FAKES - FAKES - FAKES

В дополнение к предыдущей блогозаписи должен признаться, что моё утверждение "уничтожены десятки бомбардировщиков" - результат некритического восприятия западной (другой в Германии не увидишь) (дез)"информации". Российское министерство обороны отмалчивается, но неофициальные заслуживающие доверия российские источники информации, например, https://svpressa.ru/war21/article/467180/ и  https://colonelcassad.livejournal.com/9877778.html , сообщают, что этой террористической операцией бандерофашистского режима "повреждено или уничтожено" до 15 бомбардировщиков типов Ту-22 и Ту-95 разных модификаций. Это, конечно, серьёзная, но не катастрофическая потеря.

Все чинуши в соответствующих органах российской власти, "прошляпившие" это нападение врага, должны быть строжайше наказаны. И необходимо толково спланированное и осуществленное жесточайшее возмездие бандерофашистам, которое покажет всем западным кукловодам киевского режима, что им на Украине больше нечего ловить и пора сматывать удочки. Я еще в самом начале этой войны писал здесь, что необходимо уничтожить все мосты через Днепр и туннели в Карпатах, что резко сократит доставку вооружений с проклятого Запада на фронт.

Но не менее серьёзный ущерб России могут нанести даже не дроны, а сфабрикованные "доказательства" её военных поражений, которые окажут разлагающее влияние на публику. Вот характерный пример: сфабрикованное с помощью ИИ полностью фальшивое видео, якобы "доказывающее" сокрушительный эффект операции 1 июня. Источник: https://southfront.press/spiderweb-unraveled-ukraines-ambitious-drone-operation-falls-short-of-propaganda-claims/ - текст, https://s5.cdnstatic.space/wp-content/uploads/2025/06/fake.mp4?_=2 - видео:

Это видео шито белыми нитками - показаны не бомбардировщики, а истребители МиГ-29 и МиГ-31, которые ИИ усердно втиснул в кадр впритык друг к другу - как на свалке, а не на военном аэродроме. Это, конечно, "первый блин комом" - корм для наивной публики, но следующие ИИ-"видеодоказательства" обязательно будут куда менее очевидными фальшивками.

Всё человечество теперь постоянно подвергается тотальному оболваниванию и промывке мозгов буржуйской пропагандой. Она необходима для классово антагонистического буржуйского антиобщества, погружающегося всё глубже в финальный кризис, как мера сохранения диктатуры господствующего паразитического класса. Все нынешние проблемы человечества можно решить лишь мировой социалистической революцией, которая откроет ему путь в социалистическое правовое общество равных граждан, в котором правдивая информация будет необходима для социалистического самоуправления, а потому будет безусловно востребована всеми и каждым.

.

РАТ-ВЕГ О КОНЦЕ СВЕТА

Начинаю выкладку исторических анекдотов Рат-Вега о сумасбродствах и заблуждениях. Но прежде всего я должен здесь вкратце написать о том самом главном, о чём Рат-Вег вообще даже не упоминает. Это самое главное - то, что у любого безумия обязательно есть свой смысл и своя причина. У пророчеств и "научных данных" о конце света главное - принцип власти: чтобы держать народ в повиновении, его надо держать в страхе. В старину это твердо знали короли и цари, а теперь это твердо знают всяческие "национальные лидеры", президенты, премьер-министры и, конечно, господствующая закулиса глобалистов-миллиардеров. Этот принцип, конечно, тщательно запрятывается за брехнёй о "демократии", "заботе товарища сталина о советском народе", "народном единстве работодателей и получающих заработок", единстве партии и народа" и т.д. и т.п.

Власти не только Запада, но и всех остальных государств мира, включая Россию и Китай, соучаствуют во всех мальтузианских (то есть человеконенавистнических) затеях глобалистов - в мнимой "пандемии ковид" с поголовным принудительным вкалыванием губительных для здоровья и даже жизни мРНК-"вакцин", разрушении энергетической основы реальной экономики из-за мнимого "климатического кризиса, вызванного антропогенным СО2", поголовном клеймении людей цифровизацией, развертыванием вреднейшей для здоровья микроволновой 5G-связи, заменой материальных денег на виртуальную иллюзию "цифровых"...

При этом глобалисты неустанно далдонят ахинею об "устойчивом развитии и инклюзивном росте", а политиканы подписывают продиктованные мафией глобалистов ЦУР ООН, "Повестку-2030 ООН", "Рамочную конвенцию ООН об изменении климата" с "Киотским протоколом" и "Парижским соглашением" и новейшую мерзость - "Пакт ООН во имя будущего".

Всё это вовсе не случайно, а необходимо, как инструменты запугивания и, следовательно, порабощения человечества господствующим паразитическим классом. Вся идеология глобализма - это смесь лжи и мистификаций, служащих для запугивания и обмана наивной публики. Однако глобалисты понимают, что одними словами можно запугать и обмануть далеко не всех. Поэтому они устраивают реальные зверства и катастрофы: войны по уговору, затягиваемые до бесконечности, теракты, осуществляемые экстремистами, обученными спецслужбами, или наёмными убийцами по заказу спецслужб, принудительное вкалывание мРНК-"вакцин", от которого люди болеют сами и становятся разносчиками инфекций, а также исценировки природных бедствий - ураганов при помощи систем направленной микроволновой радиации (HAARP) и катастрофических ливней при помощи "засевания" облаков агентами конденсации (последний раз -  на днях в Валенсии (Испания), где погибло более 200 человек).

Но для чего же глобалисты-миллиардеры ведут теперь разнузданную пропаганду "конца света" и устраивают реальные катастрофы? Ответ простой: этой мнимой и инсценируемой угрозой существованию всего человечества они пытаются замаскировать грозящую капитализму как системе и лично каждому буржую неминуемую экономическую катастрофу - финальный глобальный кризис капитализма, вызванный слишком далеко зашедшим падением нормы прибыли, в свою очередь вызванным сверхаккумуляцией капитала и ростом его органического строения.

Цель всех глобалистских усилий - представить вызванные этим закономерно наступившим кризисом бедствия (падение жизненного уровня населения, гиперинфляционный рост цен, коллапс общественного транспорта и коммунальных услуг, конфискация финансовых активов и материальных ценностей населения и т.д. и т.п) как якобы вызванные совсем иными причинами - "климатической катастрофой", "пандемией", "терроризмом", мировой войной и т.д., и этим запугать всё человечество так, чтобы оно безропотно согласилось на своё полное неофеодально-фашистское порабощение и даже "ликвидацию лишних едоков".

Капиталисты вообще и глобалисты в частности усердно стараются скрыть свою людоедскую суть под маской лицемерия, демагогии "общечеловеческого гуманизма", отрицающей реальность классовой борьбы, а также ханжества - притворного святошества. Но эта суть неизбежно проявляется во всех их реальных делах, а также в самой идеологии глобализма. Эту мальтузианскую идеологию откровенно излагает прихвостень Шваба - израильский пидор Юваль Ной Харари, твердящий о необходимости ликвидации "всех лишних едоков". А ведь для буржуя "лишний едок" - это любой, кто так или иначе не приносит ему прибыли.

В нынешнем глобальном кризисе капитализма, когда производство ширпотреба перенесено с Запада в нищий "3-й мир", а там его производство неуклонно сокращается, чтобы получать с него хоть какую-то прибыль из-за глобальной сверхмонополизации, "лишними едоками" по железной логике глобалистов стало всё остальное человечество, которое не ишачит на потогонных фабриках глобалистов в Индии, Китае, Бангла-деш и т.п. странах. А если так, то человечество имеет куда больше оснований объявить самих глобалистов-миллиардеров и их прихвостней "лишними едоками" и паразитами, ликвидировать их, а затем вести производство на принципах социализма - с целью удовлетворения потребностей всего человечества в материальных благах, а не алчности буржуев!

Текст перевода нижеследующего анекдота на русский я взял отсюда: https://royallib.com/read/ratveg_ishtvan/istoriya_chelovecheskoy_gluposti.html#20480 . Этот перевод мне очень даже не нравится, но я его не исправлял (за исключением двух уж слишком вопиющих ляпсусов, выделенных курсивом), а оставил как свидетельство жуткого падения культурного уровня переводов в буржуйской Эрэфии.

*  *  *

Иштван Рат-Вег:

"КОНЕЦ СВЕТА

Человек в своем смелом любопытстве не довольствуется тем, чтобы иногда только заглядывать за покров будущего. Он стремится сорвать его совсем, даже если за ним скрывается оскал черепа Конечной Тайны.
Когда будет конец света?

(...)

Лютеранский проповедник Михель Штифель жил в деревне возле Виттенберга и занимался изучением тайн математики. О методе своих расчетов он промолчал, а вот результат их сообщил. Результат удивительный. Полный конец света наступит в 10 часов утра 3-го октября 1533 года, — заявил он без всякого милосердия. В собственное предсказание он верил с упрямством фанатиков, настолько, что даже обошел соседние деревни и с кафедр оповещал людей о приближающемся страшном суде, предлагая всем пожалеть о содеянных грехах и покаяться. Убедить деревенский народ ему удалось, вот только с покаянием все вышло по-иному. Люди за гроши продали все движимое имущество, скот, корма, а деньги прогуляли. Когда зловещий час зловещего дня минул, а конец света так и наступил, прогулявшие все свое состояние люди, разозлившись, избили предсказателя.

(...)

Самым большим возмутителем спокойствия в мире был Иоганн Штофлер. Он преподавал математику в Тюбингене, написал множество книг на латыни и немецком языке, разбирался в языке звезд. В тогдашнем научном мире он пользовался высоким авторитетом, поэтому сенсационно прозвучало его заявление о том, что в 1524 году Сатурн, Юпитер и Марс опасно приблизятся к Земле, причем произойдет это под знаком Рыбы. Три крупные звезды (планеты в противостоянии) поблизости от Земли, все три под знаком обитателя вод: это может означать только всеобщий потоп, который затопит и уничтожит весь мир.

Бомба предвидения взорвалась, ее осколки разлетелись по всей Европе. Другие астрономы подтвердили, что три небесных тела опасно приближаются к Земле. Весть стремительно распространялась, и, прежде чем начался сам потоп, волны страха прокатились по народам Европы. Крестьянин оставил полевые работы; зачем ему сеять-жать, если плоды его труда все равно унесет вода? Ремесленник работал спустя рукава, в торговце исчез дух предпринимательства. Должник не платил долги, считая более мудрым прокутить деньги, предназначенные для возвращения долга. Люди начали откладывать про запас продукты, продовольственные склады были атакованы и разграблены. Богачи переехали в горы; другие строили огромные лодки и держали их на привязи рядом с домом.

Всеобщая растерянность не обошла и дворцы знати. Начал беспокоиться даже император Карл V: а вдруг это произойдет? Волнение его было так велико, что для успокоения императора один из известнейших гуманистов своего времени Августин Нифо, любимец папы Леопольда X, принял вызов и написал книгу, в которой выступил против предсказания Штофлера. Но был у императора и другой верный слуга, полководец Рангон, который, в свою очередь, опасался, что император чрезмерно успокоится и не примет должных мер предосторожности. Он добился, чтобы один врач из Флоренции написал книгу, спорящую с выводами Нифо. Он даже обратился к императору с предложением разослать во все концы специалистов, знающих, как надо бороться с наводнениями, чтобы они указали населению безопасные места в высоких точках.

Так волновалась вся возбужденная Европа, особенно в начале 1524 года, потому что по мнению Штофлера хляби небесные должны были раскрыться в феврале месяце. Но к стыду недоброй троицы звезд тот февраль был настолько сухим, что казалось, все планеты договорились встретиться в самом сухом месте Вселенной. Все вздохнули с облегчением. Наконец-то успокоились и те, кто боялся опасности, и те, кто волновался из-за того, что некоторые оставались излишне спокойными.

Но существовало одно исключение: курфюрст бранденбургский, сам бывший астрономом-любителем. Он приказал своим придворным астрономам проверить вычисления Штофлера, и совместными усилиями они сделали вывод, что Штофлер в основном был прав, но в отдельных моментах ошибался. Потоп будет, но он распространится не на весь земной шар, а только на Пруссию. И состоится это на полтора года позже — 15 июля 1525 года. Свое открытие они держали в тайне, что не свидетельствовало о высоком социальном уровне их мышления. Берлинцы узнали о висящем над их головами приговоре только тогда, когда во второй половине дня 15 июля распахнулись ворота дворца курфюрста, и владыка, за которым проследовал весь двор, промчался через Берлин, вверх — на Креузберг (Kreuzberg - Кройцберг -  внешне впечатляющий крутизной, но отнюдь не самый высокий холм в Берлине, которым является Müggelberg - Мюггельберг высотой аж... 115 метров над уровнем моря!). Об этом "берге" следует знать, что с его высотой он годится для того, чтобы быть по щиколотки нашей горе Геллерет. Берлинские горожане поначалу злились, что их так некрасиво бросили в беде, но, когда после заката солнца с ясного неба на город с улыбкой взглянули оклеветанные звезды, они с умиротворенными лицами, стоя рядами вдоль дороги, встретили возвращавшуюся с позором вереницу карет.

А что стало со Штофлером? Пока еще особых неприятностей у него не было. Его сторонники приступили к подробным объяснениям по известной формуле: звезды сказали правду, потоп должен был обрушиться на мир, но провидение пожалело человечество и ликвидировало нависшую над ним опасность. Но наказание настигло взбаламутившего мир ученого с неожиданной стороны. Его наказали собственные книги, те книги, которыми он пользовался для подтверждения своей неподтвердившейся вести. Спустя несколько лет, однажды вечером, он хотел снять с книжной полки несколько толстых фолиантов. А каждый из таких закованных в кожаные переплеты жутких томов по весу можно сравнить с небольшим пушечным ядром. Какая-то деталь полки при перетаскивании сдвинулась с места, вся полка обрушилась, и ученый умер тут же от многочисленных ударов, нанесенных по его голове тяжеленными томами…

Современному читателю, может быть, кажется сомнительным, что предсказания Штофлера вызвали такой лихорадочный страх в образованном мире. Нас разделяют четыре столетия, и кто знает, сколько разного наносного добавилось к бедным по началу информационным материалам. И автор этой книги сам выступает за то, чтобы удалить из сальных рассказов о прошлом всякий жир сплетен.

Сомнение кажется справедливым. Но если правда, что провозглашают профессионалы массовой психологии, то в историю Штофлера можно поверить. Один человек может быть даже гениально умным, — утверждают они, — но толпа всегда глупа. Умное слово она пропустит мимо ушей, а вот глупости запоминает и лелеет до тех пор, пока от инфекции не загноятся уши.

(...)

Я все еще не дошел до финала моей истории о конце света. Ведь надо знать и то, каким образом осуществится интересующее всех нас уничтожение. Штофлер ошибался и в том, что грозил потопом. Какой там потоп! Геенна огненная!

Томас Барнет, секретарь и придворный капеллан английского короля Вильгельма, подробно информирует нас в своей книге "Telluris Theoria Sacra" ("Святая теория Земли", Лондон, 1689). Утешительно, что время фатальной катастрофы он считает неопределенным; еще более утешительно, что, по его мнению, конец наступит не всему свету, а только нашему земному шару. Точно одно: роль палача выполнит огонь. Подготовка к великому пожару уже заметна. Действительно: 1. На поверхности Земли и в ее недрах скопилось огромное количество горючих материалов, таких как древесина, уголь, смола, гудрон, сера, нефть и т. д. 2. В жерлах вулканов скрываются огромные массы огня. 3. В воздухе тоже мелькают огненные молнии и падающие звезды.

Катастрофа начнется с того, что Земля приблизится к Солнцу. Несколько лет на перегревшейся поверхности Земли будет царить страшная засуха. Ее результатом станут голод и эпидемии, которые убьют человечество. Осужденному на гибель читателю этого было бы и достаточно, но жестокий автор продолжает детализировать ужасы. Начнутся землетрясения, которые разрушат поверхность Земли. Еще раз произойдет извержение какого-нибудь вулкана, и вся Земля окажется в огне. Что касается рек и морей, то они все пересохнут. А человечество пусть не грустит, потому что, хотя оно и погибнет, его смерть послужит предостережением другим мирам. Они станут свидетелями геенны огненной, задумаются и исправятся.

Не надо впадать в отчаяние и по другой причине, ведь на месте старого возникнет новый мир. Это произойдет следующим образом: расплавленная магма остынет и окружит Землю стеклянной оболочкой. Подхваченные языками пламени. вещества осыпятся на Землю, вновь появится плодородный слой почвы, и вновь начнется жизнь.

Надежда на новую жизнь послужила бы слабым утешением, если бы жизнь продолжалась по-старому. Но автор приготовил для возрождаемого человечества великолепные дела. В новом мире не будет ни холода, ни жары; все будет расти само по себе, никому не надо будет работать, и никогда на Земле не будет войн.

Может быть, с этого нам тоже надо было начать?"

.

ИЗ-ЗА ЧЕГО ВРАЖДУЮТ ТВИДЛЕ-ДЕМ И ТВИДЛЕ-РЕП?

Приближающиеся президентские выборы определят направление дальнейшей политики американского империализма, причём будет сделан выбор между двумя очень различными направлениями. Поэтому я не могу согласиться с теми "властителями дум" на Западе, (например, с этими довольно интересными сайтами: https://unlimitedhangout.com/ и https://www.corbettreport.com/ ), которые считают эти выборы обычным кукольным театром буржуйского политиканства, не решающим ровно ничего.

Я долго не мог понять того, почему не только пиндосский, но и целиком весь западный масс-медиальный и банковский истеблишмент - злющий враг Трампа. Этот истеблишмент сделал всё возможное, чтобы его если не уничтожить, то хотя бы "задвинуть" за горизонт. Но это не удалось сделать. Это значит, что за Трампом стоят очень даже могущественные силы.

На предстоящих на следующей неделе президентских выборах в США разгорится со страшной силой конфликт именно между этими силами. Это будет не обычный для буржуйских псевдодемократий спектакль притворной "борьбы нанайских мальчиков" - двух марионеток единой закулисной господствующей мафии миллиардеров, а реальная борьба между двумя реальными противниками - враждующими мафиозными шайками раздираемой противоречиями миллиардерской закулисы.

Меня это, конечно, очень радует, потому что свидетельствует о том, что проклятая закулиса, видя перед собой неминуемую катастрофу финального экономического кризиса глобального капитализма, в ужасе мечется и колеблется, и в ней возникли две шайки, требующие от марионеточного буржуйского политиканства двух совершенно разных направлений глобальной политики. О причинах теперь уже совершенно явного финального кризиса глобального капитализма смотрите на этом блоге переводы работ выдающегося марксистского политэконома Генрика Гроссмана и мои комментарии на эти работы.

Однако всё дальнейшее в этой блогозаписи - это уже лишь мои предположения, которые при всей их разумности пока не получили документальных подтверждений. Но в ближайшем будущем подковёрная борьба мафиозных шаек закулисников неизбежно станет открытой, и тогда станет видно, прав я или ошибаюсь в следующих предположениях:

То, что наглая шизанутая политика глобалистов за последние годы потерпела крах - это бесспорный факт. Их затеям с пустыми выдумками "климатической катастрофы", "пандемии ковид" и успеху их авантюры военной агрессии против России на Украине теперь верят только самые тупые дебилы. Поэтому от оборзевших глобалистов с их манией величия и претензией на абсолютистское мировое господство откололась группа миллиардеров, требующая смены курса в сторону более реалистичной политики сохранения господства капитала хотя бы в его цитадели - США. В этом смысл лозунга Дональда Трампа: "Make America great again - Восстановить величие Америки". И эта группа явно намерена, спасая господство американского империализма в самих США и наиболее ценных для него регионах мира, бросить смердящую гниль "Евросоюза" на произвол судьбы.

Кто же является уже засветившимся "лицом" этой группы, поддерживающей Трампа? - Ну конечно же, Илон Маск и его партнёр по бизнесу Петер Тиль. Вот они с их тёплой компанией (картинка из New York Times):

Если Маск откровенно агитирует за Трампа, то Тиль ещё держится в тени. Однако кандидат на пост вице-президента при Трампе Вэнс - это креатура не кого иного, как Тиля. И именно Тиль - основной инвестор в "свободном" Rumble. Совершенно ясно, что это - группа "цифровых" буржуев, которая возникла и разбогатела на буме компьютерных технологий, который произошел за последние два-три десятилетия. Но кто же их противники-глобалисты?

Это - все остальные, особенно реакционные и фашистоидные глобалисты: сенильная парочка Шваб и "Сорос"-Шорош как "лицо" традиционных глобалистов-закулисников: Ротшильдов, Ларри Финка и его "BlackRock" и прочих финансистов, плюс европейские аристократы (их "лицо" - аглицкий "зелёный" дегенерат Чарли), плюс вакцинаторный массовый убийца Билл Гейтс. К великому несчастью для России, к ним примазался недоумок и неуч Иудушка КаПутин со всеми своими "дорогими друзьями"-олигархами.

Если эти дубоголовые глобалисты, замахнувшись на тоталитарное (неофеодально-фашистское) господство над всем миром, явно откусили слишком большой кусок и не могут его проглотить, то противостоящая им группа "цифровых" империалистов намерена политически стабилизировать империю США (которую в пику им расшатывают глобалисты, напуская в США, как вшей в шубу, массы преступного сброда со всей планеты (2 миллиона за последние 2 года) и держаться всеми когтями и зубами за господство в двух критически важных регионах - нефтегазовом Ближнем Востоке и в бассейне Тихого Океана. Это означает полную поддержку экспансии неоколониального государства Израиль, если не явной шизы "великого израиля":

то хотя бы "умеренной" аннексии сионистами остатка Палестины (полностью), Голанских высот и юга Ливана, а также жёсткое экономическое и военное противостояние с Китаем в попытке заблокировать его морские связи с остальным миром и удушить его дальнейшее экономическое развитие.

Но я должен тут напомнить тот научный вывод политэкономии, что капитализм экономически бесперспективен и обречён как экономическая система. Чем быстрее человечество поймет, что его единственное спасение от непрерывной череды капиталистических войн и кризисов и залог светлого будущего - это возрождение истинного социализма (а не его фашистоидной карикатуры - сталинщины!), тем будет лучше для всех нас во всём мире. Но об этом - в дальнейших блогозаписях.

Уже по одной этой причине нельзя верить демагогии буржуйских политиканов - ни дуре Камале, от которой за версту разит фальшью и продажностью (я её окрестил как Camel Hubris - Верблюжья Наглость), ни Дональду Трампу, который мне симпатичен как личность. Политика их обоих при всех существенных различиях - это неизбежно политика классового господства капитала и угнетения трудящихся народов. Тот из них, кого сделают президентом США на следующие четыре года, будет неукоснительно проводить политику, диктуемую соответствующей группой миллиардеров.

Если президентом сделают брехливую халду Камалу, то надо ожидать продолжения уже осточертевшей всем политики глобалистского хаоса. Это будет тупое и позорное затягивание на следующие четыре года нынешней безумной агонии глобализма. Глобализм уже сейчас исторически обречён, потому что он не в силах навязать миру свою реакционную"великую перезагрузку", которая проблем не решает, а создаёт глобалистскими затеями массу новых проблем и явная цель которой - установление ретроградного фашистско-неофеодального якобы "нового" порядка.

Если президентом - наперекор отчаянному сопротивлению сатанистов-глобалистов - станет Трамп, то можно ожидать следующие действия  политического истеблишмента, господствующего в соответствующих странах и регионах:

1) Группа "цифровых" империалистов США будет проводить упомянутую выше политику.

2) Глобалистская закулиса и её политические евросоюзные марионетки будут по-ослиному упорно уже без соучастия США продолжать попытки порабощения России военной победой над ней, потому что у них просто нет иного средства сохранения своего господства над Европой. Это неизбежно закончится позорным крахом, ЕС рассыпется как карточный домик.

3) Английский истеблишмент - точь-в-точь как злая старая карга, лучшие дни жизни которой ("Великая Британская Империя") безвозвратно канули в прошлое, будет усердно пакостить всем тем, кому это можно делать безнаказанно, пытаясь создать этим иллюзию собственного могущества. Если в общем и целом господствующий истеблишмент Запада - поголовно фанатичные антикоммунисты и русофобы, то британская мразь воистину будто с цепи сорвалась...

4) Власти Китая будут пассивно поддерживать глобалистско-евросоюзную шайку, надеясь этим отсрочить начало остро агрессивной антикитайской политики США против Китая.

5) Ну а рублёвские путиноиды будут заискивать перед всеми перечисленными выше в надежде "поладить" с западными врагами, продолжая называть их "партнёрами", чтобы по-прежнему эксплуатировать Россию как бензоколонку Запада, вместо того, чтобы провести новую индустриализацию.

А каким может быть дальнейшее, более долгосрочное, чем 4 года, развитие событий? (Предупреждаю, что это - всего лишь тенденции, обусловленные законами политической экономии капитализма).

Из того факта, что действие закона падения нормы капиталистической прибыли неумолимо (смотри на этом блоге переводы работ Генрика Гроссмана), следует ожидать обострение классовой борьбы прежде всего в Евросоюзе, потому что там кроме эксплуатации наёмного труда нет других источников доходов (капиталистической ренты). Господствующий класс готовится к этому, наводняя Европу чужеродными мигрантами, чтобы демагогически отвести гнев трудовых народов от себя, перенаправив его пропагандой на козлов отпущения - мигрантов.

Ситуация в США, Канаде, Австралии и т.п. странах не столь опасна социальным взрывом потому, что там есть альтернативные источники капиталистических доходов, главные из которых - природная рента от добычи полезных ископаемых и земельная в сельском хозяйстве. Однако и там буржуйство опасается социалистической революции и завозит к себе массы мигрантов.

В России главный источник доходов буржуазии и прочих паразитов - это как раз природная рента. Именно поэтому рублёвский олигархо-бюрократический режим стремится изо всех сил "помириться" с вражеским Западом, чтобы продавать ему энергоносители и прочие полезные ископаемые. Конечно, Запад (особенно Евросоюз) это вовсе не устраивает, и именно поэтому Запад не прекратит попыток завоевать Россию, чтобы захватить её богатейшие природные ресурсы - источники ренты.

В Китае ситуация самая интересная. Китай обладает в настоящее время самой передовой в мире технологической базой капиталистического производства и сравнительно дешёвой рабочей силой. Но такая благодать для китайских буржуев будет не вечной, потому что другие страны неизбежно обгонят Китай в деле технологического прогресса. И тогда перед властями Китая встанет дилемма: или благоразумно вернуть страну на социалистический путь развития, не нуждающийся в получении прибыли капиталистами, или пойти по кривой дорожке всех прочих капиталистических держав, пытаясь захватить источники капиталистической ренты - природные ресурсы и территории, пригодные для сельского хозяйства. Первой целью может быть Монголия, затем - Казахстан и Туркмения, ну а напоследок, конечно, Сибирь.

Но, повторяю, всё это - всего лишь возможности, которые потенциально могут осуществиться.

.

ДЖОРДЖ ОРУЭЛЛ "1984", ГЛАВА III - 3

Выкладываю этот любопытный отрывок из романа Оруэлла "1984" по следующим причинам:

1) Из-за того, что этот роман был запрещен в Советском Союзе, его и ныне считают антисоциалистическим произведением, в основном из-за псевдосоциалистических словечек "новояза", а также бесконечного повторения слова "партия". Это, конечно, соответствовало в 1949 году, когда был написан роман тому, как западная пропаганда, направленная на западную публику, изображала царившую в СССР антикоммунистическую реакционную крепостническо-бюрократическую диктатуру подонка Джугашвили-сталина.

2) Но в наше время ужасы, описанные в "1984", всему человечеству реально готовит закулисная господствующая мафия глобалистов-миллиардеров своими "великой перезагрузкой - Great Reset" и "4-й (анти-)индустриальной (контр-)революцией - 4th Industrial Revolution". Примечательно, что для охмурёжа наивной публики глобалисты используют "левую" псевдосоциалистическую демагогию, но суть их планов - сугубо тоталитарная, антинародная и по-буржуйски радикально индивидуалистическая (а не коллективистская). Это сразу видно, стоит лишь заменить в тексте слово "партия" на "глобалистская закулиса".

Орвеллианский фашистский тоталитаризм (а не "демократия") чем дальше, тем больше становится политической системой, лучше всего отвечающей интересам глобалистской закулисы - господствующей олигархии миллиардеров. Закулиса хочет спастись от финального кризиса капитализма реакционным возвратом к феодально-рабовладельческому строю, с содержанием трудящихся в воистину фашистских концлагерях. Вовсе не случайно глобалисты не употребляют слово "прогресс"! Их любимые словечки - "Change - изменение" и "Build BACK better - лучше реставрируй (прошлое)". Это надо ясно понимать и всеми доступными способами противодействовать сатанинским планам глобалистской закулисы, представителем которой в Эрэфии является банкир хер Греф.

Закулиса миллиардеров-глобалистов хочет пребразовать своё господство над миром из капиталистического, потому что её гигантские мёртвые капиталы (финансовые активы) перестали приносить прибыль из-за падения нормы прибыли, в неофеодально-рабовладельческое, при котором её аккумулированное богатство, преобразованное в материальные активы, включая владение массами рабов, будет основано на произволе абсолютистской тоталитарной власти и не будет подвластно основному закону капитализма - обязательной прибыльности. Объяснение смотри в работах Генрика Гроссмана, переводы на русский выложены на этом блоге.

Для тех, кто ещё не читал эту книгу на английском: Ни один перевод этой книги на русский я не могу считать удовлетворительным. Я (с пояснениями, выделенными курсивом в скобках) цитирую текст одного из них, причём взятого наугад. О содержании книги: Уинстон - арестованный за крамольные мысли бывший мелкий чиновник "Министерства Пропаганды", а О'Брайен - допрашивающий Уинстона следователь и одновременно провокатор, старающийся его "исправить", "перевоспитать", то есть растлить как личность.

*  *  *

Джордж Оруэлл:

"— Ваше исправление займёт три этапа, — сказал О'Брайен, — Учеба, понимание и приятие. Пора перейти ко второму этапу.

Как всегда, Уинстон лежал на спине. Но захваты (оковы) держали его не так туго. Они по-прежнему притягивали его к койке, однако он мог слегка сгибать ноги в коленях, поворачивать голову влево и вправо и поднимать руки от локтя. И шкала (электрошокового аппарата) с рычагом не внушала прежнего ужаса. Если он соображал быстро, то мог избежать разрядов; теперь О'Брайен брался за рычаг чаще всего тогда, когда был недоволен его глупостью. Порою все собеседование проходило без единого удара (током). Сколько их было, он уже не мог запомнить. Весь этот процесс тянулся долго — наверно, уже не одну неделю, — а перерывы между беседами бывали иногда в несколько дней, а иногда час-другой.

— Пока вы здесь лежали, — сказал О'Брайен, — вы часто задавались вопросом — и меня спрашивали, — зачем министерство любви тратит на вас столько трудов и времени. Когда оставались одни, вас занимал, в сущности, тот же самый вопрос. Вы понимаете механику нашего общества, но не понимали побудительных мотивов. Помните, как вы записали в дневнике: «Я понимаю как; не понимаю зачем»? Когда вы думали об этом «зачем», вот тогда вы и сомневались в своей нормальности. Вы прочли книгу, книгу Голдстейна, — по крайней мере какие-то главы. Прочли вы в ней что-нибудь такое, чего не знали раньше?

— Вы ее читали? — сказал Уинстон.

— Я ее писал. Вернее, участвовал в написании. Как вам известно, книги не пишутся в одиночку.

— То, что там сказано, — правда?

— В описательной части — да. Предложенная программа — вздор. Тайно накапливать знания... просвещать массы... затем пролетарское восстание... свержение партии. Вы сами догадывались, что там сказано дальше. Пролетарии никогда не восстанут — ни через тысячу лет, ни через миллион. Они не могут восстать. Причину вам объяснять не надо; вы сами знаете. И если вы тешились мечтами о вооруженном восстании — оставьте их. Никакой возможности свергнуть партию нет. Власть партии — навеки. Возьмите это за отправную точку в ваших размышлениях.

О'Брайен подошел ближе к койке.

— Навеки! — повторил он. — А теперь вернемся к вопросам «как?» и «зачем?». Вы более или менее поняли, как партия сохраняет свою власть. Теперь скажите мне, для чего мы держимся за власть. Каков побудительный мотив? Говорите же, — приказал он молчавшему Уинстону.

Тем не менее Уинстон медлил. Его переполняла усталость. А в глазах О'Брайена опять зажегся тусклый безумный огонек энтузиазма. Он заранее знал, что скажет О'Брайен: что партия ищет власти не ради нее самой, а ради блага большинства. Ищет власти, потому что люди в массе своей — слабые, трусливые создания, они не могут выносить свободу, не могут смотреть в лицо правде, поэтому ими должны править и систематически их обманывать те, кто сильнее их. Что человечество стоит перед выбором: свобода или счастье, и для подавляющего большинства счастье — лучше. Что партия — вечный опекун слабых, преданный идее орден, который творит зло во имя добра, жертвует собственным счастьем ради счастья других. Самое ужасное, думал Уинстон, самое ужасное — что, когда О'Брайен скажет это, он сам себе поверит. Это видно по его лицу. О'Брайен знает все. Знает в тысячу раз лучше Уинстона, в каком убожестве живут люди, какой ложью и жестокостью партия удерживает их в этом состоянии. Он понял все, все оценил и не поколебался в своих убеждениях: все оправдано конечной целью. Что ты можешь сделать, думал Уинстон, против безумца, который умнее тебя, который беспристрастно выслушивает твои аргументы и продолжает упорствовать в своем безумии?

— Вы правите нами для нашего блага, — слабым голосом сказал он. — Вы считаете, что люди не способны править собой, и поэтому...

Он вздрогнул и чуть не закричал. Боль пронзила его тело. О'Брайен поставил рычаг (электрошокового аппарата) на тридцать пять.

— Глупо, Уинстон, глупо! — сказал он. — Я ожидал от вас лучшего ответа.

Он отвел рычаг обратно и продолжал:

— Теперь я сам отвечу на этот вопрос. Вот как. Партия стремится к власти исключительно ради нее самой. Нас не занимает чужое благо, нас занимает только власть. Ни богатство, ни роскошь, ни долгая жизнь, ни счастье — только власть, чистая власть. Что означает чистая власть, вы скоро поймете. Мы знаем, что делаем, и в этом наше отличие от всех олигархий прошлого. Все остальные, даже те, кто напоминал нас, были трусы и лицемеры. Германские нацисты и русские коммунисты были уже очень близки к нам по методам, но у них не хватило мужества разобраться в собственных мотивах. Они делали вид и, вероятно, даже верили, что захватили власть вынужденно, на ограниченное время, а впереди, рукой подать, уже виден рай, где люди будут свободны и равны. Мы не такие. Мы знаем, что власть никогда не захватывают для того, чтобы от нее отказаться. Власть — не средство; она — цель. Диктатуру учреждают не для того, чтобы охранять революцию; революцию совершают для того, чтобы установить диктатуру. Цель репрессий — репрессии. Цель пытки — пытка. Цель власти — власть. Теперь вы меня немного понимаете?

Уинстон был поражен, и уже не в первый раз, усталостью на лице О'Брайена. Оно было сильным, мясистым и грубым, в нем виден был ум и сдерживаемая страсть, перед которой он чувствовал себя бессильным; но это было усталое лицо. Под глазами набухли мешки, и кожа под скулами обвисла. О'Брайен наклонился к нему — нарочно приблизил утомленное лицо.

— Вы думаете, — сказал он, — что лицо у меня старое и усталое. Вы думаете, что я рассуждаю о власти, а сам не в силах предотвратить даже распад собственного тела. Неужели вы не понимаете, Уинстон, что индивид — всего лишь клетка? Усталость клетки — энергия организма. Вы умираете, когда стрижете ногти?

Он отвернулся от Уинстона и начал расхаживать по камере, засунув одну руку в карман.

— Мы — жрецы власти, — сказал он. — Бог — это власть. Но что касается вас, власть — покуда только слово. Пора объяснить вам, что значит «власть». Прежде всего вы должны понять, что власть коллективная. Индивид обладает властью настолько, насколько он перестал быть индивидом. Вы знаете партийный лозунг: «Свобода — это рабство». Вам не приходило в голову, что его можно перевернуть? Рабство — это свобода. Один — свободный — человек всегда терпит поражение. Так и должно быть, ибо каждый человек обречен умереть, и это его самый большой изъян. Но если он может полностью, без остатка подчиниться, если он может отказаться от себя, если он может раствориться в партии так, что он станет партией, тогда он всемогущ и бессмертен. Во-вторых, вам следует понять, что власть — это власть над людьми, над телом, но самое главное — над разумом. Власть над материей — над внешней реальностью, как вы бы ее назвали, — не имеет значения. Материю мы уже покорили полностью.

На миг Уинстон забыл о шкале. Напрягая все силы, он попытался сесть, но только сделал себе больно.

— Да как вы можете покорить материю? — вырвалось у него. — Вы даже климат, закон тяготения не покорили. А есть еще болезни, боль, смерть...

О'Брайен остановил его движением руки.

— Мы покорили материю, потому что мы покорили сознание. Действительность — внутри черепа. Вы это постепенно уясните, Уинстон. Для нас нет ничего невозможного. Невидимость, левитация — что угодно. Если бы я пожелал, я мог бы взлететь сейчас с пола, как мыльный пузырь. Я этого не желаю, потому что этого не желает партия. Вы должны избавиться от представлений девятнадцатого века относительно законов природы. Мы создаем законы природы.

— Как же вы создаете? Вы даже на планете не хозяева. А Евразия, Остазия? Вы их пока не завоевали.

— Не важно. Завоюем, когда нам будет надо. А если не завоюем — какая разница? Мы можем исключить их из нашей жизни. Океания — это весь мир.

— Но мир сам — всего лишь пылинка. А человек мал... беспомощен! Давно ли он существует? Миллионы лет Земля была необитаема.

— Чепуха. Земле столько же лет, сколько нам, она не старше. Как она может быть старше? Вне человеческого сознания ничего не существует.

— Но в земных породах — кости вымерших животных... мамонтов, мастодонтов, огромных рептилий, они жили задолго до того, как стало известно о человеке.

— Вы когда-нибудь видели эти кости, Уинстон? Нет, конечно. Их выдумали биологи девятнадцатого века. До человека не было ничего. После человека, если он кончится, не будет ничего. Нет ничего, кроме человека.

— Кроме нас есть целая вселенная. Посмотрите на звезды! Некоторые — в миллионах световых лет от нас. Они всегда будут недоступны.

— Что такое звезды? — равнодушно возразил О'Брайен. — Огненные крупинки в скольких-то километрах отсюда. Если бы мы захотели, мы бы их достигли или сумели бы их погасить. Земля — центр вселенной. Солнце и звезды обращаются вокруг нас.

Уинстон снова попытался сесть. Но на этот раз ничего не сказал. О'Брайен продолжал, как бы отвечая на его возражение:

— Конечно, для определенных задач это не годится. Когда мы плывем по океану или предсказываем затмение, нам удобнее предположить, что Земля вращается вокруг Солнца и что звезды удалены на миллионы и миллионы километров. Но что из этого? Думаете, нам не по силам разработать двойную астрономию? Звезды могут быть далекими или близкими в зависимости от того, что нам нужно. Думаете, наши математики с этим не справятся? Вы забыли о двоемыслии?

Уинстон вытянулся на койке. Что бы он ни сказал, мгновенный ответ сокрушал его, как дубинка. И все же он знал, он знал, что прав. Идея, что вне твоего сознания ничего не существует... ведь наверняка есть какой-то способ опровергнуть ее. Разве не доказали давным-давно, что это — заблуждение? Оно даже как-то называлось, только он забыл как. О'Брайен смотрел сверху, слабая улыбка кривила ему рот.

— Я вам говорю, Уинстон, метафизика — не ваша сильная сторона. Слово, которое вы пытаетесь вспомнить, — солипсизм. Но вы ошибаетесь. Это не солипсизм. Коллективный солипсизм, если угодно. И все-таки — это нечто другое; в сущности — противоположное. Мы уклонились от темы, — заметил он уже другим тоном. — Подлинная власть, власть, за которую мы должны сражаться день и ночь, — это власть не над предметами, а над людьми. — Он смолк, а потом спросил, как учитель способного ученика: — Уинстон, как человек утверждает свою власть над другими?

Уинстон подумал.

— Заставляя его страдать, — сказал он.

— Совершенно верно. Заставляя его страдать. Послушания недостаточно. Если человек не страдает, как вы можете быть уверены, что он исполняет вашу волю, а не свою собственную? Власть состоит в том, чтобы причинять боль и унижать. В том, чтобы разорвать сознание людей на куски и составить снова в таком виде, в каком вам угодно. Теперь вам понятно, какой мир мы создаем? Он будет полной противоположностью тем глупым гедонистическим утопиям, которыми тешились прежние реформаторы. Мир страха, предательства и мучений, мир топчущих и растоптанных, мир, который, совершенствуясь, будет становиться не менее, а более безжалостным; прогресс (регресс) в нашем мире будет направлен к росту страданий. Прежние цивилизации утверждали, что они основаны на любви и справедливости. Наша основана на ненависти. В нашем мире не будет иных чувств, кроме страха, гнева, торжества и самоуничижения. Все остальные мы истребим. Все. Мы искореняем прежние способы мышления — пережитки дореволюционных времен. Мы разорвали связи между родителем и ребенком, между мужчиной и женщиной, между одним человеком и другим. Никто уже не доверяет ни жене, ни ребенку, ни другу. А скоро и жен и друзей не будет. Новорожденных мы заберем у матери, как забираем яйца из-под несушки. Половое влечение вытравим. Размножение станет ежегодной формальностью, как возобновление продовольственной карточки. Оргазм мы сведем на нет. Наши неврологи уже ищут средства. Не будет иной верности, кроме партийной верности. Не будет иной любви, кроме любви к Старшему Брату. Не будет иного смеха, кроме победного смеха над поверженным врагом. Не будет искусства, литературы, науки. Когда мы станем всесильными, мы обойдемся без науки. Не будет различия между уродливым и прекрасным. Исчезнет любознательность, жизнь не будет искать себе применения. С разнообразием удовольствий мы покончим. Но всегда — запомните, Уинстон, — всегда будет опьянение властью, и чем дальше, тем сильнее, тем острее. Всегда, каждый миг, будет пронзительная радость победы, наслаждение оттого, что наступил на беспомощного врага. Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно.

Он умолк, словно ожидая, что ответит Уинстон. Уинстону опять захотелось зарыться в койку. Он ничего не мог сказать. Сердце у него стыло. О'Брайен продолжал:

— И помните, что это — навечно. Лицо для растаптывания всегда найдется. Всегда найдется еретик, враг общества, для того чтобы его снова и снова побеждали и унижали. Все, что вы перенесли с тех пор, как попали к нам в руки, — все это будет продолжаться, только хуже. Никогда не прекратятся шпионство, предательства, аресты, пытки, казни, исчезновения. Это будет мир террора — в такой же степени, как мир торжества. Чем могущественнее будет партия, тем она будет нетерпимее; чем слабее сопротивление, тем суровее деспотизм. Голдстейн и его ереси будут жить вечно. Каждый день, каждую минуту их будут громить, позорить, высмеивать, оплевывать — а они сохранятся. Эта драма, которую я с вами разыгрывал семь лет, будет разыгрываться снова и снова, и с каждым поколением — все изощреннее. У нас всегда найдется еретик — и будет здесь кричать от боли, сломленный и жалкий, а в конце, спасшись от себя, раскаявшись до глубины души, сам прижмется к нашим ногам. Вот какой мир мы построим, Уинстон. От победы к победе, за триумфом триумф и новый триумф: щекотать, щекотать, щекотать нерв власти. Вижу, вам становится понятно, какой это будет мир. Но в конце концов вы не просто поймете. Вы примете его, будете его приветствовать, станете его частью.

Уинстон немного опомнился и без убежденности возразил:

— Вам не удастся.

— Что вы хотите сказать?

— Вы не сможете создать такой мир, какой описали. Это мечтание. Это невозможно.

— Почему?

— Невозможно построить цивилизацию на страхе, ненависти и жестокости. Она не устоит.

— Почему?

— Она нежизнеспособна. Она рассыплется. Она кончит самоубийством.

— Чепуха. Вы внушили себе, что ненависть изнурительнее любви. Да почему же? А если и так — какая разница? Положим, мы решили, что будем быстрее изнашиваться. Положим, увеличили темп человеческой жизни так, что к тридцати годам наступает маразм. И что же от этого изменится? Неужели вам непонятно, что смерть индивида — это не смерть? Партия бессмертна.

Как всегда, его голос поверг Уинстона в состояние беспомощности. Кроме того, Уинстон боялся, что, если продолжать спор, О'Брайен снова возьмется за рычаг. Но смолчать он не мог. Бессильно, не находя доводов — единственным подкреплением был немой ужас, который вызывали у него речи О'Брайена, — он возобновил атаку:

— Не знаю... все равно. Вас ждет крах. Что-то вас победит. Жизнь победит.

— Жизнью мы управляем, Уинстон, на всех уровнях. Вы воображаете, будто существует нечто, называющееся человеческой натурой, и она возмутится тем, что мы творим, — восстанет. Но человеческую натуру создаем мы. Люди бесконечно податливы. А может быть, вы вернулись к своей прежней идее, что восстанут и свергнут нас пролетарии или рабы? Выбросьте это из головы. Они беспомощны, как скот. Человечество — это партия. Остальные — вне — ничего не значат.

— Все равно. В конце концов они вас победят. Рано или поздно поймут, кто вы есть, и разорвут вас в клочья.

— Вы уже видите какие-нибудь признаки? Или какое-нибудь основание для такого прогноза?

— Нет. Я просто верю. Я знаю, что вас ждет крах. Есть что-то во вселенной, не знаю... какой-то дух, какой-то принцип, и вам его не одолеть,

— Уинстон, вы верите (веруете) в бога?

— Нет.

— Так что за принцип нас победит?

— Не знаю. Человеческий дух.

— И себя вы считаете человеком?

— Да.

— Если вы человек, Уинстон, вы — последний человек. Ваш вид вымер; мы ("киборги") наследуем Землю. Вы понимаете, что вы один? Вы вне истории, вы не существуете. — Он вдруг посуровел и резко произнес: — Вы полагаете, что вы морально выше нас, лживых и жестоких?

— Да, считаю, что я выше вас." (Конец отрывка)

*  *  *

Теперь для тех, кто осилил чтение этого отрывка, о самом важном: о "1984" Оруэлла как произведении литературы.

Прежде всего надо отметить ходульность, неестественность диалогов. Любая диктатура - будь то Сталина, Пиночета, Гитлера, Батисты, Франко или любая иная - это бюрократия. Следователи и судьи в ней имеют строго определённые служебные обязанности. Их обязанность - составить обвинительный акт и вынести приговор без излишних проволочек. Осужденные на казнь или каторжные работы считаются зловредными элементами, от которых юстиция диктатуры "очищает" массу подданных. Например, при Ягоде и Ежове существовали разнарядки на "выявление" и осуждение "врагов народа", и начальство тех областей и районов, где эти показатели были ниже средних, рисковали сами "загреметь" в ГУЛаг как "пособники врагов народа".

Поэтому ясно, что диктаторское кривосудие всегда и везде старается "шить дела"  как можно больше и как можно быстрее. При этом его жертвами становится много совершенно не виновных в "крамоле" людей - как, например, оба моих деда. На провокаторские садистские "беседы", которые в "1984" драматично расписывает Оруэлл, у следователей нет ни полномочий, ни времени, ни желания. Конечно, провокаторы и доносчики существуют повсюду, в том числе и в "демократиях". Но их жертвы - находящиеся на воле граждане, но уж никак не арестанты.

И пропаганда в любом государстве - будь то в "демократиях" или при сталинском "социализме", тоже направлена исключительно на публику, гуляющую на свободе, но никогда - на арестованных и заключенных.

Двуличие слуг диктатуры обязательно скрытное, тайное. Если они позволят себе циничные откровенные высказывания о диктатуре - будь то по пьянке или даже в кругу семьи, в назидание детям - то они сами рискуют быть арестованными и осужденными. Ведь цель репрессий диктатуры - это препятствовать арестами и осуждениями распространению "крамолы", причём особенно - в системе власти. Поэтому следователь и одновременно - двуличный провокатор и циничный садист О'Брайен, назойливо выворачивающий изнанку своей грязной душонки перед арестованным Уинстоном - это совершенно ходульный, шитый белыми нитками плод воображения Оруэлла, который принципиально не может существовать ни при какой реальной диктатуре.

В СССР двуличие господствующей сталинско-брежневской номенклатуры выплеснулось на поверхность лишь после того, как режим псевдосоциализма прогнил насквозь, а цинизм и неверие в социализм стали нормой поведения. Лишь в такой омерзительной обстановке стала возможной реставрация капитализма Мишкой-меченым и Бориской-алкашом.

Конечно, в юстиции любого государства служит масса садистов, но они удовлетворяют свои патологические желания унижать, мучить и губить людей скрытно от начальников, а в случае скандального разоблачения трусливо оправдываются "служебным рвением". Короче говоря, этот О'Брайен - не реальный НКВДшник, а злодей-садист из балаганного водевиля, рассчитанного на вкусы безмозглого мещанства.

Соответственно, роман "1984" до отказа нашпигован пошлыми "идейными" и моральными сентенциями, а действие или вялое или вообще отсутствует. Тенденциозность романа - индивидуалистически-морализаторская в духе параноика Достоевского. В "1984" царит нелепое менталистско-когнитивистское "объяснение" поведения людей их "мышлением", а не реальной причиной - господствующей системой социальных и межличностных отношений. Уже только из-за этого фантазёрскую антиутопию Оруэлла "1984" невозможно считать реалистическим произведением. Это - нелепая слезоточивая мелодрама, написанная им по заказу западной пропаганды как инструмент "холодной войны".

.