НАРОДНАЯ ИСТОРИЯ

Вот я перевёл кусочек из одной из книг Бернта Энгельманна (Bernt Engelmann), и мне взгрустнулось. Ни одного такого историка не было и нет в России. Вообще Энгельманн - напоминаю: западногерманский, а не ГДРовский историк - написал множество книг, за что заслужил бешеную ненависть господствующего класса Западной Германии. Из них рекомендую прочесть и, если возможно, перевести на русский, как минимум три: эту самую "Wir Untertanen" - "Мы - подданные" об истории Германии с начала (Средних веков) до свержения монархии Ноябрьской Революцией 1918 года; её продолжение "Einig gegen Recht und Freiheit" - "Едины против справедливости и свободы" от подавления Ноябрьской Революции 1918 года силами реакции в сговоре с предателями - социал-демократами - до краха фашистского 3-го рейха в 1945 году и дальнейшее продолжение "Das Reich zerfiel, die Reichen blieben" - "Рейх сокрушен, но богачи уцелели" - история капиталистической Западной Германии после 2-й мировой войны до начала 1970-х годов (эта книга была опубликована в 1972 году, после чего, как и остальные книги Энгельманна, была многократно переиздана).

Энгельманна можно по всей справедливости назвать народным историком, писавшим историю народа с точки зрения самого народа, а не "политически корректную" холуйскую историю властителей и государства с позиции интересов и идеологии господствующего класса паразитов. Его можно считать немецким представителем возникшей в Англии традиции "people's history" - "народной истории", где самым замечательным историком я считаю Эдварда Пальмера Томпсона, написавшего отличную книгу "Создание английского рабочего класса", опубликованную в 1964 году: "The Making of the English Working Class" by Edward Palmer Thompson. Правильнее было бы назвать эту книгу "Борьба трудящихся Англии против угнетения и эксплуатации господствующими классами".

Ну а в России такой истории и видом не видано, и слыхом не слыхано. Как её поныне единственный заменитель я рекомендую читать труды марксистского (по-настоящему марксистского) историка Михаила Николаевича Покровского, выложенные в Интернет здесь: http://pokrovsky.newgod.su/books/ , прежде всего "Русская история в самом сжатом очерке" - http://pokrovsky.newgod.su/books/russkaya-istoriya-v-samom-szhatom-ocherke/ .

Советую читать Покровского прежде всего как противоядие от путиноидного, либерастского и националистического охмурёжа. Самая важная и актуальнейшая особенность взглядов Покровского на историю России - это чёткое понимание традиционного господства в ней преступнейшей мерзости - феодального компрадорства, основанного на работорговле и рабовладении ("крепостничестве"). Покровский называет компрадорство "торговым капиталом", отчего теряется ощущение его хищнической, паразитической сути. Для феодального компрадорства царское самодержавие служило "крышей", точно так же, как и коррупционно-бюрократический антинародный режим Иудушки Капутина своим репрессивным аппаратом "крышует" воров-компрадоров и всех прочих олигархов-нуворишей, выкачивающих богатства России на Запад. Напрашивается вывод, что нынешний режим - это реакционный рецидив традиционной социально-экономической гнилостной болезни России.

Однако Покровский был не народным, а именно марксистским, то есть партийным историком. У него было "слепое пятно" в отношении самодержавного произвола подонка Джугашвили-сталина. Покровский до своей смерти от тяжелой раковой болезни в 1932 году ни разу не выступил с критикой безумных метаний "генеральной линии партии" под деспотической властью ничтожного и невежественного политического интригана сталина. Но это не спасло его наследие от посмертной сталинской "чистки", разгромившей его школу, репрессировавшей его учеников и запретившей его труды.

Но был ли в этом смысл? Ведь Покровский уже умер, да и не был политическим соперником примитивному кровавому кавказскому ублюдку Джугашвили-сталину, затеявшему реанимацию самодержавия и произвола бюрократии под маской фиктивной "власти Советов". Однако идеологическая причина этой чистки очевидна: труды Покровского обличали антинародную, антикоммунистическую и реакционную суть сталинщины как самодержавно-крепостнического и государственно-террористического режима. Марксистская история России Покровского обличала антикоммунистический фашистоидный государственный переворот, совершенный конопатым выродком сталиным, и поэтому была поспешно заменена сталинской пропагандой на лживые самодержавно-шовинистические побасенки, прославлявшие феодальных "мудрых правителей и гениальных полководцев" - Александра Невского, Ивана Грозного, Петра 1-го, Суворова, Нахимова и т.д. и т.п.

Тут, конечно, пришелся очень кстати дворянский холуй при самодержце сталине - подлый приспособленец А.Н. "Толстой" с его увесистыми пошлыми опусами. Не путайте этого барина и белогвардейца, а впоследствии сталинского лизоблюда, с поэтом Алексеем Константиновичем Толстым - автором замечательной поэмы "История государства Российского", начинающейся так:
"Послушайте, ребята,
Что вам расскажет дед.
Земля наша богата,
Порядка в ней лишь нет..."

Но вернёмся к историку Покровскому. Повторяю, его труды очень полезны для правильного понимания реакционной тупиковости прозападного самодержавно-компрадорского путиноидного режима. А то, что Покровский "в упор не видел" преступлений и позора сталинщины, вполне можно скомпенсировать чтением абсолютно правильного анализа Л.Д. Троцким, прежде всего в книге "Преданная революция", сталинского якобы "марксистско-ленинского", а реально антикоммунистического режима. Но относительно Троцкого в связи с Покровским и сталинщиной я должен упомянуть два важных факта:
- Троцкий, сам не будучи историком, несправедливо и даже по-хамски пренебрежительно отзывался об исторических трудах Покровского. Это по всей очевидности было результатом того, что в начале 1918 года Покровский, вызванный Троцким на мирные переговоры с Германией в Брест, вопреки ожиданию трезво оценил военно-политическую обстановку, откровенно выступил против авантюристической позиции Троцкого и отказался поддержать его;
- Троцкий, будучи безоговорочным сторонником ускоренной индустриализации России, даже после его исключения подонком сталиным из коммунистической партии в 1927 году и высылки из Советской России, при критике сталинщины ни словом не упоминает очень даже подозрительную помощь "сталинской" индустриализации со стороны западных, прежде всего американских капиталистов. Эта помощь уже тогда должна была натолкнуть любого объективного наблюдателя на мысль о наличии тайного антикоммунистического сговора между сталиным и западным империализмом. Этот сговор сразу же проявился в губительных для коммунистического движения на Западе и в Китае предательских "директивах" сталина, продиктованных через Коминтерн, ставший его безвольным орудием.

Очевидно, западные капиталисты очень быстро правильно оценили диктатуру сталина как по сути столь же антикоммунистический режим, как и режим гитлера, захвативший власть в Германии не без помощи провокационных сектантских приказов сталина, беспрекословно исполнявшихся германскими коммунистами себе на погибель. Этот сговор сталина с западным капиталом был через много лет детально описан на основании рассекреченных документов американским историком Энтони Саттоном (Antony C. Sutton) в опубликованных в 1970-х годах книгах: "Wall Street and the Bolshevik Revolution" и трёхтомнике "Western Technology and Soviet Economic Development". Этот сговор явно не был секретом для партийной номенклатуры при бездельнике Лёне Брежневе, и поэтому был причиной наивного, воистину инфантильного доверия и Мишки-Меченого (Горбачёва), и Бориски-Алкаша (Ельцина) к Западу, катастрофические результаты которого теперь ясны даже и ежу.

Ну а об экономической помощи американских капиталистов милитаризации фашистской Германии Саттон написал другую, тоже очень интересную книгу: "Wall Street and the Rise of Hitler" by Antony C. Sutton.

Кое у кого могут возникнуть сомнения: да неужели американские империалисты круглые идиоты? Да разве они будут вооружать фашистскую Германию, ставшую противником США во 2-й мировой войне, а тем паче "классового врага" СССР, ставшего противником США в "холодной войне"? Но всё это объясняется просто, если знать марксистскую политэкономию капитализма, доходчиво изложенную Генриком Гроссманом в книге "Закон аккумуляции (капитала) и крах капиталистической системы", сокращенный английский перевод которой я перевёл на русский язык и выложил здесь: https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2020/11/grossman-law-of-accumulation-and.html . Суть этой книги в том, что цель капиталистического производства - прибыль; однако норма прибыли закономерно падает по мере аккумуляции капитала, неизбежно делающей капиталистическое производство всё более и более убыточным. Напомню, что капиталистическая прибыль создаётся только в сфере производства эксплуатацией наёмного труда, а в сфере обращения (торговле, кредитовании, страховании и т.п.) происходит лишь её перераспределение.

Поэтому монополистический крупный, то есть неизбежно сверхаккумулированный, капитал отчаянно ищет прибыльного вложения, даже если оно расточительно и губительно для экономики страны (в данном случае - США) в целом. Такие прибыльные капиталовложения даёт прежде всего военно-промышленный комплекс (ВПК), в продукции которого (благодаря коррупции военной бюрократии) пятицентовый винтик продаётся за 10 долларов, а 50-долларовое сиденье для унитаза на военном корабле - за 500 долларов (цитирую по: https://michael-hudson.com/2022/02/americas-real-adversaries-are-its-european-and-other-allies/ ). Однако такую прибыльную продукцию невозможно производить бесконечно, про запас, как например вот эти запаркованные в пустыне бомбардировщики B-52:

Продукцию ВПК надо как-то "потреблять", чтобы иметь оправдание её дальнейшего производства, расточительнейшего для мировой экономики в целом вследствие её долларизации, откачивающей реальную убыточность экономики "золотого Запада" на зависимую неоколониальную периферию мировой системы капитализма, включая Россию. Вот для этого и нужны бесконечные войны, которые ведут США и их НАТОвские прихвостни. При этом получается, что страны и народы всего мира финансируют войны, которые западный империализм ведёт против них.

Но самая жуткая ирония истории состоит в том, что гнусные предатели Горбачев и Ельцин, образцово-показательно подняв лапки кверху перед сатанинской гадиной западного империализма, оказали этой гадине воистину медвежью услугу: исчез СССР - якобы "смертельный противник западной цивилизации", обеспечивавший сверхприбыли для ВПК Запада. Вот проклятому Западу и пришлось спешно накачивать мускулы "красному Китаю" - своему следующему "смертельному противнику". Ну а захотевшим "встроиться в Запад" дуракам - режиму Иудушки Капутина и его хозяевам - расейским прозападным ворам-олигархам - Запад снова неотступно навязывает военные конфликты с собой по той же причине: отсутствию валоризации, т.е. прибыльности гигантских мертвых капиталов, сверхаккумулированных глобалистской олигархией мультимиллиардеров.

Таково уж сатанинское безумие капитализма (such is the satanic madness of capitalism)...

Единственный разумный и спасительный для всего человечества выход из этой пиковой ситуации - мировая социалистическая революция и полное уничтожение капитализма повсюду на Земле.

.

ТРОЦКИЙ: БОНАПАРТИЗМ: ПУТЬ ОТ ЦАРИЗМА И СТАЛИНИЗМА К КОМПРАДОРСКОЙ ОЛИГАРХОЧИНОВНИЧЬЕЙ ДИКТАТУРЕ

Народ, которого лишают знания своей истории и вместо этого дурачат лживой демагогией, обречен вновь и вновь переживать одни и те же безумства и преступления "своих" властителей. Такова единственная причина клеветы на Троцкого казённых "патриотов" и в СССР, и при нынешнем прозападном олигархочиновничьем компрадорском режиме.

-

Вот так грубо сталинские холуи вымарывали Троцкого с фотографий

-

А вот - снятая тогда же и там же неизуродованная фотография

Поэтому я выкладываю ниже статью Троцкого, раскрывающую суть сталинского извращения социализма как реакционного поворота вспять к бюрократическо-феодальным порядкам царизма. А в наше ретроградное безвременье прозападная компрадорская диктатура Ельцина и Путина тупо повторяет безумную антинародную политику реакционных бюрократов прошлого - Аракчеева, Победоносцева и Столыпина.

Нынешний балаган "державности" и либерастской псевдодемократии - одновременно и реставрация царистской казённой "народности", и буржуйская перелицовка лжи сталинско-брежневской номенклатуры о "всенародном государстве". Хуже того, ветхими декорациями царизма и сталинизма подкремлёвские холуи-демагоги пытаются заслонить суть коммунизма - цели Великой октябрьской социалистической революции, так и оставшейся не осуществлённой. В теперешней ретроградной буржуйской России, выражаясь словами из "Горе от ума" - пьесы Грибоедова двухсотлетней давности, - "возрождены минувшего житья подлейшие черты". В этом убеждает не только нижеследующая статья Троцкого, но и вся прогрессивная русская литература критического реализма дореволюционной эпохи от Грибоедова, Гоголя и Некрасова до Толстого, Чехова и Горького.

*  *  *

-

"Л.Д.Троцкий

БОНАПАРТИСТСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ГОСУДАРСТВА

Центральным местом доклада Сталина на 18-ом сьезде партии в Москве была, несомненно, возвещенная им новая теория государства. Сталин пустился в эту рискованную область не в силу прирожденной склонности, а в силу необходимости. Только недавно были смещены и растоптаны правоверные сталинцы, юристы Крыленко и Пашуканис, за повторение мыслей Маркса, Энгельса и Ленина о том, что социализм означает постепенное отмирание государства. Нынешний Кремль с этой теорией мириться никак не может. Уже отмирать? Бюрократия только еще собирается жить. Крыленко и Пашуканис -- явные "вредители".

Да и окружающая действительность плохо мирится с обрывками старой теории. Рабочие прикреплены к заводам. Крестьяне прикреплены к колхозам. Введены паспорта. Свобода передвижения отменена. Опоздания на работу приравнены к уголовным преступлениям. Не только критика Сталина, но простое уклонение от натуральной повинности становиться перед "вождем" на четвереньки карается, как измена.

-

Границы государства окружены непрерывной цепью пограничных войск и полицейских собак, как нигде и никогда в мире. Практически никого не выпускают и никого не впускают. Иностранцы, попавшие раньше в страну, систематически истребляются. Сущность советской конституции, "самой демократической в мире", состоит в том, что каждый гражданин обязан в определенные часы голосовать за единственного кандидата, указанного Сталиным или его агентами. Печать, радио, пропаганда, агитация, народное просвещение находятся целиком в руках правящей клики. Из партии за пять лет исключено, по официальным данным, не менее полумиллиона. Какая часть из них расстреляна, заключена в тюрьмы и концентрационные лагери, выслана на окраины, мы точно не знаем. Но дело идет во всяком случае о сотнях тысяч, разделяющих участь миллионов беспартийных. Этим миллионам, их семьям, родственникам и друзьям трудно было бы втолковать в головы, что сталинское государство отмирает. Оно душит других, но само нисколько не отмирает. Наоборот, оно достигло такого бешеного напряжения, равного которому не знала человеческая история.

Между тем социализм обьявлен осуществленным. Согласно официальной версии, страна находится на пути к полному коммунизму. Кто сомневается, того Берия убедит. Но тут открывается основное затруднение. Если верить Марксу, Энгельсу и Ленину, государство есть организация классового господства. Все другие определения государства марксизм давно разоблачил, как теоретические фальсификации, служащие для прикрытия интересов эксплоататоров. Что же означает в таком случае государство в стране, где "классы уничтожены"? Над этим вопросом кремлевские мудрецы не раз ломали себе головы. Прежде всего они, арестовали, конечно, всех тех, которые напоминали им о марксистской теории государства. Но этого одного оказалось недостаточно. Нужно было дать хоть подобие теоретического обьяснения сталинского абсолютизма. Такое обьяснение давалось в два приема. В период 17-го сьезда, пять лет тому назад, Сталин и Молотов разьяснили, что полицейское государство необходимо для борьбы с "остатками" старых господствующих классов и особенно с "осколками" троцкизма. Правда, говорили они, эти остатки и осколки ничтожны. Но они крайне "ожесточены". Поэтому для борьбы с ними необходимы высшая бдительность и беспощадность. Теория эта больше всего поражала своей глупостью. Почему для борьбы с бессильными "остатками" понадобилось тоталитарное государство, тогда как для низвержения самих господствующих классов вполне достаточно было советской демократии? На этот вопрос никто не дал ответа.

Однако, и помимо этого теорию эпохи 17-го сьезда пришлось оставить. Последние пять лет ушли в значительной мере на истребление "осколков троцкизма". Партия, правительство, армия, дипломатия оказались обезглавлены и обескровлены. Дело зашло так далеко, что Сталин на последнем сьезде вынужден был для успокоения своего собственного аппарата обещать, что в дальнейшем не будет прибегать к суммарным чисткам. Это, конечно, неправда: бонапартистское государство вынуждено будет и впредь пожирать общество, не только духовно, но и физически. Однако, Сталин в этом признаться не может. Он клянется, что чистки не возобновятся. Но если так, если "осколки" троцкизма вместе с "остатками" старых господствующих классов истреблены окончательно, то спрашивается: против кого же нужно государство?

Сталин на этот раз отвечает: "необходимость государства вызывается капиталистическим окружением и вытекающими из него опасностями для страны социализма". Со свойственной ему семинарской монотонностью, он повторяет и варьирует эту мысль на несколько ладов: "отпала, отмерла функция военного подавления внутри страны..., сохранилась полностью функция военной защиты страны от нападений извне". И дальше: "что касается нашей армии, карательных органов и разведки, то они своим острием обращены уже не во внутрь страны, а во вне ее, против внешних врагов".

Допустим на минуту, что все это так и есть. Допустим, что необходимость сохранения и усиления централизованного бюрократического аппарата вызывается исключительно давлением империализма. Но государство есть, по самому существу своему, власть человека над человеком. Социализм же имеет своей задачей ликвидировать власть человека над человеком во всех ее формах. Если государство не только сохраняется, но крепнет и становится все более свирепым, значит социализм еще не осуществлен. Если привилегированный государственный аппарат является плодом капиталистического окружения, значит в капиталистическом окружении, в отдельной социалистической стране, социализм невозможен. Так, пытаясь вытащить хвост, Сталин увязил нос. Оправдывая свою бонапартистскую власть, он мимоходом опроверг свою основную теорию: о построении социализма в отдельной стране.

Однако, новая теория Сталина верна лишь в той части, в какой она опровергает его старую теорию; во всем остальном она никуда не годна. Разумеется для борьбы с империалистской опасностью рабочее государство нуждается в армии, в командном составе, в разведке и пр. Значит ли это, однако, что рабочее государство нуждается в полковниках, генералах и маршалах, с соответственными окладами и привилегиями? 31 октября 1920 года, когда в спартанской Красной армии еще не было особого офицерского корпуса, в особом приказе по армии говорилось: "внутри военной организации... существует неравенство -- в одних случаях вполне обьяснимое и неизбежное, но в других -- совершенно не вызываемое необходимостью, чрезмерное, иногда прямо преступное". Заключительная часть приказа гласила: "Не ставя себе невыполнимой задачи немедленного устранения всех и всяких преимуществ в армии, систематически стремиться к тому, чтобы эти преимущества были сведены действительно к необходимому минимуму. Устранить в возможно короткий срок все те преимущества, которые отнюдь не вытекают из потребностей военного дела и неизбежно оскорбляют чувство равенства и товарищества в красноармейцах". Такова была основная линия советской власти того периода. Ныне политика идет в прямо противоположном направлении. А раз правящая каста, военная и гражданская, растет и усиливается, то это означает, что общество удаляется от социалистического идеала, а не приближается к нему, -- независимо от того, кто более виноват в этом: внешние империалисты или внутренние бонапартисты.

Не иначе обстоит дело и с разведкой, в которой Сталин видит квинт-эссенцию государства. "Разведка необходима, -- поучал он сьезд, на котором агенты ГПУ составляли чуть ли не большинство, -- для вылавливания и наказания шпионов, убийц, вредителей, засылаемых в нашу страну иностранной разведкой". Никто, конечно, не станет отрицать необходимости разведки против происков империализма. Весь вопрос, однако, в том, какое место занимают органы этой разведки по отношению к самим советским гражданам. Общество без классов не может не быть связано внутренней солидарностью. Об этой солидарности, пресловутой "монолитности", Сталин говорил в докладе много раз. Между тем шпионы, вредители, саботажники нуждаются в прикрытии, в сочувственной среде. Чем выше солидарность общества и его привязанность к существующему режиму, тем меньше простора для антисоциальных элементов. Как же обьяснить, что в СССР, если верить Сталину, совершаются на каждом шагу такие преступления, подобных которым не встретить в загнивающем буржуазном обществе? Не достаточно ведь одной злой воли империалистских государств! Действие микробов определяется не столько их вирулентностью, сколько силой сопротивления живого организма. Каким же образом в "монолитном" социалистическом обществе империалисты могут находить бесчисленное количество агентов, притом на самых выдающихся постах? Или иначе: каким образом шпионы и диверсанты могут занимать в социалистическом обществе посты членов и даже глав правительства, членов Политбюро и самых ответственных вождей армии? Наконец, если социалистическое общество в такой степени лишено внутренней упругости, что спасать его приходится посредством всесильной универсальной и тоталитарной разведки, то дело выглядит очень плохо, раз во главе самой разведки оказываются негодяи, которых приходится расстреливать, как Ягоду, или с позором прогонять, как Ежова. На что же надеяться? На Берию? Но и его час пробьет!

На самом деле, как известно, ГПУ истребляет вовсе не шпионов и империалистских агентов, а политических противников правящей клики. Сталин пытается просто поднять свои собственные подлоги на "теоретическую" высоту. Каковы, однако, те причины, которые вынуждают бюрократию маскировать свои действительные цели и именовать своих революционных противников иностранными шпионами? Империалистское окружение этих подлогов не обьясняет. Причины должны быть внутреннего порядка, т.е. вытекать из структуры самого советского общества.

Попробуем найти у самого Сталина дополнительные указания. "Вместо функции подавления, -- говорит он вне всякой связи со всем остальным -- появилась у государства функция охраны социалистической собственности от воров и расхитителей народного добра". Оказывается, таким образом, что государство существует не только против иностранных шпионов, но и против своих собственных воров, причем роль этих воров так значительна, что оправдывает существование тоталитарной диктатуры и даже ложится в основу новой философии государства. Совершенно очевидно, что если одни люди воруют у других, значит в обществе еще царят жестокая нужда и резкое неравенство, провоцирующие на воровство. Здесь мы подходим ближе к корню вещей. Социальное неравенство и нужда -- очень серьезные исторические факторы, которые уже сами по себе обьясняют существование государства. Неравенство всегда нуждается в охране, привилегии требуют защиты, посягательства обездоленных требуют кары: в этом ведь и состоит функция исторического государства!

По поводу структуры "социалистического" общества в докладе Сталина крайне важно не то, что он сказал, а то, о чем он умолчал. Численность рабочих и служащих поднялась, по его словам, с 22 миллионов человек в 1933 году, до 28 миллионов в 1938 году. Категория "служащих" охватывает здесь не только приказчиков в кооперативе, но и членов Совнаркома. Рабочие и служащие соединены здесь вместе, как всегда в советской статистике, чтобы не обнаруживать, как многочисленна и как быстро растет бюрократия, а главное, как быстро растут ее доходы.

За пять лет, протекших между двумя сьездами, годовой фонд заработной платы рабочих и служащих вырос, по словам Сталина, с 35 миллиардов до 96 миллиардов, т.-е. почти в три раза (если оставить в стороне изменение покупательной силы рубля). Как распределяются, однако, эти 96 миллиардов между рабочими и служащими разных категорий? На этот счет ни слова. Сталин сообщает нам лишь, что "средне-годовая заработная плата рабочих промышленности, составлявшая в 1933 году 1.513 рублей, поднялась до 3.447 рублей в 1938 году". Здесь говорится неожиданно только о рабочих; но не трудно показать, что дело идет по прежнему о рабочих и служащих: достаточно помножить средне-годовую заработную плату (3.447 рублей) на общее число рабочих и служащих (28 миллионов), и мы получим указанный Сталиным общий годовой фонд заработной платы рабочих и служащих, именно 96 миллиардов рублей. Чтоб прикрасить положение рабочих, "вождь" позволяет себе, следовательно, грубейшую подтасовку, которой постыдился бы наименее добросовестный капиталистический журналист. Средняя годовая плата в 3.447 рублей, если оставить в стороне изменение покупательной силы денег, означает, следовательно, лишь то, что, если сложить заработную плату чернорабочих, квалифицированных рабочих, стахановцев, инженеров, директоров трестов и народных комиссаров промышленности, то в среднем получится на душу менее 3.500 рублей в год. Насколько повысилась за пять лет оплата рабочих, инженеров и высшего персонала? Сколько приходится ныне в год на чернорабочего? Об этом ни слова. К средним цифрам заработной платы, дохода и пр. прибегали всегда наиболее низкопробные апологеты буржуазии. В культурных странах этот метод почти оставлен, так как он не способен больше обмануть никого. Зато он стал излюбленным методом в стране осуществленного социализма, где все социальные отношения должны были бы отличаться полной прозрачностью. "Социализм -- это учет", говорил Ленин. "Социализм -- это надувательство", учит Сталин.

Было бы, сверх всего прочего, грубейшей ошибкой думать, будто в данную Сталиным среднюю цифру включены все доходы высших "служащих", т.-е. правящей касты. На самом деле вдобавок к официальному, сравнительно скромному жалованью, так называемые, "ответственные работники" получают секретное жалованье из кассы Центрального или местных комитетов; пользуются автомобилями (существуют даже особые заводы для производства автомобилей высшего качества для "ответственных работников"), прекрасными квартирами, дачами, санаториями, больницами. Для их нужд или для их тщеславия строятся всякого рода "советские дворцы". Они почти монопольно владеют высшими учебными заведениями, театрами и пр. Все эти гигантские доходы (для государства -- расходы), конечно, не входят в те 96 миллиардов, о которых говорил Сталин. Несмотря на это, Сталин не смеет даже подойти к вопросу о том, как легальный фонд заработной платы (96 миллиардов) распределяется между рабочими и служащими, между чернорабочими и стахановцами, между низшими служащими и высшими. Можно не сомневаться, что львиная доля прироста официального фонда заработной платы ушла на стахановщину, премии инженерам и пр. Орудуя при помощи средних цифр, правильность которых сама по себе не внушает никакого доверия; соединяя в одну категорию рабочих и служащих; растворяя в служащих высшую бюрократию; умалчивая о многомиллиардных секретных фондах; "забывая" при определении "средней заработной платы" упомянуть о служащих и говоря только о рабочих, Сталин преследует простую цель: обмануть рабочих, обмануть весь мир, скрыв колоссальные и все возрастающие доходы касты привилегированных.

"Защита социалистической собственности от воров и расхитителей", означает, таким образом, на девять десятых защиту доходов бюрократии от покушений со стороны непривилегированных слоев населения. Не мешает еще прибавить, что тайные доходы бюрократии, не имеющие никакой опоры не только в принципах социализма, но и в законах страны, являются ничем иным, как воровством. Кроме этого легализованного воровства, имеется нелегальное сверхворовство, на которое Сталин вынужден закрывать глаза, потому что воры -- его лучшая опора. Бонапартистский аппарат государства является, таким образом, органом для охраны бюрократических воров и расхитителей народного достояния. Эта теоретическая формула будет гораздо ближе к истине.

Сталин вынужден лгать насчет социальной природы своего государства по той же причине, по которой он вынужден лгать насчет заработной платы рабочих; в том и в другом случае он выступает, как представитель привилегированных паразитов. В стране, прошедшей через пролетарскую революцию, невозможно культивировать неравенство, создавать аристократию, накоплять привилегии иначе, как обрушивая на массы потоки лжи и все более чудовищные репрессии.

Хищение и воровство, основные источники доходов бюрократии, не являются системой эксплоатации в научном смысле слова. Но с точки зрения интересов и положения народных масс, это неизмеримо хуже всякой "органической" эксплоатации. Бюрократия не есть, в научном смысле слова имущий класс. Но она заключает в себе, в удесятеренном размере, все пороки имущего класса. Именно отсутствие сложившихся классовых отношений и прямая невозможность их на социальных основах Октябрьской революции придают работе государственной машины конвульсивный характер. Для охраны систематического воровства бюрократии, ее аппарат вынужден прибегать к систематическим актам разбоя. Все вместе создает систему бонапартистского гангстеризма.

Думать, что это государство способно мирно "отмереть", значило бы жить в мире теоретического бреда. Бонапартистскую касту нужно разгромить. Советское государство нужно возродить. Тогда только откроется перспектива отмирания государства.

Л. Троцкий.

БЮЛЛЕТЕНЬ ОППОЗИЦИИ (БОЛЬШЕВИКОВ-ЛЕНИНЦЕВ) N 77-78"