МАЙКЛ ХАДСОН: ФРС США И ГЛОБАЛЬНАЯ ЛОМКА

--

Выкладываю мой перевод недавнего интервью проф. Майкла Хадсона (Michael Hudson) с финским журналистом Антти Й. Ронкайненом (Antti J. Ronkainen) - "The Federal Reserve and the Global Fracture" по тексту источника: http://www.counterpunch.org/2016/02/17/the-federal-reserve-and-the-global-fracture/ . Я стараюсь (в меру сил и свободного времени) переводить на русский и выкладывать статьи и интервью Майкла Хадсона, в надежде на то, что они откроют российской публике глаза на действительные механизмы, двигающие мировой капиталистической и неоколониальной российской экономикой.

Хадсон рассказывает о паразитической и преступной сути шайки банкиров Уолл-стрита, но нам-то при этом нельзя забывать об ещё более гнусной и преступной сути расейских чинуш-предателей: Медведева, Улюкаева, Силуанова, Набиуллиной и Дворковича, которые в сговоре с банкирами вроде Грефа губят экономику России. Осмыслив это интервью, можно понять, что и жёсткая привязка экономики России к доллару, и скупка Центробанком России облигаций Казначейства США ("трежурис"), и чудовищно высокие (ростовщические) процентные кредитные ставки в России, и валютный арбитраж на раскачке обменного курса рубля, и людоедский "секвестр госбюджета", и воровские затеи с приватизацией - всё это является закономерными частями механизма систематического грабежа России Западом при соучастии "расейской" предательской сволочи - банкиров, чинуш и компрадоров. Надеюсь, что народ России перестанет хлопать ушами и воздаст буржуйской паразитической мрази (которая теперь спешно и лицемерно перекрашивается в "патриоты") по заслугам, развешав её по фонарным столбам.

Короче: капиталистические порядки несут России лишь колониальное рабство и гибель. Россию спасёт лишь переход к плановой социалистической экономике, учитывающей всю совокупность положительного и отрицательного опыта СССР и стран-членов СЭВ.

*  *  *

--

"Антти Й. Ронкайнен (АР): Федеральная резервная система (ФРС) - самый влиятельный центральный банк мира. Какое влияние он оказывает на внутреннюю политику США?

Майкл Хадсон (МХ): ФРС поддерживает статус-кво. Она не хочет создавать кризис перед выборами. В настоящее время она включилась в предвыборную кампанию Демократической партии, и её роль заключается в том, чтобы содействовать спонсированию кампании Хиллари Клинтон Уолл-стритом. Она пытается симулировать оздоровление экономики, возобновив субсидирование надувания финансовых пузырей на Уолл-стрит, но не оказывает помощи реальной, производительной экономике. Но экономика нуждается в списании долгов, а вовсе не в закачивании в неё всё новых и новых долговых обязательств (так называемом "leveraging"), в чём состояла цель так называемых "количественных смягчений" (Quantitative Easing - QE). Соответственно, ФРС систематически отрицает тот факт, что США и европейские страны страдают от долговой дефляции.

ФРС проводит лишь одну политику: она воздействует на процентные ставки, создавая из ничего резервы для банков со скандально низкой процентной ставкой. Этим она даёт банкам дармовую прибыль, заимствуя деньги у ФРС и кладя их в ФРС на депозит, что приносит им проценты (которые выплачиваются с момента кризиса 2008 года, как субсидирование банков, в основном - самых крупных). Результатом является закачка денег на рынок финансовых активов - облигаций, акций и недвижимости, но не в экономику в целом. Банки также являются крупнейшими арбитражными спекулянтами на рынках обмена валют. Это, конечно, не содействует восстановлению экономики, равно как и политика нулевых процентных ставок (ZIRP), которая проводится в Японии с 2001 года. Финансовые рынки являются долговым бременем, а вовсе не "активами" в совокупном балансе экономики.

Поэтому обе политические партии США хотят избежать того, чтобы в предвыборной кампании обсуждалась эта порочная политика. ФРС, Казначейство и Министерство юстиции США останутся такими же лакеями Уолл-стрита, если Хиллари станет президентшей. Не будет никаких наказаний банкиров за мошенничества, генеральный прокурор будет таким же пособником банков, и будет такая же готовность и далее субсидировать банки, после того как реформа Додда-Франка была выхолощена до неузнаваемости по сравнению с тем, что от неё изначально ожидали.

АР: Давайте-ка вернемся к началу. Когда началось обострение Великого финансового кризиса в 2008 г., то ФРС отреагировала снижением своей учётной процентной ставки почти до нуля. Почему?

МХ: Целью снижения процентной ставки была выдача банкам дешевых кредитов. То, что якобы банки от этого снова станут выдавать кредиты, чтобы помочь реальной экономике снова встать на ноги, было ложью. ФРС это затеяла просто для того, чтобы повторно раздуть финансовый пузырь в экономике. Оно было направлено ​​на раздувание (до номинала) упавшей рыночной цены закладных на недвижимость, которые банки накопили в своих "активах". Надежда была на то, что дешевые кредиты простимулируют возобновление ипотечного кредитования, снова повысив цены на жилье - как будто бы это помогает экономике, а не просто раздувает цены на рынке недвижимости.

Но банки и не собирались возобновлять ипотечное кредитование на рынке жилья, потому что он уже был перегружен долгами. Вместо этого они стали понуждать домовладельцев к выплате полученных ипотек. Одновременно банки обезопасили себя, выжав из должников по кредитным карточкам несколько сотен миллиардов долларов. Таким образом, вместо того, чтобы получить новые кредиты, экономика была обременена требованиями погашения долгов.

Банки получали прибыль, но отнюдь не кредитованием реальной экономики производства и потребления. Их основное занятие - арбитраж и спекуляции, а также кредитование хедж-фондов и корпораций, выкупающих на рынке свои собственные акции, чтобы повысить доходность по дивидендам, а не довольствоваться обычной на рынке опроцентовкой.

АР: Помимо политики почти нулевых процентных ставок, ФРС закупила казначейские облигации США и ипотечные "ценные" бумаги ("Mortgage-backed securities" - MBS) на почти 4 триллиона долларов за время трех раундов "стимулирования количественным смягчением" (QE). Как эти меры повлияли на реальную экономику и финансовые рынки?

МХ: В 2008 году ФРС стояла перед выбором: Он могла спасти или реальную экономику, или банки. Она могла бы использовать часть того, что стало гигантским кредитованием банков в рамках QE, скажем, 1 триллион долларов, для погашения и списания  безнадежных долгов по ипотекам. Это могло бы спасти реальную экономику от долговой дефляции. Но вместо этого ФРС просто снова раздула спекулятивный пузырь, чтобы избавить банки от необходимости нести убытки на своих мусорных ипотеках и других безнадёжных долговых обязательствах.

Оставив эти долги на балансе банков в полном объеме, она вызвала банкротства массы домовладельцев с принудительной передачей их недвижимости кредитору в счёт взыскания по закладной (foreclosure). Это усилило долговую дефляцию и загнало экономику в ее нынешнюю депрессию, корни которой лежат в 2008 году. Бремя долгов и поныне удерживает её в состоянии депрессии.

Поэтому можно говорить о финансовой войне, которую Уолл-стрит ведёт против реальной экономики. ФРС является главным орудием в этой войне. Она действует в интересах Уолл-стрита. И подобно ей, Уолл-стрит захватил и подчинил себе Министерство юстиции и Казначейство США.

Муж председателя ФРС Дженет Йеллен - Джордж Акерлоф - написал хорошую статью о грабежах и мошенничествах как способах получения доходов. Но вместо того, чтобы объявить грабежи и мошенничества вне закона, ФРС отказалась от исполнения своих обязанностей по пресечению такой деятельности. Она, очевидно, смирилась с тем, что грабежи и мошенничества - это суть деятельности Уолл-стрита, или по меньшей мере с тем, что финансовая система рухнет, если будет предпринята попытка очистить эти Авгиевы конюшни!

Таким образом, ни ФРС, ни Министерство юстиции, ни какое-либо иное государственное учреждений США не покарало или арестовало ни одного банкира, виновного в финансовых махинациях в резмере триллионов долларов. Напротив, крупные банки - средоточие мошенничества - были сделаны еще более крупными и могущественными. В результате были ликвидированы мелкие банки, намного менее вовлеченные в азартную игру с дериватами и прочие спекуляции.

Суть в том, что банки нажились гораздо больше в результате деятельности Алана Гринспена и чиновников Казначейства при Клинтоне и Бушах по ликвидации правовых актов, направленных против мошенничества, чем они могли бы нажиться без риска на традиционном кредитовании. В итоге их нажива увеличила долговое бремя экономики.

АР: Согласны ли Вы с мнением Майка Уитни (Mike Whitney) о том, что QE было неким компромиссом между ФРС и правительством США: ФРС надувает новый пузырь и спасает банки, благодаря чему самому правительству не придётся их спасать, давая им наличные. А дело правительства -  это установить режим жестокой "экономии" для предотвращения роста инфляции и занятости, который мог бы заставить ФРС повысить процентные ставки и прекратить его программу QE?

МХ: Речь идет о большой диаграмме (см. http://www.counterpunch.org/2016/01/15/the-chart-that-explains-everything/ ), которую Майк перепостировал от Ричарда Ку (Richard Koo). Она показывает, что та огромная масса кредита, которую сотворила ФРС, не оказала никакого влияния на рост заработной платы и цен на товары. Но вот котировки на фондовой бирже выросли в два раз всего за шесть лет (2008-2015), и цены на облигации выросли до новых максимумов. Банки оставили бóльшую часть средств, полученных по QE, на депозите в ФРС, что дало им даровые прибыли от опроцентовки.

Важно указать на то, что ФРС (при поддержке администрации Обамы) отказалась использовать эти 4 триллиона долларов для того, чтобы оживить реальную экономику производства и потребления. Там утверждали, что такая политика якобы будет "инфляционной", что на деле означало повышение уровня занятости и заработной платы. Таким образом, ФРС исповедует неолиберальную лживую "экономику", которая предписывает жестокую экономию ("austerity") как ответ на любые проблемы, то есть затягивание поясов для производительной экономики, а не для Уолл-Стрита - владельца ФРС.

АР: Согласно официальному мнению ФРС, QE приведёт к снижению курса доллара по отношению к другим валютам, что вызовет рост конкурентоспособности для фирм США. Бывший министр финансов Бразилии Гвидо Мантега (Guido Mantega), а также председатель Центрального банка Индии Рагурам Раджан (Raghuram Rajan), заклеймили QE ФРС как "валютную войну". Что вы об этом думаете?

МХ: Целью ФРС было просто дать банкам кредиты под очень низкий процент. А банки использовали их, чтобы дать кредиты хедж-фондам на покупку ценных бумаг или заключение спекулятивных (фьючурсных) сделок, что обещало дать более 0,1 процента годовых. Они также дали кредиты корпорациям на выкуп собственных акций, и ещё рейдерам для проведения финансируемых в долг слияний и поглощения фирм. Но банки не дают кредитов реальной экономике, потому что она уже по уши в долгах, и даже более того, перегружена бременем долгов.

Более низкие процентные ставки вызвали вспышку кредитования спекуляций на переходе в другую валюту - "carry trade", как это практиковалось в Японии после 1990 года. Банки и хедж-фонды закупили иностранные облигации займов с более высокой опроцентовкой. Курс доллара падал по мере того, как банковские спекулянты-арбитражеры брали в долг у ФРС под 0,1 процента и кредитовали Бразилию под 9 процентов. Покупка облигаций иностранных займов подняла вверх курсы валют этих стран по отношению к доллару. Это было побочным эффектом стараний ФРС помочь Уолл-Стриту нажиться на финансовых спекуляциях. Их совершенно не интересовало то, как наводнение мировой экономики избыточной массой долларов из QE влияет на экспортёров США или на зарубежные страны.

Сдвиги обменных курсов не влияют на тенденции в экспорте столь сильно, как это утверждают схемы в учебниках экономики. Экспорт США оружия на Ближний Восток и многие виды экспорта технологии ограждены от конкуренции. Но тем не менее, грозящей  большинству стран проблемой является то, что может произойти, когда QE закончится и обменный курс доллара вырастет. Если процентные ставки в США увеличатся, то это усилит позиции доллара. А это приведет в зарубежных странах к увеличению расходов по выплате долларовых долгов. Страны, которые получали долларовые кредиты под низкий процент, должны будут платить за них больше в пересчёте на свою собственную валюту. Представьте себе, что произойдет, если ФРС поднимет учетную процентную ставку опять до нормального уровня в 4 или 5 процентов. Рост курса доллара поразит экономики стран-должников депрессией гораздо сильнее, чем (инфляция) поможет росту их экспорта в торговом балансе.

АР: Вы сказали, что QE ломает глобальную экономику. Что вы под этим подразумеваете?

МХ: Часть этого паводка долларовых кредитов была использована для покупки акций иностранных компаний, дающих от 15 до 20 процентов, а также иностранных облигаций. Эти доллары попали в иностранные центральные банки в результате обмена на национальную валюту. Однако центральные банки могут использовать эти доллары лишь для покупки облигаций Казначейства США, дающих только около 1 процента годовых. Когда Народный банк Китая покупает казначейские облигации США, он этим финансирует двойной дефицит США - бюджета и платежного баланса, тот дефицит, основная причина которого состоит в расходах на военную осаду Евразии, и одновременно даёт дармовую субсидию "инвесторам" и прочей экономике США.

Вместо того, чтобы покупать казначейские облигации США, Китай предпочел бы покупать американские компании, подобно тому, как "инвесторы" США  скупают китайские предприятия. Но американское правительство не позволяет Китаю купить даже какую-нибудь захудалую бензозаправку. Это явный случай двойных мерок. Американцы боятся того, что китайцы купят долю в их фирмах. Это такая же блокировка, которая была устроена против Японии в конце 1980-х годов.

Я написал об этой финансовой войне и дармовых доходах США от долларового стандарта в книгах Super Imperialism (2002) и The Bubble and Beyond (2012), а также о том, как в наше время Новая Холодная война ведется в финансовой сфере - в книге  Killing the Host (2015).

АР: Демократическая партия громко критиковала администрацию Буша за программу TARP в размере 700 млрд. долларов, но поддержала администрацию Обамы с её QE, по которым ФРС скупила (долги) на сумму почти 4 триллиона долларов. Как это увязывается с тем, что официально скупки по QE были нацелены на поддержку оживления экономики?

МХ: Я думаю, что у Вас неправильное представление об этой истории. В моей книге Killing the Host написано, что "демократы" поддержали TARP, в то время как "республиканцы" в Конгрессе были против неё - с популистской аргументацией. Республиканский министр финансов (Treasury Secretary) Хэнк Полсон (Hank Paulson) предложил использовать часть денег для помощи чрезмерно задолжавшим домовладельцам, однако новоизбранный президент Обама заблокировал это предложение, а затем назначил на пост министра финансов Тима Гейтнера (Tim Geithner). Глава FDIC Шейла Бэр (Sheila Bair) и глава SIGTARP Нейл Барофски (Neil Barofsky) написали хорошие книги о том, как Гейтнер служит Уолл-стрит (и особенно корпорациям Citigroup и Goldman Sachs) в ущерб интересам экономики в целом.

Те, кто служат Уолл-стриту - главному источнику пожертвований на избирательные кампании - должны лгать, что это якобы помогает экономике. Политики сначала пишут "список A": перечень требований пожертвователей на кампанию - Уолл Стрита и других коррупционеров. Затем их специалисты по пиару и референты, пишущие речи,  составляют "список B": перечень требований избирателей. Чтобы заполучить голоса, фабрикуется демагогическая программа. Я описываю это в моей следующей книге "J is for Junk Economics", которая будет опубликована в марте. Это лексикон лицемерного двуязычия по Оруэллу - словарь политических и экономических эвфемизмов, суть которых вывернута наизнанку, и противоположна тому, что под ними обычно подразумевают.

АР: Какое отношение имеют TARP и QE к официальной задаче ФРС - обеспечивать стабильность цен?

МХ: Есть две категории цен: цены на финансовые активы и цены на товары и заработную плату. Под "стабильностью цен" у ФРС подразумевается удержание на низком уровне заработной платы и цен на товары. Называя "стабильностью цен" сдерживание роста заработной платы, она приукрашивает негативный феномен долговой дефляции, а также отвлекает внимание от инфляции ("роста курсов") биржевых активов, что является поддержкой привилегий "одного процента" богачей в ущерб интересам 99 процентов населения. С 1980 года и по настоящее время, ФРС раздула громаднейший в истории пузырь курсов облигаций в результате снижения процентной ставки с 20 процентов в 1980 году до почти нулевой сегодня, как вы заметили.

Чикагская школа монетаризма игнорирует цены на финансовые активы. Она лжёт, утверждая, что при увеличении денежной массы пропорционально растут и розничные цены, и цены финансовых активов, и заработная плата. Но в действительности всё происходит совсем иначе. Когда банки творят кредит (деньги), лишь малая доля кредита выдаётся людям для покупки товаров и услуг, а также компаниям для капиталовложений в средства производства и найма рабочих. Они творят основную массу кредита для перехода собственности на уже существующие активы из рук в руки. Около 80 процентов банковских кредитов являются ипотеками, а остальные в основном идут на приобретение акций и облигаций, в том числе на хищническое поглощение фирм (corporate takeover), выкуп акций выпустившими их фирмами (stock buyback) или рейдерский захват с помощью заемных средств (debt-leveraged purchase). Всё это взвинчивает цены на активы, и в результате экономика нагружается бременем долгов. Это взвинчивает вверх себестоимость ведения экономической деятельности, а экономика в целом попадает в тиски долговой дефляции.

Уолл-стрит теперь куда менее заинтересован в эксплуатации наемного труда для производства товаров на продажу, чем это было в эпоху расцвета промышленного капитализма. Вместо этого он извлекает прибыль, оседлав волну инфляции финансовых активов. Банки также получают прибыль, вынуждая трудящихся платить всё больше и больше в виде процентов, комиссионных и штрафов по ипотекам, по ссудам студентам на оплату образования, по кредитным карточкам и по кредитам на покупку автомобилей. Таков постиндустриальный режим финансовой эксплуатации труда и экономики в целом. Программа QE ФРС увеличивает цены, по которым акции, облигации и недвижимость обмениваются на эквивалент труда, а также увеличивает долговое бремя повсюду в экономике.

АР: Почему экономисты не делают различий между инфляцией цен на финансовые активы и цен на товары?

МХ: Учебная программа по экономике была превращена в дрессировку студентов, чтобы они воображали, что существует гипотетическая параллельная вселенная, в которой класс паразитов-рантье является созидателем рабочих мест, необходимых для восстановления экономики. А реальность такова, что финансовые методы обогащения с помощью нагнетания долговой нагрузки (debt leveraging) создают экономику спекулятивных пузырей - финансовых пирамид, что приводит к "режиму жестокой экономии" (austerity) и сокращению спроса на рынках, что всегда кончается агонией банкротств.

Причина того, почему господствующая ныне экономическая теория этого не объясняет, состоит в том, что в экономике всем навязывается неолиберальная зашоренность, которая игнорирует махинации финансового сектора, позволяющие делать быстрые прибыли от спекуляции акциями, облигациями, ипотечными кредитами и дериватами, не тратя времени и усилий на развитие долгосрочного спроса на рынке. Паразиты-рантье стремятся скрыть под шапкой-невидимкой то, как они получают прибыли. Они знают, что если экономисты не будут измерять размеры их богатств, и общественность останется в неведении, то избиратели вряд ли будут требовать государственного регулирования и обложения их налогами.

Главная экономическая проблема современности состоит в том, что раздувание курсов финансовых активов при помощи нагнетания долговой нагрузки (debt leveraging) всё больше обременяет экономику процентами и платежами по финансированию. Когда долговая дефляция приводит к краху экономики, ростовщики пытаются обвинить в этом крахе трудящихся или государственные расходы (за исключением тех, что идут в пользу Уолл-стрита - на его спасение от долгов (bailout) за счёт государства и QE). Это же абсурд - якобы должники эксплуатируют ростовщиков!

АР: Если есть новая классовая борьба, то какова нынешняя модель экономического роста?

МХ: Это модель жестокой экономии (austerity), которую вы можете видеть на примере еврозоны и того, как неолиберальные идеологи приводят Латвию в качестве примера (мнимого) экономического успеха, а не (явной) катастрофы, ведущей к деиндустриализации и массовой эмиграции. При настоящей демократии, если бы экономика была поляризована так, как они это теперь сделали, то можно было бы ожидать, что 99 процентов населения воспрепятствуют этому, избрав политиков, которые ввели бы прогрессивное налогообложение, регулирование финансистов и монополий, и осуществили государственные инвестиции в экономику, чтобы поднять зарплаты и уровень жизни. В 19 веке такое движение (социалистическое) заставило парламенты переписать законы о налогах, чтобы их взималось больше с помещиков и монополистов.

Промышленный капитализм вкладывал прибыли в новые средства производства, что вело к росту экономики. Но сегодняшняя модель капитализма рантье основана на жестокой экономии и приватизации. Основным способом, которым богател финансовый сектор, неизменно была приватизация общественного достояния путем "инсайдерских" (закулисных коррупционных) сделок и обременения государства долгами.

Таким образом, идеальный образ действий финансистов состоит в выдаче кредита с прицелом на то, чтобы в конечном итоге прибрать к рукам залоговое имущество должников - будь то государств, компаний и семей. В Греции Европейский центральный банк, Европейская комиссия и МВФ - эта людоедская "тройка" - потребовала, чтобы политики, избранные народом, отдали ей в качестве компенсации за уплату долгов держателям облигаций и банкирам морские порты страны, её земельные участки, острова, дороги, школы, системы канализации и водоснабжения, телевизионные станции и даже музеи, в противном случае страна будет изолирована от Европы и низвергнута в хаос. Это заставило Грецию капитулировать.

То, что кажется на первый взгляд демократией, на самом деле - шантаж народа политиками, которые усвоили идеологию финансовой классовой борьбы, твердящую, что путь экономики к богатству - это жестокая экономия. А это означает понижение заработной платы, безработицу и разложение государства, отдающего богатства страны финансовым хищникам.

Поддерживая банковский сектор даже в ситуациях, когда он действует как откровенный хищник и мошенник, правительства США и европейских стран повернули вспять историческую тенденцию, которой с 19-го века следовали прогрессивный промышленный капитализм и социализм. Сегодня класс паразитов-рантье не занимается долгосрочными инвестициями в производительные активы, извлекая прибыль из найма рабочих для производства товаров. Ныне финансовый капитализм и выросшая из него финансовая олигархия делают деньги, присваивая источники доходов и имущество стран, экономика которых всё глубже погружается в трясину долгов. Богачи, нападающие на "произвол правительств", если они на самом деле демократические, обожают правительства, если они олигархические и служат их интересам, повернув историю вспять и уничтожая результаты двух столетий демократических реформ.

АР: Осознаёт ли ФРС, что её "нетрадиционная" политика является причиной глобальных экономических потрясений?

МХ: Несомненно. Но ФРС сама загнала себя в угол: Если она поднимет процентные ставки, то это приведет к тому, что курсы акций и облигаций полетят вниз. Это бы испортило всю долговую накачку (debt leveraging), которая поддерживает на плаву эти курсы. Более высокие процентные ставки к тому же обанкротят должников в "третьем мире", которые не смогут обслуживать свои долларовые займы, если доллар станет дороже по отношению к их валютам.

Но если ФРС будет удерживать процентные ставки на низком уровне, то пенсионные фонды и страховые компании не получат таких прибылей от "ценных бумаг", которые по их планам должны были бы расти экспоненциально до бесконечности. Следовательно, что бы ФРС ни делала, это ведет к дестабилизации мировой экономики.

АР: Фондовый рынок Китая рухнул, рынки Запада очень нестабильны, и Джордж Сорос заявил, что нынешняя финансовая ситуация напоминает ему крах 2008 года. Есть ли основания для беспокойства?

МХ: Из того, что пишут в масс-медиях, напрашивается вывод, что обременённые долгами капиталистические экономики обречены на крах, если (как в прошлом) социалистические страны не спасут их от сокращения спроса на их внутренних рынках. Я думаю, что Сорос имеет в виду то, что текущая финансовая ситуация - хрупкая и обременённая долгами, и что пришло время признать громадные убытки от безнадёжных кредитов, мусорных облигаций и дериватов. Органы государственного надзора могут и далее позволять банкам "делать беззаботный вид," мол, несостоятельные должники когда-нибудь превратятся в состоятельных. Но ясно, что большинство отчетов правительств и центральных банков - полная лажа. Изменения в любом направлении приведут к обвалу дериватов. А это приведет к обрыву цепи платежей, когда проигрыш будет невозможно уплатить. Обвал может охватить всю экономику, и на этот раз общественное мнение будет лучше организовано против спасения игроков-финансистов за государственный счёт (bailout), как это было сделано в 2008 году.

Суть в том, что долги, которые невозможно уплатить, уплачены не будут. Но это ещё вопрос - каким образом они не будут уплачены? Это произойдет либо аннулированием долгов, либо конфискацией имущества должников (foreclosure) и распродажами по бросовым ценам, что превратит класс финансистов в правящую олигархию. Такова политическая борьба, которая идёт сегодня - и, как сказал Уоррен Баффет, его класс (миллиардеры) выигрывает её.

Вот и всё на сегодня. Спасибо, Майкл!"

--

НЕТ, ПРОФ. КАТАСОНОВ, КАПИТАЛИЗМ КУДА ГАЖЕ, ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ!

(Отклик на статью проф. В. Катасонова «Количественные смягчения», или Коррупция в особо крупных масштабах», опубликованную сайтом «Фонда стратегической культуры» - http://www.fondsk.ru/news/2012/09/24/kolichestvennye-smjagchenia-ili-korrupcija-v-osobo-krupnyh-masshtabah.html )

Мне тяжко критиковать того, кого я раньше заслуженно хвалил. К сожалению, данная статья проф. Катасонова не выдерживает даже моей критики неспециалиста. Он отлично разбирается в экономике России, но экономику Запада видит отчасти в кривом зеркале. Для пояснения приведу пару цитат из его статьи:

«В переводе на простой язык «количественное смягчение» означает не что иное, как включение на полную мощность печатного денежного станка, безудержную эмиссию доллара. Лишь немногие американские эксперты напоминают, что бесконтрольное пользование печатным станком денежными властями всегда порицалось, рассматривалось как грубое злоупотребление своими полномочиями, даже криминалом. Переполнение каналов обращения избыточной денежной массой порождает инфляционный рост цен, вызывает нарушение макроэкономического равновесия... » - выделено жирным шрифтом в оригинале;
«Пополнять экономику деньгами предполагается через выкуп на рынке все тех же ипотечных бумаг, которые выкупались в рамках QE-1.»

К несчастью, тут проф. Катасонов явно стал жертвой банкирской пропаганды, которая пытается нас уверить в том, что те громадные суммы, которые дарят правительства Запада крупнейшим частным банкам - как в США, так и в Европе (например, «спасая» Грецию) - якобы каким-то образом «просачиваются» в обращение и, мол, могут привести к инфляции. А это - наглая ложь, и её источник ясен: проф. Катасонов по простоте душевной ссылается на таких беспардонных лжецов и демагогов, как политикан Рон Пол.

Так что же это такое - «QE», или выражаясь открытым текстом: количественный понос?

Глубоко уважаемый мною профессор Майкл Хадсон - http://michael-hudson.com/ - постоянно подчеркивает, что реальная экономика и игральное казино ростовщиков и спекулянтов Уолл-Стрита - это две совершенно разные вещи. Если реальная экономика переживает дефляцию, потому что продавшиеся миллиардерам политиканы выжимают из неё все соки «жестокой экономией», то систему спекуляций и ростовщичества - «ценность» всей массы финансовых активов как регламентируемой экономики (биржевые курсы и ипотеки), так и теневой экономики («инновативные финансовые инструменты» хедж-фондов) - капиталисты и подкупленные ими политиканы изо всех сил стараются удержать в искусственно надутом, инфляционном состоянии! Именно для этого, и только для этого служат все «QE»!!!

В своем последнем интервью - http://www.youtube.com/watch?v=2aKK4N-c3HQ&feature=player_embedded , текст: http://michael-hudson.com/2012/09/qe3-jobs-for-wall-st/ - проф. Хадсон говорит, что все триллионы долларов QE, получаемые частными банками от ФРС, в реальную экономику США вовсе не поступают - ни как кредиты, ни как прямые инвестиции, а идут целиком на арбитражные спекуляции за границу, большей частью... в страны BRICS! Получив электронную (т.е. ВИРТУАЛЬНУЮ балансовую) сумму по QE1, 2 или 3 под 1/4 % годовых, банк «инвестирует» ее, например, в государственные облигации Бразилии, дающие ему аж 11 % годовых! Так фиктивные «деньги», не более реальные, чем, как говорят в США, “smoke and mirrors” - «дым и зеркала», становятся орудием для мошеннического прикарманивания за бесценок совершенно реальных активов, которые «плохо лежат» - будь то в Бразилии, Греции или России!!!

Этот всячески скрываемый западными (и расейскими прозападными) пресститутками и «экспертами» факт наглядно показывает, какой он мерзавец, этот либераст Медведев, неустанно твердящий, что «Россия должна привлекать западных инвесторов». Он призывает не к чему иному, как к тому, чтобы Россия (где банковские процентные ставки подобны бразильским) была отдана на ростовщическое разграбление западным банкам. Нет, Россия должна быть огорожена надежной каменной стеной от всяческих западных «инвесторов» - ростовщиков и спекулянтов. А «расейские» частные банки надо немедленно национализировать и ввести государственную монополию на банковое дело.

Чему же служат все триллионы долларов, которые ФРС даёт банкам? Ответ (тот же, что и Хадсон) даёт, например, недавняя хорошая статья Александра Арапоглу и Джерри-Линн Скофилд «The Looming Threat That Could Initiate the Next Economic Collapse» - http://www.alternet.org/economy/looming-threat-could-initiate-next-economic-collapse . Эти громадные (но подчеркнем опять: ВИРТУАЛЬНЫЕ) средства идут на непрерывные тщетные попытки снова надуть лопнувшее гигантское чудовище - «теневую банковскую систему» (“shadow banking system”), заложником которой является весь «регламентированный» финансовый сектор Запада - карликовый по сравнению с нею.

Теневая экономика - это громадная куча мошеннических и по большей части фиктивных («дериватных») долговых обязательств, которые даже «теоретически» абсолютно невозможно уплатить, а «регламентированная» - это выставленная напоказ малюсенькая верхушка этой кучи. На этой куче стоит как курс доллара США, так и масса долгосрочных финансовых обязательств, например, пенсии с «инвестиционным обеспечением». Именно для того, чтобы проценты не взорвали (до поры до времени) эту кучу безнадежных долгов, банки и ФРС мошеннически поддерживают «базовые», т.е. задающие тон процентные ставки как ЛИБОР, так и облигаций США - “Treasuries” - на фиктивном смехотворно низком уровне.

Но обвал всей этой кучи и дефолт доллара неизбежен. Весь вопрос в том, удастся ли мошенникам Уолл-Стрита до этого краха развязать Третью мировую войну, чтобы тем замаскировать свое банкротство. В любом случае, повторяю, нельзя допускать, чтобы Запад имел в России вообще какие либо реальные активы.

Интересующихся этой важнейшей обширной темой я должен предупредить, что для понимания экономики Запада надо отвернуться от изолгавшихся Уолл-Стритовских «знатоков» вроде Блумберга и Бернанки и обратиться за разъяснениями к правдивым экономистам, например, к проф. Майклу Хадсону - http://michael-hudson.com/ и большинству тех, кто выкладывает свои статьи и выступления на сайте «Новые экономические перспективы» - http://neweconomicperspectives.org/ .

Все тексты там, конечно, на английском, но ясность мысли авторов позволит понять смысл даже тем, кто не особо силён в английском. Особенно рекомендую популярные фильмы и интервью, выложенные на этом сайте, например:

http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=o-PXRkJxV3A - о сотворении денег из ничего;

http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=NxD2-lQwYa8 - о казначейских деньгах, не позволяющих банкам ростовщически наживаться на государстве;

http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=zIkk7AfYymg - о беспроцентном финансировании;

http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=P8fDLyXXUxM - о пугале государственного долга;

http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=P8fDLyXXUxM - о западне «американской мечты»;

http://www.youtube.com/watch?v=mII9NZ8MMVM&feature=player_embedded - о долговом рабстве...

Искренне Ваш,
behaviorist-socialist

ОТ РОССИИ В ВТО ОСТАНУТСЯ ЛИШЬ РОЖКИ ДА НОЖКИ

(Выкладываю досконально ясную статью о безумной затее либерастов затащить Россию в ВТО - Валентин Катасонов: «Россия и ВТО: О субсидировании экономики и банковских «тылах» транснациональных корпораций», опубликованную 2 частями сайтом «Фонд Стратегической Культуры» -

http://www.fondsk.ru/news/2012/06/16/vto-o-subsidirovanii-ekonomiki-i-bankovskih-tylah-tnk-i.html и http://www.fondsk.ru/news/2012/06/17/vto-o-subsidirovanii-ekonomiki-i-bankovskih-tylah-tnk-ii.html )

Об авторе: В.Ю. Катасонов - профессор, доктор экономических наук, председатель Русского экономического общества

«Большая часть дискуссий вокруг проблемы вступления России в ВТО вращается вокруг пошлин (прежде всего, импортных, но также экспортных) и возможных социально-экономических последствий их изменения (или отмены) после подписания протокола о присоединении.

В меньшей степени внимание концентрируется на вопросах субсидирования российской экономики. Проблема субсидирования обсуждается в основном применительно к одной российской отрасли – сельскому хозяйству, причем лишь в форме бюджетных субсидий. Предлагаю посмотреть на данную проблему в более широком контексте. Надеюсь, что такой подход позволит более трезво оценить последствия возможного вступления России в ВТО. И понять, что кроме снижения пошлин и недостаточного уровня государственной бюджетной поддержки аграрного сектора экономики членство в ВТО несет другие угрозы России. Эти не лежащие на поверхности угрозы сегодня почти не обсуждаются.

1. Правило ВТО: никаких субсидий

Казалось бы, правила ВТО в части, касающейся государственного субсидирования экономики, предельно просты и логичны. Такое субсидирование запрещается, поскольку дает неоправданные преимущества получателю государственных средств и нарушает «справедливые» правила игры на мировом рынке. Конечно, такое субсидирование полностью искоренить не удается. Страны-члены ВТО находят разные лазейки и способы для того, чтобы поддержать своего товаропроизводителя: защитить его на внутреннем рынке и продвинуть на внешние рынки. Среди таких лазеек и способов может быть прямое бюджетное субсидирование отдельных компаний, т.е. финансирование на невозвратной основе. Однако чаще прибегают к использованию косвенных методов, среди них:

- частичное или полное освобождение от налогов;

- отсрочка в выплате налогов (налоговые кредиты);

- предоставление энергоносителей, сырья, других ресурсов и товаров по заниженным ценам и тарифам;

- закупка государством товаров и услуг частных компаний по завышенным ценам;

- бесплатная передача результатов исследований и разработок из государственных лабораторий (часто военных);

- предоставление на льготных условиях в аренду или концессии земельных участков и месторождений, находящихся в государственном секторе;

- предоставление государственных гарантий и льготных кредитов.

Страны-члены ВТО пристально следят за своими конкурентами и периодически устраивают скандалы, направляют жалобы в судебные инстанции ВТО, требуя отмены государственного субсидирования. Страницы газет и журналов, сайты Интернета пестрят сообщениями о подобного рода разборках. Классический пример – перманентная распря между американским «Боингом» и европейским «Аэробусом». Не успели стихнуть страсти после вердикта судебных инстанций о том, что «Аэробус» получил незаконно от Евросоюза субсидий на 18 млрд. долл., как европейцы нанесли ответный удар. Они направили встречный иск в ВТО, в котором отмечалось, что из-за незаконного субсидирования американской авиастроительной компании «Аэробус» в период 2002-2006 гг. понес убытки на сумму 45 млрд. долл. И вот ВТО в марте 2012 года выносит новое решение: признать незаконным субсидирование правительством США (конкретно Министерством обороны и агентством НАСА) компании «Боинг» на сумму 10 млрд. долл. Кроме того, ВТО обратила внимание на несправедливую поддержку «Боинга» властями штатов Вашингтон, Канзас, Иллинойс.

Еще две излюбленные темы, связанные с государственной поддержкой товаропроизводителей, которые постоянно озвучиваются в мировых СМИ: масштабное прямое и скрытое субсидирование промышленного экспорта Китаем; государственная помощь сельскому хозяйству в США и Европейском союзе.

Статистика уровней государственной поддержки экономик отдельных стран весьма условная, неточная. Обвиняющие стороны дают более высокие цифры субсидирования, а те страны, которые выступают в качестве обвиняемых, стремятся их занижать.

С учетом нашего дальнейшего разговора следует обратить внимание на стабильность объемов государственной помощи компаниям реального сектора экономики в развитых странах. Скажем, статистические данные Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) показывают, что во время кризиса 2007-2009 гг. государственные субсидии сельскому хозяйству в абсолютном выражении мало изменились по сравнению со средними значениями предыдущего десятилетия. В США они со 100 млрд. долл. в 2007 г. возросли до 120 млрд. долл. в 2009 г., в Японии – с 55 млрд. до 57 млрд. долл., а в странах Европейского союза (27 государств) несколько понизились – с 160 млрд. до 140 млрд. долл. (1) (OECD. Stat, http://stats.oecd.org.). Иначе говоря, объемы регулярной помощи отраслям реального сектора мало чувствительны к колебаниям экономической конъюнктуры.

2. Россия: отечественный товаропроизводитель без государственных «тылов»

Ни для кого не секрет, что в группе экономически развитых стран уровень государственной поддержки товаропроизводителей выше, чем в странах периферии мирового капитализма. Россия в этом отношении не представляет исключение: она выглядит как типичный представитель этой периферии (несмотря на то, что входит в «Большую восьмерку»).

Взять хотя бы сельское хозяйство. Начиная переговоры о присоединении к ВТО, Россия определила уровень поддержки сельского хозяйства в 89 млрд. долл. (именно таким был среднегодовой уровень господдержки в 1989-1991 гг.). Затем в течение длительных переговоров о присоединении к ВТО наша делегация последовательно «сдавала» первоначальные позиции: сумма была понижена до 36 млрд. долл., позднее – до 16 млрд. долл. На момент вступления России в ВТО она определена в 9 млрд. долл., а к 2017 г. должна быть опущена до 4,4 млрд. долл.

В 2011 г., по официальным данным, у нас на поддержку сельского хозяйства из бюджета было выделено 125 млрд. руб. В валютном эквиваленте получается около 4 млрд. долл. Для сравнения: в Европейском союзе объем государственной поддержки сельского хозяйства составил 60 млрд. долл., т.е. был в 15 раз больше (речь идет лишь о прямых расходах из бюджета в виде выплат товаропроизводителям). Один из показателей, позволяющих сравнивать уровень поддержки сельского хозяйства в разных странах, – доля государственной помощи в стоимости продукции. В США в середине прошлого десятилетия она была равна 18%, в Канаде – 21%, в Европейском союзе – 32%, в Японии – 58%, в Южной Корее – 62%, а в Норвегии имела рекордно высокое значение – 70%. В РФ этот показатель был равен лишь 16% (Н.Н. Семенова. Направления государственной поддержки аграрного сектора экономики в зарубежных странах // Аграрный вестник Урала. №1(67), 2010). На 1 гектар пашни в России выделяется в 40 раз меньше средств, чем в Евросоюзе, и в 15-17 раз меньше, чем в США.

Противники вступления России в ВТО совершенно справедливо отмечают, что при таком уровне государственной поддержки наше сельское хозяйство обречено. Далеко за примерами ходить не надо. Восточноевропейские страны не смогли при вступлении в ВТО обеспечить минимальный уровень дотаций своему сельскому хозяйству, в результате внутреннее производство продукции растениеводства и животноводства сильно сократилось, импорт продовольствия вырос, цены на него, как и следовало ожидать, не упали, а выросли.

Такая же картина наблюдается и по другим отраслям российской экономики. Я уже писал о том, что в десятках стран мира существуют специализированные государственные и полугосударственные агентства, которые помогают продвигать национальных товаропроизводителей на мировых рынках. Агентства предоставляют льготные экспортные кредиты, гарантии, страхование политических и иных рисков по внешнеторговым контрактам. В России такая поддержка в лучшем случае измеряется несколькими сотнями миллионов долларов в год. В США на эти цели по линии только Экспортно-импортного банка из бюджета ежегодно выделяется 10-15 млрд. долл.

В 2009 г. государственная поддержка по линии страхования экспорта в отдельных странах мира составила (млрд. долл.): Китай – 60; Франция – 30; США – 17; Индия – 15; Германия – 13; Италия – 10; Бразилия – 10; Япония – 5; Канада – 5; Великобритания – 3. России нет не только в первой, но даже второй десятке стран по данному показателю.

Сегодня все специалисты знают, что без поддержки со стороны государства национальный товаропроизводитель обречен на проигрыш не только на чужих рынках, но даже на своем собственном. В рамках ВТО действует неписаное правило: «один в поле не воин». В России государство своих «воинов» бросило на произвол судьбы. Вернее – на растерзание транснациональным корпорациям (ТНК).

3. Кризисы: исключения из правил становятся нормой жизни

Выше мы говорили о тех формах государственной поддержки бизнеса, которые хотя и не вписываются в правила ВТО, но тем не менее обсуждаются. А бюрократы из ВТО делают вид, что с ними борются. Это, если так можно выразиться, «верхняя часть айсберга». Но есть еще «нижняя часть айсберга». Речь идет о государственной помощи, которая предоставляется бизнесу в «острых» ситуациях – в периоды финансовых, банковских, экономических кризисов.

Особенности такой чрезвычайной помощи заключаются в следующем.

Во-первых, ВТО делает вид, что это не субсидирование экономики, а что-то иное, связанное с «тушением пожаров». Но в документах ВТО ничего не говорится об исключениях из правил данной организации.

Во-вторых, львиная доля этой помощи предоставляется не компаниям реального сектора экономики, а финансовым организациям, прежде всего банкам. Хотя на финансовый сектор экономики распространяются те же правила, что и на отрасли реального сектора экономики, но почему-то ВТО делает вид, что никто ничего не нарушает.

Во время финансовых кризисов наступают тяжелые времена для банков. И государство бросается их спасать. Не жалея денег. Размеры государственной помощи банкам могут в десятки раз превышать обычные государственные субсидии компаниям реального сектора экономики. Но эти громадные государственные «вливания» в финансовый сектор экономики в рамках ВТО не обсуждаются и под сомнение не берутся.

Резкий всплеск государственной помощи частному капиталу можно проследить по консолидированной статистике стран, входящих в Европейский союз (27 стран). Как видно из табл. 1, в 2008 г. антикризисная помощь в указанной группе стран превышала обычную помощь в 3,3 раза, а в 2009 г. – уже в 4,8 раза. Из других источников известно, что практически 90-95% всей антикризисной помощи направлялось в финансовый сектор экономики ЕС.

Табл. 1.

Обычная помощь и антикризисные субсидии государства частному сектору экономики в странах Европейского союза

(млрд. евро)

	1995	2000	2005	2007	2008	2009
Обычная помощь	83,2	68,0	67,1	65,4	71,8	73,2
Антикризисные субсидии	0	0	0	1,6	237,5	354,2
Государственная помощь, всего	83,2	68,0	67,1	67,0	309,3	427,4
Доля антикризисных субсидий во всей государственной помощи, %	0	0	0	2,4	76,8	82,9

Источник: В.А. Перепелкин. Сокращение масштабов субсидирования экономики как причина ускоренного роста сектора услуг // Вопросы экономики и права, 2011, № 4

Чтобы показать масштабы «нижней части айсберга», воспользуюсь статистическими данными и экспертными оценками, относящимися к последнему финансовому кризису, хронологические рамки которого определяются периодом 2007-2009 гг. (2)

Табл. 2.

Объемы государственной поддержки финансового сектора экономики в отдельных странах и группах стран в период кризиса 2007-2009 гг.

	Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП
Ирландия	263,0
Швеция	70,0
Англия	47,5
Нидерланды	39,8
Австрия	35,5
США	31,3
Бельгия	30,9
Испания	22,8
Германия	21,7
Франция	19,0
Южная Корея	14,3
Норвегия	13,8
Япония	12,9
Швейцария	12,1
Канада	11,7
Греция	11,6
Саудовская Аравия	8,2
Россия	7,1
Индия	5,6
Италия	3,8
Польша	3,6
Португалия	2,4
Бразилия	1,5
Венгрия	1,1
Аргентина	0,9
Австралия	0,7
Китай	0,5
Турция	0,2
Индонезия	0,1

Как видно из табл. 2, относительные уровни государственной поддержки финансового сектора в разных странах мира сильно варьировали и могли отличаться на порядок (или даже несколько порядков). На фоне других стран уровень государственной поддержки финансового сектора в России во время кризиса выглядел весьма скромно. Он был в четыре с лишним раза ниже, чем в США, и в десять раз ниже, чем в Швеции.

В абсолютном выражении наибольшая поддержка финансовому сектору была оказана в США. Из федерального бюджета в период 2007-2009 гг. на спасение финансового сектора по так называемому «плану Полсона» было направлено около 700 млрд. долл. Плюс к этому банковский сектор экономики США, по официальным данным Федеральной резервной системы, получил около 2 триллионов долларов. Плюс к этому программа выкупа Федеральным резервом ипотечных облигаций, выпущенных и гарантированных полугосударственными агентствами Fannie Mae и Freddie Mac. ФРС заявила, что все эти виды поддержки осуществлялись на возвратной основе и в 2010 году все деньги вернулись в Федеральный резерв. Однако это все официальные данные. О неофициальной деятельности ФРС в годы кризиса мы скажем ниже.

В Европейском союзе также происходила щедрая раздача казенных средств. Европейская комиссия в период с октября 2008 г. по октябрь 2010 г. определила лимит государственной поддержки финансового сектора в размере 4,59 трлн. евро (5,9 трлн. долл.). Помощь банкам предусматривалась в виде государственных гарантий, выделения наличных средств, выкупа активов. Фактически выделенные суммы помощи были намного меньше лимитов: в 2008 г. банкам было предоставлено 1100 млрд. евро, в 2009 г. – 957 млрд. евро. Итого за два года более двух триллионов евро, или свыше 2,6 трлн. долл. Грубо говоря, абсолютная сумма помощи в ЕС примерно такая же, как и помощь финансовому сектору США.

В Европе самый большой объем государственной поддержки получил банковский сектор Англии – 850 млрд. евро в период с октября 2008 г. по октябрь 2009 г.

По относительному уровню государственной поддержки финансового сектора уникальной страной явилась Ирландия. По мнению даже самых откровенных апологетов западной модели экономики, там совершили безрассудный поступок и подписались в качестве гаранта по всем обязательствам своих банков. Многие из ирландских банков во время кризиса оказались банкротами, поэтому власти Ирландии, спасая банки, фактически сделали банкротом само государство. Ирландия стала эталоном государства, в котором поддержка властями банков является высшим приоритетом правительственной политики, а интересы общества в расчет не принимаются.

Справедливости ради следует сказать, что целый ряд стран отставал от России по уровню государственной поддержки финансового сектора. Но дело в том, что Россия спасала свой финансовый сектор почти исключительно за счет валютных средств, накопленных в «кубышке» под названием Стабилизационный фонд (позднее реорганизованный в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния). В этой «кубышке» накануне кризиса у России было более 500 млрд. долл. валютных накоплений. У многих стран таких «кубышек» не было.

Правда, валютная «кубышка» Китая накануне кризиса была значительно больше, чем у России (почти в 3 раза), однако Китай потратил на поддержку своего финансового сектора весьма скромные средства – всего лишь 0,5% ВВП. Но это объясняется не особой «прижимистостью» китайских властей, а таким устройством экономической и денежно-кредитной системы страны, которое обеспечило Китаю эффективную защиту от ударов мирового финансового кризиса.

Государственная поддержка финансового сектора во время кризиса осуществлялась из разных источников: из государственного бюджета, внебюджетных фондов (валютные накопления от экспорта, аккумулируемые в так называемых «суверенных фондах» – типа нашего Стабилизационного фонда), специальных фондов страхования банковских депозитов, центральных банков. Последний источник в ряде стран можно лишь условно отнести к государственной поддержке в силу особого статуса центральных банков. В первую очередь мы имеем в виду Центральный банк США, который называется «Федеральная резервная система США» и де-юре является частной корпорацией.

Основными получателями государственной поддержки в финансовом секторе были частные коммерческие банки (депозитно-кредитные организации), хотя в разгар кризиса власти стали бросать «спасательные круги» и другим частным финансовым институтам. Например, инвестиционным банкам (которые специализируются не на депозитно-кредитных операциях, а на инвестициях, занимаются преимущественно спекулятивными операциями), страховым компаниям и др.

____________________________

(1) В данном случае берется показатель общей поддержки TSE (Total Support Estimate). TSE включает три основных компонента: 1) прямые расходы на поддержку сельского хозяйства (выплаты из бюджета производителям сельхозпродукции); 2) расходы на поддержку цен на сельхозпродукцию; 3) расходы на общий сервис (расходы на НИОКР, содержание учебных заведений, маркетинг, реклама и т.п.), а также расходы на поддержку потребителей сельхозпродукции (например, льготные талоны на питание и т.п.).

(2) Основные источники: Международный валютный фонд (МВФ), Европейский центральный банк (ЕЦБ), Статистическая служба Европейского союза (Еврост), Агентство финансовой статистики StatBanker

-----

Россия и ВТО: О субсидировании экономики и банковских «тылах» транснациональных корпораций (II)

4. Государственные «вливания» в финансовый сектор, или «банковский социализм»

Основные формы государственной поддержки финансового сектора: 1) капитализация банков («вливания» государственных средств в уставные капиталы); 2) выкуп государством «плохих» («токсичных») активов у банков и предоставление финансовых средств на возвратной основе (кредиты и ссуды); 3) выдача гарантий по обязательствам банков и других финансовых институтов; 4) предоставление средств центральными банками в виде «чрезвычайных» кредитов, а также через механизм традиционного рефинансирования банков (операции по «обеспечению ликвидностью» банковского сектора).

Табл. 3.

Объемы государственной поддержки финансового сектора в форме пополнения уставных капиталов банков в период кризиса 2007-2009 гг.

	Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП
Ирландия	5,3
Австрия	5,3
Бельгия	4,7
США	4,0
Англия	3,9
Германия	3,8
Нидерланды	3,4
Южная Корея	2,5
Япония	2,4
Португалия	2,4
Швеция	2,1
Греция	2,1
Норвегия	2,0
Италия	1,3
Франция	1,2
Швейцария	1,1
Венгрия	1,1
Саудовская Аравия	0,6
Китай	0,5
Польша	0,4
Россия	0,1

В табл. 3 представлены данные об участии государства в пополнении уставных капиталов банков во время кризиса. Наиболее высокий уровень данного вида государственной поддержки наблюдался в группе экономически развитых стран – Ирландии, Австрии, Бельгии, США, Англии, Германии, Нидерландах.

В абсолютных масштабах наибольшее участие государства в уставных капиталах банков наблюдалось в США. Фактически в главной стране капитализма произошла частичная национализация банковской системы. В Америке популярным в этой связи стал термин «банковский социализм». Этот термин отразил экономическую модель, в рамках которой попеременно происходит приватизация прибыли и национализация убытков. Правда, это была не стратегическая, а тактическая национализация, направленная на спасение банков в чрезвычайных условиях. После 2009 г. государство потихоньку стало выходить из капиталов крупнейших банков, денационализация американского банковского сектора к настоящему времени почти полностью завершилась. В Великобритании правительство вынуждено было национализировать в феврале 2008 г. банк Northern Rock, который понес миллиардные убытки на ипотечном рынке. Позднее правительству пришлось приобрести 70% акций известного во всем мире Royal Bank of Scotland (RBS) и 43% акций не менее известного банка Lloyds TSB. После окончания острой фазы кризиса правительство постепенно начало выходить из капиталов банков.

Что касается Китая, то там участие государства в повышении капитализации банковских учреждений в 2007-2009 гг. не было какой-то чрезвычайной акцией. И до кризиса, и после кризиса правительство Китая последовательно, в плановом порядке укрепляет свою банковскую систему с помощью «вливания» средств в уставные капиталы существующих банков или создавая новые банки. Доля частного капитала в китайских банках существенно ограничивается государством.

В России участие государства в повышении капитализации банков было крайне незначительным.

Табл. 4.

Объемы государственной поддержки финансового сектора в форме покупки активов и предоставления кредитов (кроме кредитов центральных банков) в период кризиса 2007-2009 гг.

	Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП
Англия	13,8
Норвегия	13,8
Канада	8,8
Япония	6,7
США	6,0
Швеция	5,3
Испания	4,6
Греция	3,3
Нидерланды	2,8
Франция	1,3
Южная Корея	1,2
Аргентина	0,9
Австралия	0,7
Саудовская Аравия	0,6
Россия	0,4

В табл. 4 представлены данные об уровнях государственной поддержки в форме выкупа у банков «плохих» («токсичных») активов, а также предоставления государственных кредитов. Выкуп «плохих» банковских активов (например, требований по безнадежным кредитам) - откровенное покрытие убытков частных банков за счет налогоплательщиков. «Плохие» активы после подобной сделки выкупа переводятся на балансы специально созданных властями «банков-помоек». Через некоторое время такие «банки-помойки» списывают полученные активы в убытки и тихо умирают (или продолжают существовать, постоянно высасывая деньги из государственных бюджетов). Таковы правила игры на «рынке банковских услуг» Англии, США, Норвегии, Канады, Японии, Швеции и других государств, входящих в зону «золотого миллиарда». Бедные страны позволить себе такую роскошь бюджетной поддержки банков не могут. Россия по уровню применения данного инструмента поддержки банковских организаций занимает достаточно скромное место.

Табл. 5.

Объемы государственной поддержки финансового сектора в форме выдачи государственных гарантий по обязательствам банков в период кризиса 2007-2009 гг.

	Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП
Ирландия	257,0
Швеция	47,3
Нидерланды	33,7
США	31,3
Австрия	30,0
Испания	18,3
Германия	17,6
Франция	16,4
Португалия	12,0
Канада	11,7
Южная Корея	10,6
Греция	6,2
Польша	3,2
Венгрия	1,1
Россия	0,5
Индонезия	0,1

В табл. 5 представлены сведения об относительных уровнях государственной поддержки финансового сектора в виде гарантий по обязательствам банков. И в обычные, «спокойные» периоды государство в определенных масштабах выдает такие гарантии (в частности, в рамках системы страхования банковских депозитов). Но в кризисные периоды государство начинает щедро раздавать гарантии для того, чтобы предупреждать «набеги» клиентов на банки.

Особой «щедростью» в этом плане, как мы уже отметили выше, отличилось правительство Ирландии. Очевидно, что государственные гарантии Ирландии выдавались без расчетов реальных возможностей правительства, поскольку их совокупный объем был равен чуть ли не десяти государственным бюджетам. Россия на фоне экономически развитых стран по уровню использования данного вида государственной поддержки выглядела крайне скромно.

5. ФРС США - «кредитор последней инстанции»

Кратко о поддержке частных банков со стороны центрального банка, которого принято называть «кредитором последней инстанции». Наиболее активно этот вид поддержки использовался во время последнего кризиса в США (табл. 6).

Табл. 6.

Объемы поддержки банковского сектора со стороны центральных банков в период кризиса 2007-2009 гг.

	Общая сумма за период 2007-2009 гг., % ВВП
США	31,3
Швеция	15,3
Англия	12,9
Швейцария	10,9
Саудовская Аравия	8,2
Индия	5,6
Венгрия	4,0
Россия	3,2
Бразилия	1,5
Турция	0,2

Поддержка со стороны Федеральной резервной системы носила селективный характер: низкопроцентные и даже беспроцентные кредиты выдавались самым «приближенным» банкам (тем, которые принято называть банки Уолл-стрит).

В разгар кризиса ФРС стала бросать «спасательные круги» не только депозитно-кредитным организациям (банкам, традиционно являющимся членами Федеральной резервной системы), но также другим финансовым институтам: инвестиционным фондам и инвестиционным банкам. Последние в ходе кризиса изменили свой статус и получили право на помощь от «кредитора последней инстанции». Дело дошло до того, что ФРС осенью 2008 г. выделила 85 млрд. долл. на спасение гиганта в области страхования финансовых рисков, как American International Group (AIG). Это было грубым нарушением полномочий Федерального резерва, но во время кризисов о законах никто не думает. Тем более что ВТО о своих запретах на субсидирование частных структур Америке и другим странам «золотого миллиарда» в период кризиса деликатно напоминать не стало.

Но это все «цветочки». Уже после того, как Америка выползла из острой фазы финансового кризиса, там начались многочисленные расследования злоупотреблений, которые денежные власти страны (Федеральный резерв и Министерство финансов) допустили при раздаче «пособий» тонущим банкам. ФРС привыкла быть «вещью в себе» и не докладывать общественности и даже «избранникам народа» о том, кому и сколько она выдает кредитов. А также о том, возвращаются ли эти кредиты. «Избранникам народа» в конгрессе США удалось провести решение о проведении комплексного аудита Центрального банка (ФРС). Кстати, первого с момента создания Федерального резерва в 1913 году. Результаты проверки превзошли все ожидания. Оказывается, за несколько лет (преимущественно в 2007-2009 гг.) Центральный банк, имеющий статус частной корпорации, раздал кредитов на сумму около 16 триллионов (не миллиардов) долларов. Это было больше, чем годовой ВВП США на момент проведения аудита. Удалось выяснить следующее: 1) кредиты были беспроцентными; 2) на момент проверки ни одного цента розданных денег назад не вернулось; 3) в балансе ФРС данные операции не были отражены.

Среди банков-получателей кредитов (в скобках сумма кредитов в млрд. долл.): Citigroup (2500); Morgan Staley (2004); Merril Lynch (1949); Bank of America (1344); Barclays PLC (868); Bear Sterns (853); Goldman Sachs (814); Royal Bank of Scotland (541); JP Morgan (391); Deutsche Bank (354); Credit Swiss (262); UBS (287); Leman Brothers (183); Bank of Scotland (181); BNP Paribas (175). Более «мелких» получателей кредитов ФРС мы здесь не приводим. Вместе с тем даже банк BNP Paribas, который в нашем списке оказался последним, получил такую сумму кредитов, которая сопоставима с общей суммой «вливаний», которые в ходе последнего кризиса наши денежные власти (Банк России и Министерство финансов России) сделали во всю банковскую систему России (насчитывающую в общей сложности более тысячи коммерческих банков).

Примечательно, что целый ряд получателей кредитов ФРС - не американские, а иностранные банки: английские (Barclays PLC, Royal Bank of Scotland, Bank of Scotland); швейцарские (Credit Swiss, UBS); немецкий банк Deutsche Bank; французский банк BNP Paribas. Указанные банки - «нерезиденты» получили от Федерального резерва около 2,5 триллиона долларов. Здесь американские законодатели усмотрели двойное преступление: это не просто тайная операция, но операция по выдаче кредитов нерезидентам (что требует обязательного согласования с американскими властями). Детали гигантских забалансовых операций ФРС до сих пор не известны. Мировой закулисой (хозяевами Федерального резерва) делается все возможное, чтобы данная история вообще исчезла из СМИ и чтобы люди перестали вспоминать об этой величайшей афере владельцев «печатного станка». Фактическое прекращение расследования истории о 16 триллионах долларов означает: нет никакой гарантии, что в будущем опять не повторится астрономическое по масштабам «вливание» в банки, принадлежащие мировой закулисе.

Таким образом, вскрылось, что Федеральный резерв во время последнего мирового финансового кризиса выступил как «кредитор последней инстанции» для банков всего мира. Следовательно, ФРС выполняет функции не национального, а мирового центрального банка.

6. Европейский долговой кризис и европейский «банковский социализм»

В период финансового кризиса 2007-2009 гг. страны еврозоны к использованию Центрального банка для поддержки частных коммерческих банков не прибегали, поскольку такие вопросы могли решаться только на уровне Европейского центрального банка, а ЕЦБ был категорически против применения данного средства. Тогда еще пытались сохранить остатки той финансовой дисциплины, которая была заложена в Маастрихтском договоре 1992 г. (положившем начало Европейскому союзу). Напомню, что договор устанавливал предельно допустимые значения дефицитов государственных бюджетов и государственного долга. Европа сравнительно легко пережила кризис 2007-2009 гг., но сделала это ценой резкого увеличения своих государственных долгов.

Когда в 2011 г. разразился острый долговой кризис в ЕС, государственный долг стран еврозоны достиг 87% их совокупного ВВП, а в целом ряде стран (Греция, Ирландия, Италия, Испания, Португалия) этот показатель превысил 100%. Надо было начинать операцию спасения. Но спасаемыми негласно были определены не государства, а банки. Последние как главные кредиторы государства столкнулись с неплатежеспособностью правительств. Конечно, помощь в ЕС оказывали и государствам, но получаемые ими деньги немедленно перечислялись в погашение долга транснациональным банкам. Среди помогающих были государства-«локомотивы» ЕС (почти исключительно – Германия), международные финансовые организации (МВФ). Помогающих стали искать даже за пределами Европы – в Китае, Японии, России, т.е. тех странах, у которых накоплены большие валютные резервы.

Вспомнили и про ЕЦБ, который после долгих мучений и консультаций вынужден был отказаться от своих жестких принципов и встать на ту же скользкую дорогу, по которой еще раньше стал двигаться Федеральный резерв (неконтролируемая денежная эмиссия). В конце 2011 – начале 2012 гг. ЕЦБ выдал на спасение банков в еврозоне в виде двух траншей более 1 трлн. евро. Это составило около 10 процентов совокупного ВВП стран, входящих в зону евро. Судя по всему, в 2012 году долговой кризис в ЕС будет только обостряться, и ЕЦБ продолжит свою практику «накачки ликвидностью» банковского сектора стран Западной Европы.

Помимо поддержки по линии национальных государственных бюджетов и ЕЦБ банки Западной Европы получили еще один дополнительный источник финансовой помощи. Это наднациональные институты, получившие название Европейский фонд финансовой стабильности (ЕФФС) и Механизм финансовой стабильности (МФС). Максимальный кредитный потенциал обоих институтов – 500 млрд. евро. Преимущественно из этих двух источников, а также из Международного валютного фонда (МВФ) уже сформированы пакеты помощи следующим странам (млрд. евро): Греции (более 200), Ирландии (около 67,5), Португалии (78). На данный момент уже практически принято решение о предоставлении из ЕФФС и МФС около 100 млрд. евро Испании. При подготовке пакетов помощи инициатива в большей степени исходила не от самих стран-получательниц помощи, а от наднациональных структур. На первый взгляд, странно. Ведь деньги вроде бы нужны странам-должникам. Но ларчик просто открывается: помощь дается не вообще экономикам указанных четырех стран, а их банкам. Примечательно: совокупный объем помощи банкам четырех стран приближается к 450 млрд. долл., а помощь аграрному сектору всех стран ЕС в 2010 г. была равна лишь 60 млрд. евро (82 млрд. долл.). Банки для Европы сегодня важнее хлеба, мяса и молока!

Очень важный нюанс «помощи»: обязательства по возвращению денег в рамках получаемых кредитов берет на себя не банковский сектор, а государство. Именно поэтому против соглашений о получении помощи в Греции, Ирландии, Португалии и Испании были проведены массовые манифестации. Народ протестовал против навязываемого ему долгового рабства.

7. Субсидирование финансового сектора России: сравнение с другими странами

Ниже, в табл. 7, приведены обобщенные оценки уровней государственной поддержки финансового сектора экономики в разных группах стран: экономически развитых странах; развивающихся странах; странах «большой двадцатки». Последняя группа является смешанной и включает как экономически развитые страны («большую семерку» и Австралию, а также Европейский союз), так и ряд экономически наиболее сильных стран из тех, которые находятся за пределами «золотого миллиарда» (Китай, Бразилия, Аргентина, Мексика, ЮАР и ряд других). В «большую двадцатку» также входит Российская Федерация.

Экономически развитые страны имели во время кризиса уровень государственной поддержки финансового сектора экономики в 18,7 раз более высокий, чем развивающиеся страны. Показатели по группе «большой двадцатки» занимали промежуточное место между экономически развитыми и развивающимися странами.

Табл. 7.

Объемы государственной поддержки финансового сектора экономики в отдельных группах стран в период кризиса 2007-2009 гг. (в % ВВП)

Группа стран	Всего	В том числе
		Пополнение уставных капиталов	Покупка активов и кредитование (кроме кредитования центральными банками)	Выдача государственных гарантий по банковским обязательствам
Экономически развитые страны	43,1	2,9	5,2	19,7
Страны «большой двадцатки»	27,9	1,9	3,3	12,4
Страны с развивающейся экономикой	2,3	0,2	0,1	0,1
Россия	7,1	0,1	0,4	0,5

Россия по уровню государственной поддержки (7,1% ВВП) выглядела скромно даже на фоне среднего показателя по «большой двадцатке». Отставание России от группы экономически развитых стран было шестикратным. По уровню государственной поддержки в виде «вливаний» в уставные капиталы банков Россия даже не дотягивала до среднего показателя по группе развивающихся стран.

И при этом во время нынешнего долгового кризиса в Европе Россия даже собиралась выступить в качестве «донора», «спасителя» западноевропейских стран. Министерство финансов РФ на полном серьезе обсуждало осенью 2011 года планы предоставления помощи Испании в виде покупки ее государственных долговых бумаг. На самом деле речь шла, конечно же, не о спасении Испании, а о спасении тех банков, которые желали «выдернуть» свои деньги (с процентами) из государственного кошелька Испании. Что-то у России с Испанией не «склеилось». Зато получилось с Кипром. Туда мы дали 4 млрд. долл. Опять-таки: не для спасения народа Кипра, а для спасения кипрских банков. Вернее - российских олигархов, деньги которых были в этих банках.

В любой момент может начаться вторая волна мирового финансового кризиса. Банковская система России крайне слаба, и многие банки могут просто «посыпаться». Вместо того, чтобы укреплять банковский сектор экономики (например, увеличивая капитализацию банков через «вливания» в уставные капиталы), наши власти делают все наоборот: они заявили о планах полной приватизации в ближайшие годы двух наших банков с участием государства – Сбербанка и Внешторгбанка. А ведь на них, по сути, держится вся российская банковская система.

8. Без суверенной финансовой системы России вступать в ВТО нельзя.

Из приведенных выше данных и их сопоставления можно сделать следующие выводы.

Суммарная величина государственной поддержки финансового сектора не только сопоставима с величиной государственной поддержки всех остальных отраслей, но и существенно больше. Так, во время кризиса 2007-2009 гг. совокупная государственная поддержка финансового сектора в экономически развитых странах составила 43,1% ВВП (табл. 7). Если предположить, что финансовые кризисы и порождаемые этими кризисами «государственные вливания» происходят раз в десять лет, получается, в расчете на год за десятилетний период эта помощь составила 4,3% ВВП.

Оценки государственной регулярной помощи частному сектору экономики в зоне «золотого миллиарда», как мы отметили, находится в диапазоне от 1 до 2 процентов ВВП. Получается, что государственная помощь финансовому сектору в среднем в расчете на год в 2 – 4 раза выше, чем помощь реальному сектору экономики. В острые моменты государство укрепляет «банковские тылы» экономики, а после преодоления кризисных периодов «тылы» реального сектора экономики начинают укреплять банки. Так устроена экономика развитых стран. Такую модель в старых учебниках по политической экономии было принято называть «государственно-монополистическим капитализмом» (ГМК). Сегодня в связи с резким усилением экономической и политической роли банковского капитала в мире ее правильнее назвать «государственно-банковским капитализмом» (ГБК).

Но возникает один простой вопрос: почему одни страны могут осуществлять в короткие сроки громадные «вливания» в финансовый сектор, а другие нет? Ответ достаточно прост: у одних стран имеется такой институт, как центральный банк, а у других его нет. Центральный банк может осуществлять «вливания» напрямую. Однако чаще он прибегает к другой схеме: «кредитор последней инстанции» осуществляет кредитование правительства (покрывает дефицит государственного бюджета, покупая государственные облигации); а правительство далее уже направляет полученные средства на «вливания» в финансовый сектор.

Читатель задаст вопрос: но ведь центральные банки сегодня есть почти во всех странах мира? Почему же одни участвуют в «накачке» финансового сектора, а другие нет. Дело в том, что далеко не все учреждения, на которых есть вывеска «центральный банк», на самом деле являются центральным банком. Большинство из них являются «валютными советами» или «валютными управлениями». Они не предназначены для того, чтобы кредитовать отечественные банки и предприятия реального сектора экономики. Это институты, которые больше похожи на «валютные обменники». Они развернуты не на внутреннюю экономику своих стран, а на экономики тех стран, в которых «печатается» иностранная валюта. Фактически такие «валютные советы» помогают западным экономикам. И уж никак не могут помочь своим отечественным банкам и компаниям. Ни в обычных условиях, ни в условиях кризисов. Поэтому при отсутствии нормальных «банковских тылов» такие страны в условиях ВТО обречены на проигрыш.

А как же предлагается бороться с финансовыми кризисами тем странам, которые имеют у себя не полноценные центральные банки, а «валютные советы»? Прежде всего, расходовать на эту борьбу свои валютные накопления. Западу это очень выгодно, т.к. осуществляется рециклирование эмитируемой им валюты (возращение долларов и евро в виде почти беспроцентного ссудного капитала в западную экономику). А чтобы было что расходовать, страны периферии мирового капитализма в периоды передышек между кризисами всю свою «экономическую политику» сводят к одному – накоплению валюты. «Экономическая политика» поразительно бессмысленная: не созидание (расширение или совершенствование национальной экономики), а подготовка к очередному кризису. Никаких долгосрочных социально-экономических целей власти таких стран вообще не ставят. Если у страны нет валюты для борьбы с кризисом, ей ее будут предлагать различные «добрые дяди» из МВФ, МБРР, ЕБРР и других «благотворительных» организаций. Если страна в долгах как в шелках и даже «добрые дяди» отказывают в «помощи», то страну со всеми ее богатствами начинают «приватизировать» международные банкиры.

Кстати, Банк России также имеет все признаки «валютного совета». Это сегодня вынуждены признать даже наши власти. Только не любят об этом говорить вслух. Но кое-кто говорит. Например, депутат Государственной думы четырех созывов (от «Единой России»), бывший председатель Комитета по экономической политике и предпринимательству Е.А. Федоров. Вот данная им характеристика российского рубля и Банка России: «Выпускается эта бумажка (рубль – В.К.) на основе Конституции и на основе закона о Центральном банке, и объемы выпуска, пропорциональны, по закону о Центральном банке и Конституции Российской Федерации, объему закупленной виртуальной иностранной валюты через механизм так называемых валютных резервов… Таким образом, ежегодно мы платим в казну США дань – порядка 200-300 миллиардов долларов. Это соответствует полному налогообложению в России, без таможенных платежей. Условно говоря, каждый россиянин платит два налога: один налог он платит в российский бюджет, а другой – в таких же объемах – он платит в американский бюджет. Эти правила придумали американцы» (Евгений Федоров. Проигравшие победители. // Правда.Ру. 24.02.2012). Кредитовать свою российскую экономику Банк России не может – ни через рефинансирование коммерческих банков, ни через кредитование правительства (последнее законом о Центральном банке прямо запрещается). Фактически Банк России – филиал Федеральной резервной системы, обслуживающий интересы главных акционеров ФРС.

С таким худым «тылом» любую торговую войну Россия проиграет. А любой финансовый кризис для ее экономики будет в десять раз более тяжелым, чем для экономик стран «золотого миллиарда». Без суверенной финансово-банковской системы России вступать в ВТО смерти подобно.

P.S. Подробнее разобраться с вопросами организации современных денежно-кредитных систем, включая центральные (эмиссионные) банки читатель может, обратившись к работе: В.Ю. Катасонов. О проценте: ссудном, подсудном, безрассудном. Книги 1 и 2. - М.: НИИ школьных технологий, 2011.»