СКИННЕР: "НАУКА И ПОВЕДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА", ГЛ. XXIV - ПСИХОТЕРАПИЯ - 1

"ПОБОЧНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ УПРАВЛЕНИЯ ПОВЕДЕНИЕМ

Управление, осуществляемое социальной группой или религиозными и государственными учреждениями, а также родителями, трудонанимателями, партнерами и так далее, ограничивает эгоистическое поведение индивида, получающее первичное подкрепление. Оно осуществляется исключительно с этой целью. Однако некоторые его побочные результаты нежелательны для тех, кто управляет, а также часто вредны и для самого индивида и социальной группы. Они особенно вероятны тогда, когда управление чересчур навязчиво или противоречиво.

- БЕГСТВО. Человек может просто убежать от того, кто им управляет. Отшельник убегает от управления этическими нормами группы, физически выходя из неё, подобно тому, как мальчик убегает из дома; но управляемый может "вызволиться" и без фактического бегства. Побег от религиозного гнёта возможен простым неверием и отступничеством, а от различных форм государственного управления - дезертирством, уклонением от исполнения обязанностей, отказом от гражданства или побегом из тюрьмы.

- БУНТ. Человек может в ответ напасть на тех, кто им управляет. Он может ответить на критику со стороны окружающих, в свою очередь сам критикуя их. Либерал обвинит окружающих в том, что они - реакционеры, а распутник обвинит их в том, что они лицемеры. Вандализм является направленным более материально примером агрессивного противодействия - будь то окружающим в целом или определенной группе, например, при умышленной порче школьного имущества.

Религиозный бунт может быть направлен против определенных учреждений, например, в случае протестантской реформы - против католицизма, или же против богословской системы, используемой для управления, например в случае атеизма. Примерами бунта против государственного управления являются не только политические революции, но и, если структура общества это позволяет, импичмент или вотум недоверия.

- ПАССИВНОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ. Другой результат, который гораздо труднее описать - это просто поведение наперекор нормам, установленным управляющими. Оно часто бывает следствием того, что у человека подавлены экстинкцией такие акты поведения, как бегство или бунт. Это поведение олицетворяет мул, который не реагирует на отрицательное стимулирование ударами кнута. Ребенок, бегство или бунт которого против родительской власти был безуспешен, становится просто упрямым. Рабочий, не имеющий возможности (из-за нужды) уволиться или взбунтоваться с применением вандализма или других актов насилия, просто "притормаживает", "перекуривает", или "бастует". Гражданское неповиновение (о котором писал анархист) Thoreau - Торó, которое, пожалуй, в наиболее грандиозных масштабах было практически применено Ганди, является аналогичной реакцией на произвол правительства.

Управляющие органы, как правило, реагируют на эти побочные результаты активизацией своих обычных контрмер. Беглецов ловят и засаживают под более строгий режим. Восстания подавляют, а революционеров расстреливают. Отступников отлучают от церкви. Под брюхом остановившегося мула разводят огонь, а Торо сажали тюрьму. Органы власти пытаются решить эту проблему, заранее побуждая людей подавлять свою собственную тенденцию к бегству, бунту или нападению. Они клеймят такого рода поведение как неправильное, противозаконное или греховное и, соответственно, наказывают за него. В результате любой импульс человека к бегству, восстанию или забастовке вызывает в нём самом отрицательную стимуляцию, уменьшить которую может лишь интенсификация поведения, приемлемого для органов власти. Однако в долгосрочной перспективе эту проблему невозможно решить таким образом. Интенсификация принудительного управления может просто обострить проблемы. Физическое подавление или казни могут эффективно устранить такое поведение, но индивид уже будет потерян для общества. Принуждение неэффективно для управления скрытным поведением, при котором человек планировует побег или бунт. Принуждение также не может держать под контролем многие виды эмоциональных реакций.

Методы, применяемые для того, чтобы внушать людям дополнительный самоконтроль эмоционального поведения, как мы видели, совершенно неадекватны. Побочные результаты управления, которые делают индивидов недееспособными или опасны для индивида или окружающих - это специфическая проблема для психотерапии. Мы подходим к ним как к своеобразной организации управления поведением. Среди видов поведения, которые этим лечатся, можно выделить определенные аффекты, прежде всего в области эмоций, а также в сфере оперантного поведения.

ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ ПОБОЧНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ УПРАВЛЕНИЯ ПОВЕДЕНИЕМ

--

Рис. Херлуф Бидструп

- СТРАХ. Методы управления, которые побуждают человека к бегству, также вызывают в нём эмоциональную реакцию страха. Рефлекторные реакции желёз и гладкой мускулатуры сперва вызываются отрицательными раздражителями, используемыми как наказание, а затем - любыми раздражителями, которые воспринимались одновременно с наказанием. Такие реакции могут сопровождаться существенными изменениями оперантного поведения - усилением тенденции к любому поведению, которое привело к бегству и общему ослаблению других форм поведения. Такой индивид проявляет мало интереса к еде, сексу, практически полезной или творческой деятельности, а в крайнем случае может быть даже по сути "парализован страхом."

Когда наказующий применяет вызывающие этот эффект стимулы, индивид испытывает преувеличенный страх перед отцом, полицией, богом и так далее. Когда их применяют в ситуациях, в которых произошло наказуемое поведение, индивид начинает бояться таких ситуаций. Например, если его наказали за сексуальное поведение, то он может начать панически боятся всего, что имеет отношение к сексу; если его наказали за то, что он запачкался, он может начать чрезмерно бояться грязи; и так далее. Когда стимулы генерируются самим наказуемым поведением, тогда человек боится действовать: он, как говорят, боится самого себя. И часто бывает трудно, как для самого человека, так и для кого-либо еще, идентифицировать стимул, вызывающий такую эмоциональную реакцию. Если ситуация часто повторяется, как это особенно вероятно в случае стимулов, генерируемых самим поведением, то страх может стать хроническим.

Фобии представляют собой преувеличенные реакции страха на обстоятельства, которые не всегда четко связаны с управлением поведением. Но тот факт, что они являются "необоснованными" страхами - страхами, для которых невозможно найти соразмерную их интенсивности причину,- указывает на то, что они изначально были реакцией на наказания, и что страх, вызванный чрезмерно жестоким управлением, попросту переместился (на другие стимулы - примечание behaviorist-socialist) (см. главу X).

- БЕСПОКОЙСТВО. Обычным явлением, сопутствующим избеганию или бегству, является беспокойство. Как мы видели в главе XI, страх чего-то, что может случиться в будущем, может быть вызван специфическими стимулами, которые в прошлом предшествовали таким случаям, или "приметами" в окружающем мире, как-то связанными с такими случаями.

Беспокойство может варьировать по интенсивности от слабого беспокойства до чрезвычайной тревоги. Это состояние сопровождается реакциями желёз и гладкой мускулатуры, а также явно выраженными изменениями оперантного поведения. Такое состояние может быть связано с методами управления поведением, направленными на то, чтобы вызвать то, что называют чувствами стыда, вины или греха.

- ГНЕВ И ЯРОСТЬ. Эта эмоциональная реакция, которая сопровождает поведение бунтующего человека, включает реакции желез и гладкой мускулатуры и имеет четко выраженное влияние на оперантное поведение, состоящее в повышенной склонности действовать агрессивно по отношению к тем, кто управляет его поведением, и ослаблении других видов поведения. Эта эмоция может быть перенесена с того, кто управляет поведением, на других людей или даже на неодушевленные предметы. Её мягкое проявление - это плохое настроение; а интенсивное - неистовый садизм. Явление, называемое истерикой - это, по-видимому, своеобразная ярость, лишенная чёткой направленности.

- ДЕПРЕССИЯ. Эмоциональные реакции, связанные с пассивным сопротивлением, имеют несколько разновидностей. Упрямый ребенок дуется; взрослый может ощущать депрессию, обиду, плохое настроение, вялость или скуку в зависимости от второстепенных деталей управления его поведением. (Скука возникает не просто потому, что нéчего делать, а потому, что "ничего не поделаешь", т.е. или потому, что ситуация неблагоприятна для действий (приносящих положительное подкрепление - примечание behaviorist-socialist), или потому, что социальная группа или тот, кто управляет поведением, принудил индивида к физическому бездействию или "сдержанности".)

Все эти эмоциональные реакции, конечно, могут быть результатом какого-то неприятного события, которое не имеет ничего общего с социальным контролем. Например, шторм на море может вызвать страх или тревогу, дверь, которая не открывается, может вызвать чувство отчаяния или гнева, и что-то похожее на недовольство является эмоциональным проявлением длительной экстинкции акта поведения, как например в конце долгих, но бесплодных стараний победить в споре или починить велосипед. Однако подавляющее большинство ситуаций, вызывающих эмоции такого рода, связаны с управлением поведением индивида, осуществляемым социальной группой, а также государственными или религиозными учреждениями.

Результаты этого могут быть очень негативными. Практически полезные шаблоны поведения искажаются сильными эмоциональными аффектами, и оперантное поведение, которое получает подкрепление в сочетании с этими эмоциями, может иметь катастрофические последствия. Частые или хронические эмоциональные реакции желез и гладкой мускулатуры могут нанести вред здоровью человека. Хронические реакции на страх, беспокойство, гнев или депрессию были выявлены как причина расстройств пищеварительной системы, в том числе язв, а также аллергии. Их иногда называют "психосоматическими расстройствами". Этот термин имеет неправильный подтекст, утверждающий, что такая болезнь якобы является результатом воздействия "психики" на тело. Как мы знаем, иногда можно сказать, что эмоциональное состояние вызывает физическое расстройство, например когда хроническая реакция желез или гладкой мускулатуры вызывает структурные изменения, такие как язва, но при этом и причина, и следствие являются соматическими, а не психическими. Более того, тут остается неидентифицированным первое звено в причинно-следственной цепочке. Надо выявлять и лечить само эмоциональное состояние, которое вызывает болезнь. Поддающиеся управлению факторы, от которых зависят как соматические причины, так и соматические последствия, обнаруживаются в предыстории взаимоотношений индивида с окружающей обстановкой. Некоторые психосоматические "симптомы" являются лишь параллельными последствиями такой первичной общей причины. Например, астматический приступ является не следствием беспокойства, а его составной частью.

НЕКОТОРЫЕ ЭФФЕКТЫ УПРАВЛЕНИЯ НА ОПЕРАНТНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

Управление при помощи наказания также может иметь непредвиденные эффекты и на оперантное поведение. Процесс самодисциплины работает неправильно, когда индивид обнаруживает способы избежать отрицательную самостимуляцию, которые в конечном итоге оказываются неэффективными, ненадёжными или опасными. При этом возможны эмоциональные реакции, но здесь мы рассмотрим только воздействие на операнты.

- НАРКОМАНИЯ КАК ФОРМА БЕГСТВА Некоторые наркотики дают возможность временно избегать условную или безусловную отрицательную стимуляцию, а также сопутствующие ей эмоциональные реакции. Для этого особенно эффективен алкоголь. Индивид, который предавался поведению, за которое затем был наказан, в результате ощущает вину или стыд, получает подкрепление, напившись пьян, потому что этим подавляются генерируемые им самим отрицательные стимулы. Очень сильная тяга к пьянству может быть результатом повторяющегося (положительного) подкрепления, особенно если отрицательная ситуация труднопереносима. Выражение "патологическая зависимость" обычно употребляют исключительно в случаях, в которых лишь наркотик позволяет избежать мучительные ощущения так называемых симптомов "ломки" или похмелья, которые являются следствием предыдущего приёма наркотика. Алкоголь может вызвать такого рода зависимость, но у таких препаратов, как морфин и кокаин, она проявляется более четко. Наркомания на данном этапе становится уже самостоятельной проблемой, но изначальное применение наркотика, как правило, объясняется его эффектом снятия последствий наказания.

- ЧРЕЗМЕРНО ЭНЕРГИЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ Человек может проявлять необычайно высокую вероятность проявления акта поведения в ответ на стимул, которая не "адекватна реальности" в том смысле, что такое поведение невозможно объяснить, исходя из существующих факторов подкрепления. Её иногда можно объяснить на основании предыстории управления его поведением. Например, когда бегство реально невозможно, очень неприятная ситуация может вызвать неэффективное поведение в виде бесцельных метаний или поисков.

Такова зачастую обычная "нервозность". Индивид взбудоражен и не может успокоиться, однако это поведение невозможно правдоподобно объяснить его нынешними реальными последствиями. Иногда имеются очевидные последствия, но мы должны обратиться к предыстории, чтобы выяснить, почему они являются подкреплением. Например, поведение может давать определённую степень избегания, генерируя стимулы, которые вызывают реакции, несовместимые с эмоциональными побочными эффектами наказания. Таким образом, в "поисках приключений" человек подвергает себя действию стимулов, которые вызывают реакции, несовместимые с депрессией или скукой. Мы объясняем, почему "приключения" дают подкрепление, указывая на то, что они вытесняют отрицательное действие чрезмерного управления поведением. Иногда можно показать, что труднообъяснимое поведение является лишь способом "быть занятым чем-то иным." Озабоченность индивида делом, которое судя по всему не даёт соизмеримого положительного подкрепления, можно объяснить, указав, что благодаря ей он избегает отрицательные последствия какой-то другого образа действий. Некоторые навязчивые идеи и предрассудки, очевидно, имеют такой же эффект. Интерес к ситуациям, в которых наказуемое поведение особенно маловероятно, может быть объяснен подобным же образом. Когда чрезмерно активное поведение индивида является приёмом самоконтроля, благодаря которому окружающая обстановка изменяется таким образом, что вероятность того, что она вызовет у него наказуемое поведение, становится меньшей, то это так называемый эффект "формирование реакции" по Фрейду.

- ЧРЕЗМЕРНО СДЕРЖАННОЕ ПОВЕДЕНИЕ Особые предосторожности, с которыми человек водит машину после ДТП или почти-ДТП тоже могут быть вызваны отрицательными факторами воздействия, использовавшимися для управления поведением. Многократное наказание может сделать человека скованным, робким или замкнутым. В случае так называемых "истерических параличей" скованность может стать абсолютной.

Этиология, как правило, очевидна, если паралич ограничивается лишь определенной частью репертуара поведения. Например, человек, которого жестоко наказывали за разговоры, может перестать говорить вообще, с диагнозом "истерической афазии." И никакое управление поведением, будь то отрицательное или какое иное, не сможет вызвать у него речевое поведения. Точно так же у человека, который был наказан - возможно, всего лишь наложенными им самим на себя отрицательными последствиями - за то, что ударил друга, может случиться паралич руки. Но это не то же самое, что и паралич от страха. Одно - это быть слишком сильно напуганным для того, чтобы двигаться, а совсем иное - это страх пошевелиться. Первое из этих состояний может быть вызвано событием, которое не обусловлено поведением, и оно, как правило, генерализованное. Второе является результатом карающих последствий предшествующего движения.

- НЕАДЕКВАТНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ПОВЕДЕНИЯ СТИМУЛОМ Когда акт поведения был строго наказан, будь то управляющими поведением или окружающей обстановкой, то может случиться так, что человек начинает неэффективно или неадекватно реагировать на управление при помощи дискриминирующего стимула. Стимул, подобный тому, который вызывал наказуемое поведение, может тогда не вызывать вообще никакой реакции.

Когда структура стимула сложная, то мы говорим, что человек "отказывается смотреть в лицо фактам." Когда, например, он не замечает нечто совершенно очевидное, то мы говорим, что он страдает от "отрицательной галлюцинации." Все реакции на стимулы определённого типа отсутствуют при истерической анестезии. Ребенок может начать с того, что "не обращает никакого внимания" на упреки родителей, но поведение типа "делать что-то иное" может стать настолько успешным в избегании отрицательных стимулов и, возможно, отрицательных эмоциональных реакций на такие стимулы, что может преобразоваться в полную "функциональную глухоту".

Более распространенный результат - это просто неадекватное различение стимулов. Например, в случае проекции человек неправильно или нетипично реагирует на конкретную ситуацию, и его поведение часто можно объяснить избеганием действия управления (на его поведение). При "показной браваде" индивид не усматривает в ситуации ничего, чего следует бояться, и в результате менее вероятно, что она вызовет страх, за который он был ранее наказан. В некоторых галлюцинациях ситуация, в которой человека прежде наказывали, "видится" им якобы свободной от любых угроз. В бреде преследования искаженная реакция на окружающую обстановку позволяет человеку избегать отрицательного стимулирования, вызываемого его собственным поведением или бездействием, за которое его ранее наказывали.

- НЕАДЕКВАТНАЯ САМООЦЕНКА Также человек может неадекватно реагировать на стимулы, порожденные его собственным поведением. Например, при обычном хвастовстве он описывает свое поведение таким образом, который даст ему возможность избежать отрицательных стимулов. Он может хвастаться достижениями, чтобы избежать последствий наказания за некомпетентность; храбростью, чтобы избежать последствий наказания за трусость, и так далее. Этот вид рационализации (в психоаналитическом смысле - примечание behaviorist-socialist) лучше всего иллюстрируется манией величия, благодаря которой всю отрицательную стимуляцию индивидом самого себя, он может эффективно замаскировать. Как уже было показано, полную неадекватность самооценки - в форме отрицательной галлюцинации или истерической анестезии, ограничивающихся самостимулированием, можно объяснить избеганием последствий наказания (глава XVIII).

- ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ САМОСТИМУЛЯЦИЯ Бывает, что индивид ранит сам себя или устраивает так, что его ранят другие. Он также может лишать себя положительного подкрепления или делать так, чтобы другие лишили его подкрепления.

Эти последствия могут быть или не быть обусловленными поведением в форме наказания, и мы видели, что эффект таких факторов подкрепления вообще неясен. Такая самостимуляция объясняется, если удаётся показать, что индивиду с её помощью удаётся избежать еще более отрицательных последствий. Если условный отрицательный стимул регулярно предшествует безусловному со значительным интервалом времени, то суммарный эффект длительного условного стимула может быть более отрицательным, чем эффект более краткого безусловного стимула. Тогда человек может хотеть избежать страха надвигающегося наказания, чтобы поскорее "получить его и покончить с ним." Так убийца в "Преступлении и наказании" Достоевского сам сдается в руки карательных органов государства. Религиозная исповедь происходит потому, что покаяние менее неприятно, чем постоянное ощущение греховности. Утверждалось (в частности, Фрейдом), что "несчастные случаи" иногда представляют собой разновидность отрицательной самостимуляции - "искупления" чувства вины или греха.

Чёткую предысторию наказаний, которая могла бы объяснить каждый конкретный пример такой отрицательной самостимуляции, не всегда удаётся выяснить. Почему человек "мазохистски" травмирует себя или устраивает так, чтобы его травмировали другие, порой трудно объяснить. За отсутствием более очевидного объяснения можно утверждать, что такое поведение облегчает хроническое состояние стыда, вины или греха. Если за много различных видов реакций человека наказывали в самых разнообразных ситуациях, то условные отрицательные стимулы могут встречаться на каждом шагу в окружающей обстановке, делая состояние тревоги этого человека непрерывным.

В этих условиях отрицательное самостимулирование может даже давать положительное подкрепление. Другое возможное объяснение мазохистского самостимулирования состоит в том, что процесс респондентного (рефлекторного по Павлову) кондиционирования прошёл эффективно, но в неправильном направлении. При наказании отрицательные стимулы были тесно связаны с сильно подкрепляющими последствиями, например, сексуальным поведением. Ожидалось, что в результате сексуальное поведение будет автоматически вызывать условные отрицательные стимулы, однако отрицательные стимулы, использовавшиеся как наказание, могут стать положительным подкреплением, поставив этот процесс "с ног на голову".

ПСИХОТЕРАПИЯ КАК ИНСТРУМЕНТ УРАВЛЕНИЯ ПОВЕДЕНИЕМ

Поведение, которое представляет собой неудобство или опасность для самого человека или окружающих, часто требует "лечения". Раньше это лечение было делом друзей, родственников, знакомых, или представителей государственных органов. Они рекомендовали ему простыми "добрыми советами" линию поведения, которая должна была принести ему положительные последствия.

Большой объём рецептов такой житейской терапии содержится в пословицах, фольклоре и других формах житейской мудрости. Психотерапия представляет собой специальный инструмент, который предназначен для решения этой проблемы. Она является не организацией вроде правительства или церкви, а профессией, члены которой придерживаются более или менее стандартизированных методов. Психотерапия уже стала серьёзным средством управления жизнями многих людей, и поэтому тут надо рассказать о ней.

- ДИАГНОЗ Психотерапевт должен, разумеется, кое-что знать о пациенте, которого он лечит. Он должен иметь определенную информацию о его биографии, о поведении, которое требует лечения, а также о нынешних условиях жизни пациента. Клиническая психология подчеркивает важность освидетельствования пациента. Подробно изучалось то, как проводить опрос, как регистрировать биографию, как анализировать поток мыслей в свободной ассоциации, как определить вероятность получения ответа из проективных тестов или снов, и как использовать эту вероятность для того, чтобы делать выводы о предыстории лишений, подкрепления или эмоциональных стимулов. Были разработаны тесты на интеллект и другие черты характера для того, чтобы терапевт был в состоянии предсказать, сколь успешно пациент будет реагировать на различные виды терапии.

Часто считают, что единственным пунктом, в котором наука о поведении может быть полезна для терапии, является диагностика, причём просто как сбор информации о пациенте. После того, как будут собраны все факты об индивиде, само лечение должно быть основано лишь на опытности и здравом смысле терапевта. Это - пример широко распространенного неправильного понимания того, как надо применять научные методы к поведению человека. Сбор фактов является лишь первым шагом в научном анализе. Вторым является выявление функциональных отношений. Когда независимые переменные находятся под контролем, эти отношения позволяют непосредственно управлять зависимыми переменными. В данном случае терапия означает управление поведением. Адекватная наука о поведении человека, разумеется, должна делать бóльший акцент на терапии, чем на диагнозе. Тем не менее, проникновение науки в терапию натолкнулось на сопротивление, вероятно, в силу ряда причин, которые будут рассмотрены в главе XXIX.

Шаги, которые надо предпринять для того, чтобы вылечить конкретный дефект поведения, прямо следуют из анализа этого дефекта. То, будут ли они предприняты, зависит, конечно, от того, в состоянии ли терапевт управлять соответствующими переменными.

- ТЕРАПИЯ С самого начала власть психотерапевта в деле управления поведением основана на том факте, что состояние пациента неудовлетворительное, и что любое улучшение или обещание улучшения его состояния вследствие этого является положительным подкреплением. Чтобы объяснить в каждом конкретном случае, почему пациент обращается к терапевту, нужен анализ довольно сложной предыстории, большей части которой приходится верить на слово. Обещания эффективной помощи, различного рода доводы, которые делают такие обещания действенными, престиж терапевта, рассказы о излечении других больных, малейшие признаки раннего улучшения у самого пациента, доказательства мудрости терапевта, проявленной им в других вопросах - всё это вносит свой вклад в процесс, но слишком сложным образом для того, чтобы это можно было здесь проанализировать. Кроме того, терапевт может использовать переменные факторы, которые доступны ему для оказания влияния - личного, или в качестве члена этически значимой (для пациента) группы, или из-за своего сходства с членами семьи пациента или государственными и религиозными авторитетами, которые уже управляют пациентом в других отношениях.

Однако в целом первоначальная власть терапевта не очень велика. Поскольку результат, который он должен достичь, требует времени, его первая задача - выяснить то, сколько времени он имеет в распоряжении. Терапевт использует всю ту ограниченную власть, которой он первоначально обладает, чтобы получить гарантии того, что пациент останется в контакте с ним, что пациент будет приходить для дальнейшего лечения. Однако в процессе терапии его власть увеличивается. По мере того, как развивается эта организованная система отношений, терапевт становится важным источником подкрепления. Если он успешен в деле помощи пациенту, то поведение пациента - приходить на приём - получает подкрепление. Похвала со стороны терапевта может быть особенно эффективным (подкреплением). По мере того, как его знание пациента увеличивается, он может также использовать положительные подкрепления, которые в некотором смысле лежат вне сферы его власти, указывая на взаимосвязи между конкретными формами поведения (пациента) и конкретными последствиями. Он может продемонстрировать, например, что различные неприятные события фактически являются результатом поведения самого пациента. Он может предложить образ действий, который, вероятно, будет давать положительное подкрепление. После того, как терапевт освоит управление поведением пациента, он может также предложить схемы или шаблоны поведения, влияющие на уровень депривации или, наоборот, удовлетворения, и которые упорядочивают предъявление стимулов, вызывающих выработку или исчезновение условных эмоциональных реакций, благодаря чему устраняются стимулирующие ситуации, имеющие отрицательные последствия, и т.д. Эти схемы, выполняемые пациентом сначала в силу речевого управления им со стороны терапевта, в конце концов обретают и другие источники силы, если действуют на пациента как подкрепление."

СКИННЕР: "НАУКА И ПОВЕДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА", ГЛ. XXIV - ПСИХОТЕРАПИЯ - 2

"- СОЧУВСТВУЮЩИЙ СЛУШАТЕЛЬ Самый распространенный ныне метод психотерапии создан Зигмундом Фрейдом. Его описывали различными способами и различными теориями поведения. С нашей точки зрения его можно описать просто так: терапевт является сочувствующим слушателем. Для этого процесса требуется много времени. С точки зрения пациента, терапевт сначала является лишь еще одним членом общества, которое давит на пациента чрезмерным управлением. Задача терапевта - доказать, что у него совсем другая роль. Поэтому он последовательно избегает применять наказание. Он никоим образом не критикует своего пациента и не возражает против его поведения. Он не указывает ему на ошибки в произношении, грамматике или логике. В особенности он избегает проявления каких-либо агрессивных реакций, когда пациент критикует или иным образом нападает на него. Роль сочувствующего четко демонстрируется тогда, когда реакция терапевта часто несовместима с наказанием, например, если он реагирует чёткими проявлениями дружелюбия на агрессивные нападки или смягчает тягостность рассказа пациента о наказуемом поведении непринужденной репликой вроде: "Ну, это бывает."

По мере того, как терапевт постепенно утверждает себя в роли сочувствующего слушателя, поведение, которое до сих пор было репрессировано, начинает проявляться в репертуаре пациента. Например, пациент может вспомнить ранее забытый эпизод, в котором он был наказан. Ранние впечатления, при которых он впервые испытал управление поведением при помощи наказания, и которые уже давно были подавлены, часто представляют собой драматические эпизоды. Пациент также может начать описывать нынешнюю тенденцию вести себя наказуемым образом, например, агрессивно. Он может также начать вести себя наказуемым образом: может говорить неграмотно, противоречить здравому смыслу, говорить непристойности или богохульства, или может критиковать или оскорблять терапевта.

Также он начинает проявлять неречевое поведение, которое ранее подвергалось наказанию: он может стать асоциально агрессивным или разнузданно эгоистичным. Если такое поведение ранее было полностью подавлено, оно может сперва проявиться только в скрытной форме; индивид может проигрывать "в уме" речевое или неречевое поведение - например, фантазированием наказуемого поведения. Затем это поведение может перейти в открытую форму. Пациент также может начать выказывать сильные эмоции: он может плакать навзрыд, устраивать бурные сцены, или вести себя "истерично" глупо.

Если перед лицом такого поведения терапевт успешно сохраняет свою позицию отказа от наказания, то процесс ослабления результатов наказания ускоряется. Все больше и больше наказуемого поведения переходит в открытую форму. Если, однако, терапевт начинает критиковать или каким-то образом наказывает или угрожает наказанием, или если поведение, за которое пациента ранее наказывали, начинает проявляться слишком бурно, то этот процесс может внезапно закончиться. Негативное состояние, которое возникает и опрокидывает положительную тенденцию, иногда называют "сопротивлением".

В психотерапевтическом процессе есть и второй этап. Проявление прежде наказуемого поведения в присутствии ненаказующей аудитории делает возможным экстинкцию некоторых результатов наказания. Это основной результат такой терапии. Стимулы, которые автоматически генерирует собственное поведение пациента, становятся все менее и менее негативными и менее и менее способными вызвать эмоциональные реакции. Пациент чувствует себя менее неправым, менее виновным, или менее греховным. Как прямое следствие этого уменьшается вероятность проявления различных форм оперантного поведения, которое, как мы видели, является бегством из такой ситуации самостимулирования.

ПСИХОТЕРАПИЯ В СРАВНЕНИИ С РЕЛИГИОЗНЫМ И ГОСУДАРСТВЕННЫМ УПРАВЛЕНИЕМ ПОВЕДЕНИЕМ

Таким образом, основной метод психотерапии нацелен на обращение изменений поведения, которые возникли в результате наказаний. Очень часто эти наказания - дело рук религиозных или государственных инстанций. Существует, следовательно, определенное противоречие между психотерапией и авторитетом религии и государства. Это противоречие становится очевидным, когда психотерапевт выступает за изменения в традиционных методах управления поведением. Например, он может рекомендовать изменение обращения полиции с молодыми правонарушителями или определенными типами психопатических личностей. Это противоречие привлекло к себе значительное внимание. Представители некоторых религиозных организаций обвиняли психотерапевтов в поощрении аморальных тенденций и, по похожим причинам, государственные чиновники препятствовали реформам, предложенным психотерапевтами.

Хотя существует фундаментальное противоречие между используемыми ими процессами воздействия на поведение, это вовсе не значит, что шаблоны поведения, которые эти три учреждения пытаются привить, должны быть различными. Психотерапевт заинтересован в исправлении определенных побочных результатов управления поведением. Даже если он оспаривает эффективность определенных методов, он, вероятно, не ставит под сомнение необходимость привить поведение, которое религиозные или правительственные организации пытаются достичь своими методами. Избегая побочные эффекты чрезмерного управления, он может восстановить у индивида определенный уровень эгоистичного поведения путем ослабления негативной стимуляции, которая исходит от религиозного или государственного управления поведением; но он будет согласен с тем, что эгоистическое поведение должно подавляться обществом и организациями, действующими в рамках и в интересах общества, и он должен подготовить своего пациента к тому, чтобы он согласился с таким управлением его поведением.

Применяемые религиозными и государственными организациями методы чрезвычайно мощны, и ими часто злоупотребляют, что приводит к отрицательным результатам как для индивида, так и для общества. Поэтому часто необходима определенная мера противодействия со стороны психотерапии или подобных ей инстанций. Поскольку факторы управления, имеющиеся у терапевта, относительно слабы, и при этом он должен действовать в рамках определенных этических, религиозных и правовых норм, его едва ли можно рассматривать как серьезную угрозу. Вопрос о том, можем ли мы принять в конечном счете решение относительно "лучшей" меры религиозного или государственного управления поведением, будет рассмотрен в разделе VI.

ТРАДИЦИОННЫЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ

Что именно "не так" с человеком, который проявляет побочные эффекты наказаний, легко выяснить. Результатом конкретной биографии стал организм, чье поведение ущербно или опасно. В каком смысле оно ущербно или опасно - это надо устанавливать в каждом конкретном случае, отмечая его последствия для самого индивида и для окружающих. Задача терапевта - сделать такое добавление к этой биографии, что поведение больше не будет иметь таких характеристик.

Однако традиционная точка зрения иная. Область психотерапии полна фиктивных объяснений. Само поведение считается не полноправным предметом исследования, а лишь симптомом того, что якобы не в порядке нечто совсем иное. И считают, что задача терапии - это излечить некую внутреннюю болезнь, а отклонения поведения якобы являются просто её "симптомами". Подобно тому, как религиозные авторитеты желают максимума веры и благочестия, а государственные учреждения - максимума правосудия, свободы и безопасности, то и психотерапия желает максимума психического здоровья и адекватности личности. Эти термины обычно негативные, потому что служат как индикаторы болезненного или неадекватного поведения, которое отсутствует у здоровых и адекватных. Часто состояние, которое подлежит исправлению, называют "невротическим", и то, против чего борется психотерапия, затем определяют как "невроз". Этот термин теперь избавлен от своего изначального подтекста "расстройства нервной системы", но тем не менее остаётся примером вредного фиктивного объяснения. Он поощрял терапевта к тому, чтобы обходиться без конкретизации того, какое поведение должно быть исправлено, и выяснения того, почему оно ущербно или опасно. Предполагая, что существует единая причина для множества "расстройств", он подразумевал их единообразие, которого не обнаруживается в действительности. И что самое важное, он содействовал убеждению в том, что психотерапия - это устранение неких внутренних причин психического заболевания, подобно тому, как хирург удаляет воспаленный аппендикс или злокачественную опухоль, или как переваренная пища удаляется из организма. Но мы уже достаточно хорошо знакомы с "внутренними причинами" для того, чтобы понять, почему эта доктрина поставила перед психотерапией неразрешимую задачу. Ведь не какая-то внутренняя причина поведения, а само поведение - это и есть то, что согласно медицинской аналогии очищения должно быть "удалено из системы."

Вера в то, что некоторые виды "затаённого" поведения приносят неприятности, пока организм не сможет избавиться от них, по меньшей мере так же стара, как и античная Греция. Аристотель, например, утверждал, что трагедия оказывает положительное влияние на очищение человека от эмоционального поведения. По той же самой аналогии утверждалось, что спортивные соревнования позволяют и участникам, и зрителям избавляться от агрессивных тенденций. Утверждалось также, что человеческий ребенок имеет определенный "заряд" сосательного поведения, от которого он должен в конечном итоге избавиться, и что если он не исчерпает этот заряд поведения в нормальном процессе кормления грудью, то он будет сосать пальцы или другие предметы. Мы знаем, что имеет смысл говорить, что организм имеет склонность выполнять конкретный вид поведения с некоей интенсивностью. Такое поведение сходит на нет, например, в процессе экстинкции. Но из этого вовсе не следует, что потенциальная предрасположенность к нему вызывает проблемы или имеет какое-то другое действие на организм, пока не сойдет на нет. Доказано, что сосательное поведение у ребенка получает подкрепление кормлением грудью, то есть становится от этого более, а не менее вероятным. И не менее правдоподобна гипотеза, что соревновательные виды спорта возбуждают, а не смягчают агрессивные тенденции. В любом случае, те переменные, которые следует учитывать, имея дело с вероятностью акта поведения - это просто сам по себе акт поведения и независимые переменные, от которых он функционально зависит. У нас нет никаких оснований считать "сдерживание" поведения как одну из причин его проявления.

Исходя из предположения, что якобы внутренние причины невротического или неадекватного поведения вызываются массивными физиологическими сдвигами, иногда пытались его лечить путем введением лекарственных препаратов, оперативно кромсая нервную систему, или вызывая с помощью токсинов или ударов электрическим током интенсивные судороги. Такая "терапия", очевидно, направлена на гипотетическое внутреннее заболевание, а не на само поведение или на доступные для управления им переменные вне организма, к которым можно проследить истоки этого поведения. Даже "функциональная" терапия, при которой манипулируют внешними переменными, часто описывается той же фразеологией. Говорят, что терапевт искореняет источник проблем. Эта концепция не столь уж далека от воззрения, которого по-прежнему придерживается большое число людей, что невротическое поведение возникает от того, что дьявол или какая иная агрессивная сущность временно "овладевает" человеком. Традиционное лечение состоит в изгнании дьявола из одержимой им личности, создавая условия, которые должны быть для него отвратительны - и некоторые способы лечения раздвоения личности отличаются от этого лишь тем, что избегают намёков на богословие. Более мелкими бесами современной теории являются беспокойства, внутренние конфликты, подавленные желания и вытесненные воспоминания. Подобно тому, как "очищают" от затаённых эмоций, таким же образом пытаются "урегулировать" конфликты и "высвобождать" затаённые желания и воспоминания.

Эта интерпретация психического заболевания и терапии - по большей части дело рук Зигмунда Фрейда. Она очевидно сопротивляется критике в значительной степени благодаря заслугам Фрейда в других направлениях. Его великим достижением, так недавно выразился один из его учеников, было применение принципа причинно-следственной связи к человеческому поведению. Аспекты поведения, которые прежде считались произвольными, бесцельными или случайными, Фрейд вывел из соответствующих переменных. К сожалению, он выбрал для объяснения обнаруженных им отношений некий набор заумных фикций. Он постулировал "я", "сверх-я" и "оно" в качестве обитателей психического или ментального мира, подразделенного им на области "сознательного", "подсознательного" и "бессознательного". Он разделил между этими личностями некое количество "психической энергии", которая якобы перетекает от одного к другому по своего рода гидравлической системе. Любопытно, что именно сам Фрейд подготовил почву для отказа от этих объяснительных фикций. Настаивая на том, что многие психические феномены невозможно непосредственно наблюдать даже самому индивиду, он расширил сферу психологического фантазирования. Фрейд в полной мере воспользовался возможностями для этого, но в то же время он поддерживал анализ процесса умозаключений, благодаря которым можно было бы познать такие феномены. Но он не дошел до того, чтобы сделать вывод о том, что необходимо вообще избегать ссылаться на такие феномены; однако это стало естественным следствием дальнейшего исследования фактического материала.

Концепции Фрейда о психическом заболевании и терапии были тесно связаны с его концепцией психической жизни. Психоанализ рассматривался как так называемая глубинная психология, стремящаяся к открытию внутренних и ненаблюдаемых иным путём конфликтов, блокировок и действующих пружин. Поведение организма часто рассматривалось как относительно незначительный побочный продукт бешеной борьбы, происходящей под поверхностью сознания. Желание, которое было подавлено в результате карательных последствий, пытается выскользнуть из-под контроля. При этом оно якобы прибегает к определенным приёмам, которые Фрейд называл "динамизмами" - уловками, которые блокируемое желание использует, чтобы избежать наказания. А терапия, мол, занимается обнаружением подавленного желания и его искоренением, или наоборот, блокируя его более надежно, так, чтобы симптомы исчезли. Однако нынешние представления о терапии совершенно иные. Фрейдистское желание - это устройство для представления реакции с некоей вероятностью проявления. Любой эффект "подавления" должен быть функцией переменных, которые привели либо к самой реакции или к подавляющему поведению. Мы должны задать вопрос, почему прежде всего эта реакция проявилась, почему она была наказана, и какие переменные активны в настоящее время. Ответы должны дать объяснение невротического поведения. И если в фрейдистской схеме поведение является лишь симптомом невроза, то в нынешней формулировке оно является непосредственным объектом исследования.

Давайте рассмотрим кажущийся результат борьбы с желанием самовыражения. Пример, который позволит наблюдать основные фрейдистские "динамизмы" - это соперничество между близнецами. Предположим, что два брата конкурируют за любовь родителей и другие подкрепления, которые должны быть разделены между ними. Из-за этого один брат ведет себя агрессивно по отношению к другому и его наказывают - брат или родители. Давайте предположим, что это произошло несколько раз. В результате любая ситуация, в которой возможны агрессивные действия по отношению к брату, или любая ранняя стадия таких действий будет вызывать условный карающий стимул, ассоциированный с беспокойством или виной. Это эффективно с точки зрения другого брата или наказывающего родителя, потому что это приводит к самоконтролю агрессивного поведения; наказанный брат теперь, скорее всего, займется деятельностью, которая несовместима с агрессивностью и вытесняет её. В этом смысле он "подавляет" свою агрессию. Подавление успешно, если поведение настолько эффективно замещено, что оно редко достигает исходного состояния, в котором оно вызывает беспокойство. И наоборот, оно неудачно, если часто возникает беспокойство. Другие возможные последствия, которые описываются так называемыми "динамизмами", таковы:

То же самое наказание может привести человека к подавлению любого осознания своих агрессивных тенденций (см. главы XVII и XVIII). Он не только не ведет себя агрессивно по отношению к своему брату, но он даже не "знает", что имеет склонность к этому. Он может управлять собой, изменяя окружающую обстановку таким образом, что она с меньшей вероятностью будет вызывать агрессивное поведение, не только у него самого, но и у других. В качестве примера формирования реакции он может участвовать в благотворительности, в кампаниях против расовой дискриминации или в пропаганде философии братской любви. Мы объясняем его поведение, демонстрируя, что оно способствует подавлению его собственных агрессивных импульсов и, следовательно, к снижению условной карающей стимуляции в результате наказания (см. главу XV).

Он может реально вредить своему брату, но при этом рационализировать (рационально обосновывать) свое поведение. Например, он может наказывать своего брата "для его же блага", или может проявлять особые старания сообщить ему неприятные новости, "потому что он должен знать худшее." Эти выражения описывают поведение таким образом, что другие воздерживаются от наказания, и условная карающая стимуляция не вызывается собственным поведением индивида (см. главу XVIII).

Он может сублимировать свою агрессию, выбрав профессию, в которой такое поведение одобряется. Например, он может наняться в армию или полицию или получить работу на бойне или на фирме, занимающейся сносом зданий. Это - индукция реакцией, если другие формы агрессивного поведения получают усиление от переменной, которая усиливает агрессию против брата (см. главу VI); это - индукция стимулом, если другие стимулы имеют какую-либо общую черту со стимулом, побуждающим к агрессии против его брата.

Он может фантазировать о том, что ранит и убивает своего брата. Если это также вызывает карающую стимуляцию, то он может фантазировать о том, что ранит и убивает других людей. Если у него есть талант, он может писать рассказы о братоубийстве, или если слово "брат" вызывает у него беспокойство, то о других убийствах (см. главу XVIII).

Ему может сниться, что он ранит или убивает своего брата, или, если это вызывает карающую стимуляцию, то о том, что ранит или убивает кого-то, кто символизирует его брата - возможно, какое-то животное, которое в другой части сна приобретает черты его брата (см. главу XVIII).

Он может переместить свою агрессию, "неразумно" ударив невинного человека или даже вещь (см. главу X). Это может произойти просто потому, что эмоциональные реакции проявляют индукцию стимулом - когда человек, который злится на отсутствующего офисного посыльного, срывает злобу на другом сотруднике; или же потому, что поведение, будучи перемещено, по меньшей мере не будет наказано столь же сурово - когдa человека, который злится на начальника, срывает злобу на посыльном.

--

Рис.: Херлуф Бидструп

Он может изощряться в агрессивных насмешках, говоря вещи, которые с одной стороны вредят его брату, которые с другой стороны невозможно запретить. Насмешка оскорбительна и заслуживает наказания, если она связана с одной переменной, но отнюдь не такова, если связана с другой переменной. Острота остроумна именно потому, что двусмысленна, будучи функцией двух переменных (см. главу XIV).

Он может идентифицировать себя с борцами на ринге или с персонажами в садистском кинофильме или в рассказах о людях, которые бьют или убивают своих братьев, в том смысле, что он весьма склонен имитировать их речевое и неречевое поведение (см. главу XIV). Он будет получать подкрепление от таких историй и говорить об этом, выражая при этом общую эмоциональную реакцию на положительное подкрепление, говоря, что это ему "нравится".

Он может проецировать свою агрессию, описывая картину, на которой сражаются двое мужчин, что она изображает братьев (см. главу XIV), в том смысле, что он склонен подражать такому поведению и предполагать, что люди на картине реагируют на те же самые переменные.

Он может ответить агрессивно по образцу фрейдистской оговорки, например, говоря: "Я никогда не говорил, что не ненавижу моего брата" вместо "Я никогда не говорил, что ненавижу моего брата" (см. главу XIV).

Он может забыть о чём-то обещанном его брату или кому-то, кто похож на него (см. главу XIV).

Он может избегать страха наказания "наказывая сам себя" - проявляя мазохистское поведение, например заставляя себя выполнить трудную или опасную работу, или становясь жертвой несчастного случая.

У него могут возникать какие-нибудь болезненные симптомы, особенно в присутствии брата. Они могут быть характерной формой конкурентного поведения, от которого он получает преимущество, или же присутствие брата может вызвать сильные реакции желез и гладкой мускулатуры, вреднящие его организму.

Обычно сложно доказать, что все эти явления связаны с наказаниями агрессивного поведения по отношению к брату в раннем возрасте. Но они являются логичными последствиями таких наказаний, и можно указывать на историю развития в раннем возрасте, если не обнаруживается иных переменных, которые объясняли бы такое поведение. (Если поведение не имеет никакой связи с историями такого рода, то тем менее их надо объяснять в научном анализе.)

Такие явления - это просто реакции человека, который пережил какую-то специфическую историю. Они не являются ни симптомами, ни скрытным выражением подавленных желаний или импульсов. Динамизмы - это не какие-то хитрые козни агрессивного импульса, стремящегося освободиться от цензурных запретов, налагаемых индивидом или обществом, а проявление сложных наборов переменных. Терапия состоит не в высвобождении злокозненного импульса, а во введении переменных, которые компенсируют или исправляют (действие) истории, которая стала причиной неприемлемого поведения. Подавленная эмоция является не причиной такого поведения, а его частью. Невозможность вспомнить события далёкого прошлого не порождает невротические симптомы; она представляет собой лишь пример неадекватного поведения. Вполне возможно, что в ходе терапии подавленная эмоция и поведенческий симптом могут исчезнуть вместе, или же подавленное в памяти вспомнится, когда неадекватное поведенияе будет исправлено. Но это не означает, что одно из этих событий является причиной другого. Они оба, вероятно, были результатами предыстории воздействия окружающего мира, которые терапия изменила.

Подчеркивая "невротическое" поведение само по себе, а не какое-то внутреннее состояние, которое приписывают в качестве объяснения, можно нарваться на обвинение в том, что мы совершаем непростительный грех "лечения симптомов, а не причин." Это выражение часто применяется к попыткам устранить досадные особенности поведения, не обращая внимания на "причинные факторы", например, "лечения" от заикания при помощи курса упражнений устной речи, исправления осанки при помощи плечевого корсета, или отучения от привычки сосать палец, намазывая на него горькое вещество. Считается, что такая терапия игнорирует "глубинное" расстройство, симптомами которого якобы являются эти особенности поведения. Но утверждая, что само поведение является предметом терапии, а не симптомом чего-то иного, мы не совершаем такую же ошибку. Объясняя конкретный пример досадного поведения с позиций личной истории индивида и изменяя или дополняя эту историю как своего рода терапию, мы имеем дело с теми самыми переменными, к которым традиционный теоретик должен будет в конечном счете обратиться для объяснения предполагаемых им "внутренних причин".

ИНЫЕ МЕТОДЫ ТЕРАПИИ

Есть много других способов, которыми можно исправить неадекватное поведение. Когда причину проблем невозможно объяснить чрезмерным применением наказаний или другими негативными обстоятельствами в личной истории индивида, то нужно разработать иные терапевтические методы. Ведь бывает и противоположная ситуация, например, при которой этические, государственные или религиозные инструменты управления поведением оказались недостаточными. Индивид, возможно, избежал столкновений с управляющими органами, или, возможно, прибыл из другой культуры, где его воспитание в раннем возрасте было неадекватным, или он нелегко поддаётся управлению. Тогда терапия должна состоять из наложения дополнительных управляющих переменных. Если человек целиком вышел из-под контроля, то найти эффективные терапевтические методы трудно. Такой человек называется психопатом.

Иногда терапевт должен сконструировать целиком новый репертуар, который будет адекватным в окружающем пациента мире. Адекватное поведение, уже имеющееся в репертуаре пациента, возможно, нуждается в (дополнительном) подкреплении, или к нему, возможно, потребуется добавить дополнительные компоненты. Поскольку терапевт не может предвидеть все обстоятельства, в которых окажется пациент, он должен также создать репертуар самоконтроля, при помощи которого пациент будет в состоянии приспособиться к новым обстоятельствам по мере их возникновения. Этот репертуар состоит в основном из улучшенных способов избегать карающую самостимуляцию, обусловленную (предысторией) наказаний.

Такие конструктивные методы могут быть необходимы после того, как щадящие собеседования с терапевтом возымеют действие. Если подлежащий коррекции дефект поведения является побочным продуктом управляющего действия обстоятельств, которых больше не существует в жизни пациента, то уже может быть достаточно избавить его от бремени чрезмерного управления поведением. Но если есть опасность того, что пациент и впредь может подвергаться чрезмерному или неумелому управлению его поведением, то терапия должна быть более конструктивной. Пациента можно учить тому, как избегать ситуаций, при которых он, скорее всего, будет вести себя так, что будет наказан, но и это может оказаться недостаточным. Тут необходимо сконструировать адекватный репертуар поведения, особенно включающий в себя приёмы самоконтроля.

Другим возможным источником неприятностей для индивида может быть сильное подкрепление в прошлом, а возможно ещё и в настоящем, актов поведения, которые для него вредны или опасны. Поведение, которое нарушает этические, государственные или религиозные нормы, часто по своей природе даёт сильное подкрепление. Иногда могут также возникнуть случайные факторы подкрепления. В фильме Саши Гитри (Sacha Guitry) "История жульничества", ребенка наказали за какой-то тривиальный проступок, лишив его ужина. Но этот ужин оказался ядовитым, и один лишь этот ребенок остался в живых из целой большой семьи. Мораль фильма, что от этого ребенок встал на путь преступлений, не такая уж и надуманная. Положительное подкрепление в нетипичных ситуациях даёт в результате и другие формы неадекватного или даже чудовищного поведения. Например, социальное подкрепление от общения с конкретным человеком может стать очень мощным, и это может обусловить поведение, которое неадекватно в мире в целом. Таким образом, когда заботливый родитель оказывает необычайную любовь и внимание больному ребенку, любое поведение со стороны ребенка, который подчеркивает его болезнь, получает сильное подкрепление. Неудивительно, что ребенок будет продолжать вести себя подобным образом и после того, как выздоровеет. Это может начаться как простое симулянтство, которое едва ли отличается от поведения симулянта, который утверждает, что стал инвалидом в результате несчастного случая для того, чтобы получить возмещение убытков, но может перейти в более острое состояние истерической болезни, если ребенок сам не в состоянии опознать управляющие переменные или правильно оценить перспективы своего собственного поведения. Другие виды социальных факторов тоже имеют аналогичные последствия. Ребенок, который злится на своих родителей, получает подкрепление тогда, когда он ведёт себя так, чтобы вредить им, например, раздражая их любым доступным способом. Если такая ситуация сохраняется долгое время, то может выработаться репертуар поведения, который будет функционировать во вред ребенку в его отношениях с другими людьми. Очевидный метод исправления поведения, которое является результатом чрезмерного подкрепления, состоит в создании новых факторов подкрепления, которые угашают такое поведение. В итоге ребенок больше не получает подкрепления вниманием при симуляции болезни или острой эмоциональной реакцией на то, что раздражает родителей.

Подобно тому, как традиционная концепция ответственности выходит из употребления, как только власти обращаются к иным методам управления поведением, чем наказания, так и концепция терапии как искоренения "внутренних причин" неадекватного поведения, по-видимому, не годится для объяснения этих конструктивных методов. Существует, однако, и приблизительно параллельное объяснение, которое применялось ко всем методам терапии. Когда терапевт видит пациента в первый раз, он сталкивается с "проблемой" в смысле, описываемом в главе XVI. Пациент как правило демонстрирует новую манеру вредного или опасного поведения, вместе с новой историей, в рамках которой это поведение предстоит понять. Конкретный курс терапии, необходимый для изменения или дополнения этой истории, не может быть очевиден сразу. Тем не менее, терапевт может в конечном итоге "увидеть, что неправильно", и сможет предложить курс действий для исправления; в этом состоит его решение проблемы. Однако опыт терапевтической практики показал, что тогда, когда такое решение предлагается пациенту, оно может оказаться неэффективным, хотя судя по всему оно является правильным.

Напротив, если пациент сам доходит до такого решения, то гораздо более вероятно, что это приведет к правильному, эффективному образу действий. Практика терапии принимает этот факт во внимание. Точно так же, как психоаналитик может ждать самопроизвольного проявления подавленных воспоминаний, так и терапевт- непсихоаналитик ждёт, пока решение не созреет у самого пациента. Но здесь мы опять-таки легко можем неправильно истолковать причинно-следственную связь. "Нахождение решения" не является терапией, независимо от того, кто это делает. Если рассказать пациенту, что в его поведении неправильно, то от этого не произойдёт существенного изменения в управляющих им независимых переменных (факторах) и, следовательно, и существенного прогресса в направлении излечения. Когда пациент сам видит, что не в порядке, то важен не тот факт, что решение пришло к нему самому, а тот, что для того, чтобы самостоятельно обнаружить это решение, его поведение по отношению к этой проблеме должно было существенно измениться (то есть не "осознание" поведения, а само поведение). Из самой природы вредного или опасного поведения следует, что должно произойти существенное изменение для того, чтобы индивид смог идентифицировать управляющие им переменные (факторы подкрепления).

Решение, найденное пациентом, представляет собой, таким образом, значительный прогресс. О таком прогрессе не может быть и речи, когда терапевт объявляет решение. Терапия состоит не в том, чтобы пациент нашел решение своей проблемы, а в том, чтобы изменить пациента таким образом, что он был в состоянии обнаружить его.

ОБЪЯСНЕНИЕ ДЕЙСТВИЯ ПСИХОТЕРАПИИ

Терапевт занимается психотерапией прежде всего по экономическим причинам. Терапия - это профессия. Услуги, которые оказывает терапевт, дают пациенту и другим причастным лицам достаточно подкрепления для того, чтобы получить его за оплату деньгами (см. главу XXV). Обычно терапевт также сам получает подкрепление от своего успеха в помощи пациентам. Это особенно справедливо в рамках культуры, которая даёт подкрепление за помощь другим в качестве общепринятой этической нормы. Часто другим важным видом подкрепления для терапевта является его успех в манипулировании человеческим поведением. Он может иметь личную заинтересованность, например, в доказательстве ценности конкретной теории невротического поведения или метода терапии. Это обратное воздействие на практикующих терапевтов определяет в конечном счете подбор лиц в профессию психотерапевта и стандартизацию её методов.

На определенных стадиях психотерапии терапевт может достичь степени управления поведением, которая является более сильной, чем у многих религиозных или государственных авторитетов. Всегда существует возможность злоупотребления этой властью, как и при любом ином виде управления поведением. Противодействие, препятствующее злоупотреблению властью, осуществляется этическими нормами и методами организации профессии психотерапии. Опасность злоупотреблений может, как мы увидим в главе XXIX, служить объяснением нынешней популярности теорий психотерапии, которые отрицают, что поведением человека на самом деле можно управлять, или которые сознательно отказываются брать на себя ответственность за фактическое управление поведением."

ПОЧЕМУ ANNA-NEWS ЗОМБИРУЕТ РОССИЯН ЛИБЕРАСТСКОЙ БРЕХНЕЙ?

Открытое письмо профессору Марату Мусину

Дорогой Марат Мазитович!

Ваш сайт anna-news начал портиться. Он должен иметь свою политическую линию, а не быть "тростью, ветром колеблемой". Ну зачем вы отдаёте этот сайт на растерзание "плюралистической" анархии? Один из явных вредителей - некто под ником phenom. Зачем anna-news публикует собранные им материалы явно антисоциалистической, антинародной направленности без соответствующих критических комментариев? Почему этот мусор лежит под вывеской anna-news?

Если уж очень хочется, то сделайте отдельный форум, и пусть там пасутся и испражняются всяческие phenomены. Неужели на Вашем сайте нет редактора, который не пускал бы на сайт лживую буржуйскую пропаганду? Ведь из-за гор этой лжи не видно действительно ценных материалов, которые и должны быть лицом anna-news!

Короче, позволю себе напомнить Вам, Марат Мазитович, замечательную фразу Ленина: "Лучше меньше, да лучше" и сразу перехожу к обсуждению этого конкретного материала, который, на мой взгляд, куда уместнее на "Эхо Москвы", чем на anna-news.

Речь идёт о видеоролике с интервью некоего г-на Николаева, якобы "эксперта-экономиста". Это интервью отлично мог бы прокомментировать и раздолбать в пух и прах профессор Губанов. Но я не имею возможности связаться ним, и поэтому мне придётся делать это самому, хоть я и не специалист в области экономики.

Это видео: https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=u7vdUrkzxs0 некто phenom выложил здесь: http://anna-news.info/node/44480

под заголовком: "Почему россиян зомбируют оптимизмом". Видео выложено с таким вот "вступлением": "Директор Института стратегического анализа Игорь Николаев о структурной катастрофе, о том, как нашей экономике выбраться из сырьевой воронки." Вот так! Мол, подставляйте уши под развеску лапши. Сейчас эксперт Николаев всё объяснит непросвещенной публике!

Это возмутительное своей лживостью интервью примечательно лишь тем, что содержит полный набор свободорыночной демагогии, которой до отказа набиты масс-медии Запада. Основной мотив: экономику надо сделать "свободнорыночно-правильной", и тогда всё якобы пойдёт на лад. Мол, нынешний структурный кризис произошёл от "неправильной политики власти". Что же неправильно? Да вот мол, и пенсионный возраст надо повышать, и пенсионные фонды надо отдать на расхищение буржуям (как это сделано в США), и социальные расходы надо сокращать, и оборонный бюджет урезать... Мол, вместо этого "быдлу" наобещали благ, а "эффективных собственников" от налогов вовремя не освободили... И импортозамещение тоже не нужно, потому что российский камамбер теперь стоит в два раза дороже импортного...

Почтеннейший г-н Николаев! Те, кто едят французский камамбер, могут платить не только вдвое, а втрое, и вчетверо больше обычного, и не разорятся. Камамбер - это не хлеб, не картошка, не масло, не чай и не молоко - продукты, нужные всем каждый день. А в СССР камамбер был по цене плавленых сырков, потому что из-за покрывающего слоя плесени его мало кто хотел есть. Но дело не в камамбере.

Дело в том, что надо просто заглянуть в первый том "Капитала" Карла Маркса, где ясно разобрано, что капиталистическая прибыль - это прибавочный продукт эксплуатации наёмного труда, и поэтому имеет паразитическую сущность. Именно поэтому государство само должно активно инвестировать в высокоэффективное производство с высокой долей прибавочной ценности. В этом - суть предложений проф. Губанова, и суть (в несколько разбавленном виде) программы академика Глазьева.

Но этот мусью Николаев-де-Камамбер, жеманясь и кривляясь, корча из себя "гения, страдающего от непонимания", пытается убедить зрителя, что от программы Глазьева никакого проку не будет, что якобы этим структурный кризис не удастся преодолеть, а надо - по дискредитированным историей прописям неолиберализма - освобождать буржуев от налогов и выжимать из народа кровь, пот и слёзы!

Показательно, что г-н Николаев к тому же ничего не имеет против жутко взвинченной монополистическими частными банками России процентной ставки кредитования. Интересно было бы задать ему вопрос: значит, по-Вашему выходит, что частные банки, которые холит и лелеет мадам де-Набиуллина - это "эффективные собственники", а не самые одиозные ростовщики-рантье, удушающие продуктивную реальную экономику? Уверен, что г-н Николаев ответил бы утвердительно. Но чтобы понять лживость его рассуждений, надо прочесть второй и третий том "Капитала" Карла Маркса, в которых разбирается паразитическое присвоение ренты (например, монопольной, земельной, из эксплуатации природных ресурсов - которую, слава богу, Путину удалось отчасти вырвать из загребущих когтей компрадорской мрази, за что его так и возненавидел Запад).

Государство, которое допускает существование частных банков, разоряет этим свой народ и страну. Частные банкиры - это упыри-людоеды, которых надо сажать на осиновый кол!

Подведём итог: все неолиберальные рассусоливания г-на Николаева об экономике вообще и о нынешнем структурном кризисе в России основаны на порочной, извращенной логике примата капиталистической прибыли. Мол, что-то может быть сделано только в том случае, если при этом буржуйская сволочь получает жирную прибыль. А народ при этом может (а во время кризиса должен) подыхать с голода.

Именно эта омерзительная логика: "Важна лишь прибыль для буржуев" является причиной капиталистических кризисов "перепроизводства", то есть исчезновения платежеспособного спроса вследствие поляризации доходов, которая толкает буржуев (за отсутствием возможностей для прибыльных производительных капиталовложений) на азартную игру биржевых спекуляций, а народ - в очереди за благотворительной бесплатной тарелкой супа. Так что преодолеть кризис можно очень даже легко, почтеннейший г-н Николаев и все прочие буржуйские эксперты: для этого надо лишь уничтожить капитализм, стереть с лица Земли весь этот ваш по-бл.дски расфуфыренный "свободный рынок"!

Недаром советская экономика динамично развивалась именно благодаря отрицанию этой логики. Поэтому индустриализация СССР шла высокими темпами как раз в те годы, когда Запад поразила Великая Депрессия 1930-х годов. Плановая социалистическая экономика руководствовалась не логикой биржевых спекуляций, а логикой реального развития производительных сил общества, и именно поэтому осколки СССР ещё пару десятилетий после его гибели могли жить сносно, проедая и проматывая его экономическое наследие - заводы, инфраструктуру и квалифицикацию и грамотность трудящихся. А теперь это наследие износилось, повымерло и иссякло. Вот в этом и состоит причина нынешнего структурного кризиса в России.

Может быть, кому-то покажется, что я слишком резко критикую г-на Николаева и ему подобных "экспертов"-либерастов. Разумеется, если бы народ России мог без угрозы внешнего вмешательства свободно выбирать между капитализмом и социализмом, то я согласился бы с таким упрёком. Но ситуация в мире совсем иная. Проклятый западный империализм начал агрессию против России экономическими санкциями и руками своего марионеточного олигархофашистского киевского режима и, несомненно, откроет новые фронты агрессии - может, в Центральной Азии, или в Закавказье, или в Прибалтике, или в Арктике. Капитализму (т.е. Западу) нужно грабить и порабощать независимые страны, чтобы запитывать доходы от грабежа в свою систему долларизованных активов. Россия для Запада - это чрезвычайно лакомая и обильная добыча.

Поэтому выбор для России между социализмом и капитализмом означает выбор между жизнью и смертью. Россия просто не может позволить себе роскошь питать на себе паразитов-буржуев и ради этого опускать уровень жизни народа ниже плинтуса. Путин должен наконец-то понять, что народ не будет защищать власть, если её чиновники и политиканы в случае войны смогут удрать на виллы во Флориде и на юге Франции, предоставив преданному ими простому народу погибать под градом атомных бомб проклятой пиндосско-НАТОвской дьявольской империалистической бестии. Следовательно, курс на социальную справедливость и экспроприацию мафиозной воровской буржуазии - "эффективных собственников" - должен быть взят как можно скорее.

Короче, посмотрите лицемерную жеманную демагогию учёного лакея буржуев г-на Николаева, посмотрите, как он сокрушенно вздыхает, как он зажмуривает глазки, как он разводит ручками, чтобы показать публике свои страдания от того, что в России нету "правильной свободнорыночной экономики". И вспомните, что именно такая "правильная" экономика разорила множество стран, сдуру или по коварному подговору принявших рекомендации "свободнорыночных экспертов"-неолибералов к беспрекословному исполнению.

Я советую тем, кто читает по-английски, прочесть сделанное профессором Майклом Хадсоном совершенно четкое и логичное объяснение людоедства и паразитизма буржуйской экономики, которое недавно было опубликовано под заглавием "Parasites in the Body Economic: the Disasters of Neoliberalism" здесь: http://www.counterpunch.org/2015/10/05/parasites-in-the-body-economic-the-disasters-of-neoliberalism/ . К сожалению, у меня сейчас нет времени перевести этот замечательный текст (около 40 страниц) на русский язык. Может быть, кто-то, кому дорога Россия, сделает это? Ведь надо же давать народу противоядие против вреднейшей неолиберальной брехни, которую в частности извергает из себя г-н Николаев!

Ну а для тех, кто не владеет английским - вот рисунок Херлуфа Бидструпа, наглядно показывающий действие лживых неолиберальных "высокоученых" разглагольствований на наивную публику:

--

(Надписи на плакате:

-- вверху: "Мы требуем повысить зарплату и сократить рабочий день"

-- внизу: "Понизить зарплату, удлинить рабочий день")

----

ДОБАВЛЕНИЕ 12 ОКТЯБРЯ 2015 Г.:

Одновременно с публикацией на моём блоге ( http://behaviorist-socialist-ru.blogspot.de/2015/10/anna-news.html ) я послал 9.10.2015 этот текст как комментарий сюда: http://anna-news.info/node/44480 и сюда: http://anna-news.info/node/44564 .

До сих пор он там не появился. Я понимаю, что мало кто любит критику, но, дорогой Марат Мазитович, бывает так (хоть и не всегда), что со стороны виднее.

Я хорошо помню те времена, когда всегда и во всём правая КПСС вела нас "правильным курсом" сначала к победе коммунизма, а потом через катастройку и прихватизацию - к победе капитализма. Не повторяйте её ошибок...

Я критикую Ваш сайт именно потому, что он - из лучших. А либерастские прозападные сайты пытаться критиковать бессмысленно, так как "горбатого лишь могила исправит".

С наилучшими пожеланиями,

behaviorist-socialist-ru

КРЕМЛЬ, ПУТИНУ: С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ВЛАДИМИР ВЛАДИМИРОВИЧ!

Желаю Вам, дорогой Президент, всего самого хорошего в этот день и во все последующие!

Желаю совершенно искренне, потому что мне нет никакого резону подлизываться к Путину, потому что, хоть я родился и вырос в Москве, но уже более двадцати лет являюсь гражданином Германии. Поздравляю его публично - ведь от отношения к нему народа зависит во многом судьба страны, которую я по-прежнему считаю моей Родиной.

При этом хочу выразить своё мнение о нём прежде всего для тех, кто ходит на всякие сборища, организуемые агентами ЦРУ вроде Навального, и очень недоволен Путиным. Моё мнение - это мнение человека "с улицы", не посвященного в тайны высокой политики и дипломатии, но мнение искреннее и основанное на здравом смысле, который приходит с годами.

Прежде всего, судя о Путине, надо оглянуться на прошедшие годы и увидеть, в какое жуткое болото загнал Россию режим Ельцина. Россия стояла тогда на пороге утраты государственного суверенитета и шинкования на мельчайшие колонии Запада. Ею фактически правили олигархи, грабившие её и вывозившие капиталы на Запад. И Путина поставил на смену алкашу и дегенерату Ельцину один из этих воров-олигархов - Березовский, потому что он был одним из более умных олигархов, не желавших резать Россию, которая для них была курицей, несшей золотые яйца.

Именно с этой крайне отрицательной точки отсчета надо вести счет того, что сделал и чего не сделал Путин. И тут любой должен признать, что деятельность Путина практически всегда уменьшала этот страшный "минус". Должны признать даже те, кто отрицательно относятся к Путину и по-прежнему дают "минусовую", а не положительную оценку нынешнему состоянию дел в России и её положению в мире.

Здесь я должен сказать, что всё познаётся в сравнении. Но история в отличие от естественных наук не даёт нам этой возможности сравнения. В истории всё уникально, в ней невозможно поставить опыт, скажем, избрав "понарошку" президентом г-на А, проследив его действия до следующих выборов, а потом возвращаться во времени в исходный момент, избирать "понарошку" президентом поочередно г-на Б, г-на В, г-на Г и т. д., прослеживать действия каждого из них до следующих выборов, а потом спокойно "всерьёз" выбрать достойнейшего из них.

Это невозможно, и это было известно уже древним грекам. Философ Гераклит сформулировал этот факт так: "Невозможно войти в одну и ту же реку дважды". Поэтому тем, кто слепо верит западной пропаганде, уже много лет уверяющей всех, что неважно кого избрать, всё равно любой другой будет лучше Путина, я советую обратить благосклонный взор на Украину, где бесконечная чехарда сменяющих друг друга "президентов" привела эту новенькую страну, располагавшую солидным наследством, доставшимся ей от угробленного СССР, к совершенно уникальным в истории по скандальности экономической разрухе и политическому хаосу.

Одним не нравится в нынешней России одно, другим - другое. И на всех, конечно, невозможно угодить. Разумеется, лично я, будучи бихевиористом-социалистом, желал бы, чтобы курс политики Путина был по возможности ближе к курсу другого очень уважаемого мною практически бессменного президента - Президента Белоруссии Лукашенко, но я понимаю, что на всякое хотение есть своё умение, о чём пойдет речь дальше. А пока позвольте сделать первый очевидный вывод: те, кто желают сместить президента, хорошо справляющегося со своими обязанностями, и ждут чего-то ещё более лучшего от всяких политических аферистов, продавшихся Западу (например, от того же Навального), этим просто показывают свою политическую незрелость, даже инфантильность, и полное отсутствие гражданской ответственности за судьбу своей страны.

Однако в действительности ни один человек не в состоянии править единолично целой страной, даже какой-нибудь мелкотой вроде Люксембурга или Эстонии. Глава государства может править только с помощью многочисленной бюрократии. Кроме того, в любой стране есть "влиятельные лица", держащиеся в тени, например, олигархи-миллиардеры. Ни тем, ни другим глава государства, например, президент, не имеет возможности навязать свою волю. Даже такой вечно пьяный сумасброд и болван, как Ельцин, не сам писал свои скандальные, губительные для России "указы". Это делали анонимные индивиды в его "администрации", бывшие, как теперь стало известно, агентами ЦРУ.

Самое большее, что может сделать президент - это придать госаппарату свой стиль руководства, который должны будут учитывать закулисные "лица" при своих стараниях повлиять на курс политики правительства. О стиле руководства Путина речь пойдёт позже, а сейчас заметим, что Путин получил в наследство от Ельцина с его мафиозной "семьёй" всё чиновничество, политиканство и олигархат, которые ворочали делами в России по образу и подобию приведшего их к власти, влиянию и богатству чужого государства с сильнейшими традициями мафиозной, откровенно преступной и насквозь коррумпированной власти - США. И хотя от наиболее одиозных из них Путину удалось Россию избавить, большàя часть их сохранила свои позиции и привилегии и не намерена добровольно их сдавать. И справиться с ними одним хотением невозможно, нужно и умение. Поэтому обратимся к вопросу об умении Путина как государственного деятеля, к его стилю руководства и его очевидным даже для самых политически наивных лиц целям.

Говоря примитивно, Путин по своим целям - "государственник", а по стилю руководства - "тихушник", т.е. КГБист. Никто не может отрицать того, что деятельность Путина направлена на укрепление России как суверенного государства, за что его люто ненавидит закулисная мафия миллиардеров, правящая Западом. А для укрепления государства надо прежде всего избегать сдуру "раскачивать лодку". Надеюсь, что излишне напоминать о дурацких шараханиях и подлых интригах Горбачева - уникального по своей некомпетентности и мелкотравчатости мещанина и брехуна, пролезшего на самый верх власти. Путин является полной противоположностью Горбачева, и в этом - насколько я, как очень далёкий от Кремля посторонний наблюдатель, могу упрощенно судить - секрет успехов Путина. Он очень бережно относится к аппарату власти - к его структуре и к его чиновному и политиканскому "населению".

Мне с моим наивным взглядом со стороны, например, совершенно непонятно, для чего в России сохраняется такое уродливое и вредное образование, как "Дума". И ещё мне не понятно, почему Путин не выгонит массу совершенно не нужных, а наоборот, вредных и даже уличенных в преступлениях чиновников. Все эти индивиды будут очень недовольны, если у них отберут их коррупционную кормушку. Но нам-то, пожалуй, надо будет только радоваться этому. Однако давайте обмозгуем, станет ли народу от этого лучше.

Если это сделать, то государство (и, грубо говоря, сам Путин) потеряет над ними контроль. Устраненные политиканы и чинуши, скорее всего, пойдут в услужение к Западу (ведь денежки они спрятали на Западе) и всё своё освободившееся время отдадут подрывной деятельности против России в отместку за "несправедливые репрессии", как это сделали массы эмигрантов после Октябрьской революции. Ну а те, кто займёт их места (свято место пусто не бывает), скорее всего займутся интенсивным набиванием карманов и банковских счетов долларами, тогда как их предшественники уже "достаточно" нахапали и были более озабочены сохранением того, что уже имели. Поэтому людьми, которые разбогатели не особо легальными методами, легко управлять при помощи имеющегося на них компромата.

Как предостерегающий пример возьмите опять-таки Украину, где смены президентов у кормила власти неизбежно означали изгнание всей несметной чиновно-политиканской "команды" прежнего президента и занятие их тёплых местечек прихвостнями нового президента, что скоренько привело Украину к нынешнему банкротству. Этот факт отрицать не могут даже шизанутые "свидомые".

Теперь о повадке Путина как "тихушника" многое делать втихаря, а не растрезвонив свои планы по всему свету, как это делал "поборник гласности" пустобрёх Горбачев. Объяснение этому элементарное. Запад - наш смертельный враг, и поэтому любой план, объявленный руководством России заранее, Запад старается привести к провалу, хотя бы из одной необходимости дискредитировать Путина.

Государственные тайны существовали на протяжении всей истории человечества, и продолжают существовать в самых что ни на есть "демократических, открытых обществах". То, что западная "демократия" - это убогая фальшивка, доказывать здесь по недостатку времени не буду, упомяну лишь, что носителей государственных тайн, предающих их гласности, в США и прочих западных странах или сажают на громаднейшие срока, или просто ликвидируют без особого шума, причем такие случаи ощутимо участились в последнее время. Законы и секретные циркуляры, направленные на сохранение в тайне преступлений западного империализма, неуклонно ужесточаются, для чего Запад использует лицемерный предлог "войны против терроризма".

Так что за секретность подготовки и проведения операций, например по освобождению Крыма от бандерофашистского ига и нынешней военной помощи легитимному правительству Сирии против террористов-наёмников Запада, Путина надо вовсе не хаять, а наоборот, хвалить.

В заключение - самое важное. О сути нынешней власти как в России, так и практически во всём остальном мире. Это - так называемая "демократия", то есть на самом деле власть сверхбогачей над народом, над бедными, над "улицей". А старая пословица гласит: "Сытый голодного не разумеет". По-марксистски это сформулировано так: "Бытие определяет сознание". Поэтому для того, чтобы народ не боролся за свои интересы, а слепо повиновался богачам, буржуйские медии пудрят ему мозги. И для того, чтобы разобраться в нарочитой неразберихе царящих в медиях мнений о том, что хорошо, а что плохо, и кто хорош, а кто плох, надо всегда переспрашивать: а для кого - "хорошо" и для кого - "плохо". Это - классовый, социалистический подход к анализу действительности, который необходим для ясного понимания царящей над нами глобальной, т. е. западной диктатуры капитала.

Соответственно, государственная машина и в России, и во всех остальных странах служит интересам богачей и чинуш, а не народа. И все так называемые критики Путина - всякие Навальные, "Эха Москвы", Макаревичи, "Радио Свобода", "Би-Би-Си", Обамы и прочие - хотят сделать эту машину ещё более хорошей для богачей и плохой для народа. Они - громадная сила дьявольской лжи, за спиной которой стоят очень большие (награбленные капиталистами у народов мира) деньги. И ей служат не только масс-медии и крикуны-либерасты, но и большинство политиканов и чиновничества России, потому что они - тоже богачи, или делают карьеру для того, чтобы стать богачами.

История учит, что богачи в своей алчности разоряют дотла "свои" страны. Ими был разорён Древний Рим. В недавнем прошлом они сделали это, например, с Мексикой, Аргентиной, Ирландией, Исландией, Кипром, Грецией и теперь Украиной, и сделают это ещё со многими странами, уже стоящими на грани банкротства. А США этому активно способствуют, потому что всё награбленное конвертируется в доллары США и прячется в западных банках. Путин, будучи государственником, пытается препятствовать этому, но утечка капиталов из России продолжается - "благодаря" деятельности таких мерзавцев, как Греф и его протеже Набиуллина. А прозападные "демократические" медии впаривают наивной публике в мозги лживый тезис о том, что "Во всём виноват Путин"...

Поэтому что я могу посоветовать? - Читайте Ленина и заглядывайте на социалистические и коммунистические, а не "демократические" интернет-сайты. Тогда понять, что для народа России плохо, и что хорошо, будет очень просто: то, что Запад (например, "Радио Свобода") и его прихвостни-либерасты хвалят - для нас плохо, а то, что они проклинают - для нас хорошо. Этот принцип действует безошибочно.

Ну и конечно, надо ходить не на либерастские белогандонные сборища, а на демострации протеста против империализма США, вообще Запада и их расейских холуёв-"демократов". Почему? Да потому, что для того, чтобы народу жилось хорошо, нужна не лживая "демократия", а социальная справедливость. Для этого надо восстанавливать социализм и теснить капитализм. Нам нужно новое социалистическое государство, которое будет лучше, чем уничтоженный врагами и предателями СССР. Путин в одиночку такую задачу не осилит.

Вот и всё. Каждый может теперь послушать Гимн Советского Союза, например здесь: http://www.sovmusic.ru/m/ussr2.mp3 и сделать для себя вывод о том, счастье или несчастье для России и её народа то, что президентом уже много лет является Владимир Владимирович Путин. Если от чтения этой заметки кто-то изменит своё мнение о Путине в лучшую сторону - это я сочту моим скромным подарком ему на день рождения.