МАРКСИСТСКАЯ ЭТИКА - 2

Продолжаю выкладку действительно любопытных и отчасти правильных марксистских нравоучений. Но сперва - об отрадном свидетельстве того, что мафиозный режим Путина зашатался. Это свидетельство - реставрация культа личности людоеда сталина. Почему отрадное? - Да потому, что этот режим своим пресмыкательством перед западным, империализмом, которое ему диктует паразитический компрадорско-банкирский олигархат (Сечин, Наебулина, Потанин, Греф, Дерипаска & Co) вредит России отнюдь не меньше, чем Запад и бандерофашистская Украина. Запад воюет против России на Украине, а олигархи вывозят на Запад природные богатства России и прячут выручку в западных банках.

Режим Иудушки КаПутина - предательский, прозападный внутренний враг России и её народа, потому что олигархи заинтересованы не в победе России над западным империализмом, а в её военном поражении и окончательном закабалении и порабощении, совместно с западными буржуями. Соответственно, режим Путина ведет войну так, чтобы затягивать её как можно дольше (для максимума прибылей военно-промышленного комплекса Запада), а потом закончить её капитуляцией перед Западом. Это - упыри, пьющие живую кровь России. Ясно и ежу, что в России господствует "пятая колонна" - режим Путина и олигархат, которые притворно на стороне народа, а реально - на стороне западного империализма. Ленин без малейших сомнений охарактеризовал бы эту войну не как войну "Запада" и "Украины" против "России", а как войну господствующего класса буржуазии против трудящихся народов, которые он гонит на эту бойню.

Нисколько не изменяя своей антинародной сути, режим Путина теперь пытается одурачить "дорогих россиян" своей маскировкой "под патриотизм", используя для этого культ личности кровавого примитивного восточного антикоммунистического деспота Джугашвили-сталина. Этот фальшивый "патриотизм" - коварная попытка внушить страдающему от войны народу России, что господствующий класс буржуев якобы на его стороне. Путиноиды не жалеют на это денег, а дураки-сталинисты ликуют (см. восторги пузатого путиноида-сталиниста "полковника" Кассада здесь https://colonelcassad.livejournal.com/10656491.html и здесь https://colonelcassad.livejournal.com/10659165.html ).

Мои пояснения в тексте - (в скобках курсивом).

*   *   *

(...) "Глава II Социальная и классовая обусловленность морали

1. Марксизм-ленинизм о социально-экономических основаниях нравственности

(...) Всякая нравственность обусловлена социально-исторически - таково фундаментальное положение марксистской этики. Объективное содержание морали выражает характер определенных социальных отношений - отношений собственности на средства производства, взаимодействия различных классов и групп, форм распределения и обмена и т. д.

Никто так едко, как основоположники марксизма, не разоблачал спекулятивный характер внеисторических попыток обоснования морали в качестве мира вечных, «простых принципов», царящих «над историей» и обществом. Вспомним, например, энгельсовскую критику Е. Дюринга с его метафизическим «системосозидающим» выведением морали из того, что «должно быть», из «самоочевидных аксиом», независимых от общественного развития.

Классики марксизма научно доказали бесплодность определения морали, минуя ее социально-классовую обусловленность. (Абсолютно верно!) Материалистическое понимание истории вообще «объясняет идейные образования из материальной практики...». А так как нравственность непосредственно обслуживает эту практику (своими ориентациями, требованиями, нормами, запретами), то для нее такое объективное объяснение необходимо. Производственные отношения определяют не только специфический способ создания материальных благ и их распределения людьми, но и «определенный вид их жизнедеятельности, их определенный образ жизни. Какова жизнедеятельность (повседневное поведение) индивидов, таковы и они сами». Такова, следовательно, и их мораль.

(...) Развитие нравственности неотрывно от социального движения вперед. Вместе с тем мораль, как относительно самостоятельное явление в истории, характеризуется особыми зависимостями от социально-экономического основания: поскольку мораль выступает как способ ориентации в мире ценностей, она прямо зависит от того, какая система ценностей выдвигается обществом, как эта система реально изменяется; поскольку в морали выражаются интересы социальных общностей (прежде всего классов), она непосредственно зависит от направленности этих интересов, их столкновения и развития, поскольку мораль содержит определенные нормы, образцы поведения, приспособленные к типичным житейским ситуациям, на нее прямо воздействует изменение этих ситуаций как объективных условий морального выбора (происходящее в результате движения внеморальных факторов, например научно-технической революции) ; поскольку мораль регулирует поведение людей, она в немалой степени зависит от состояния других способов социальной регуляции — государственно-административных, правовых, семейно-бытовых ит. п.; поскольку мораль невозможна без передачи накопленного нравственного опыта (от общества к коллективу, от коллектива к личности, от личности к личности, от поколения к поколению и т. д.), она зависит от условий социального общения, от способов функционирования общественного мнения, наличных средств коммуникации, через которые распространяются представления о нормах и ценностях; поскольку мораль выражает особую атмосферу взаимопонимания людей в деятельности и общении, особое самочувствие человека, осознающего ценность своего бытия, она непосредственно зависит от изменений состояния общественной психологии, проистекающих под воздействием значительных социально-исторических событий и перемен (революций, войн, стихийных бедствий, эпидемий и т. п.); поскольку мораль выступает как своеобразный тип миросозерцания, она испытывает на себе воздействие всех других сфер духовной культуры (науки, искусства, философии, религии и др.), результатов их развития, также зависящих в конечном счете от социально-экономических условий, и т. д.

(...) Если нравственность обусловливается характером социальных отношении, то означает ли это, что качественно разнородные отношения вызывают появление различных типов морали? Да, означает. В обществах с разными социальными укладами господствуют и различные системы морали. Более того, содержанием социальных отношений определяется и тип личности, характерный для данного общества.

Ибо «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений». Таким образом, существует единая линия взаимообусловленности: характер социальных отношений — исторический тип личности — качественно своеобразная система нравственности.

К. Маркс выделял в мировой истории четыре крупных типа социальных отношений; им соответствуют и четыре крупных типа нравственности (не считая, конечно, многочисленных переходных форм). Первый тип — это естественно-родовые, кровноплеменные отношения, присущие первобытнообщинной формации.

Их выражает кровнородственная, бесклассовая мораль первобытного человека. Второй тип — это отношения личной зависимости, непосредственного господства и подчинения. В наиболее простой и жестокой форме эта зависимость выступает в рабстве, где один индивид является собственностью другого (или других) индивидов (рабовладельческая формация). В феодальной формации отношения личной зависимости закрепляются прежде всего в крепостничестве. Этому типу социальных отношений, выраставшему на еще недостаточно развитом (по сравнению и с рабовладельчеством!) экономическом основании, присущ особый вид нравственности, открыто оправдывавший общественное неравенство людей (рабовладение и крепостную зависимость).

Третий тип — отношения «вещной» зависимости, господствующие над юридически независимыми, «автономными» индивидами и составляющие механизм капиталистической эксплуатации.

Господствующей в обществе моралью, освящающей эти отношения, является буржуазная мораль. Четвертый тип - свободная (?) общественная связь (оперантная взаимозависимость) ассоциированных индивидов, сообща владеющих средствами производства и планомерно управляющих процессом социального и личного совершенствования. Этот тип отношений, присущий коммунистической формации, находит отражение в системе коммунистической морали.

В развитии общества можно увидеть, следовательно, три наиболее крупных перехода, означавших как смену определенных типов общественных отношений, так и революции в нравственном развитии человечества. Это переход от первобытнообщинного строя к рабовладельческому и феодальному, смена последних капиталистическим способом производства и, наконец, революционный переход от капитализма к коммунизму.

Нравственный переворот в отношениях и сознании людей, вызываемый переходом от капитализма к коммунизму, является наиболее фундаментальным. Социалистическая революция, творчески наследуя все то положительное, что заключает в себе нравственный опыт человечества, вместе с тем означает окопчательный разрыв с моралью классового неравенства, угнетения человека человеком, она вызывает новые, гуманистические стимулы нравственного совершенствования общества и личности. Именно в условиях коммунистического общества «самобытное и свободное развитие индивидов перестает быть фразой», определяясь новыми социальными отношениями, коренящимися «в необходимой солидарности свободного развития всех...». Здесь развивается новая мораль, провозглашающая высшей ценностью человека, а общение людей построено на сопричастной заинтересованности во всестороннем развитии каждого, на коллективном содружестве в совершенствовании межличностных отношений.

(...) 2. Классовое и общечеловеческое в морали

Итак, если характер социальных связей определяет содержание нравственности,— а в классовом обществе эти связи выражаются прежде всего в отношениях классов,— то и мораль, их отражающая, несет на себе печать классовости. Как отмечал К. Маркс, «над социальными условиями существования возвышается целая надстройка различных и своеобразных чувств, иллюзий, образов мысли и мировоззрений.

Весь класс творит и формирует все это на почве своих материальных условий и соответственных общественных отношений». Мораль, как часть, сторона этой «надстройки», освящает особые интересы класса в общей системе социальных связей. Каждый класс выполняет роль относительно самостоятельной нормоустанавливающей группы. В недрах класса кристаллизуются моральные нормы и оценки, складывающиеся на основе повторяющихся массовидных ситуаций, присущих его образу жизни, его объективному, экономическому положению и способу получения средств к существованию. Общий интерес людей, составляющих класс, предопределяет в конечном счете и их общие нравственные позиции — в ценностной ориентации, оценках, симпатиях и антипатиях. «У каждого общественного слоя свои «манеры жизни», свои привычки, свои склонности»,— подчеркивал В. И. Ленин. Мораль класса и закрепляет эти особые «манеры жизни», ориентируя и регулируя поведение его членов.

Каждой классово антагонистической общественно-экономической формации присуща своя классовая структура, свои основные классы (рабы и рабовладельцы, крепостные и феодалы, пролетарии и буржуа). Классовая борьба является движущей силой социального развития антагонистических обществ, а классовый интерес отвечает либо прогрессивным, либо реакционным историческим тенденциям (или является двойственным, противоречивым).

Интерес — передовой или реакционный — и воплощается в морали класса, предопределяя ее роль в общем поступательном (или ретроградном) социально-историческом развитии человечества.

В классово антагонистических формациях мораль господствующего класса в общем и целом выступает как господствующая в обществе. Почему это происходит? Господствующий класс стремится представить свой интерес как всеобщий. Кстати сказать, в отдельные исторические периоды особый интерес класса действительно может выражать общий интерес - неотложные потребности общественного развития, и тогда мораль этого класса, штурмующего отжившие социальные порядки, выглядит как всеобщественная.

(...) Господствующий класс не может непосредственно представить свой особый интерес как всеобщественный, ему приходится лицемерить.

Возникает своеобразная «двойная бухгалтерия»: своей парадной стороной, обращенной к другим классам, мораль правящего класса выставляет напоказ не те нормы, которые признаны (действуют) во взаимоотношениях его членов. Феодалы, например, через религию и церковь возвышают труд как средство спасения души, и они же в своей среде презирают труд, это занятие «низших», удел «быдла».

Мораль господствующего класса, обслуживая все общество, неизбежно заключает в себе иллюзии, предрассудки, предубеждения, затемняющие ее своекорыстный классовый интерес. Моральные иллюзии стихийно вызываются к жизни самими социальными отношениями: противоречивость этих отношений приводит к искаженному о них мнению. Анализируя, например, капиталистическую сферу обращения товаров, в рамках которой осуществляется купля и продажа рабочей силы, К. Маркс с иронией отмечал, что это настоящий рай для тех «прирожденных прав человека», которые так прокламируют официальная буржуазная мораль и этика.

(...) Розовая иллюзия «равной справедливости», «равного воздаяния» исчезает, сменяясь грубой и мрачной реальностью. «Бывший владелец денег шествует впереди как капиталист, а владелец рабочей силы следует за ним как его рабочий; один многозначительно посмеивается и горит желанием приступить к делу; другой бредет понуро, упирается как человек, который продал на рынке свою собственную шкуру и потому не видит в будущем никакой перспективы, кроме одной: что эту шкуру будут дубить» — так заключает Маркс блестящий анализ расхожих иллюзий, разоблачение которых раскрывает многие тайны буржуазной морали.

(...) Принципиально неправильно превращать па этом основании классовый подход к оценке морали в вульгарное морализирование, наделяя одни классы всеми возможными добродетелями, а другие — всеми возможными пороками, изображая их олицетворением зла в истории. Эта вульгарная «черно-белая» схема, искажающая действительный смысл нравственного развития в классовом обществе, не имеет ничего общего с марксистско-ленинской этикой.

Антикоммунисты напрасно стараются приписать этот сектантский взгляд марксистскому мировоззрению — он не присущ ему ни в теории, ни на практике. Не кто иной, как В. И. Ленин, учил, например, видеть двойственную природу социального положения трудящегося крестьянина, отражающуюся в его морали, в нравах крестьянской массы. С одной стороны, протест против эксплуатации, уважение к труду, альтруистические чувства. И с другой — частнособственнический инстинкт, патриархально-косные предрассудки, жестокие, унизительные обычаи. Все это одновременно присутствует в крестьянской нравственности.

(...) То общее, что существует в морали разных классов в одну историческую эпоху, само служит объектом борьбы интересов. Каждый класс своей моралью выражает нс только свой особый интерес, но и интерес в бесперебойном функционировании общества, в существовании которого он в определенный исторический период нуждается. На языке общезначимой для общества морали он стремится выразить и свои собственные интересы.

Так, крепостные крестьяне, ведя борьбу с феодальной эксплуатацией, до поры до времени обращаются к канонам господствующей морали «отцов» и «детей», истолковывая ее в свою пользу. Пролетариат ведет борьбу с буржуазией, отстаивая свои экономические интересы, также не выходя сначала за рамки господствующей нравственности. Ф. Энгельс показал, что лозунг английских чартистов: «Справедливая заработная плата за справедливый рабочий день» — всецело оставался в рамках буржуазной морали, буржуазной справедливости. Борясь под этим лозунгом за свои интересы, пролетарии добивались лишь некоторого улучшения экономического положении в общих рамках капиталистической эксплуатации. Чтобы выдвинуть собственное понимание справедливости, выходящее за границы системы наемного труда, рабочие должны были бы провозгласить социалистические требования обобществления производства: «Средства труда — сырье, фабрики, машины — во владение самих рабочих!»

(...) 3. Революция и нравственность

(...) «Революции — праздник угнетенных и эксплуатируемых»,— писал В. И. Ленин. Этот праздник имеет глубокий нравственный смысл, ибо знаменует духовный подъем народа, вырвавшегося из унизительного состояния угнетения на простор свободного исторического творчества, отражает осознание им своей причастности к великому делу социального переустройства жизни.

Именно в революциях с наибольшей полнотой проявляется такой нравственный принцип, как солидарность трудящихся.

Основанная на общности их интересов и целей, она обеспечивает единство убеждений и поведения, воспитывает потребность во взаимопомощи, поддержке, вызывает ощущение братства у борцов за общее дело. Убежденность в правоте революционного дела развивает такие нравственно-волевые качества личности, как мужество, стойкость, самообладание, инициативность, упорство в достижении поставленной цели. Такая убежденность вызывает радостное, оптимистическое моральное самочувствие у масс людей, рост доброжелательности, симпатии, потребности во взаимном общении. Совершая моральный выбор по внутреннему убеждению, люди добровольно берут па себя всю полноту нравственной ответственности за их результаты. При этом идейность и убежденность взаимно подкрепляют друг друга, вызывая у личности потребность в трезвой самооценке, самоконтроле, самовоспитании. Нравственный подъем достигает во время революций такой высоты, что именно в этот период борющийся класс «может сбросить с себя всю старую мерзость...»

(...) Антиреволюционность же, как правило, связана с нравственным застоем, вызывает оскудение источников нравственной жизни.

Антиреволюциоиность обычно смыкается с теми или иными формами антидемократизма, в совокупности они образуют такую идеологическую систему, которая внутренне враждебна инициативе, активности масс, пафосу свободы, идеалам справедливости. (Нынешний олигархический капитализм Запада и России)

История первой половины XX столетия вскрыла подлинный смысл буржуазно-либеральной антиреволюционности: она зачастую расчищала дорогу фашизму. Фашизм недаром назвали «коричневой чумой». Он пробивал себе путь моральным развращением масс, раздуванием реакционного политического активизма толпы путем манипулирования массовым сознанием (? - нет, поведением!). Вместо нравственной убежденности — фанатичпое послушание, вместо сознательности — культовая взвинченность толпы, подчиняющейся манипулированию с помощью воздействия на ее иррациональные импульсы (?), предрассудки, иллюзии.

(...) Чтобы подавить у трудящихся чувства солидарности и взаимопомощи, разрушить их моральное единство, фашистская диктатура стремилась направить их недовольство в русло шовинизма, антисемитизма, ненависти к другим народам.

В этих условиях нравственная деградация приобретает характер широко распространенного явления и совершается с устрашающим ускорением.

(...) Нравственный смысл революционной борьбы, переустройства человеческих отношений проникновенно выразил Ф. Э. Дзержинский: «Быть светлым лучом для других, самому излучать свет — вот высшее счастье для человека, какого он только может достигнуть. Тогда человек не боится ни страданпй, ни боли, ни горя, ни нужды. Тогда человек перестает бояться смерти, хотя только тогда он научится по-настоящему любить жизнь. Лишь тогда человек будет ходить по Земле с открытыми глазами и все увидит, услышит и поймет, тогда только он выйдет на свет из своей узкой скорлупы и будет ощущать радости и страдания всего человечества и только тогда будет действительно человеком»."

Окончание следует

.

МАРКСИСТСКАЯ ЭТИКА - 1

Начинаю выкладывать здесь выдержки из толстенной книги "Марксистская этика: Учебное пособие для вузов", А. И. Титаренко, А. А. Гусейнов, В. И. Бакштановский и др.; Общ. ред. А. И. Титаренко. — 2-е изд., переработ., и доп. — М. : Политиздат, 1980, 352 стр. Целиком она выложена здесь: https://vk.com/wall-61771654_17713 .

Эта книга, опубликованная в переработанном и дополненном виде в 1980 году - воистину "лебединая песня" советской системы. В 1980-е годы произошло окончательное разложение и обуржуивание господствовавшей в СССР сталинско-брежневской партийно-КГБшной номенклатуры, а жизнь народа в погоне за исчезавшими из магазинов потребительскими товарами и продуктами питания всё дальше и дальше расходилась врозь с идеологией "марксизма-ленининизма". "Марксистская этика" является типичным советским идеологическим опусом, написанным схоластами "марксизма-ленинизма", сидевшими в башнях из слоновой кости - партийных научно-идеологических институтах.

В этой книге много пустословия, маниловщины на тему "сознательности" и цитат из речей тогдашнего генсека, бездельника и жизнелюба Лёни Брежнева, написанных по традиции, введенной примитивным бездарем Джугашвили-сталиным, конечно, не им самим, а его референтами. Реальность повседневной жизни в СССР, от которой я выехал в ГДР в 1983 году, буквально отряхнув пыль с ног, обсуждается в ней лишь урывками, текстом мелким шрифтом, необязательным для заучивания студентами.

Короче говоря, книга заурядная, но всё же лучшая на эту тему. Поэтому я и выкладываю лишь выдержки из неё, по принципу: с паршивой овцы - хоть шерсти клок. А сама тема очень даже важная - социалистическая альтернатива варварству и людоедству капитализма. Но как эту альтернативу создать? Об этом в книге есть лишь напыщенные стандартные общие фразы о "социалистической сознательности" и "борьбе рабочего класса", которые оказались бессильными в борьбе против реставрации капитализма сталинско-брежневской номенклатурой.

В самом деле, если (как утверждается в этой книге) трудящиеся при капитализме - это (цитирую) "толпа, подчиняющаяся манипулированию с помощью воздействия на ее иррациональные импульсы, предрассудки, иллюзии", то при социализме все они вдруг стали чрезвычайно "сознательными". В чём причина? - Авторы книги это не объясняют. Может быть, это - чудесное "преображение" или "сошествие святого духа"? Но почему же тогда господствовавшая в СССР сталинско-брежневская партийно-КГБшная номенклатура, которая по её собственному утверждению "вела нас к коммунизму", сама не имела ни капли социалистической сознательности и предала дело социализма, реставрировав капитализм???

Пропагандой, идеологией и этическим прекраснодушием не победишь господство капитала, не создашь социалистическое общество. Это вроде выдумки барона Мюнхгаузена, якобы вытащившего себя вместе с лошадью из болота за собственные волосы. Нужна наука о поведении - радикальный бихевиоризм проф. Б.Ф. Скиннера - и бихевиористская прикладная технология оперантной социальной инженерии.

В частности, возможен следующий метод. Господствующий класс буржуев создал массовое буржуйское антиобщество по принципу "человек человеку - волк" со взаимным отчуждением людей и всеобщим пользованием "айфонами". "Айфоны" служат как для оболванивания народа пропагандой, рекламой и дурацкими играми, так и для тотальной полицейской слежки за всеми и каждым.

Но эта же технология в условиях социалистического общества может и должна стать мощным инструментом его созидания как общества взаимного доверия, а потому и солидарной взаимопомощи. Для этого после социалистической революции достаточно лишь встроить в "айфоны" вместо всей буржуйской гадости "апп" системы взаимного общественного доверия, вроде одной из систем, разрабатывавшихся в Китае, где владельцы "айфонов" получали + или - пункты за хорошие и, соответственно, плохие дела, а находящиеся рядом другие владельцы "айфонов" могли по "аппу" взаимно видеть эти пункты и краткие личные характеристики. Конечно, + и - пункты должны постепенно "испаряться", чтобы система сохраняла у людей динамичность стремления к достойному поведению.

Тогда у такой мрази, как Ротшильды, Рокфеллеры, Трамп, Нетаньяху, Сорос-Шорош, Тиль, Маск, Безос, Финк, Эпштейн, Гейтс, Путин, Греф, Наебулина, Зеленский, Абрамович, Дерипаска, Потанин и т.д. будет выбор: или стать достойными "рядовыми" людьми, или быть презренными изгоями, зарабатывающими на жизнь чисткой сортиров. Компьютерная система общественного доверия действует по принципу: "доверять - хорошо, а проверять - лучше" (по Ленину!) и именно поэтому преодолеет в массовом обществе ложь пропаганды, анонимность, взаимное отчуждение и недоверие, будет универсальным положительным оперантным подкрепителем взаимной доброжелательности и взаимопомощи, т.е. реальной социалистической этики. Массовое общество чужаков и незнакомцев превратится в подобие деревенского "мира", в котором каждый знает, каков реально любой из окружающих. Но подробнее об этом - позднее.

Итак, позднесоветская "марксистская этика". Мои пояснения в тексте - (в скобках курсивом).

*  *  *

"МАРКСИСТСКАЯ ЭТИКА

Предисловие

В буржуазном обществе распространены взгляды, трактующие реальную жизненную практику и мораль как нечто противостоящее друг другу, как несоединимые противоположности. Там реальные нравы, действительное поведение людей и требования, нормы общественной морали привыкли видеть в постоянном мучительном разрыве, несоответствии — эти сферы нравственной жизни оказываются далекими друг от друга, несовместимыми.

Многие западные мыслители упиваются мрачными пророчествами о нравственном распаде личности, о ее жестокости, безысходном одиночестве и потере морального контакта с другими людьми.

Между тем мораль тесно связана с реальной жизнью: от полнокровного утверждения в общественных отношениях гуманпых нравственных ценностей прямо зависит направленность и интенсивность развития человека. Марксистско-ленинская этика, в отличие от буржуазной, оптимистично смотрит на перспективы нравственного совершенствования человека. На основе научного понимания процессов нравственной жизни она определяет наиболее оптимальные, реальные пути его духовного совершенствования.

Эти пути связаны с построением коммунизма.

(...) Конечно, одно «книжное» знание марксистской этики не обеспечивает моральности поведения и помыслов человека, успехов воспитания и самовоспитания. Нравственный облик человека, его моральные качества выковываются в жизненной практике, прежде всего в его трудовой и общественной деятельности, под воздействием разнообразных социальных факторов. Тем не менее было бы нелепо и вредно на этом основании противопоставлять этическое просвещение, познание и усвоение теории коммунистической морали практическому совершенствованию нравственной жизни.

Это взаимообусловленные, тесно между собой сопряженные стороны одной задачи. Марксистская этика призвана в этом отношении выполнять по меньшей мере две важные функции. Во-первых, освещая светом научного анализа процессы нравственной жизни, исследуя их тенденции и противоречия, она определяет формы воздействия на эти процессы, выявляет направление их развития. Во-вторых, выливаясь в нормативные рекомендации, в ответы на жгучие проблемы нравственной жизни па собственно моральном языке, она помогает каждому человеку сориентироваться в выборе социальных ценностей, отдав предпочтение реальным и возвышенным целям жизни, учит убежденно и мудро подходить к решению самых запутанных и трудных житейских коллизий.

Сочетание теоретического и нормативного аспектов в работах по этике — одна из наиболее трудных задач, обусловливающая особые требования как к их содержанию, построению, так и к стилю. В настоящем издании авторы стремились органически соединить эти два аспекта таким образом, чтобы теоретические выводы непосредственно сочетались с освещением конкретных проблем морального выбора, наиболее оптимальными решениями собственно нормативных этических вопросов.

Глава I. Предмет этики

7. Домарксистская этическая мысль

(...) этика зарождается по мере того, как конкретно- историческим ценностным установкам, выражающим потребности функционирования классовой цивилизации, придается абстрактная, абсолютная форма. Она способствует такому превращению и призвана философско-теоретическими средствами поддерживать его. Становление этики связано с вычленением противоречия между абстрактно-всеобщими моральными требованиями и фактическим поведением людей. Этика, с одной стороны, вскрывает моральную саморазорванность общества, свойственный ему фундаментальный конфликт ценностей, погружаясь тем самым в саму суть происходящих моральных процессов. Перед ней в этом смысле открываются необозримые познавательные горизонты. Но с другой стороны, поскольку опа выступает от имени противостоящего реальным правам морального идеала, ее научные возможности оказываются принципиально ограниченными. Она имеет дело с действительной моралью в основном лишь в той мере, в какой эта последняя отражается в господствующих в обществе ценностных масштабах. Уже не живые моральные личности, а добродетели, которыми они должны обладать, абстрактные нормы, которым они должны подчиняться,— вот что становится предметом этики, включенной в идеологическую систему эксплуататорских классов.

(...) античная этика анализирует преимущественно понятие совершенной личности, вопрос о том, что является для нее высшим благом. Общественное сознание античности было едино в том, что высшее благо тождественно счастью, блаженству. Как достичь счастья — в этом заключалась проблема, занимавшая философов. Они подчеркивают, что счастье связано с внешними благами (материальным благосостоянием, степенью удачливости, здоровьем и т. д.) и оно же зависит от духовных качеств личности. Поскольку внешние блага в общем и целом неподконтрольны индивиду, вопрос сужается до выяснения того, могут ли духовные качества индивидов решающим образом гарантировать достижение блаженства, и если да, то что это за качества и как их достичь. Все это предопределяло своеобразие понимания предмета этики в ту эпоху. С известным огрублением античную этику можно охарактеризовать как учение о добродетелях. Отождествив мораль с моральной личностью, философы древности нарисовали довольно богатый и во многом точный образ субъекта моральной деятельности своего времени.

Систематизирующим итогом плодотворных поисков в этом направлении явилась этика Аристотеля.

(...) Совершенную, то есть сообразную с добродетелью, деятельность Аристотель конкретизирует как деятельность души, точнее, как определенное соотношение ее разумной и неразумной частей. Собственно человеческая часть души, совпадающая с добродетелью, есть разум, но и неразумная (точнее, стремящаяся, животная) часть души причастна к добродетели, так как она способна повиноваться разуму. «Добродетель есть то, что делает человека способным к совершенной деятельности по отношению к наслаждению и страданию, порочность же — противоположное».

(...) Не богатство и почести, а красота душевных качеств определяет, по Аристотелю, степень моральности -личности. Ее стремление к совершенству приобретает реальпость в определенных добродетелях: смелости, ибо жизнь сама по себе не имеет высшей ценности; умеренности, щедрости, великодушии, кротости, правдивости, общительности, по без грубости и шутовства.

Свою добродетельность она обнаруживает также в отношении к согражданам; будучи справедливой, она не стремится к односторонним преимуществам для себя. Поскольку добродетели — это приобретенные в деятельности свойства, моральная личность ищет общения с себе подобными, ибо только в таком общении она может формировать, поддерживать и развивать совершенство своего характера. Поэтому дружба для нее имеет исключительно важное значение, причем дружба не ради наслаждений и пользы, а ради самого друга. Наконец, моральная личность характеризуется тем, что находит удовлетворение и высшее наслаждение в. собственном самосовершенствовании, игре интеллектуальных сил, в творческой работе ума (мудрость).

(...) сам конкретный набор добродетелей (мужество, щедрость и т. д.), понимание созерцательной деятельности как высшего блаженства свидетельствовали о том, что античные философы опирались на нравственный опыт господствующего класса, не занимавшегося производительным трудом.

(...) Этика нового времени, в особенности такие ее высшие достижения, как диалектическая этика Гегеля и революционно-демократическая этика Чернышевского, подводила к выводу, что нравственность есть нечто совершенно иное, чем официально функционирующая в обществе моральная идеология, чем проповедуемые моралистами нормы и добродетели. Но что? Для решения этого вопроса требовалось коренное изменение как методологических основ, так и идеологических ориентаций этики, что и было осуществлено марксизмом.

(...) Этика и гносеология связаны между собой по существу.  э анализирует отношение бытия и мышления. Этика также рассматривает это отношение,— разумеется, под определенным углом зрения. Нравственность, по существу, имеет мировоззренческий характер. В ней встают такие проблемы, как смысл и ценность жизни, творческие возможности индивида, его роль и ответственность в истории, соотношение должного и сущего и т. д. Только в нравственности эти проблемы встают не как теоретические, а как практически-пове- денчсские. Их осмысление и предполагает наличие философско-методологической определенности.

(...) Для понимания той или иной этической теории важное значение имеет поэтому определение ее философской сущности, ее места в споре двух основных философских партий — «линии Демокрита» и «линии Платона», то есть материализма и идеализма.

Исходя из философски-содержательных принципов, раскрывающих своеобразие борьбы материализма и идеализма в этике, в истории этической мысли следует выделить эмпирические школы, по преимуществу разрабатывавшиеся философами-материалистами, и собственно идеалистические системы, которые, как правило, были связаны не только с идеалистической гносеологией, но и с религиозным мировоззрением.

(...) Наиболее типичной и пронизывающей всю домарксистскую этику формой натурализма был эвдемонизм (от древнегреческого слова eudaimonia — счастье). Сторонники его считают, что стремление к счастью является исходным пунктом и внутренней движущей силой нравственной деятельности, а достижение счастья — ее конечной целью. В отличие от гедонизма, эвдемонизм не отождествляет моральное благо с телесными и сиюминутными удовольствиями, а понимает его широко — как обладание всеми физическими и духовными (часто и гражданскими) ценностями, которые в своей совокупности составляют счастье человека, приносят ему удовлетворение.

(...) Натуралистические концепции неизбежно оказываются противоречивыми.
За критерий различения добра и зла они берут природу человека, в частности естественное различие между удовольствием и страданием, однако сама природа человека оказывается не столь простой и однозначной, как это кажется на первый взгляд. Удовольствия бывают скоротечны и часто сопряжены со страданиями; разные удовольствия приходят в конфликт между собой и т. д. Возникает потребность в «правильном разграничении» (Демокрит), в «измерении» (Сократ) удовольствий, в ценностном анализе самой природы. В результате следствие становится причиной: человеческие представления о хорошем и плохом оказываются критерием для организации природных импульсов, для различения полезного (приятного) и вредного (неприятного).

Так мыслители натуралистического направления неизбежно попадают в порочный круг. И даже киренаикп, которые с наибольшей последовательностью старались провести исходный натуралистический постулат, в итоге пришли к глубоко противоречивой формуле о необходимости разумно наслаждаться. Логический круг в рассуждениях натуралистов, когда в саму посылку включается то, что еще предстоит доказать, обусловлен ложностью их исходного тезиса. Мораль не может быть обоснована натуралистически, ибо природа человека, если ее понимать правильно, то есть как совокупность общественных отношений, уже включает в себя мораль. (Эту проблему можно решить лишь по-бихевиористски, оперантным управлением поведением при помощи его целевого положительного "приятного"или наоборот,отрицательного "неприятного" подкрепления)

(...) Границы между «линией Демокрита» и «линией Платона» в домарксистской этике не были столь резкими, а борьба — столь острой, как в гносеологии. Это объясняется слабостью ее материалистических начал: как бы многочисленны ни были эмпирические школы в этике, они в теоретическом отношении оставались на почве исторического идеализма, а в социальном — не могли преодолеть узкий горизонт частнособственнических отношений.

Дело коренным образом меняется с возникновением марксистской этики.

Марксистская этика — качественно новый этап в развитии этической мысли  Марксистско-ленинская этика является последовательно материалистической. Это означает, что она полностью демистифицирует нравственность: функционирующие в обще- и добродетели рассматривает как отраже- межчеловеческих (ценностных) отношений, как выражение интересов, как требования определенных социальных групп и. классов. Нравственность не сводится к обособившейся от мира и претендующей на абсолютность нравственной идеологии. Напротив, само возникновение этих «истинных», «вечных», «священных» заповедей и запретов объясняется фактической нравственной разорванностью общества, является формой, позволяющей господствующему классу навязывать трудящимся свои моральные представления. В наиболее общем виде нравственность можно охарактеризовать как обусловленное социально-историческим бытием человека свойство его поведения, как те ценностные значения, которые связывают между собой (или, наоборот, разъединяют) живых, конкретных индивидов.

Предельно заостряя вопрос, К. Маркс и Ф. Энгельс выразили своеобразие материалистического понимания морали следующим образом: «Коммунисты вообще не проповедуют никакой морали...

Они не предъявляют людям морального требования: любите друг  друга, не будьте эгоистами и т. д.; они, наоборот, отлично знают, что как эгоизм, так и самоотверженность есть при определенных обстоятельствах необходимая форма самоутверждения индивидов». Никаких моральных фетишей, а рассмотрение морали в качестве формы самоутверждения, саморазвития индивидов, в качестве реальных межчеловеческих связей — в этом заключается принципиально новый подход к морали.

Марксистско-ленинская этика является диалектической. (Гегельянская брехня) С ее точки зрения каждое проявление морали, любая норма, добродетель и т. д., точно так же как и мораль в целом, находится в постоянном движении — рождается, развивается, умирает, меняет качественные состояния. Морали вообще, вне конкретно-исторического процесса, не существует. Даже когда можно говорить о тех или иных общих чертах нравственности как общественного явления, люди имеют дело с этими чертами, воплощенными в конкретной морали конкретных эпох, классов и индивидов.

Сказанное не означает оправдание морального плюрализма.

Историзм не тождествен релятивизму. И дело не только в том, что одинаковые условия общественного бытия порождают в общем и целом одинаковую нравственность. В развитии морали наблюдается преемственность, и при всем качественном своеобразии различных типов морали ее развитие предстает как единый процесс. Так, представленные в современную эпоху многообразные типы морали («феодальная мораль», «буржуазная мораль», «мелкобуржуазная мораль», «пролетарская мораль», «социалистическая мораль », «коммунистическая мораль») марксистская этика рассматривает как звенья одной цепи, которые представляют собой «различные ступени одного и того же исторического развития», его прошлое, настоящее и будущее.

Марксистско-ленинская этика понимает, таким образом, под нравственностью исторически меняющиеся формы общественной связи между людьми. Она поэтому наука не только о должном.

В не меньшей степени она является наукой о сущем.

(...) Этика — нормативная наука, она не просто отображает нравы, а дает их критически-ценностньш, партийно-пристрастный анализ, а следовательно, может обосновывать предпочтение тех или иных норм поведения.

(...) Появление диалектико-материалистической этики марксизма означало коренной переворот во взглядах на мораль. Объективно и всесторонне оценив историко-этический процесс, К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин критически переработали его позитивное содержание и одновременно подвергли принципиальной критике его общефилософские основания. Марксистско-ленинская этика явилась качественно новой этической теорией не только по своим научно-философским основаниям, но и по социально-классовой ориентированности. Впервые в истории последовательно выражая интересы трудящихся, прежде всего рабочего класса, марксистско-ленинская этика провозгласила такие ценности, которые открыли перед человечеством невиданные ранее и принципиально новые нравственные горизонты (ценность освобожденного труда, интернационализм, коллективизм как тип поведения и др.)" (А через десять лет после публикации этой книги сталинско-брежневская номенклатура устроила реставрацию капитализма "катастройкой" и "прихватизацией").

Продолжение следует

.

БЕРЕГИСЬ ФАЛЬШИВОГО "СОЦИАЛИЗМА"!

Если "правые" либерасты на Западе называют "социализмом" нынешнее превращение западных "демократий" закулисной властью глобалистов-миллиардеров в глобальную фашистскую диктатуру с тотальным электронным надзором над всеми и каждым, пока ещё прикрываемую фиговым листком марионеточного парламентского и президентского политиканства, то российские путиноиды-сталинисты, включая большую часть КПРФ, чем дальше, тем больше затуманивают социализм, извращая его то в культ личности кровавого примитивного восточного деспота Джугашвили-сталина, то в несбыточную мечту наподобие поповского обещания "царствия небесного" на том свете.

В результате народ России, по заслугам ненавидя предательский мафиозно-компрадорский олигархо-чиновничий режим Иудушки КаПутина и его "дорогих друзей", не имеет ясной картины социалистической альтернативы нынешнему позорному кошмару. А критиковать капитализм очень даже просто. Это - антиобщество, где господствуют такие "этические" принципы поведения, как "падающего не поддерживай, а ещё и подтолкни" и "слабым не помогай, а используй их слабости для своей личной выгоды". Одним словом, в классовом обществе все ветхозаветные заповеди (см. Второзаконие, 5, 8-21) и нагорная проповедь (см. от Матфея, 5 - 7) - это пустые фразы и материал для лживой демагогии и лицемерного охмурежа народа, а реальная этика (практика повседневного поведения) является их полной и абсолютной противоположностью.

Всё это издавна разоблачали лучшие мыслители человечества, например, Этьен де ла Боэси (Боэций), тот же Вольтер, Джонатан Свифт,  анархисты (например, Ярослав Гашек), Бернард Шоу пьесой "Дом, где разбиваются сердца", а в России - "Колумб Замоскворечья" А.Н. Островский всеми своими пьесами... Всех упомянуть просто невозможно. Однако всё это, как говорится, "доказательство социализма отрицанием противного", т.е. капитализма. Но положительной ясной картины социализма как альтернативы капитализму - той цели, к которой должен вести человечество бихевиористский социализм с помощью прикладной технологии оперантной социальной инженерии, создающей социалистические общественные и межличностные отношения - картины реалистической, а не утопической, во всей мировой литературе, включая советскую, днём с огнем не найдешь. Это очень даже скверно.

Почему? - Да потому, что вся буржуйская и сталинистская пропаганда настойчиво внушает народу, что альтернативы мошеннической двойной бухгалтерии буржуйской этики не может быть, что поэтому социализм якобы неосуществим и что под его вывеской якобы реально возможна только людоедская сталинистская фашистоидная диктатура. Мол, народу всё равно деваться некуда, пусть терпит путиноидный кошмар дальше. Поэтому перед выкладкой выдержек  из очень даже теоретической книги о марксистской, т.е. социалистической этике, я считаю необходимым дать хотя бы один конкретный пример  человека с такой этикой, показывающий в повседневности его истинно социалистическое поведение, которое с точки зрения буржуйской мрази считается преступным.

Этот пример - Юрий Деточкин из советского кинофильма 1966 года "Берегись автомобиля". Фильм сейчас выложен, например, здесь:  https://www.youtube.com/watch?v=PGr-NddVue0 . Очень советую его посмотреть:

Вот несколько кадров из этого фильма с репликами, которые в мои школьные годы были крылатыми фразами:

.

КОРНИ ЗАПАДНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Шарлемань (742-814) - завоеватель и массовый убийца, которого "папа" римский в 800 году провозгласил "императором". Сколоченная им "империя" сразу же распалась после его смерти. Обложка лицемерной и ханжеской книги "Цивилизация" апологета западного империализма Кеннета Кларка

Я купил эту книгу в 1976 году в букинистическом магазине в Москве за громадные тогда деньги - 37 руб. 50 коп. Я был студентом МГУ, и месячная стипендия была 40 руб. Я тогда начал постигать (как мне тогда казалось, "критически") советскую реальность и с каждым месяцем всё глубже тонул в болоте западной пропаганды, которую изрыгали западные радиоголоса. Я не понимал, что пороки действительности в СССР эпохи брежневского застоя были пороками не социализма, а мерзкой фальшивки и пародии на него - реакционной сталинской системы бюрократии, реставрировавшей имперское самодержавие и крепостничество под фальшивой вывеской "социализма", якобы "построенного в основном" в 1937 году.

Кларк ненароком оказался прав лишь тем, что он вопреки традиционной претензии Запада "находить" корни нынешнего западного империализма в Древней Греции и Древнем Риме, указал, что эти корни - в варварских "христианских" королевствах средневековой Европы, и прежде всего - в "империи" Шарлеманя. Кларк, конечно, всячески приукрашивает и идеализует эти корни, поэтому нам надо рассмотреть поближе то, что они представляли собой реально. Вот что незадолго до Шарлеманя писал о его вассалах некий Григорий Турский (2-я половина 6 века н.э.) в "Истории франков", ниже - сканы фрагмента из книжки буржуйского литературоведа Эриха Ауэрбаха  "Мимесис":

Ясно и ежу, что это был крайне гнусный сброд. Примерно такой же сволочью были и викинги - "варяги"-ворюги, терроризировавшие и грабившие не только Западную Европу, но и Киевскую Русь, захватив её и установив над ней свою "княжескую" тиранию. О зверском образе жизни викингов можно прочесть в исландских сагах, дошедших до наших дней. Но и их жертвы - варварские феодалы Западной Европы - были нисколько не лучше их. В июне месяце буржуйская "Википедия" (англоязычная) на главной странице гордо опубликовала жизнеописание английского королишки эпохи набегов викингов, некоего Этельреда Недоделанного (968-1016). Вот в автоматическом переводе выдержки из этой статьи о нем, мои пояснения - (курсивом в скобках):

Æthelred the Unready - Этельред Недоделанный

(Предыдущий король Англии) "Эдуард был убит 18 марта 978 года сразу по прибытии в Корф (графство Дорсет), куда он приехал навестить Эльфтриту и Этельреда. Монастырский агиограф Биртферт описывает смерть Эдуарда в своем «Житии святого Освальда», написанном около 1000 года. Он пишет, что Эдуард приехал, «ища утешения в братской любви», и был убит сразу по прибытии тегнами Этельреда. Тегны Эдуарда отнесли его тело в дом одного керла, и на следующий день он был похоронен. Год спустя элдормен Эльфхер прибыл с большой свитой, велел эксгумировать тело Эдуарда и перевезти его для достойного погребения. Рукопись D «Англосаксонской хроники» (ASC D)[b], датируемая второй половиной XI или началом XII века, утверждает, что первоначально Эдуард был похоронен в Уэреме, а в следующем году Эльфхер перенес его останки в Шафтсбери. Хронисты, писавшие уже после Нормандского завоевания (Англии в 1066 году), а также некоторые современные историки возлагают вину за смерть Эдуарда на Эльфтриту (его жену), однако другие историки относятся к этой версии скептически. Никто не понес наказания за это убийство, и ни один конкретный исполнитель не назван в источниках, созданных до Нормандского завоевания. (...)
Некоторые историки полагают, что сторонники Этельреда убили Эдуарда в расчете на личную выгоду; однако Энн Уильямс в своей биографии Этельреда высказывает предположение, что смерть Эдуарда могла стать случайным результатом стычки между вспыльчивым и неуравновешенным молодым королем и одним или несколькими знатными приближенными Этельреда. (...)
(А вот самый конец царствования Этельреда:) Старший сын Этельреда, Этельстан, скончался в июне 1014 года. Его завещание сохранилось; главным наследником в нем был назван его старший из оставшихся в живых братьев — будущий король Эдмунд Железнобокий, которому отошли земельные владения и меч знаменитого мерсийского короля Оффы. Этельстан также оставил дар Сигеферту — влиятельному тану из северной части Средней Англии и противнику Эдрика Стреоны. Содержание завещания позволяет предположить, что старшие сыновья Этельреда, вероятно, состояли в союзе с группировкой, оппозиционной Эдрику. Главные магнаты области Пяти городов — Сигеферт и его брат Моркар — в 1013 году покорились Свейну (викингу), но после его смерти вновь принесли присягу своему прежнему сюзерену. В начале 1015 года Эдрик организовал их убийство — почти наверняка по приказу Этельреда, который тут же конфисковал их земли, а вдову Сигеферта, Элдгит, заточил в Малмсберийском аббатстве. Эти убийства дестабилизировали восстановленный режим; историк Уильямс расценивает их как «серьезный просчет» со стороны Этельреда. По сути, это был удар по ближайшим друзьям этелингов, а также по ключевым фигурам, обеспечивавшим и без того шаткую власть короны над Северной Англией. Эдмунд (Железнобокий), не испрашивая королевского дозволения, немедленно освободил Элдгит и взял ее в жены. К сентябрю он уже совершил поход на север, вступил во владение землями убитых братьев и принял присягу на верность от жителей этой области. Теперь Эдмунд находился в состоянии мятежа против собственного отца, однако ситуация изменилась, когда вновь появился Кнут (викинг) и начал разорять Уэссекс. Этельред был болен, но предпринимались попытки сплотить англичан перед лицом вторжения. Эдрик Стреона собрал войско на юге, а Эдмунд— на севере; однако затем Эдрик перешел на сторону противника, уведя с собой сорок кораблей, и Уэссекс покорился Кнуту. В декабре 1015 года Эдмунд набрал новое войско, но воины отказались выступать в поход без поддержки короля и жителей Лондона. После Рождества Эдмунд собрал еще одну армию и убедил Этельреда присоединиться к ней; однако взаимное недоверие между отцом и сыном было слишком велико, и вскоре Этельред покинул войско, опасаясь предательства. Тогда Эдмунд убедил Ухтреда Нортумбрийского присоединиться к нему. Они опустошили территории, верные Кнуту, который в ответ разорил север. Когда под угрозой оказались собственные земли Утреда, он покорился Кнуту, и тот казнил его. Эдмунду пришлось оставить север и присоединиться к своему отцу в Лондоне, где 23 апреля 1016 года скончался Этельред. (...)
После смерти Этельреда лондонцы избрали королем Эдмунда, а в Саутгемптоне был избран Кнут (викинг-датчанин). После двух сражений, не принесших решающего результата, Эдмунд снял датскую осаду Лондона, а затем нанес поражение датчанам (викингам) при Брентфорде и Отфорде. Он преследовал Кнута в Кенте, и Эдрик Стреона вновь перешел на его сторону. 18 октября 1016 года Эдмунд потерпел поражение в битве при Ассандуне, понеся тяжелые потери — в том числе лишившись многих знатных воинов, — после того как Эдрик со своими людьми бежал с поля боя. Впоследствии Эдмунд и Кнут договорились разделить королевство: Эдмунду отошли земли к югу от Темзы, а Кнуту — к северу. 30 ноября Эдмунд скончался, и Кнут стал единоличным королем Англии. Год спустя он приказал убить Эдрика." (Конец цитирования)

Этот хаотический калейдоскоп убийств, предательств, разбоя, обманов, завоеваний и прочей уголовщины и есть корень и исток "демократической западной цивилизации". Гнусная банда западноевропейских феодалов тысячу лет занималась междоусобицами и взаимными интригами и предательствами. Её попытки завоевать "крестовыми походами" Ближний Восток - ворота на пути к богатствам Индии и Китая - закончились полным провалом. Но этой проклятой сволочи посчастливилось "открыть Америку" и заняться её беспощадным грабежом. Сотни тонн серебра и золота, награбленного в Перу и Мексике, дали этим мерзавцам средства на завоевание колониальных империй, в хронологическом порядке: Португалии - Испании - Голландии - Франции - и, наконец, Англии. А сейчас весь мир корчится в муках от ига сатанинской империи США.

Конечно, теперь главная причина мировых войн - экономическая: необходимость хоть немного поднять военными расходами и разрушениями закономерно падающую норму прибыли от капиталистического производства. Наглость и произвол монархов и дворян сменилась наглостью и произволом буржуев, бюрократов и политиканов. Поэтому мировые войны - это продолжение традиции войн в Европе, продолжавшихся непрерывно от того самого Шарлеманя до Наполеона. Междоусобные разборки между "просвещенными" властителями "христианской цивилизации Запада" никогда не прекращались. Вот отрывок из моего любимого произведения Вольтера "Кандид или Оптимист" - пародии на бредовый квиетизм немецкого ханжи-философа Лейбница, который позднее стал основой заумной брехни Гегеля - апологета прусского абсолютизма, пояснения - (курсивом в скобках):

"Глава третья Как спасся Кандид от болгар, и что вследствие этого произошло

(Вольтер иносказательно пишет о Семилетней войне 1756 – 1763 гг. между Пруссией ("болгарами") и Францией ("аварами")

Что может быть прекраснее, подвижнее, великолепнее и слаженнее, чем две армии! Трубы, дудки, гобои, барабаны, пушки создавали музыку столь гармоничную, какой не бывает и в аду. Пушки уложили сначала около шести тысяч человек с каждой стороны; потом ружейная перестрелка избавила наилучший из миров (тезис квиетизма) от девяти или десяти тысяч бездельников, осквернявших его поверхность. Штык также был достаточной причиной смерти нескольких тысяч человек. Общее число достигало тридцати тысяч душ. Кандид, дрожа от страха, как истый философ, усердно прятался во время этой героической бойни.

Наконец, когда оба короля приказали пропеть «Те Deum - Тебя, Боже, славим» каждый в своем лагере, Кандид решил, что лучше ему уйти и рассуждать о следствиях и причинах в каком-нибудь другом месте. Наступая на валявшихся повсюду мертвых и умирающих, он добрался до соседней деревни; она была превращена в пепелище. Эту аварскую деревню болгары спалили согласно законам общественного права. Здесь искалеченные ударами старики смотрели, как умирают их израненные жены, прижимающие детей к окровавленным грудям; там девушки со вспоротыми животами, насытив естественные потребности нескольких героев, испускали последние вздохи; в другом месте полусожженные люди умоляли добить их. Мозги были разбрызганы по земле, усеянной отрубленными руками и ногами.

Кандид поскорее убежал в другую деревню; это была болгарская деревня, и герои-авары поступили с нею точно так же. Все время шагая среди корчащихся тел или пробираясь по развалинам, Кандид оставил наконец театр войны, сохранив немного провианта в своей сумке и непрестанно вспоминая Кунигунду.

Когда он пришел в Голландию, запасы его иссякли, но он слышал, будто в этой стране все богаты и благочестивы, и не сомневался, что с ним будут обращаться не хуже, чем в замке барона, прежде чем он был оттуда изгнан из-за прекрасных глаз Кунигунды. Он попросил милостыни у нескольких почтенных особ, и все они ответили ему, что если он будет и впредь заниматься этим ремеслом, то его запрут в исправительный дом и уж там научат жить.

Потом он обратился к человеку, который только что битый час говорил в большом собрании о милосердии. Этот проповедник (протестант), косо посмотрев на него, сказал:
– Зачем вы сюда пришли? Есть ли у вас на это уважительная причина?
– Нет следствия без причины, – скромно ответил Кандид. – Все связано цепью необходимости и устроено к лучшему (тезис квиетизма). Надо было, чтобы я был разлучен с Кунигундой и изгнан, чтобы я прошел сквозь строй и чтобы сейчас выпрашивал на хлеб в ожидании, пока не смогу его заработать; все это не могло быть иначе.

– Мой друг, – сказал ему проповедник, – верите ли вы, что папа – антихрист?
– Об этом я ничего не слышал, – ответил Кандид, – но антихрист он или нет, у меня нет хлеба.
– Ты не достоин есть его! – сказал проповедник. – Убирайся, бездельник, убирайся, проклятый, и больше никогда не приставай ко мне.
Жена проповедника, высунув голову из окна и обнаружив человека, который сомневался в том, что папа – антихрист, вылила ему на голову полный (горшок экскрементов)… О небо! До каких крайностей доводит женщин религиозное рвение!" (Конец цитирования)

Я цитирую именно "Кандида" (советую прочесть целиком!) потому, что высмеиваемый в нем квиетизм - вздорная философия верноподданничества и аполитичности, возникшая в17 веке как опора европейского абсолютизма, ныне реально стала тоталитарной идеологией массового буржуйского антиобщества под властью глобалистской закулисы мультимиллиардеров.

Итак, истинная суть западной "цивилизации" - тирания олигархии сверхбогачей, а для народа - нищета плюс непрерывные войны и уголовщина. Эту реальность буржуйская пропаганда маскирует лицемерной брехнёй о "свободе и демократии". Результат этой лживой брехни - громадный рост числа невротиков и психопатов, то есть полностью дезориентированных и одураченных людей - жертв буржуйского антиобщества. Хуже того, Запад готовит агрессию против России усиленным финансированием производства вооружений, а "расейские" олигархи-компрадоры подпитывают его, вывозя на Запад валютную выручку за экспорт природных богатств России. Смотри статью (на английском): "Osnabrück and The Israeli Architecture Behind Nato’s Defence Surge", https://21stcenturywire.com/2026/07/13/osnabruck-and-the-israeli-architecture-behind-natos-defence-surge/

Всем должно быть ясно, что нынешние проблемы (особенно России) невозможно решить политикой, которая их создала и сохраняет - политикой классового господства буржуев. Буржуйская Россия, холуйствующая перед проклятым Западом и безропотно смирившаяся с произволом паразитов и предателей - олигархов и бюрократического режима горбачева-ельцина-путина - обречена на гибель. Нужна радикально иная - социалистическая политика, в интересах трудящихся, а не господ-паразитов. Нужна социалистическая революция. Но буржуйская пропаганда всеми силами старается лишить народ понимания принципиального отличия социалистического общества от классового антиобщества, будь то западно-буржуазного или имперско-сталинского. Поэтому далее я выложу перепост выдержек из книги об этике социализма.

.