ВНУШЕНИЕ ВИРТУАЛЬНОЙ "РЕАЛЬНОСТИ"

Чем дольше живёшь, тем больше убеждаешься в том, что мозги людей в основном наполнены результатами внушения - ложью и мусором. В последние годы основным инструментом засирания мозгов буржуйской пропагандой и рекламой стали "смартфоны", заменившие в этой роли телевидение, которое в свою очередь заменило кинотеатры. При этом буржуйские газеты издаются в убыток, даже с переходом с бумаги в Интернет. Причина этого очевидна: зрелища обладают бóльшей силой воздействия, чем текст.

Это было известно уже в античности. Как пример - вот цитата из "Исповеди" Св. Августина, Кн. 6, гл. 8:
"И он не оставил мысли о светской карьере, о которой родители надули ему в уши, и отправился в Рим изучать право. И там невероятно сильно и с необычайной страстностью увлёкся боями гладиаторов. Когда он ещё не одобрял и презирал подобные занятия, случилось ему однажды встретить своих друзей и соучеников, которые увлекли его с собой, хотя он упирался и протестовал, в амфитеатр, по-дружески применив силу; было это в дни самых жестоких и кровопролитных игр. Он сказал им: "Если вы и тащите сюда моё тело и заставляете его находиться здесь, можете ли направить глаза мои и дух мой на эти зрелища? Я буду присутствовать здесь, отсутствуя, и так превозмогу и вас, и эти дела".
Выслушав эти слова, они тем более не отступились от него, желая испытать, сумеет ли он исполнить обещанное. Когда пришли и разместились как могли, всё вокруг уже пылало жаром низменных удовольствий. Он же, закрыв врата очей своих, запретил душе выходить наружу, к таким низким делам, - ах, если бы он заткнул и уши! Ибо в один из моментов сражения дикий рёв толпы поразил его, и он, побеждённый любопытством и готовый презреть и превозмочь всё, открыл глаза; и тут рана более страшная была нанесена его душе, чем телу того, кого он пожелал увидеть, и пал он ещё более жалким образом, чем тот, падение которого вызвало рёв толпы, и рёв этот проник в его уши и разверз его глаза, и был он поражён и низвергнут, - более смелый, чем твёрдый, тем более слабый, что он ждал от себя того, чего следует ждать лишь от Тебя (Бога).
Ибо увидев кровь, он хлебнул свирепости и не отвернулся, а устремил взор и впитывал ужасное и не ведал того; и наслаждался греховным состязанием и опьянялся желанием кровопролития. И уже он не был тем, кем пришёл, а стал одним из толпы, к которой пришёл, и подобием тех, кем был приведён. Ещё и ещё он смотрел, орал, неистовствовал; и вынес с собою безумие, заставлявшее его возвращаться туда вновь и вновь, не только с теми, кто увлёк его за собой, а прежде их и увлекая теперь других." (Конец цитирования)

Такое же поведение типично для "спортивных" болельщиков, особенно - на футбольшых матчах. Оно подобно буйному помешательству; однако менее очевидное оболванивающее действие "смартфона" на тех, что пялятся на него каждую свободную минуту, подобное тихому помешательству, куда губительнее для своих жертв, потому что внешне никак не проявляется, как раковая опухоль внутренних органов. Мельтешение видеороликов и твитов на экране "смартфона" одурманивает и подменяет для них большую часть окружающего мира, будучи конкурирующей с ним за внимание виртуальной "реальностью".

Но если окружающий мир имеет свои физические и юридические законы и нормы поведения, то они изгнаны из виртуальной "реальности". В ней что ни шаг - выигрыши миллионов в лотерею, образ жизни "супермена", летающего по воздуху и побеждающего всех врагов, плюс все прочие реально невозможные чудеса. Жалкие жертвы "смартфонов" превращаются под их влиянием в асоциальных зверей-одиночек, в психопатов, многие шаблоны оперантного поведения которых неадекватны в окружающей действительности, потому что внушены фальшивой виртуальной "реальностью" буржуйской пропаганды и рекламы, переориентированы на неё.

В чём причина нынешнего назойливого, постоянного и всестороннего внушения виртуальной "реальности" народам во всём мире? - Конечно, в том, что это - любимый инструмент власти: с детства дезориентировать народ и внушить ему "идеи", то есть шаблоны поведения, отвечающие интересам господствующего класса и потому чуждые реальным интересам народа. В действительности эти интересы находятся в непримиримом противоречии, но виртуальную "реальность" манипуляторы поведения конструируют таким образом, что интересы господствующего класса маскируются как интересы народа. В этом - смысл и предназначение всего спектра существующих идеологий, от либерализма и анархизма (в периоды экономического процветания) до фашизма и сталинизма (в периоды экономического спада). Так как мы ввергнуты в очередной период спада (депрессии), то давайте вкратце разберём настойчиво внушаемую народу России идеологию сталинизма.

Для этого я процитирую отрывок стандартной лживой сталинистской брехни (источник: https://t.me/padikovo/12061 , цитирую по: https://colonelcassad.livejournal.com/10398313.html ):
"«Мы имеем врагов внутренних. Мы имеем врагов внешних. Об этом нельзя забывать, товарищи, ни на одну минуту» И. В. Сталин.
5 марта 1953 года умер Иосиф Виссарионович Сталин – один из величайших руководителей нашей страны за всю ее многовековую историю. Революционер, коммунист-большевик, в высшей степени эрудированный человек. Генералиссимус. Человек, который в труднейших политических и экономических условиях ХХ века сумел не только сохранить нашу Родину от полного уничтожения и разграбления соседними государствами, но вывел ее в число мировых сверхдержав. Благодаря блестящему уму и железной воле И. В. Сталина, наш народ в невероятно короткий срок преодолел экономическое отставание от передовых капиталистических стран и превзошел их по многим направлениям: в образовании и морально-этическом развитии, в науке и культуре, на полях сражений и в оборонной промышленности. Именно в Сталинском Советском Союзе человек труда впервые в мире получил возможность достойно жить и работать. Именно благодаря причастности к этим без преувеличения великим свершениям большинство людей, живших, учившихся, трудившихся и сражавшихся в то в суровое и блистательное для нашей страны время, сохранили искреннее уважение к И. В. Сталину. Именно поэтому антироссийские силы тратят огромные силы и средства на дискредитацию Сталина и очернение нашей истории во времена Советского Союза."  (Конец цитирования)

Всё это - наглая ложь с первой до последней строки. Я выделил курсивом лишь особо махровую, вопиющую ложь. Этот текст выдает подлого проходимца, уголовника и невежественного восточного деспота Джугашвили-сталина - массового убийцу большевиков и реакционного реставратора самодержавия и крепостничества - за уникально гениального сверхчеловека, полубога или даже бога, которому настоящие большевики (все, включая Ленина и Троцкого) и в подмётки не годятся. Этот текст я назвал стандартной сталинистской брехнёй именно потому, что сталинистская пропаганда неотступно далдонит одну и ту же напыщенную ложь, муссируя свою виртуальную "реальность" и тщательно избегая критического обсуждения личности не своего вымышленного божества, а Иосифа Джугашвили, каким он был в действительности, и его поведения во все периоды его жизни.

О нём написано много биографий и воспоминаний, которые сталинисты категорически отвергают, от "Завещания" В.И. Ленина и книги "Преступления сталина" Л.Д. Троцкого до книги "Сталин - политическая биография" И. Дойчера и Доклада Н.С. Хрущева ХХ съезду КПСС "О культе личности сталина и его последствиях". Любой может всё это прочесть и убедиться в правдивости этих произведений. Поэтому я лишь вкратце охарактеризую здесь тот страшный вред, который причинил подонок сталин делу социализма и нашей Советской Родине, с точки зрения радикального бихевиоризма, т.е. как разлагающее воздействие на поведение людей, попавших под преступную власть сталина.

Культ личности кровавого восточного деспота сталина реально воздействовал на поведение подвластных ему людей трояко:

- Во-первых, он пресекал и искоренял в людях инициативность поведения и творческий, новаторский подход к решению проблем. Все боялись сказать или сделать что-то новое, не получившее "одобрения" сталина и его бюрократического аппарата партийно-НКВДшной номенклатуры. Всё делалось лишь по приказу "свыше". Любые отклонения от "генеральной линии" жестоко карались. О том, какой катастрофический эффект это имело в годы Великой Отечественной Войны, советую прочесть опубликованную в СССР книгу А.М. Некрича "1941, 22 июня", а о вреде культа личности, постоянно действовавшем в мирное время - роман Дудинцева "Не хлебом единым". По-бихевиористски такое порочное, парализующее волю воздействие на людей называется "двойной связью - double bind", оно хорошо проанализировано в книгах Грегори Бейтсона (Gregory Bateson) и Рональда Лэинга (Ronald D. Laing).

Во-вторых, в сталинском царстве-государстве царила атмосфера страха. Восточный варвар сталин и его опричники воздействовали на народ только угрозами и наказаниями (так называемые "стахановцы", осыпанные наградами и почестями, были лишь пропагандистской показухой, не имевшей ничего общего с действительностью). Даже если сталин и его шайка номенклатурщиков и имели положительные цели развития экономики страны, они пытались достичь этого главным образом массовым подневольным трудом миллионов заключенных в концлагерях. По-бихевиористски такой образ действий называется применением отрицательного подкрепления (угроз и наказаний) нежелательного (свободного) поведения для принуждения к желательному поведению, что - как доказано массой экспериментов, проведенных проф. Б.Ф. Скиннером (B.F. Skinner) - чрезвычайно неэффективно, так как закономерно вызывает совершенно иное поведение - активное избегание наказания.

В-третьих, сталинская система тотального полицейского надзора и репрессий, поставлявшая в систему ГУЛаг'а массы подневольных трудящихся, изо всего народа поощряла и вознаграждала только доносчиков - "стукачей"-сексотов. Масс-медии сталинской диктатуры постоянно нагнетали паранойю страха перед "вредительством", "врагами народа" и "шпионами", о чём красноречиво свидетельствует заглавная фраза процитированной выше сталинистской брехни. Тот, кто был "стукачом" - доносил на окружающих - не только делал быструю карьеру "сталинского кадра" и получал за это поощрения и вознаграждения, но и был этим ещё в некоторой степени сам защищен от доносов других "сексотов". Опорой режима сталина были не только палачи, но и стукачи, сеявшие в народе взаимный страх и недоверие, даже между ближайшими родственниками. Этим власть сталинского режима отчуждала людей друг от друга, разлагая общество, в результате чего в годы сталинщины о социалистических отношениях братской солидарности и взаимопомощи не могло быть и речи. По-бихевиористски такая внутренняя политика режима сталина называется положительным подкреплением антиобщественного поведения. Напомню, что положительное оперантное подкрепление (поощрение и вознаграждение) - единственный способ сделать шаблон поведения (в данном случае подлое коварное доносительство) неудержимо распространяющимся и усиливающимся.

Короче говоря, практика сталинщины была вопиюще антиобщественной, антисоциальной. Сталинщина была реакционной реставрацией самодержавия и крепостничества, не имевшей ничего общего с социализмом, марксизмом и коммунизмом. А нынешний сталинизм - это мнимо "социалистический" фиговый листок, налепленный на срам олигархо-бюрократической буржуйской диктатуры Иудушки КаПутина. Другого объяснения назойливой пропаганды сталинизма просто нет. Разве не так, господа сталинисты?

В заключение надо проанализировать теоретическую (псевдонаучную) маскировку практики внушения виртуальной "реальности". Это - наш старый знакомый, заклятый враг радикального бихевиоризма - ментализм-когнитивизм. Итак, сперва процитирую недавний (конечно же, "отечественный", не западный!) когнитивистский текст. Я взял его потому, что в поисковике Google он гордо стоит на первом месте. Автор: Манцулич, В.В. Название: "История становления когнитивной психологии и развития взглядов на проблему когнитивных и метакогнитивных способностей личности". Вот её линк: https://cyberleninka.ru/article/n/istoriya-stanovleniya-kognitivnoy-psihologii-i-razvitiya-vzglyadov-na-problemu-kognitivnyh-i-metakognitivnyh-sposobnostey-lichnosti . Так как этот текст, как говорится, "обо всём и ни о чём", то процитирую лишь "Заключение", в котором должен был бы содержаться хоть какой-нибудь смысл:

Вы что-нибудь в этом тексте поняли? Я ничего не понял, потому что в этом тексте смысла вообще нет. А есть лишь жонглирование одними и теми же многократно повторяемыми "высоконаучными терминами", имеющее гипнотическое, усыпляющее действие. И какую "учёную" когнитивистскую статью или книгу ни возьми - там всё одно и то же, вся вот эта же бесконечная сказка про белого бычка. Это закономерно, потому что ментализм-когнитивизм - пустейшая схоластика. Когнитивизм - это примитивный солипсизм, вся суть которого содержится в вот этих рисунках:

Когнитивисты проповедуют, что в мозгу (только у "способных" буржуев!) якобы сидит какой-то независимый и изолированный от окружающего мира "познающий и управляющий" гомункулюс, или даже целая иерархия гомункулюсов, последовательно "познающих" мир через предыдущего гомункулюса и "управляющих" им:

Но ведь вся суть "разума" - это результат оперантного поведения - индивидуального приспособления организма к постоянно изменяющейся конкретной обстановке окружающего мира. Оперантное поведение не "познаёт окружающий мир", а реагирует на находимые в нём факторы подкрепления (положительного или отрицательного) т.е. является таким же инструментом выживания, как и эволюция по Дарвину - инструмент выживания биологического вида.

С другой стороны, когнитивизм изображает мышление "неспособных нищебродов", то есть эксплуатируемого и угнетаемого народа, как тупой механизм, которым можно и нужно манипулировать при помощи виртуальной "реальности". Это - две стороны классового когнитивистского понимания "когнитивных и метакогнитивных способностей":

Но в чём же на самом деле отличительная особенность человеческого поведения, называемая обычно "разумом", а в этом дурацком тексте - "когнитивными и метакогнитивными способностями"? Да только в том, что разум - это продукт общения. Без общения нет и не может быть разума, о чём свидетельствует тот факт, что навыков общения лишены как раз психически дефективные люди, в частности, жертвы аутистизма. У человека разум всегда выступает в языковой, речевой форме, являясь результатом общения и атрибутом человека как общественного существа. (Этим атрибутом, похоже, кроме человека обладают и такие морские млекопитающие, как киты и дельфины). Кстати, должен напомнить, что и человек в своём эволюционном прошлом прошёл длительную стадию водного образа жизни, смотри об этом записи этого блога, посвященные работам Элейн Морган (Elaine Morgan). И даже кошки и собаки, не имея дара речи, общаются с людьми, особенно интенсивно - со своими хозяевами, достигая взаимопонимания с ними и порой даже манипулируя их поведением. "Разум" - это отличительное свойство общественных существ, которые при помощи речевого общения делятся опытом, взаимно оказывают влияние на поведение друг друга, обманывают друг друга и т.д.

Всё это полностью игнорируется когнитивизмом - социальным заказом буржуазии, господствующей при помощи создаваемых ею фальшивых миражей рекламы и пропаганды. Буржуи внушают охмуряемому ими народу, что "реальны" эти миражи, то есть виртуальная "реальность", а не мрачная действительность классовой борьбы, угнетения и эксплуатации. Идеология буржуазии - крайний индивидуализм, отрицающий коллективизм. Поэтому капитализм - это варварство, способное на самые гнусные преступления.

Напротив, радикальный бихевиоризм утверждает общественную суть человека, оперантную взаимозависимость людей друг от друга, необходимость взаимопонимания для самого существования человеческого общества. Поэтому бихевиоризм является необходимым дополнением к марксистской* политэкономии; их совокупность - это действительно научный - бихевиористский - социализм. На эту тему можно долго разглагольствовать, но всё хорошо в меру. Поэтому на сегодня я ставлю на этом точку.

---

* В отличие от марксистской политэкономии - научного анализа капиталистической экономики, гегельянская антинаучная схоластика "диамата-истмата" - это бред сивой кобылы в лунную ночь.

.

ПЕР ВАЛЁ: "СТАЛЬНОЙ ПРЫЖОК" - 1

Гитлеровские эсэсовцы. В середине - врач-убийца Йозеф Менгеле,
проводивший садистские опыты над заключенными в Освенциме

Вчера я после нескольких лет перерыва навестил одну компанию, где у меня были знакомые. Помимо прочих разговоров о том и о сём я спросил их (всех четырёх), как они пережили "пандемию ковид". И все ответили одно и то же: что переболели ковидом, причём трое - несколько раз, несмотря на то, что получили полный комплект прививок от него. "Вакцинированные", они тупо повторяли ложь официальной пропаганды о том, что якобы "без прививок заболевание ковидом было бы ещё тяжелее"!!!

Потом я ушел, не попытавшись убедить их (по долгому опыту знаю, что это невозможно) в том, что мне, как бихимику с университетским образованием, уже в ходе вымышленной масс-медиями "пандемии ковид" стало ясно: что "мРНК-вакцины от ковида" - это биологическое оружие, вызывающее эту самую "болезнь ковид", а они - его жертвы. Что эти "вакцины" сделали их организмы фабриками по производству вреднейшего "спайк-белка" вируса ковид, причём эти "вакцины", будучи липосомными препаратами по образу и подобию вирусов, проникая в клетки "вакцинированного" организма, делают содержащуюся в них синтетическую (псевдо-уридиновую) мРНК способной рекомбинировать с геномами других вирусов, в результате чего некоторые "вакцинированные" становятся распространителями инфекции ковид.

Я уже давно опрашиваю знакомых и результат опроса примерно 30 человек - неизменный, причём без исключений: ковидом болели только те, кому вкололи "прививки от ковида", а те, кто избежал этой страшной участи (я в том числе) никогда ковидом не болели.

Насколько я знаю, глобалистская банда вакцинаторов (прежде всего - фармацевтические фирмы, производящие "вакцины" и подкупленные ею политиканы) не отказалась от своих людоедских затей, на которых она в ходе мнимой или правильнее - вызванной "прививками от ковид" "пандемии ковид" уже загребла миллиардные прибыли. Поэтому хочу предостеречь всех от того, чтобы верить буржуйским правительствам, когда они заявляют, что хотят "спасти население" от чего бы то ни было. Им всем - правительствам РФ, Германии, Англии, Франции, США и так далее - нельзя верить ни в чём. Уже много лет мой главный принцип таков: если государство что-то назойливо советует, надо поступать диаметрально противоположным образом. Поступая так, я ещё ни разу не раскаивался в этом.

Конечно, я не претендую на то, чтобы быть способным убеждать всех подряд "великим инфлюэнсером" под стать таким знаменитостям, как Гитлер, Джугашвили-сталин, Билл Гейтс, Клаус Шваб, Горбачёв, Ельцин, Путин и т.д. и т.п. Поэтому я перепостирую ниже ряд отрывков из политического детектива шведского писателя-марксиста Пера Валё (Per Wahlöö) "Стальной прыжок", написанноого в 1968 году. Эта повесть не только хорошо изображает медицинский тоталитаризм, который теперь стал реальностью "пандемии ковид", но и мрачную реальность существовавшего тогда хвалёного буржуйского "шведского социализма", который теперь всё больше вытесняется дигитальным тоталитаризмом. Напомню, что премьер-министр Швеции Олоф Пальме за его сопротивление глобальному произволу западного империализма был убит террористом-наёмником в 1986 году. Официально этот теракт так и не был "раскрыт".

В наше время, как и в 1930-е годы, буржуйская пропаганда не может скрывать тот факт, что от буржуйской "демократии" до фашизма - один шаг. Господствующий класс теперь больше не лицемерит и властвует с откровенным произволом. Поэтому держите ухо востро.

Перепостируемые отрывки повести содержат важнейшие эпизоды, за исключением концовочки, в которой всё объясняется. Герой повести - полицейский комиссар Йенсен. Надеюсь, что многие прочтут эту воистину захватывающую повесть в выходные дни, полный текст перевода на русский есть в Интернете, например здесь: https://royallib.com/book/vale_per/stalnoy_prigok_sbornik_skandinavskoy_fantastiki.html .

*  *  *

Пер Валё:

"СТАЛЬНОЙ ПРЫЖОК

1

Йенсен получил письмо с утренней почтой. (...)

Полицейский врач был высоким, сравнительно молодым человеком с щеткой рыжих волос на голове и резкими чертами лица. Он хорошо знал свое дело и, пожалуй, был лучшим полицейским врачом участка за последние десять лет. Йенсену он нравился.

– Правильно ли мы делаем? – сказал врач и покачал головой.

– Что именно?

– Да когда примешиваем эту дрянь к спирту. Чтобы вызвать идиосинкразию к алкоголю. Правда, за последние два года количество алкоголиков не увеличилось, зато…

Йенсен посмотрел на врача холодными, пустыми глазами.

– Договаривайте.

– …зато резко возросло количество самоубийств. Депрессия все углубляется.

– Статистика это опровергает.

– Вы не хуже меня знаете, чего стоит наша официальная статистика. Перечитайте собственные секретные донесения о несчастных случаях и самоубийствах. Об этой женщине хотя бы. Нельзя же без конца скрывать правду и притворяться, что ничего не произошло.

Врач засунул руки в карманы халата и посмотрел в окно.

– А вы слышали последние новости? Говорят, они собираются примешивать фтор и порошок от головной боли к питьевой воде. С медицинской точки зрения это безумие.

– Выбирайте выражения!

– Вы правы,—сухо сказал врач.

В комнате наступило молчание. Йенсен внимательно разглядывал письмо, пришедшее с утренней почтой. На белом конверте были напечатаны его имя и адрес. Внутри лежала прямоугольная белая карточка и синевато-серая марка с зубчиками по краям. На марке был изображен пролет моста, перекинутого через глубокую пропасть. Йенсен выдвинул средний ящик стола, достал деревянную линейку и измерил стороны карточки. Врач, внимательно следивший за его действиями, удивленно спросил:

– Зачем вы это сделали?

– Не знаю,—пожал плечами Йенсен.

Он положил линейку обратно и задвинул ящик стола.

– Какая старина!—заметил врач.—Деревянная, со стальной окантовкой.

– Да,—ответил Йенсен.—Она у меня уже двадцать девять лет. С тех пор, как пришел сюда. Таких теперь не делают.

Карточка, лежавшая в конверте, была длиной в четырнадцать и шириной в десять сантиметров. На одной стороне ее типографским способом был напечатан адрес, на другой пунктиром отмечен квадрат, куда следовало приклеить марку. Выше шел печатный текст:

ВЕРИТЕ ЛИ ВЫ В ПОЛИТИКУ ВСЕОБЩЕГО СОГЛАСИЯ И ВЗАИМОПОНИМАНИЯ? ГОТОВЫ ЛИ ВЫ ПРИНЯТЬ АКТИВНОЕ УЧАСТИЕ В БОРЬБЕ ПРОТИВ ВНУТРЕННИХ И ВНЕШНИХ ВРАГОВ ГОСУДАРСТВА?

ПРИКЛЕЙТЕ МАРКУ НА УКАЗАННОМ МЕСТЕ. НЕ ЗАБУДЬТЕ ПОДПИСАТЬСЯ.

ВНИМАНИЕ! ОПЛАЧИВАТЬ ОТКРЫТКУ НЕ НУЖНО.

Под пунктирным квадратом шла линия, где следовало написать свое имя. Йенсен перевернул открытку и взглянул на адрес:

Центральное статистическое бюро Министерства внутренних дел. Почтовый ящик 1000.

– Еще одно исследование общественного мнения,—сказал врач и пожал плечами. – По-видимому, все получили такие открытки. Все, кроме меня. Йенсен промолчал.

– А может, это очередная проверка лояльности. Перед выборами.

– Выборами? —пробормотал Йенсен.

– Ну да, ведь через месяц выборы. Но в таком случае это никому не нужно. Напрасная трата государственных средств.

Йенсен снова выдвинул ящик стола, достал зеленую резиновую губку из коробочки с надписью «Собственность полицейского департамента» и дотронулся до нее кончиками пальцев. Губка была совершенно сухая. Комиссар встал и вышел из комнаты. Войдя в туалет, он смочил губку водой из-под крана.

Вернувшись в кабинет, Йенсен сел за стол, провел обратной стороной марки по влажной губке и аккуратно приклеил марку к пунктирному квадрату. Затем положил открытку в ящик с почтой, предназначенной для отправки, спрятал губку в стол и задвинул ящик. (...)

2 (...)

Зазвонил телефон.

– Комиссар шестнадцатого полицейского участка слушает.

– Это вы, Йенсен?

Последний раз Йенсен слышал голос начальника полиции года четыре назад. Встречаться с ним ему приходилось еще реже. Неужели он позвонил, чтобы попрощаться?

– Да.

– Отлично. В течение ближайших минут вы получите письменный приказ. Он должен быть исполнен с максимальной быстротой.

– Понятно.

– Я знал, что могу на вас положиться, Йенсен. Йенсен посмотрел на электрические часы на стене.

– Через восемнадцать минут начинается мой отпуск по болезни,—сказал он в трубку.

– Что? Разве вы больны?

– Да.

– Очень жаль, Йенсен. Надеюсь, вы проинструктируете своего заместителя.

– Да.

– Это дело исключительной важности. Приказ поступил из… В общем, из высочайших кругов.

– Понятно.

Шеф полиции замолчал. Казалось, он не знал, как ему быть. Наконец он выдавил из себя:

– Ну желаю удачи, Йенсен.

– Благодарю вас.

Комиссар Йенсен положил трубку. Голос шефа показался ему испуганным. А может быть, он всегда был таким? (...)

В дверь постучали. В кабинет вошел полицейский в зеленой форме. Вытянувшись в струнку, он протянул комиссару красный конверт. Йенсен расписался на квитанции, и полицейский вышел из комнаты.

– Красный,—сказал врач.—Теперь все засекречено.

Он наклонил голову, стараясь разглядеть, что написано на конверте.

– «Стальной прыжок». Что это такое?

– Не знаю,—ответил Йенсен.—«Стальной прыжок». Не помню такого названия.

Он сломал печать и извлек приказ из конверта. Приказ состоял из одного листа бумаги с машинописным текстом.

– Так что же это такое?

– Список людей, которые подлежат аресту.

– В самом деле?—В голове врача послышались нотки сомнения.—В этой стране не бывает преступлений.

Йенсен медленно вчитывался в текст.

– В этой стране не совершаются преступления и не рождаются дети. Все довольны своим существованием. Нет счастливых людей, но нет и несчастных. Кроме тех, кто кончает жизнь самоубийством.

Врач замолчал. На его губах появилась грустная, едва заметная улыбка.

– Вы правы,—сказал он.—Мне действительно следовало бы попридержать язык.

– Вы слишком импульсивны.

– Пожалуй. Ну так что, любопытный список?

– С известной точки зрения, да,—сказал комиссар Йенсен.—Во всяком случае, могу вас утешить: вы в него включены.

– Отлично,—сказал врач.—По мнению некоторых специалистов, перед сложной операцией главное для пациента – хорошее настроение. Важно, чтобы он шутил и смеялся – это свидетельствует о его воле к жизни. А теперь мне надо идти. Да и вам тоже, если вы не хотите опоздать на самолет. Желаю счастья.

– Спасибо,—сказал комиссар Йенсен.

Не успела за спиной врача закрыться дверь, как Йенсен снял телефонную трубку и набрал трехзначный номер.

– Говорит Йенсен. Сейчас в дежурку спустится врач. Арестуйте его и поместите в камеру предварительного заключения.

– Полицейского врача?

– Да. И немедленно.

Он нажал на рычажок аппарата и вновь набрал трехзначный номер.

– Говорит Йенсен. Попросите начальника гражданских патрулей подняться ко мне. И вызовите такси.

Когда начальник гражданских патрулей вошел в кабинет комиссара, электрические часы на стене показывали без одной минуты десять.

– С десяти начинается мой отпуск по болезни,—сказал Йенсен.—Как вам известно, вы будете временно исполнять мои обязанности.

– Благодарю вас, комиссар.

– У вас нет никаких оснований благодарить меня. Вы знаете, что я всегда был о вас чрезвычайно низкого мнения, и вы назначены моим заместителем отнюдь не по моей рекомендации.

Начальник гражданских патрулей открыл было рот, собираясь что-то возразить, но передумал.

– Вот фамилии сорока трех человек, проживающих или работающих в районе шестнадцатого участка. Их следует немедленно арестовать, обыскать и поместить в камеры предварительного заключения. К вечеру за ними приедут из Центральной прокуратуры.

– Но, комиссар…

– Слушаю вас.

– В чем виноваты эти люди?

– Мне это неизвестно. Йенсен взглянул на часы.

– Итак, теперь вы комиссар шестнадцатого участка. Машина во дворе. Ключи на столе. (...)

11 (...)

Йенсен быстро направил бинокль на то окно в доме напротив, где раньше заметил лица, и успел уловить слабое движение: будто кто-то чуть отодвинул занавеску, стараясь рассмотреть дорогу.

Вернувшись к ночному столику, он вскрыл конверты и разложил их в хронологическом, как ему показалось, порядке. В первом конверте находилось послание:

«В городе вспыхнула серьезная эпидемия. В связи с этим отменяются всякого рода собрания и митинги. Встречи групп более трех человек запрещаются. Все граждане, неработающие в государственных учреждениях, должны оставаться дома. Школы и частные фирмы, где число работающих больше трех, немедленно закрываются. Населению рекомендуется пополнить запасы продовольствия. Оснований для паники нет. Правительство запросило медицинскую помощь, прибытие которой ожидается в ближайшее время. Соблюдайте строжайшую чистоту.

Все средства связи, радио, телевидение и телефон будут действовать лишь в ограниченных размерах. Не загружайте телефонную сеть ненужными разговорами.

Первые симптомы заболевания: слабость, головокружение, сильная головная боль, красные круги перед глазами. Если есть подозрение, что вы сами или кто-либо из членов вашей семьи заражены, немедленно обращайтесь в ближайшую санитарную станцию. Санитарные станции размещаются во всех районных школах. Ближайшая станция находится в школе вашего микрорайона.

Строжайше запрещается покидать город.

НЕ ПОДДАВАЙТЕСЬ ПАНИКЕ! ПАНИКА СПОСОБСТВУЕТ РАСПРОСТРАНЕНИЮ ЭПИДЕМИИI»

Послание, датированное 15 ноября, было выпущено Министерством здравоохранения, как и следующее, опубликованное ровно через неделю:

«Эпидемию удалось локализовать, однако положение по-прежнему остается серьезным.

Следуйте ранее обнародованным инструкциям. Дальнейшие сообщения будут передаваться по радио. Снабжение электроэнергией и водой в ближайшие дни будет ограничено. Поэтому наполните ванны и все имеющиеся у вас сосуды питьевой водой. Экономьте электроэнергию.

Все здоровое население с удостоверениями доноров должно прибыть на ближайшую санитарную станцию или прямо в главный госпиталь, секция В.

НЕ ПОДДАВАЙТЕСЬ ПАНИКЕ!»

Два других листка заметно отличались от извещений, разосланных Министерством здравоохранения. Во-первых, бумага была другой и меньшего формата. Во-вторых, они были напечатаны не типографским способом, а на ротаторе. И хотя ни на одном из них не было даты, Йенсену удалось установить, сравнив текст с записями в журнале полицейского патруля, что первое послание было разослано в прошлую среду, то есть 27 ноября. Текст его был кратким:

«С полуночи объявляется чрезвычайное положение. Всем жителям, кроме больных и доноров, категорически запрещается покидать квартиры. Каждый, кто обнаружит у себя признаки заболевания, обязан немедленно обращаться в районную санитарную станцию или непосредственно в Центральное налоговое управление, расположенное на 6-километровой отметке шоссе № 2. Донорам надлежит явиться в районную санитарную станцию или в центральный госпиталь. Ждите дальнейших сообщений.

Главный районный врач».

Услышав шум мотора, Йенсен подошел к окну и взял бинокль. По шоссе, направляясь на север, промчались три тяжело нагруженных военных грузовика. Груз был закрыт брезентом.

Йенсен взглянул на часы. Без одной минуты восемь.

Он вернулся к кровати и прочитал последнее извещение, размноженное на ротаторе:

«Эпидемия локализована, но чрезвычайное положение остается в силе. Начиная с этого момента, жителям категорически запрещается выходить из дома. Больные и доноры также должны оставаться дома и ожидать дальнейших указаний. Нарушители, подвергающие серьезной опасности здоровье нации, будут караться по всей строгости закона».

Это извещение также не имело даты. Под ним стояла та же подпись —главный районный врач. (...)

(Окончание следует)

.

ПЕР ВАЛЁ: "СТАЛЬНОЙ ПРЫЖОК" - 2

Пер Валё:

"СТАЛЬНОЙ ПРЫЖОК

(Окончание перепоста отрывков)

12 (...)

Йенсен остановился и посмотрел вокруг. Полицейская машина стояла там, где он ее оставил накануне.

Автомобиль был построен специально для патрульной службы – у него были бронированная обшивка и пуленепроницаемые стекла и шины. Он запирался изнутри, был оборудован двусторонней радиосвязью и магнитофоном. На автомобиле был установлен специальный двигатель с форсажом. Йенсен хорошо знал подобного рода машины. Подойдя к автомобилю, он без труда отпер дверцу и сел за руль. (...) Он выключил приемник, завел мотор, выехал на шоссе и направился к центру города.

И хотя ничто не препятствовало движению —автомобиль в одиночестве двигался по широкой автостраде,—Йенсен не торопился.

Минут через двадцать сзади послышался гудок клаксона. Йенсен взглянул в зеркало. Метрах в пятидесяти от него появилась белая машина «Скорой помощи». Йенсен не снизил скорости, но машина, не переставая сигналить, быстро догоняла его. Когда она поравнялась с полицейским автомобилем, Йенсен увидел на переднем сиденье двух мужчин в белых халатах. Мужчина, сидящий за рулем, отчаянно жестикулируя, пытался что-то ему объяснить жестами, но Йенсен невозмутимо продолжал путь. Тогда санитарная машина опередила полицейский автомобиль и начала оттеснять его с дороги на обочину. Шофер «Скорой помощи» выполнял этот маневр не очень искусно, и прошло не менее двух минут, прежде чем Йенсену удалось затормозить, чтобы избежать столкновения. «Скорая помощь» тоже остановилась поперек шоссе. Йенсен выключил зажигание, но с места не двинулся. Теперь он увидел, что его догнала не обычная карета «Скорой помощи», а фургон, перекрашенный в белый цвет; на его бортах и задней дверце был небрежно намалеван красный крест.

Мужчины вышли из машины и направились к Йенсену. За исключением синих повязок на рукавах, на них все было белое. Белые халаты, белые брюки, белые деревянные башмаки.

Один из них – высокий, с откинутыми назад длинными волосами и холеной темной бородкой. Из-под очков в черной оправе глядели серо-голубые глаза. На лице застыло серьезное, даже торжественное выражение.

Второй – худощавый, небольшого роста, с узким лицом. Волосы зачесаны набок, одна прядь падала на лоб. Полные губы раздвинуты в неуверенной улыбке. Взгляд карих глаз казался отсутствующим и был устремлен куда-то вниз.

Высокий попытался открыть дверцу автомобиля Йенсена. Дверца не открывалась. Тогда он сделал нетерпеливый жест и начал что-то говорить.

Йенсен показал на другую сторону автомобиля, протянул руку и нажал кнопку. Стекло опустилось. Люди в белых халатах обошли автомобиль.

– Вы больны или здоровы?—торопливо спросил высокий.

– Здоров.

– Выходите, мы должны вас осмотреть.

Йенсен не ответил. Высокий сердито посмотрел на него.

– Разве вы не слышали, что я сказал?

– Слышал.

– Тогда выходите.

Худощавый потянул товарища за рукав, показал на борт автомобиля и что-то произнес. Его голос был таким тихим и невнятным, что Йенсен не сумел разобрать слов. Высокий, выслушав его, кивнул и снова посмотрел на Йенсена.

– Почему вы ездите в полицейском автомобиле?

– Потому что я полицейский. Йенсен показал свой служебный значок.

– В таком случае вы больны,—категорическим тоном заявил высокий.

– Мы о вас позаботимся,—сказал тот, что поменьше, не глядя на Йенсена.—Ваше состояние может быть очень серьезным.

– Да, ваше состояние может быть очень серьезным,—повторил высокий твердым голосом.

– Я совершенно здоров. А кто вы такие?

– Врачи.

– У вас есть документы?

Мужчины одновременно сунули руки в карманы халатов и достали удостоверения в пластмассовых чехлах. Йенсен кивнул. Удостоверения казались подлинными.

– Вы нарушили запрещение выходить на улицу,—сказал высокий.—Мы обязаны вас задержать.

– Обязаны вас задержать,—прошептал маленький.

– Не думаю,—ответил Йенсен.—Повторяю, я из полиции.

– Ваше звание?

– Комиссар.

– Полиция не имеет никакой власти в городе. Кроме того, вы больны.

– А кто обладает властью?—спросил Йенсен.

– Органы здравоохранения.

– Кто ваш ближайший начальник?

– Главный врач.

– Главный врач?

Человек с застывшей улыбкой на узком лице снова прошептал что-то едва слышным голосом.

– Вот именно,—кивнул высокий.—Мы не обязаны отвечать на ваши вопросы. В городе объявлено чрезвычайное положение. Вы нарушили закон и ставите под угрозу безопасность населения.

Йенсен промолчал.

– Вы серьезно больны, и мы отвезем вас в больницу. Не беспокойтесь, все будет в порядке.

– Не беспокойтесь,—повторил маленький тихим голосом. Он сунул руку в карман и достал шприц. Задумчиво повертел его в руках и сказал, ни к кому не обращаясь:

– Какая у него группа крови?

– Какая у вас группа крови?—спросил высокий тоном, не допускающим возражения.

– РХ-отрицательная,—ответил Йенсен. Человек со шприцем на мгновение ожил.

– Великолепно,—прошептал он.—Великолепно. Пусть он выйдет из машины.

– Выходите из машины,—приказал высокий. Йенсен не двинулся с места.

– У нас чрезвычайные полномочия. Необходимо остановить распространение эпидемии. Вы сами должны это понять. Исполняйте, что вам приказывают.

– Куда вы хотите меня отвезти?

– В центральный госпиталь,—ответил высокий.

– Палата «В»,—пробормотал его коллега.

– Я сам поеду туда.

– Выходите немедленно. У нас нет времени на разговоры. РХ-отрицательная,—пробормотал маленький и взглянул на шприц.

– У нас есть более важные дела,—добавил высокий.

– Отлично,—сказал Йенсен.—В таком случае до свидания. Он протянул руку и нажал на кнопку. Стекло поползло вверх и отделило его от врачей. Человек со шприцем бросился вперед и в бессильной ярости дернул за ручку автомобиля. Высокий успокаивающим жестом взял его под руку и повел к «Скорой помощи». Маленький время от времени подозрительно оглядывался на Йенсена.

Врачи сели на переднее сиденье машины и, не закрывая дверцы, принялись что-то делать. Через мгновение Йенсен увидел, как человек с бородкой поднес к губам микрофон и его губы зашевелились.

Йенсен немедленно включил радиоприемник и повернул рычажок настройки. Не прошло и пятнадцати секунд, как он нашел нужную частоту. Очевидно, еще до того, как человек в «Скорой помощи» успел вызвать свой радиоцентр.

– Центральный госпиталь, центральный госпиталь. Вызываю центральный госпиталь. Черт бы их побрал, не отвечают. Ну, наконец-то.

В радиоприемнике что-то затрещало, и едва слышный хрипловатый мужской голос произнес:

– Докладывает машина номер триста.

– Что случилось?

– Мы находимся на южном шоссе у…

Из приемника донесся треск, и связь прервалась. Йенсен повернул рычажок настройки и вскоре снова различил голоса.

– …полицейский автомобиль?

– Да.

– Комиссар полиции?

– Да.

– Немедленно доставьте его сюда.

– Он отказался следовать за нами.

– Разве вы не вооружены?

– Н-нет, у нас есть пистолет. Но…

– В чем же дело?

– Мы не знаем, как с ним обращаться.

– Идиоты!

На мгновение наступила тишина. Затем в приемнике послышался раздраженный голос:

– Ладно, высылаем санитарный патруль. Постарайтесь его задержать.

Йенсен тут же включил мотор, дал задний ход и начал отъезжать от «Скорой помощи».

– Он уезжает! (...)

14 (...)

Йенсен постучал еще раз. Ответа не последовало.

– Если вы не откроете, я обойдусь без вашей помощи. Он слышал, как люди за дверью перешли на другое место, стараясь двигаться как можно тише.

Йенсен достал из кармана ключи. Замок на двери был обычной конструкции, и он, не колеблясь, выбрал одну из специально изготовленных для таких целей отмычек, вставил ее в скважину и повернул. Легкий щелчок подтвердил, что замок открылся. (...)

– Сначала забрали детей. Это было вечером, накануне того дня, когда объявили чрезвычайное положение и запретили выходить на улицу. К дому подъехал автобус. В нем находилось четверо: двое мужчин и две женщины. Они ходили из квартиры в квартиру и забирали всех детей до двенадцати лет. В нашем районе их не так-то много.

– Вы не пустили их в квартиру?

– Пустили. Но это был последний раз, когда мы открыли кому-либо дверь. К нам зашла одна из женщин. Она хотела забрать его с собой.

И мужчина показал на мальчика.

– Но мы отказались. Тогда она рассердилась и заявила, что если бы она могла, то забрала бы его от нас силой. Она и в самом деле попыталась это сделать, но я выставил ее за дверь.

– Почему она хотела забрать ребенка?

– Сказала, что для его же блага, а мы этого не понимаем. И еще сказала, что если бы они имели возможность, то увезли бы и нас тоже.

– Вы не знаете, кто она такая?

– Не знаю. Мы раньше никогда ее не видели. Наверно, медсестра. Правда, она не назвалась, но на ней была форма. По-моему, какой-то зеленый комбинезон.

– Куда они собирались отвезти детей?

– По ее словам, в какое-то безопасное место. Когда я спросил, куда, она ответила, что не знает. Мы не решились отпустить его.

– А другие дети вашего района?

– Многие уехали в автобусе. Я видел, как их посадили в автобус и отправили.

– Сколько там было человек?

– Около тридцати.

Йенсен быстро прикинул: значит, в автобусе увезли почти всех детей района.

– Несчастные родители,—сказала женщина.—Чудовищно отбирать детей.

– И вы не знаете, кто были эти люди?

– Нет.

– У них были на руках повязки?

– Нет.

– Среди детей были больные?

– Я этого не заметил.

– Что произошло потом?

– На следующий день объявили чрезвычайное положение и запретили выходить на улицу. Но детей уже не было.

– А жители продолжали оставаться?

– Да, только никто не выходил на улицу. На следующее утро, это было в прошлый вторник, прибыли четыре автобуса и три машины «Скорой помощи».

– Какие автобусы?

– По-моему, военные. В них сидели в основном врачи и санитары, но и человек десять солдат из медицинских войск. Я их форму знаю. Сам когда-то служил в медсанбате.

– А полицейские?

– Полицейских не заметили. Правда, мы смотрели очень осторожно, старались, чтобы нас не увидели. Кстати, вы спрашивали о повязках. Вот у них были голубые повязки. У всех поголовно. Какая-то женщина, врач или медсестра, объявила по радио, что все здоровое население будет эвакуировано—чтобы спасти его от эпидемии. Нас хотели отвезти куда-то, где опасность была не так велика. Она сказала, что ничего не нужно брать с собой, так как скоро мы вернемся обратно, а там, куда нас отправляют, все необходимое имеется. Мы только должны побыстрее спуститься вниз и оставить двери квартир открытыми, чтобы они могли продезинфицировать помещение. Она сказала, это приказ какого-то генерала и что-то вроде этого.

– Генерального врача?

– Вот-вот. Многие спустились вниз и сели в автобусы.

– А вы остались?

– Да… Мы испугались, когда забирали детей, и решили остаться в квартире.

– Что-нибудь случилось потом?

– Да. Да, конечно.

Мужчина растерянно посмотрел на жену.

– Это было ужасно,—сказал он.—После того как, несмотря на уговоры, никто больше не вышел из домов, санитары и солдаты отправились по квартирам…

– Продолжайте.

– Я вышел на лестницу,—запинаясь, проговорил мужчина.—И я… да, я слышал, что, стоило им обнаружить запертую дверь, как они взламывали ее и выволакивали тех, кто не хотел уезжать. Тогда мы открыли входную дверь, а сами спрятались в платяном шкафу. Они нас не нашли.

– Я все время зажимала ему рот рукой,– сказала женщина и посмотрела на мальчика.– Я боялась, что задушу его. Примерно через полчаса снова раздался рев сирен, и они уехали. Только тогда мы решились выйти.

– После этого никто больше сюда не приходил?

– До вас никто,—сказал мужчина.—Но время от времени по улице проезжали машины «Скорой помощи». Они забирали тех, кто осмеливался выйти на улицу. (...)

17 (...)

Полицейский врач повернул рычажок громкости, и голоса стали тише. Он задумчиво посмотрел на Йенсена.

– Интересно, много ли вы знаете? —сказал он наконец.

– Очень немного.

– Я тоже всего не знаю. Вернулся только вчера. Я хочу сказать, вернулся сюда, в город. Есть некоторые вещи, которые и мне не понятны.

– А где вы были до этого?

– За городом. В лесу.

– Вы скрывались?

– Да.

– Но ведь вас арестовали?

Врач внимательно посмотрел на Йенсена.

– Нет, меня не арестовали. Йенсен молчал.

– Благодаря вам,—добавил врач.

– Вы хотите сказать, что вам удалось скрыться?

– Да. Я не спустился по лестнице. Вместо этого я остановился за дверью и слышал, как вы позвонили дежурному. Тогда я вылез на крышу и перебрался на крышу соседнего дома. И скрылся.

– В таком случае я вынужден вас арестовать. Врач покачал головой:

– Послушайте, Йенсен. Полиции больше не существует. Насколько мне известно, вы – единственный полицейский. И, насколько мне известно, в стране больше нет правительства, которое могло бы приказывать вам. Или мне. Нет никого, кто мог бы вновь заставить нас вести себя подобно идиотам." (Конец перепоста отрывков. Прочтите всю повесть!)

.

ЭТОТ ТАИНСТВЕННЫЙ "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЛИДЕР"

Да, он действительно таинственный, потому что ни один нормальный человек не может предугадать, что он вытворит в следующий раз. Но заблуждается тот, кто полагает, что этот персонаж только внешне американский. Нет, он - ставленник Билла Клинтона; поэтому можно с уверенностью сказать, что этот "президент РФ" на 100 % made by USA:

Я так полагаю, что это у него в крови - змеиной крови КГБшника-тихушника, делающего всё не открыто и честно, а исподтишка, замаскированно ложью и притворством. Он - "наказание Божие", как говаривала моя покойная бабушка Лиза о тихушниках (её мужа, моего деда, тихушники арестовали в 1937 году за неосторожно рассказанный какому-то сексоту анекдот о подонке сталине и отправили на 10 лет в лагерь, на лесоповал). Наказание для всего народа России. Иудушка КаПутин и сам это знает, причём лучше большинства своих подданных. Он шушукается со всякой мразью и потом делает сюрпризы свои подданным, которые всегда неприятны, а зачастую даже невыносимы:

Он - лицемер и трус; поэтому он делает гадости народу не сам, как подобало бы честному диктатору, а через своих прихвостней-приближенных, избегая ответственности за свои проделки. Все решения, причиняющие вред стране и народу, исходят якобы от соответствующих путиноидов - Наебулиной, Кудрина, Кириенко, Силуанова,  Мединского, Кириллова и даже таких одиозных субъектов, не имеющих официальной власти, как Абрамович, Греф, Захарова или Песков. А сам Иудушка КаПутин якобы "не при чём". Сам он якобы хочет только всего хорошего народу, но это у него никак не получается:

Его даже можно пожалеть, особенно за то, что он всегда ищет дружбы только с особенно коварными и не заслуживающими доверия мерзавцами. Для него самое главное - чтобы они были или западные, или прозападные политиканы. Я сейчас не смогу припомнить всех его бывших "друзей", "дружба" с которыми закончилась тем, что они вопреки своим официальным заявлениям нанесли вред России и её народу. Упомяну лишь собаку Буша, к которой он подлизывался:

плюс фрау Меркель, хохлацких олигархов, которым он по дружбе в 2014 году отдал Мариуполь, глобалиста Шваба, сиониста Нетаньяху, "друга Реджепа", саудовского головореза МБС,

долбодыра Трампа и последнего на данный момент - индийского фашиста Моди, вдруг сделавшего полный разворот от "БРИКС" к империалистам Трампу и Нетаньяху, которого на днях посетил в Израиле и наговорил ему самых фантастически лживых подхалимских комплиментов, расхваливая Израиль как "оплот демократии", устроивший резню палестинцев и сирийцев, а теперь ещё организовавший совместно с США очередную агрессию против Ирана...

Иудушка КаПутин, конечно, переживёт и эту политическую измену своего мнимого "друга" и "союзника". Во-первых, ему к этому уже не привыкать, а во-вторых, он уже договорился с Моди о присылке в Россию, как замену вымершим "дорогим россиянам", миллионов индусов, которые не только будут благодарны ему лично за хлеб и кров, но и увеличат рождаемость детей в России, потому что во всех странах, где уже есть мигранты из Индии, их знают как больших любителей и мастеров групповых изнасилований женщин.

Впрочем, наверно я напрасно рассказываю россиянам то, что собой представляет их "национальный лидер". Они это знают не хуже меня. Поэтому скажу лишь самое, на мой взгляд, важное: его внешняя политика - предательская прозападная, а внутренняя - беспощадно классовая, антинародная, в интересах господствующей олигархии буржуев и бюрократов. Что касается политики этого якобы "патриота" и его правительства в интересах страны и народа, то она с самого начала была поражена неизлечимым параличом под названием "ХПП - Хитрые Планы Путина", и всегда состояла лишь в пустой демагогии и неизменных "неожиданных провалах", и никогда - в реальных результатах.

Поэтому напрашивается печальный вывод о том, что народ России находится сейчас под властью Гришки Отрепьева IV-го (нумерация после самого Гришки, Мишки-меченого и Бориски-алкаша):

Мне кажется, что Иудушка КаПутин видит конец своей карьеры или как у Брежнева, которого вынесли из Кремля вперёд ногами, или как у обожаемого им гнусного изменника Мишки-меченого (горбачёва), спокойно доживавшего свой век в предоставленном ему замке в Баварии и потом привезенного в замороженном виде в Москву для прощания со своим верным последователем Иудушкой:

Конечно, народ России об этом совсем иного мнения, но боится его открыто высказать. Поэтому это придётся сделать мне:

По Иудушке КаПутину - "президенту РФ" милостью проклятого сатанинского Запада - давно уже плачет виселица.

.