(Выкладываю досконально ясную статью о безумной затее либерастов затащить Россию в ВТО - Валентин Катасонов: «Россия и ВТО: О субсидировании экономики и банковских «тылах» транснациональных корпораций», опубликованную 2 частями сайтом «Фонд Стратегической Культуры» -
http://www.fondsk.ru/news/2012/06/16/vto-o-subsidirovanii-ekonomiki-i-bankovskih-tylah-tnk-i.html и http://www.fondsk.ru/news/2012/06/17/vto-o-subsidirovanii-ekonomiki-i-bankovskih-tylah-tnk-ii.html )
Об авторе: В.Ю. Катасонов - профессор, доктор экономических наук, председатель Русского экономического общества
«Большая часть дискуссий вокруг проблемы вступления России в ВТО вращается вокруг пошлин (прежде всего, импортных, но также экспортных) и возможных социально-экономических последствий их изменения (или отмены) после подписания протокола о присоединении.
В меньшей степени внимание концентрируется на вопросах субсидирования российской экономики. Проблема субсидирования обсуждается в основном применительно к одной российской отрасли – сельскому хозяйству, причем лишь в форме бюджетных субсидий. Предлагаю посмотреть на данную проблему в более широком контексте. Надеюсь, что такой подход позволит более трезво оценить последствия возможного вступления России в ВТО. И понять, что кроме снижения пошлин и недостаточного уровня государственной бюджетной поддержки аграрного сектора экономики членство в ВТО несет другие угрозы России. Эти не лежащие на поверхности угрозы сегодня почти не обсуждаются.
1. Правило ВТО: никаких субсидий
Казалось бы, правила ВТО в части, касающейся государственного субсидирования экономики, предельно просты и логичны. Такое субсидирование запрещается, поскольку дает неоправданные преимущества получателю государственных средств и нарушает «справедливые» правила игры на мировом рынке. Конечно, такое субсидирование полностью искоренить не удается. Страны-члены ВТО находят разные лазейки и способы для того, чтобы поддержать своего товаропроизводителя: защитить его на внутреннем рынке и продвинуть на внешние рынки. Среди таких лазеек и способов может быть прямое бюджетное субсидирование отдельных компаний, т.е. финансирование на невозвратной основе. Однако чаще прибегают к использованию косвенных методов, среди них:
- частичное или полное освобождение от налогов;
- отсрочка в выплате налогов (налоговые кредиты);
- предоставление энергоносителей, сырья, других ресурсов и товаров по заниженным ценам и тарифам;
- закупка государством товаров и услуг частных компаний по завышенным ценам;
- бесплатная передача результатов исследований и разработок из государственных лабораторий (часто военных);
- предоставление на льготных условиях в аренду или концессии земельных участков и месторождений, находящихся в государственном секторе;
- предоставление государственных гарантий и льготных кредитов.
Страны-члены ВТО пристально следят за своими конкурентами и периодически устраивают скандалы, направляют жалобы в судебные инстанции ВТО, требуя отмены государственного субсидирования. Страницы газет и журналов, сайты Интернета пестрят сообщениями о подобного рода разборках. Классический пример – перманентная распря между американским «Боингом» и европейским «Аэробусом». Не успели стихнуть страсти после вердикта судебных инстанций о том, что «Аэробус» получил незаконно от Евросоюза субсидий на 18 млрд. долл., как европейцы нанесли ответный удар. Они направили встречный иск в ВТО, в котором отмечалось, что из-за незаконного субсидирования американской авиастроительной компании «Аэробус» в период 2002-2006 гг. понес убытки на сумму 45 млрд. долл. И вот ВТО в марте 2012 года выносит новое решение: признать незаконным субсидирование правительством США (конкретно Министерством обороны и агентством НАСА) компании «Боинг» на сумму 10 млрд. долл. Кроме того, ВТО обратила внимание на несправедливую поддержку «Боинга» властями штатов Вашингтон, Канзас, Иллинойс.
Еще две излюбленные темы, связанные с государственной поддержкой товаропроизводителей, которые постоянно озвучиваются в мировых СМИ: масштабное прямое и скрытое субсидирование промышленного экспорта Китаем; государственная помощь сельскому хозяйству в США и Европейском союзе.
Статистика уровней государственной поддержки экономик отдельных стран весьма условная, неточная. Обвиняющие стороны дают более высокие цифры субсидирования, а те страны, которые выступают в качестве обвиняемых, стремятся их занижать.
С учетом нашего дальнейшего разговора следует обратить внимание на стабильность объемов государственной помощи компаниям реального сектора экономики в развитых странах. Скажем, статистические данные Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) показывают, что во время кризиса 2007-2009 гг. государственные субсидии сельскому хозяйству в абсолютном выражении мало изменились по сравнению со средними значениями предыдущего десятилетия. В США они со 100 млрд. долл. в 2007 г. возросли до 120 млрд. долл. в 2009 г., в Японии – с 55 млрд. до 57 млрд. долл., а в странах Европейского союза (27 государств) несколько понизились – с 160 млрд. до 140 млрд. долл. (1) (OECD. Stat, http://stats.oecd.org.). Иначе говоря, объемы регулярной помощи отраслям реального сектора мало чувствительны к колебаниям экономической конъюнктуры.
2. Россия: отечественный товаропроизводитель без государственных «тылов»
Ни для кого не секрет, что в группе экономически развитых стран уровень государственной поддержки товаропроизводителей выше, чем в странах периферии мирового капитализма. Россия в этом отношении не представляет исключение: она выглядит как типичный представитель этой периферии (несмотря на то, что входит в «Большую восьмерку»).
Взять хотя бы сельское хозяйство. Начиная переговоры о присоединении к ВТО, Россия определила уровень поддержки сельского хозяйства в 89 млрд. долл. (именно таким был среднегодовой уровень господдержки в 1989-1991 гг.). Затем в течение длительных переговоров о присоединении к ВТО наша делегация последовательно «сдавала» первоначальные позиции: сумма была понижена до 36 млрд. долл., позднее – до 16 млрд. долл. На момент вступления России в ВТО она определена в 9 млрд. долл., а к 2017 г. должна быть опущена до 4,4 млрд. долл.
В 2011 г., по официальным данным, у нас на поддержку сельского хозяйства из бюджета было выделено 125 млрд. руб. В валютном эквиваленте получается около 4 млрд. долл. Для сравнения: в Европейском союзе объем государственной поддержки сельского хозяйства составил 60 млрд. долл., т.е. был в 15 раз больше (речь идет лишь о прямых расходах из бюджета в виде выплат товаропроизводителям). Один из показателей, позволяющих сравнивать уровень поддержки сельского хозяйства в разных странах, – доля государственной помощи в стоимости продукции. В США в середине прошлого десятилетия она была равна 18%, в Канаде – 21%, в Европейском союзе – 32%, в Японии – 58%, в Южной Корее – 62%, а в Норвегии имела рекордно высокое значение – 70%. В РФ этот показатель был равен лишь 16% (Н.Н. Семенова. Направления государственной поддержки аграрного сектора экономики в зарубежных странах // Аграрный вестник Урала. №1(67), 2010). На 1 гектар пашни в России выделяется в 40 раз меньше средств, чем в Евросоюзе, и в 15-17 раз меньше, чем в США.
Противники вступления России в ВТО совершенно справедливо отмечают, что при таком уровне государственной поддержки наше сельское хозяйство обречено. Далеко за примерами ходить не надо. Восточноевропейские страны не смогли при вступлении в ВТО обеспечить минимальный уровень дотаций своему сельскому хозяйству, в результате внутреннее производство продукции растениеводства и животноводства сильно сократилось, импорт продовольствия вырос, цены на него, как и следовало ожидать, не упали, а выросли.
Такая же картина наблюдается и по другим отраслям российской экономики. Я уже писал о том, что в десятках стран мира существуют специализированные государственные и полугосударственные агентства, которые помогают продвигать национальных товаропроизводителей на мировых рынках. Агентства предоставляют льготные экспортные кредиты, гарантии, страхование политических и иных рисков по внешнеторговым контрактам. В России такая поддержка в лучшем случае измеряется несколькими сотнями миллионов долларов в год. В США на эти цели по линии только Экспортно-импортного банка из бюджета ежегодно выделяется 10-15 млрд. долл.
В 2009 г. государственная поддержка по линии страхования экспорта в отдельных странах мира составила (млрд. долл.): Китай – 60; Франция – 30; США – 17; Индия – 15; Германия – 13; Италия – 10; Бразилия – 10; Япония – 5; Канада – 5; Великобритания – 3. России нет не только в первой, но даже второй десятке стран по данному показателю.
Сегодня все специалисты знают, что без поддержки со стороны государства национальный товаропроизводитель обречен на проигрыш не только на чужих рынках, но даже на своем собственном. В рамках ВТО действует неписаное правило: «один в поле не воин». В России государство своих «воинов» бросило на произвол судьбы. Вернее – на растерзание транснациональным корпорациям (ТНК).
3. Кризисы: исключения из правил становятся нормой жизни
Выше мы говорили о тех формах государственной поддержки бизнеса, которые хотя и не вписываются в правила ВТО, но тем не менее обсуждаются. А бюрократы из ВТО делают вид, что с ними борются. Это, если так можно выразиться, «верхняя часть айсберга». Но есть еще «нижняя часть айсберга». Речь идет о государственной помощи, которая предоставляется бизнесу в «острых» ситуациях – в периоды финансовых, банковских, экономических кризисов.
Особенности такой чрезвычайной помощи заключаются в следующем.
Во-первых, ВТО делает вид, что это не субсидирование экономики, а что-то иное, связанное с «тушением пожаров». Но в документах ВТО ничего не говорится об исключениях из правил данной организации.
Во-вторых, львиная доля этой помощи предоставляется не компаниям реального сектора экономики, а финансовым организациям, прежде всего банкам. Хотя на финансовый сектор экономики распространяются те же правила, что и на отрасли реального сектора экономики, но почему-то ВТО делает вид, что никто ничего не нарушает.
Во время финансовых кризисов наступают тяжелые времена для банков. И государство бросается их спасать. Не жалея денег. Размеры государственной помощи банкам могут в десятки раз превышать обычные государственные субсидии компаниям реального сектора экономики. Но эти громадные государственные «вливания» в финансовый сектор экономики в рамках ВТО не обсуждаются и под сомнение не берутся.
Резкий всплеск государственной помощи частному капиталу можно проследить по консолидированной статистике стран, входящих в Европейский союз (27 стран). Как видно из табл. 1, в 2008 г. антикризисная помощь в указанной группе стран превышала обычную помощь в 3,3 раза, а в 2009 г. – уже в 4,8 раза. Из других источников известно, что практически 90-95% всей антикризисной помощи направлялось в финансовый сектор экономики ЕС.
Табл. 1.
Обычная помощь и антикризисные субсидии государства частному сектору экономики в странах Европейского союза
(млрд. евро)
| | 1995 | 2000 | 2005 | 2007 | 2008 | 2009 |
| Обычная помощь | 83,2 | 68,0 | 67,1 | 65,4 | 71,8 | 73,2 |
| Антикризисные субсидии | 0 | 0 | 0 | 1,6 | 237,5 | 354,2 |
| Государственная помощь, всего | 83,2 | 68,0 | 67,1 | 67,0 | 309,3 | 427,4 |
| Доля антикризисных субсидий во всей государственной помощи, % | 0 | 0 | 0 | 2,4 | 76,8 | 82,9 |
Источник: В.А. Перепелкин. Сокращение масштабов субсидирования экономики как причина ускоренного роста сектора услуг // Вопросы экономики и права, 2011, № 4
Чтобы показать масштабы «нижней части айсберга», воспользуюсь статистическими данными и экспертными оценками, относящимися к последнему финансовому кризису, хронологические рамки которого определяются периодом 2007-2009 гг. (2)
Табл. 2.
Объемы государственной поддержки финансового сектора экономики в отдельных странах и группах стран в период кризиса 2007-2009 гг.
| | Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП |
| Ирландия | 263,0 |
| Швеция | 70,0 |
| Англия | 47,5 |
| Нидерланды | 39,8 |
| Австрия | 35,5 |
| США | 31,3 |
| Бельгия | 30,9 |
| Испания | 22,8 |
| Германия | 21,7 |
| Франция | 19,0 |
| Южная Корея | 14,3 |
| Норвегия | 13,8 |
| Япония | 12,9 |
| Швейцария | 12,1 |
| Канада | 11,7 |
| Греция | 11,6 |
| Саудовская Аравия | 8,2 |
| Россия | 7,1 |
| Индия | 5,6 |
| Италия | 3,8 |
| Польша | 3,6 |
| Португалия | 2,4 |
| Бразилия | 1,5 |
| Венгрия | 1,1 |
| Аргентина | 0,9 |
| Австралия | 0,7 |
| Китай | 0,5 |
| Турция | 0,2 |
| Индонезия | 0,1 |
Как видно из табл. 2, относительные уровни государственной поддержки финансового сектора в разных странах мира сильно варьировали и могли отличаться на порядок (или даже несколько порядков). На фоне других стран уровень государственной поддержки финансового сектора в России во время кризиса выглядел весьма скромно. Он был в четыре с лишним раза ниже, чем в США, и в десять раз ниже, чем в Швеции.
В абсолютном выражении наибольшая поддержка финансовому сектору была оказана в США. Из федерального бюджета в период 2007-2009 гг. на спасение финансового сектора по так называемому «плану Полсона» было направлено около 700 млрд. долл. Плюс к этому банковский сектор экономики США, по официальным данным Федеральной резервной системы, получил около 2 триллионов долларов. Плюс к этому программа выкупа Федеральным резервом ипотечных облигаций, выпущенных и гарантированных полугосударственными агентствами Fannie Mae и Freddie Mac. ФРС заявила, что все эти виды поддержки осуществлялись на возвратной основе и в 2010 году все деньги вернулись в Федеральный резерв. Однако это все официальные данные. О неофициальной деятельности ФРС в годы кризиса мы скажем ниже.
В Европейском союзе также происходила щедрая раздача казенных средств. Европейская комиссия в период с октября 2008 г. по октябрь 2010 г. определила лимит государственной поддержки финансового сектора в размере 4,59 трлн. евро (5,9 трлн. долл.). Помощь банкам предусматривалась в виде государственных гарантий, выделения наличных средств, выкупа активов. Фактически выделенные суммы помощи были намного меньше лимитов: в 2008 г. банкам было предоставлено 1100 млрд. евро, в 2009 г. – 957 млрд. евро. Итого за два года более двух триллионов евро, или свыше 2,6 трлн. долл. Грубо говоря, абсолютная сумма помощи в ЕС примерно такая же, как и помощь финансовому сектору США.
В Европе самый большой объем государственной поддержки получил банковский сектор Англии – 850 млрд. евро в период с октября 2008 г. по октябрь 2009 г.
По относительному уровню государственной поддержки финансового сектора уникальной страной явилась Ирландия. По мнению даже самых откровенных апологетов западной модели экономики, там совершили безрассудный поступок и подписались в качестве гаранта по всем обязательствам своих банков. Многие из ирландских банков во время кризиса оказались банкротами, поэтому власти Ирландии, спасая банки, фактически сделали банкротом само государство. Ирландия стала эталоном государства, в котором поддержка властями банков является высшим приоритетом правительственной политики, а интересы общества в расчет не принимаются.
Справедливости ради следует сказать, что целый ряд стран отставал от России по уровню государственной поддержки финансового сектора. Но дело в том, что Россия спасала свой финансовый сектор почти исключительно за счет валютных средств, накопленных в «кубышке» под названием Стабилизационный фонд (позднее реорганизованный в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния). В этой «кубышке» накануне кризиса у России было более 500 млрд. долл. валютных накоплений. У многих стран таких «кубышек» не было.
Правда, валютная «кубышка» Китая накануне кризиса была значительно больше, чем у России (почти в 3 раза), однако Китай потратил на поддержку своего финансового сектора весьма скромные средства – всего лишь 0,5% ВВП. Но это объясняется не особой «прижимистостью» китайских властей, а таким устройством экономической и денежно-кредитной системы страны, которое обеспечило Китаю эффективную защиту от ударов мирового финансового кризиса.
Государственная поддержка финансового сектора во время кризиса осуществлялась из разных источников: из государственного бюджета, внебюджетных фондов (валютные накопления от экспорта, аккумулируемые в так называемых «суверенных фондах» – типа нашего Стабилизационного фонда), специальных фондов страхования банковских депозитов, центральных банков. Последний источник в ряде стран можно лишь условно отнести к государственной поддержке в силу особого статуса центральных банков. В первую очередь мы имеем в виду Центральный банк США, который называется «Федеральная резервная система США» и де-юре является частной корпорацией.
Основными получателями государственной поддержки в финансовом секторе были частные коммерческие банки (депозитно-кредитные организации), хотя в разгар кризиса власти стали бросать «спасательные круги» и другим частным финансовым институтам. Например, инвестиционным банкам (которые специализируются не на депозитно-кредитных операциях, а на инвестициях, занимаются преимущественно спекулятивными операциями), страховым компаниям и др.
____________________________
(1) В данном случае берется показатель общей поддержки TSE (Total Support Estimate). TSE включает три основных компонента: 1) прямые расходы на поддержку сельского хозяйства (выплаты из бюджета производителям сельхозпродукции); 2) расходы на поддержку цен на сельхозпродукцию; 3) расходы на общий сервис (расходы на НИОКР, содержание учебных заведений, маркетинг, реклама и т.п.), а также расходы на поддержку потребителей сельхозпродукции (например, льготные талоны на питание и т.п.).
(2) Основные источники: Международный валютный фонд (МВФ), Европейский центральный банк (ЕЦБ), Статистическая служба Европейского союза (Еврост), Агентство финансовой статистики StatBanker
-----
Россия и ВТО: О субсидировании экономики и банковских «тылах» транснациональных корпораций (II)
4. Государственные «вливания» в финансовый сектор, или «банковский социализм»
Основные формы государственной поддержки финансового сектора: 1) капитализация банков («вливания» государственных средств в уставные капиталы); 2) выкуп государством «плохих» («токсичных») активов у банков и предоставление финансовых средств на возвратной основе (кредиты и ссуды); 3) выдача гарантий по обязательствам банков и других финансовых институтов; 4) предоставление средств центральными банками в виде «чрезвычайных» кредитов, а также через механизм традиционного рефинансирования банков (операции по «обеспечению ликвидностью» банковского сектора).
Табл. 3.
Объемы государственной поддержки финансового сектора в форме пополнения уставных капиталов банков в период кризиса 2007-2009 гг.
| | Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП |
| Ирландия | 5,3 |
| Австрия | 5,3 |
| Бельгия | 4,7 |
| США | 4,0 |
| Англия | 3,9 |
| Германия | 3,8 |
| Нидерланды | 3,4 |
| Южная Корея | 2,5 |
| Япония | 2,4 |
| Португалия | 2,4 |
| Швеция | 2,1 |
| Греция | 2,1 |
| Норвегия | 2,0 |
| Италия | 1,3 |
| Франция | 1,2 |
| Швейцария | 1,1 |
| Венгрия | 1,1 |
| Саудовская Аравия | 0,6 |
| Китай | 0,5 |
| Польша | 0,4 |
| Россия | 0,1 |
В табл. 3 представлены данные об участии государства в пополнении уставных капиталов банков во время кризиса. Наиболее высокий уровень данного вида государственной поддержки наблюдался в группе экономически развитых стран – Ирландии, Австрии, Бельгии, США, Англии, Германии, Нидерландах.
В абсолютных масштабах наибольшее участие государства в уставных капиталах банков наблюдалось в США. Фактически в главной стране капитализма произошла частичная национализация банковской системы. В Америке популярным в этой связи стал термин «банковский социализм». Этот термин отразил экономическую модель, в рамках которой попеременно происходит приватизация прибыли и национализация убытков. Правда, это была не стратегическая, а тактическая национализация, направленная на спасение банков в чрезвычайных условиях. После 2009 г. государство потихоньку стало выходить из капиталов крупнейших банков, денационализация американского банковского сектора к настоящему времени почти полностью завершилась. В Великобритании правительство вынуждено было национализировать в феврале 2008 г. банк Northern Rock, который понес миллиардные убытки на ипотечном рынке. Позднее правительству пришлось приобрести 70% акций известного во всем мире Royal Bank of Scotland (RBS) и 43% акций не менее известного банка Lloyds TSB. После окончания острой фазы кризиса правительство постепенно начало выходить из капиталов банков.
Что касается Китая, то там участие государства в повышении капитализации банковских учреждений в 2007-2009 гг. не было какой-то чрезвычайной акцией. И до кризиса, и после кризиса правительство Китая последовательно, в плановом порядке укрепляет свою банковскую систему с помощью «вливания» средств в уставные капиталы существующих банков или создавая новые банки. Доля частного капитала в китайских банках существенно ограничивается государством.
В России участие государства в повышении капитализации банков было крайне незначительным.
Табл. 4.
Объемы государственной поддержки финансового сектора в форме покупки активов и предоставления кредитов (кроме кредитов центральных банков) в период кризиса 2007-2009 гг.
| | Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП |
| Англия | 13,8 |
| Норвегия | 13,8 |
| Канада | 8,8 |
| Япония | 6,7 |
| США | 6,0 |
| Швеция | 5,3 |
| Испания | 4,6 |
| Греция | 3,3 |
| Нидерланды | 2,8 |
| Франция | 1,3 |
| Южная Корея | 1,2 |
| Аргентина | 0,9 |
| Австралия | 0,7 |
| Саудовская Аравия | 0,6 |
| Россия | 0,4 |
В табл. 4 представлены данные об уровнях государственной поддержки в форме выкупа у банков «плохих» («токсичных») активов, а также предоставления государственных кредитов. Выкуп «плохих» банковских активов (например, требований по безнадежным кредитам) - откровенное покрытие убытков частных банков за счет налогоплательщиков. «Плохие» активы после подобной сделки выкупа переводятся на балансы специально созданных властями «банков-помоек». Через некоторое время такие «банки-помойки» списывают полученные активы в убытки и тихо умирают (или продолжают существовать, постоянно высасывая деньги из государственных бюджетов). Таковы правила игры на «рынке банковских услуг» Англии, США, Норвегии, Канады, Японии, Швеции и других государств, входящих в зону «золотого миллиарда». Бедные страны позволить себе такую роскошь бюджетной поддержки банков не могут. Россия по уровню применения данного инструмента поддержки банковских организаций занимает достаточно скромное место.
Табл. 5.
Объемы государственной поддержки финансового сектора в форме выдачи государственных гарантий по обязательствам банков в период кризиса 2007-2009 гг.
| | Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП |
| Ирландия | 257,0 |
| Швеция | 47,3 |
| Нидерланды | 33,7 |
| США | 31,3 |
| Австрия | 30,0 |
| Испания | 18,3 |
| Германия | 17,6 |
| Франция | 16,4 |
| Португалия | 12,0 |
| Канада | 11,7 |
| Южная Корея | 10,6 |
| Греция | 6,2 |
| Польша | 3,2 |
| Венгрия | 1,1 |
| Россия | 0,5 |
| Индонезия | 0,1 |
В табл. 5 представлены сведения об относительных уровнях государственной поддержки финансового сектора в виде гарантий по обязательствам банков. И в обычные, «спокойные» периоды государство в определенных масштабах выдает такие гарантии (в частности, в рамках системы страхования банковских депозитов). Но в кризисные периоды государство начинает щедро раздавать гарантии для того, чтобы предупреждать «набеги» клиентов на банки.
Особой «щедростью» в этом плане, как мы уже отметили выше, отличилось правительство Ирландии. Очевидно, что государственные гарантии Ирландии выдавались без расчетов реальных возможностей правительства, поскольку их совокупный объем был равен чуть ли не десяти государственным бюджетам. Россия на фоне экономически развитых стран по уровню использования данного вида государственной поддержки выглядела крайне скромно.
5. ФРС США - «кредитор последней инстанции»
Кратко о поддержке частных банков со стороны центрального банка, которого принято называть «кредитором последней инстанции». Наиболее активно этот вид поддержки использовался во время последнего кризиса в США (табл. 6).
Табл. 6.
Объемы поддержки банковского сектора со стороны центральных банков в период кризиса 2007-2009 гг.
| | Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП |
| США | 31,3 |
| Швеция | 15,3 |
| Англия | 12,9 |
| Швейцария | 10,9 |
| Саудовская Аравия | 8,2 |
| Индия | 5,6 |
| Венгрия | 4,0 |
| Россия | 3,2 |
| Бразилия | 1,5 |
| Турция | 0,2 |
Поддержка со стороны Федеральной резервной системы носила селективный характер: низкопроцентные и даже беспроцентные кредиты выдавались самым «приближенным» банкам (тем, которые принято называть банки Уолл-стрит).
В разгар кризиса ФРС стала бросать «спасательные круги» не только депозитно-кредитным организациям (банкам, традиционно являющимся членами Федеральной резервной системы), но также другим финансовым институтам: инвестиционным фондам и инвестиционным банкам. Последние в ходе кризиса изменили свой статус и получили право на помощь от «кредитора последней инстанции». Дело дошло до того, что ФРС осенью 2008 г. выделила 85 млрд. долл. на спасение гиганта в области страхования финансовых рисков, как American International Group (AIG). Это было грубым нарушением полномочий Федерального резерва, но во время кризисов о законах никто не думает. Тем более что ВТО о своих запретах на субсидирование частных структур Америке и другим странам «золотого миллиарда» в период кризиса деликатно напоминать не стало.
Но это все «цветочки». Уже после того, как Америка выползла из острой фазы финансового кризиса, там начались многочисленные расследования злоупотреблений, которые денежные власти страны (Федеральный резерв и Министерство финансов) допустили при раздаче «пособий» тонущим банкам. ФРС привыкла быть «вещью в себе» и не докладывать общественности и даже «избранникам народа» о том, кому и сколько она выдает кредитов. А также о том, возвращаются ли эти кредиты. «Избранникам народа» в конгрессе США удалось провести решение о проведении комплексного аудита Центрального банка (ФРС). Кстати, первого с момента создания Федерального резерва в 1913 году. Результаты проверки превзошли все ожидания. Оказывается, за несколько лет (преимущественно в 2007-2009 гг.) Центральный банк, имеющий статус частной корпорации, раздал кредитов на сумму около 16 триллионов (не миллиардов) долларов. Это было больше, чем годовой ВВП США на момент проведения аудита. Удалось выяснить следующее: 1) кредиты были беспроцентными; 2) на момент проверки ни одного цента розданных денег назад не вернулось; 3) в балансе ФРС данные операции не были отражены.
Среди банков-получателей кредитов (в скобках сумма кредитов в млрд. долл.): Citigroup (2500); Morgan Staley (2004); Merril Lynch (1949); Bank of America (1344); Barclays PLC (868); Bear Sterns (853); Goldman Sachs (814); Royal Bank of Scotland (541); JP Morgan (391); Deutsche Bank (354); Credit Swiss (262); UBS (287); Leman Brothers (183); Bank of Scotland (181); BNP Paribas (175). Более «мелких» получателей кредитов ФРС мы здесь не приводим. Вместе с тем даже банк BNP Paribas, который в нашем списке оказался последним, получил такую сумму кредитов, которая сопоставима с общей суммой «вливаний», которые в ходе последнего кризиса наши денежные власти (Банк России и Министерство финансов России) сделали во всю банковскую систему России (насчитывающую в общей сложности более тысячи коммерческих банков).
Примечательно, что целый ряд получателей кредитов ФРС - не американские, а иностранные банки: английские (Barclays PLC, Royal Bank of Scotland, Bank of Scotland); швейцарские (Credit Swiss, UBS); немецкий банк Deutsche Bank; французский банк BNP Paribas. Указанные банки - «нерезиденты» получили от Федерального резерва около 2,5 триллиона долларов. Здесь американские законодатели усмотрели двойное преступление: это не просто тайная операция, но операция по выдаче кредитов нерезидентам (что требует обязательного согласования с американскими властями). Детали гигантских забалансовых операций ФРС до сих пор не известны. Мировой закулисой (хозяевами Федерального резерва) делается все возможное, чтобы данная история вообще исчезла из СМИ и чтобы люди перестали вспоминать об этой величайшей афере владельцев «печатного станка». Фактическое прекращение расследования истории о 16 триллионах долларов означает: нет никакой гарантии, что в будущем опять не повторится астрономическое по масштабам «вливание» в банки, принадлежащие мировой закулисе.
Таким образом, вскрылось, что Федеральный резерв во время последнего мирового финансового кризиса выступил как «кредитор последней инстанции» для банков всего мира. Следовательно, ФРС выполняет функции не национального, а мирового центрального банка.
6. Европейский долговой кризис и европейский «банковский социализм»
В период финансового кризиса 2007-2009 гг. страны еврозоны к использованию Центрального банка для поддержки частных коммерческих банков не прибегали, поскольку такие вопросы могли решаться только на уровне Европейского центрального банка, а ЕЦБ был категорически против применения данного средства. Тогда еще пытались сохранить остатки той финансовой дисциплины, которая была заложена в Маастрихтском договоре 1992 г. (положившем начало Европейскому союзу). Напомню, что договор устанавливал предельно допустимые значения дефицитов государственных бюджетов и государственного долга. Европа сравнительно легко пережила кризис 2007-2009 гг., но сделала это ценой резкого увеличения своих государственных долгов.
Когда в 2011 г. разразился острый долговой кризис в ЕС, государственный долг стран еврозоны достиг 87% их совокупного ВВП, а в целом ряде стран (Греция, Ирландия, Италия, Испания, Португалия) этот показатель превысил 100%. Надо было начинать операцию спасения. Но спасаемыми негласно были определены не государства, а банки. Последние как главные кредиторы государства столкнулись с неплатежеспособностью правительств. Конечно, помощь в ЕС оказывали и государствам, но получаемые ими деньги немедленно перечислялись в погашение долга транснациональным банкам. Среди помогающих были государства-«локомотивы» ЕС (почти исключительно – Германия), международные финансовые организации (МВФ). Помогающих стали искать даже за пределами Европы – в Китае, Японии, России, т.е. тех странах, у которых накоплены большие валютные резервы.
Вспомнили и про ЕЦБ, который после долгих мучений и консультаций вынужден был отказаться от своих жестких принципов и встать на ту же скользкую дорогу, по которой еще раньше стал двигаться Федеральный резерв (неконтролируемая денежная эмиссия). В конце 2011 – начале 2012 гг. ЕЦБ выдал на спасение банков в еврозоне в виде двух траншей более 1 трлн. евро. Это составило около 10 процентов совокупного ВВП стран, входящих в зону евро. Судя по всему, в 2012 году долговой кризис в ЕС будет только обостряться, и ЕЦБ продолжит свою практику «накачки ликвидностью» банковского сектора стран Западной Европы.
Помимо поддержки по линии национальных государственных бюджетов и ЕЦБ банки Западной Европы получили еще один дополнительный источник финансовой помощи. Это наднациональные институты, получившие название Европейский фонд финансовой стабильности (ЕФФС) и Механизм финансовой стабильности (МФС). Максимальный кредитный потенциал обоих институтов – 500 млрд. евро. Преимущественно из этих двух источников, а также из Международного валютного фонда (МВФ) уже сформированы пакеты помощи следующим странам (млрд. евро): Греции (более 200), Ирландии (около 67,5), Португалии (78). На данный момент уже практически принято решение о предоставлении из ЕФФС и МФС около 100 млрд. евро Испании. При подготовке пакетов помощи инициатива в большей степени исходила не от самих стран-получательниц помощи, а от наднациональных структур. На первый взгляд, странно. Ведь деньги вроде бы нужны странам-должникам. Но ларчик просто открывается: помощь дается не вообще экономикам указанных четырех стран, а их банкам. Примечательно: совокупный объем помощи банкам четырех стран приближается к 450 млрд. долл., а помощь аграрному сектору всех стран ЕС в 2010 г. была равна лишь 60 млрд. евро (82 млрд. долл.). Банки для Европы сегодня важнее хлеба, мяса и молока!
Очень важный нюанс «помощи»: обязательства по возвращению денег в рамках получаемых кредитов берет на себя не банковский сектор, а государство. Именно поэтому против соглашений о получении помощи в Греции, Ирландии, Португалии и Испании были проведены массовые манифестации. Народ протестовал против навязываемого ему долгового рабства.
7. Субсидирование финансового сектора России: сравнение с другими странами
Ниже, в табл. 7, приведены обобщенные оценки уровней государственной поддержки финансового сектора экономики в разных группах стран: экономически развитых странах; развивающихся странах; странах «большой двадцатки». Последняя группа является смешанной и включает как экономически развитые страны («большую семерку» и Австралию, а также Европейский союз), так и ряд экономически наиболее сильных стран из тех, которые находятся за пределами «золотого миллиарда» (Китай, Бразилия, Аргентина, Мексика, ЮАР и ряд других). В «большую двадцатку» также входит Российская Федерация.
Экономически развитые страны имели во время кризиса уровень государственной поддержки финансового сектора экономики в 18,7 раз более высокий, чем развивающиеся страны. Показатели по группе «большой двадцатки» занимали промежуточное место между экономически развитыми и развивающимися странами.
Табл. 7.
Объемы государственной поддержки финансового сектора экономики в отдельных группах стран в период кризиса 2007-2009 гг. (в % ВВП)
| Группа стран | Всего | В том числе |
| Пополнение уставных капиталов | Покупка активов и кредитование (кроме кредитования центральными банками) | Выдача государственных гарантий по банковским обязательствам |
| Экономически развитые страны | 43,1 | 2,9 | 5,2 | 19,7 |
| Страны «большой двадцатки» | 27,9 | 1,9 | 3,3 | 12,4 |
| Страны с развивающейся экономикой | 2,3 | 0,2 | 0,1 | 0,1 |
| Россия | 7,1 | 0,1 | 0,4 | 0,5 |
Россия по уровню государственной поддержки (7,1% ВВП) выглядела скромно даже на фоне среднего показателя по «большой двадцатке». Отставание России от группы экономически развитых стран было шестикратным. По уровню государственной поддержки в виде «вливаний» в уставные капиталы банков Россия даже не дотягивала до среднего показателя по группе развивающихся стран.
И при этом во время нынешнего долгового кризиса в Европе Россия даже собиралась выступить в качестве «донора», «спасителя» западноевропейских стран. Министерство финансов РФ на полном серьезе обсуждало осенью 2011 года планы предоставления помощи Испании в виде покупки ее государственных долговых бумаг. На самом деле речь шла, конечно же, не о спасении Испании, а о спасении тех банков, которые желали «выдернуть» свои деньги (с процентами) из государственного кошелька Испании. Что-то у России с Испанией не «склеилось». Зато получилось с Кипром. Туда мы дали 4 млрд. долл. Опять-таки: не для спасения народа Кипра, а для спасения кипрских банков. Вернее - российских олигархов, деньги которых были в этих банках.
В любой момент может начаться вторая волна мирового финансового кризиса. Банковская система России крайне слаба, и многие банки могут просто «посыпаться». Вместо того, чтобы укреплять банковский сектор экономики (например, увеличивая капитализацию банков через «вливания» в уставные капиталы), наши власти делают все наоборот: они заявили о планах полной приватизации в ближайшие годы двух наших банков с участием государства – Сбербанка и Внешторгбанка. А ведь на них, по сути, держится вся российская банковская система.
8. Без суверенной финансовой системы России вступать в ВТО нельзя.
Из приведенных выше данных и их сопоставления можно сделать следующие выводы.
Суммарная величина государственной поддержки финансового сектора не только сопоставима с величиной государственной поддержки всех остальных отраслей, но и существенно больше. Так, во время кризиса 2007-2009 гг. совокупная государственная поддержка финансового сектора в экономически развитых странах составила 43,1% ВВП (табл. 7). Если предположить, что финансовые кризисы и порождаемые этими кризисами «государственные вливания» происходят раз в десять лет, получается, в расчете на год за десятилетний период эта помощь составила 4,3% ВВП.
Оценки государственной регулярной помощи частному сектору экономики в зоне «золотого миллиарда», как мы отметили, находится в диапазоне от 1 до 2 процентов ВВП. Получается, что государственная помощь финансовому сектору в среднем в расчете на год в 2 – 4 раза выше, чем помощь реальному сектору экономики. В острые моменты государство укрепляет «банковские тылы» экономики, а после преодоления кризисных периодов «тылы» реального сектора экономики начинают укреплять банки. Так устроена экономика развитых стран. Такую модель в старых учебниках по политической экономии было принято называть «государственно-монополистическим капитализмом» (ГМК). Сегодня в связи с резким усилением экономической и политической роли банковского капитала в мире ее правильнее назвать «государственно-банковским капитализмом» (ГБК).
Но возникает один простой вопрос: почему одни страны могут осуществлять в короткие сроки громадные «вливания» в финансовый сектор, а другие нет? Ответ достаточно прост: у одних стран имеется такой институт, как центральный банк, а у других его нет. Центральный банк может осуществлять «вливания» напрямую. Однако чаще он прибегает к другой схеме: «кредитор последней инстанции» осуществляет кредитование правительства (покрывает дефицит государственного бюджета, покупая государственные облигации); а правительство далее уже направляет полученные средства на «вливания» в финансовый сектор.
Читатель задаст вопрос: но ведь центральные банки сегодня есть почти во всех странах мира? Почему же одни участвуют в «накачке» финансового сектора, а другие нет. Дело в том, что далеко не все учреждения, на которых есть вывеска «центральный банк», на самом деле являются центральным банком. Большинство из них являются «валютными советами» или «валютными управлениями». Они не предназначены для того, чтобы кредитовать отечественные банки и предприятия реального сектора экономики. Это институты, которые больше похожи на «валютные обменники». Они развернуты не на внутреннюю экономику своих стран, а на экономики тех стран, в которых «печатается» иностранная валюта. Фактически такие «валютные советы» помогают западным экономикам. И уж никак не могут помочь своим отечественным банкам и компаниям. Ни в обычных условиях, ни в условиях кризисов. Поэтому при отсутствии нормальных «банковских тылов» такие страны в условиях ВТО обречены на проигрыш.
А как же предлагается бороться с финансовыми кризисами тем странам, которые имеют у себя не полноценные центральные банки, а «валютные советы»? Прежде всего, расходовать на эту борьбу свои валютные накопления. Западу это очень выгодно, т.к. осуществляется рециклирование эмитируемой им валюты (возращение долларов и евро в виде почти беспроцентного ссудного капитала в западную экономику). А чтобы было что расходовать, страны периферии мирового капитализма в периоды передышек между кризисами всю свою «экономическую политику» сводят к одному – накоплению валюты. «Экономическая политика» поразительно бессмысленная: не созидание (расширение или совершенствование национальной экономики), а подготовка к очередному кризису. Никаких долгосрочных социально-экономических целей власти таких стран вообще не ставят. Если у страны нет валюты для борьбы с кризисом, ей ее будут предлагать различные «добрые дяди» из МВФ, МБРР, ЕБРР и других «благотворительных» организаций. Если страна в долгах как в шелках и даже «добрые дяди» отказывают в «помощи», то страну со всеми ее богатствами начинают «приватизировать» международные банкиры.
Кстати, Банк России также имеет все признаки «валютного совета». Это сегодня вынуждены признать даже наши власти. Только не любят об этом говорить вслух. Но кое-кто говорит. Например, депутат Государственной думы четырех созывов (от «Единой России»), бывший председатель Комитета по экономической политике и предпринимательству Е.А. Федоров. Вот данная им характеристика российского рубля и Банка России: «Выпускается эта бумажка (рубль – В.К.) на основе Конституции и на основе закона о Центральном банке, и объемы выпуска, пропорциональны, по закону о Центральном банке и Конституции Российской Федерации, объему закупленной виртуальной иностранной валюты через механизм так называемых валютных резервов… Таким образом, ежегодно мы платим в казну США дань – порядка 200-300 миллиардов долларов. Это соответствует полному налогообложению в России, без таможенных платежей. Условно говоря, каждый россиянин платит два налога: один налог он платит в российский бюджет, а другой – в таких же объемах – он платит в американский бюджет. Эти правила придумали американцы» (Евгений Федоров. Проигравшие победители. // Правда.Ру. 24.02.2012). Кредитовать свою российскую экономику Банк России не может – ни через рефинансирование коммерческих банков, ни через кредитование правительства (последнее законом о Центральном банке прямо запрещается). Фактически Банк России – филиал Федеральной резервной системы, обслуживающий интересы главных акционеров ФРС.
С таким худым «тылом» любую торговую войну Россия проиграет. А любой финансовый кризис для ее экономики будет в десять раз более тяжелым, чем для экономик стран «золотого миллиарда». Без суверенной финансово-банковской системы России вступать в ВТО смерти подобно.
P.S. Подробнее разобраться с вопросами организации современных денежно-кредитных систем, включая центральные (эмиссионные) банки читатель может, обратившись к работе: В.Ю. Катасонов. О проценте: ссудном, подсудном, безрассудном. Книги 1 и 2. - М.: НИИ школьных технологий, 2011.»
