сокровища. Он хотел только одного -- вниз, на землю.

 Ночью он ревел так, что временами заглушал Терек, а утром подкрепился любительской колбасой с хлебом и сатанински хохотал над пробегавшими внизу автомобилями. Остаток дня он провел в созерцании гор и небесного светила -- солнца. Ночью он увидел царицу Тамару. Царица прилетела к нему из своего замка и кокетливо сказала:

 --Соседями будем.

 --Матушка!-- с чувством сказал отец Федор.-- Не корысти ради...

 --Знаю, знаю,-- заметила царица,-- а токмо волею пославшей тя жены.

 --Откуда ж вы знаете? -- удивился отец Федор.

 --Да уж знаю. Заходили бы, сосед. В шестьдесят шесть поиграем! А?

 Она засмеялась и улетела, пуская в ночное небо шутихи.

 На третий день отец Федор стал проповедовать птицам. Он почему-то склонял их к лютеранству.

 --Птицы, -- говорил он им звучным голосом, -- покайтесь в своих грехах публично!

 На четвертый день его показывали уже снизу экскурсантам.

 --Направо -- замок Тамары, -- говорили опытные проводники, -- а налево живой человек стоит, а чем живет и как туда попал -- тоже неизвестно.

 --И дикий же народ! -- удивлялись экскурсанты. -- Дети гор!

 Шли облака. Над отцом Федором кружились орлы. Самый смелый из них украл остаток любительской колбасы и взмахом крыла сбросил в пенящийся Терек фунта полтора хлеба.

 Отец Федор погрозил орлу пальцем и, лучезарно улыбаясь, прошептал:

 --Птичка божия не знает ни заботы, ни труда, хлопотливо не свивает долговечного гнезда.

 Орел покосился на отца Федора, закричал "ку-ку-ре-ку" и улетел.

 --Ах, орлуша, орлуша, большая ты стерва!

 Через десять дней из Владикавказа прибыла пожарная команда с надлежащим обозом и принадлежностями и сняла отца Федора.

 Когда его снимали, он хлопал руками и пел лишенным приятности голосом:

 И будешь ты цар-р-рицей ми-и-и-и-рра, подр-р-руга ве-е-ечная моя!

 И суровый Кавказ многократно повторил слова М.Ю.Лермонтова и музыку А.Рубинштейна.

 --Не корысти ради, -- сказал отец Федор брандмейстеру, -- а токмо...

 Хохочущего священника на пожарной колеснице увезли в психиатрическую лечебницу."

.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МУЖ ШУВАЛОВА И ЛЮДОЕДКА ЭЛЛОЧКА СОБЯНИН

-

Выступления Елены Шуваловой - депутата от КПРФ в Московской госдуре - всегда на ставшем ныне очень редким высоком уровне практического и логического мышления. Вот она выступает за сохранение и развитие троллейбусного транспорта, вместо бредовой затеи Собянина & Co с импортными "электробусами":

-

(Источник: https:// youtu.be/uyGnQQyn7qY ).

Это пример воистину государственного мышления. О депутате Шуваловой можно без преувеличения и лести сказать, что она воистину государственный деятель, или как говорили в старину, "государственный муж".

А Собянин, Путин и вся шайка "дорогих друзей" Путина - существа совершенно иного сорта. Плохо уже одно то, что они воры и мошенники. Но ещё хуже то, что они вдобавок ещё и совершенно некомпетентные невежды, легкомысленные мещане, которые сами легко ловятся на крючок "моды" и рекламы. В их пустых головах, как в детской погремушке, перекатывается лишь одна пошлая мыслишка: "На Западе всё самое лучшее, поэтому надо тупо и без дискуссий перенимать всё тамошнее."

Каждый человек в Эрэфии должен наконец-то прозреть сквозь туман гнусной буржуйской пропаганды на тот факт, что всё преступное и антинародное в нынешней государственной и экономической системе России - это "подарок" проклятого Запада. Запад руками предателей - Горбачёва, Ельцина и Путина - отобрал у всех и в Восточной Европе, и в обломках СССР пусть не идеальную, но несравненно лучшую, чем капитализм, систему советского образца, и навязал всем обманутым западной пропагандой народам иго капиталистических хищников.

Режим Ельцина и Путина создан Западом по образцу вассальных коррупционных фашистских диктатур "банановых республик" в Латинской Америке, ретроградных феодальных фашистских деспотий Ближнего Востока вроде Саудовской Аравии, диктатур откровенных воров и убийц в чёрной Африке (вроде "президентов" Уганды или Либерии), фашистских псевдодемократий Украины, Прибалтики, Индии и т.д. и т.п. И другими прозападные режимы в России, на Украине, в Прибалтике и т.п. быть никак не могут, потому что для буржуйского Запада эти страны - "законная добыча победы в Холодной войне", их хищническое пожирание Западом идёт уже 30 лет, и конец уже близок, если они не освободятся от прозападного рабства, не свергнут иго капитализма.

Запад паразитирует на России благодаря безостановочной откачке валюты из России в западные банки - как средств, частным образом наворованных олигархами и чинушами, так и "инвестиций" "банка России" (а правильнее - банка разграбления России) в западные "ценные бумаги", т.е. фантики. На какую сумму выкачана валюта на Запад - на такую сумму западный империализм получил ЗАДАРОМ из России реальные материальные ценности - сырьевые и энергетические ресурсы, на такую сумму не было сделано экстренно необходимых государственных инвестиций в инфраструктуру и производительную экономику России, наподобие тех, которые делались в СССР закупкой западного промышленного оборудования. Дальнейшим разорением России гнилой мафиозный режим косноязычного бездаря Путина покупает у Запада день ото дня лишь отсрочку своего полного подчинения Западу.

Режим Путина пропагандирует и навязывает народу всё западное, всё импортное не только потому, что внешняя торговля захвачена олигархатом, но и потому, что навязываемая масс-медиями мода на всё западное и рекламная иллюзия "райского Запада" порождают тупое обезьянье подражание проклятому буржуйскому Западу и подпитывают те же самые вреднейшие иллюзии о "добреньком капитализме", которые позволили Горбачёву и Ельцину уничтожить Советский Союз и теперь могут быть использованы для мнимой смены режима, например, с Путина на "великого борца с коррупцией" лицемерного ЦРУшника Навального, которая ещё более усугубит агонию страны и народа. Если не дай бог Навальный (персонаж той же космополитской национальности, что и Порошенко и Зеленский) дорвётся до власти, то Россией напрямую будет управлять Госдеп США, как он это делал при Ельцине-Гайдаре-Кириенко и как он это делает теперь на Украине (руками  своих марионеток - ранее Порошенко, а теперь - Зеленского).

Ельцин, его наследник Путин и вся кремлевская блатная банда олигархов и проходимцев - ставленники Запада, и именно поэтому в буржуйской Эрэфии рушится абсолютно всё. Ведь Западу надо растерзать и добить нашу Родину, и для выполнения этой задачи наиболее подходит именно власть неадекватных и ничтожных персонажей. Путин и его "дорогие друзья" - марионетки в руках Запада. Их "патриотизм" - ложь от начала и до конца. Они - блатняги и ничтожества. Короче говоря, единственный путь возрождения России - построение коммунизма.

-

А собственные мыслишки и затеи Иудушки Путина и его "дорогих друзей", включая Собянина (в отличие от получаемых ими приказов из Госдепа США), мало чем отличаются от таковых Людоедки Эллочки - сатирического персонажа из романа Ильфа и Петрова "Двенадцать стульев". Для напоминания выкладываю здесь соответствующие выдержки из главы 24 этого романа:

"Словарь Вильяма Шекспира, по подсчету исследователей, составляет 12 000 слов. Словарь негра из людоедского племени «Мумбо-Юмбо» составляет 300 слов.

Эллочка Щукина легко и свободно обходилась тридцатью. Вот слова, фразы и междометия, придирчиво выбранные ею из всего великого, многословного и могучего русского языка:

Хамите.

Хо-хо! (Выражает, в зависимости от обстоятельств, иронию, удивление, восторг, ненависть, радость, презрение и удовлетворенность.)

Знаменито.

Мрачный. (По отношению ко всему. Например: «мрачный Петя пришел», «мрачная погода», «мрачный случай», «мрачный кот» и т. д.)

Мрак.

Жуть. (Жуткий. Например, при встрече с доброй знакомой: «жуткая встреча».)

Парниша. (По отношению ко всем знакомым мужчинам, независимо от возраста и общественного положения.)

Не учите меня жить.

Как ребенка. («Я его бью, как ребенка» — при игре в карты. «Я его срезала, как ребенка» — как видно, в разговоре с ответственным съемщиком.)

Кр-р-расота!

Толстый и красивый. (Употребляется как характеристика неодушевленных и одушевленных предметов.)

Поедем на извозчике. (Говорится мужу.)

Поедем в таксо. (Знакомым мужеского пола.)

У вас вся спина белая (шутка).

Подумаешь!

Уля. (Ласкательное окончание имен. Например: Мишуля, Зинуля.)

Ого! (Ирония, удивление, восторг, ненависть, радость, презрение и удовлетворенность.) Оставшиеся в крайне незначительном количестве слова служили передаточным звеном между Эллочкой и приказчиками универсальных магазинов.

(...)

Эллочка четыре года тому назад заметила, что у нее есть соперница за океаном. Несчастье посетило Эллочку в тот радостный вечер, когда Эллочка примеряла очень миленькую крепдешиновую кофточку. В этом наряде она казалась почти богиней.

— Хо-хо, — воскликнула она, сведя к этому людоедскому крику поразительно сложные чувства, захватившие ее существо. Упрощенно чувства эти можно было бы выразить в такой фразе: «Увидев меня такой, мужчины взволнуются. Они задрожат. Они пойдут за мной на край света, заикаясь от любви. Но я буду холодна. Разве они стоят меня? Я — самая красивая. Такой элегантной кофточки нет ни у кого на земном шаре».

Но слов было всего тридцать, и Эллочка выбрала из них наиболее выразительное — «хо-хо».

В такой великий час к ней пришла Фима Собак. Она принесла с собой морозное дыхание января и французский журнал мод. На первой его странице Эллочка остановилась. Сверкающая фотография изображала дочь американского миллиардера Вандербильда в вечернем платье. Там были меха и перья, шелк и жемчуг, легкость покроя необыкновенная и умопомрачительная прическа.

Это решило все.

— Ого! — сказала Эллочка самой себе. Это значило: «Или я, или она».

Утро другого дня застало Эллочку в парикмахерской. Здесь Эллочка потеряла прекрасную черную косу и перекрасила волосы в рыжий цвет. Затем удалось подняться еще на одну ступеньку той лестницы, которая приближала Эллочку к сияющему раю, где прогуливаются дочки миллиардеров, не годящиеся домашней хозяйке Щукиной даже в подметки: по рабкредиту была куплена собачья шкура, изображавшая выхухоль. Она была употреблена на отделку вечернего туалета. Мистер Щукин, давно лелеявший мечту о покупке новой чертежной доски, несколько приуныл. Платье, отороченное собакой, нанесло заносчивой Вандербильдихе первый меткий удар. Потом гордой американке были нанесены три удара подряд. Эллочка приобрела у домашнего скорняка Фимочки Собак шиншилловый палантин (русский заяц, умерщвленный в Тульской губернии), завела себе голубиную шляпу из аргентинского фетра и перешила новый пиджак мужа в модный дамский жилет. Миллиардерша покачнулась, но ее, как видно, спас любвеобильный папа-Вандербильд. Очередной номер журнала мод заключал в себе портреты проклятой соперницы в четырех видах: 1) в черно-бурых лисах, 2) с бриллиантовой звездой на лбу, 3) в авиационном костюме — высокие лаковые сапожки, тончайшая зеленая куртка испанской кожи и перчатки, раструбы которых были инкрустированы изумрудами средней величины, и 4) в бальном туалете — каскады драгоценностей и немножко шелку.

Эллочка произвела мобилизацию. Папа-Щукин взял ссуду в кассе взаимопомощи. Больше тридцати рублей ему не дали. Новое мощное усилие в корне подрезало хозяйство. Приходилось бороться во всех областях жизни. Недавно были получены фотографии мисс в ее новом замке во Флориде. Пришлось и Эллочке обзавестись новой мебелью. Эллочка купила на аукционе два мягких стула. (Удачная покупка! Никак нельзя было пропустить! ) Не спросясь мужа, Эллочка взяла деньги из обеденных сумм. До пятнадцатого оставалось десять дней и четыре рубля.

(...)

Остап постучал в дверь, совершенно не думая о том, под каким предлогом он войдет. Для разговоров с дамочками он предпочитал вдохновение.

— Ого? — спросили из-за двери.

— По делу, — ответил Остап.

Дверь открылась. Остап прошел в комнату, которая могла быть обставлена только существом с воображением дятла. На стенах висели кинооткрыточки, куколки и тамбовские гобелены. На этом пестром фоне, от которого рябило в глазах, трудно было заметить маленькую хозяйку комнаты. На ней был халатик, переделанный из толстовки Эрнеста Павловича и отороченный загадочным мехом.

Остап сразу понял, как вести себя в светском обществе. Он закрыл глаза и сделал шаг назад.

— Прекрасный мех! — воскликнул он.

— Шутите! — сказала Эллочка нежно. — Это мексиканский тушкан.

— Быть этого не может. Вас обманули. Вам дали гораздо лучший мех. Это шанхайские барсы. Ну да! Барсы! Я узнаю их по оттенку. Видите, как мех играет на солнце!.. Изумруд! Изумруд!

Эллочка сама красила мексиканского тушкана зеленой акварелью и потому похвала утреннего посетителя была ей особенно приятна.

Не давая хозяйке опомниться, великий комбинатор вывалил все, что слышал когда-либо о мехах. После этого заговорили о шелке, и Остап обещал подарить очаровательной хозяйке несколько сот шелковых коконов, привезенных ему председателем ЦИК Узбекистана.

— Вы парниша что надо, — заметила Эллочка в результате первых минут знакомства.

— Вас, конечно, удивит ранний визит незнакомого мужчины.

— Хо-хо.

— Но я к вам по одному деликатному делу.

— Шутите.

— Вы вчера были на аукционе и произвели на меня необыкновенное впечатление.

— Хамите!

— Помилуйте! Хамить такой очаровательной женщине бесчеловечно.

— Жуть!

Беседа продолжалась дальше в таком же, дающем в некоторых случаях чудесные плоды, направлении. Но комплименты Остапа раз от разу становились все водянистее и короче. Он заметил, что второго стула в комнате не было. Пришлось нащупывать след исчезнувшего стула. Перемежая свои расспросы цветистой восточной лестью, Остап узнал о событиях прошедшего вечера в Эллочкиной жизни.

«Новое дело, — подумал он, — стулья расползаются, как тараканы».

— Милая девушка, — неожиданно сказал Остап, — продайте мне этот стул. Он мне очень нравится. Только вы с вашим женским чутьем могли выбрать такую художественную вещь. Продайте, девочка, я вам дам семь рублей.

— Хамите, парниша, — лукаво сказала Эллочка.

— Хо-хо, — втолковывал Остап.

«С ней нужно действовать на обмен», — решил он.

— Вы знаете, сейчас в Европе и в лучших домах Филадельфии возобновили старинную моду — разливать чай через ситечко. Необычайно эффектно и очень элегантно.

Эллочка насторожилась.

— У меня как раз знакомый дипломат приехал из Вены и привез в подарок. Забавная вещь.

— Должно быть, знаменито, — заинтересовалась Эллочка.

— Ого! Хо-хо! Давайте обменяемся. Вы мне стул, а я вам ситечко. Хотите? И Остап вынул из кармана маленькое позолоченное ситечко.

Солнце каталось в ситечке, как яйцо. По потолку сигали зайчики. Неожиданно осветился темный угол комнаты. На Эллочку вещь произвела такое же неотразимое впечатление, какое производит старая банка из-под консервов на людоеда Мумбо-Юмбо. В таких случаях людоед кричит полным голосом, Эллочка же тихо застонала:

— Хо-хо!

Не дав ей опомниться, Остап положил ситечко на стол, взял стул и, узнав у очаровательной женщины адрес мужа, галантно раскланялся."