НАУКА ПЛАНИРОВАНИЯ И САМООБМАН САМООРГАНИЗАЦИИ

При всём моём громадном уважении к Юрию Болдыреву как достойному человеку и политику, его необходимо кое в чём критиковать и стараться открыть ему глаза на иллюзорность некоторых его убеждений. Вот посмотрите этот ролик, где он разглагольствует о каком-то метафизическом "безусловном зле", проклинает планирование и молится на какую-то туманную "самоорганизацию" (источник: https://www.youtube.com/watch?v=MTkqyIDTVn8  ):

-

Он, конечно, тут очень умело проповедует, но меня не убеждает. Почему?

Типично буржуазный подход к общественным проблемам с точки зрения "свободы личности", которого к несчастью придерживается Юрий Болдырев, неизбежно упрочняет власть "элиты" над народом или в лучшем случае приводит к так называемой "циркуляции элит", когда сорганизовавшаяся группа завоёвывает для себя (причём только для себя!) "свободу" и в борьбе за дальнейшие привилегии практикует разнузданный произвол по отношению к остальному народу, угнетая и эксплуатируя его. Примером такой "циркуляции" может служить "евромайданный" бандерофашистский переворот на Украине, в результате которого власть одного олигарха - Януковича - была заменена на власть другого - Порошенко, но вдобавок народ получил ещё постоянную войну на Донбассе, служащую оправданием всех безобразий и преступлений этой киевской марионетки США и НАТО.

Эту "циркуляцию элит" фашистоидный социолог Вильфредо Парето объявил фундаментальным законом истории. Не вдаваясь в полемику с ним, отмечу лишь то, что эта "теория" была создана специально как якобы "опровержение социализма". Реакционер Парето на все лады рассусоливал тот банальный факт, который не хотят видеть либералы, что свобода для одних является произволом и зависимостью для других, не устраняя принципиального социального неравенства и несправедливости. Но ведь мера исторического прогресса - это как раз уменьшение социального неравенства и несправедливости, и логически требует создания социалистического общества! 

Итак, организованность - это уже сила и власть. И как источник власти всякая организация (в том числе и "самоорганизация") должна контролироваться и регулироваться обществом. Ведь те, кто смогут "самоорганизоваться" первыми, получат громадные преимущества в любой ситуации по сравнению с теми, кто не смогут "самоорганизоваться", и для сохранения своих преимуществ и привилегий обязательно будут всеми силами препятствовать "самоорганизации" массы одиночек.

-

Мафиозная власть шайки Ельцина и Путина - это ярчайший пример именно такой "самоорганизации" жуликов и проходимцев после разложения власти КПСС, захвативших государственную власть и связанные с ней возможности безнаказанного произвола и грабежа по отношению к народу, любые попытки которого "самоорганизоваться" подавляются этой мафией самым зверским образом.

Бихевиористско-социалистический подход к организации общества абсолютно противоположен буржуйской идеологии индивидуализма и "свободы личности" (как в либеральном, так и фашистском варианте) и постулирует примат интересов общества над интересами отдельной личности. Только таким путём возможно построение "социального", то есть гуманного и справедливого общественного порядка. Причём в отличие от марксизма бихевиористский социализм требует научного планирования не только экономики, но и всех остальных аспектов общественного и межличностного поведения, то есть всей общественной жизни в целом, именно для того, чтобы организовать её так, чтобы были исключены любые проявления несправедливости, любые возможности злоупотребления не только материальными ценностями, но и властью и всеми прочими инструментами оказания влияния или давления одним человеком на другого.

Не понимающим оперантной сути поведения это, возможно, покажется неразрешимой по сложности задачей, однако при бихевиористском подходе к ней она оказывается элементарной. Для этого просто надо чётко видеть все эти инструменты, пригодные для манипулирования поведением людей, как акты положительного или отрицательного подкрепления, и роль планирования общественной жизни состоит именно в том, чтобы эти акты выполнялись только для поощрения общественно полезной созидательной деятельности и для пресечения всевозможных эксцессов антиобщественного поведения, а не наоборот.

Напомню, что "добровольным, свободным" поведением легко манипулировать именно из-за его оперантной сущности. Жертвы манипулирования поведения действуют по своей доброй воле, они субъективно ощущают свободу выполнения внушенных актов поведения, а вовсе не принуждения к этому. Они выполняют их потому, что ожидают или надеются получить определённое положительное подкрепление или избежать отрицательного подкрепления (грубо говоря, немедленного наказания), так как уже подверглись оперантному кондиционированию (обусловливанию) выполнения этих актов, будь то предшествующим реальным жизненным опытом или из-за внушения, например пропагандой или рекламой.

Именно так действуют игроки в азартные игры или покупатели лотерейных билетов, зачарованные надеждой на получение выигрыша. Это - случай злоупотребления совершенно нормальным поведенческим процессом, тем самым, который Грудинин постоянно повторяет как присказку: "Надежда умирает последней". Но именно так же действует голодная крыса в испытательном стенде (так называемом "ящике Скиннера" - "Skinner box"), кондиционированная нажимать рычаг для того, чтобы с некоей вероятностью (программируемой экспериментатором) получить кусочек корма или избежать удара током. Так можно побудить крысу "по доброй воле" непрерывно нажимать рычаг часами напролёт, до изнеможения.

Соответственно, оперантное манипулирование - это любимый инструмент капиталистической эксплуатации, при котором эксплуатируемые являются добровольными жертвами, как например, при сдельной оплате труда. Точно так же функционирует политическая оперантная манипуляция поведения народа, внушающая ему, что приход к власти партии "X" на смену партии "Y" даст ему молочные реки с кисельными берегами...

Итак, задачу построения справедливого и гуманного общества невозможно решить, понадеявшись на "самоорганизацию", то есть на стихийность общественного поведения. В этом - правота марксизма в его полемике против анархизма. Дело в том, что человек современного массового антиобщества воспитан в индивидуалистическом, хищническом духе "свободы конкуренции", и для него "естественно" поведение в интересах лишь его самого в ущерб интересам всех окружающих. От людей надо ожидать лишь того, на что они способны, и послать куда подальше идеализм, морализаторство и нравственный максимализм.

Например, проповедь "самопожертвования" сеет лишь фальшь и лицемерие, когда на самом деле надо узнать мотивы привычного поведения людей, а потом на их основе строить цепочки и целые сетевые структуры солидарных и взаимовыгодных оперантных взамосвязей между ними, подобно тому, как экономист Губанов предлагает строить цепочки создания прибавочной стоимости между предприятиями плановой экономики, объединяя их в эффективный процесс народнохозяйственного созидания (об этом смотри здесь http://behaviorist-socialist-ru.blogspot.de/2018/04/prof-gubanov-social-revolution-is.html и здесь https://www.youtube.com/watch?v=cSsztgtU74s ).

Ещё меня очень беспокоит тот факт, что после неудачного сватовства (президентских выборов) к КПРФ внутри ПДС НПСР активизировались явно реакционные, антисоциалистические и психически неадекватные элементы. За примерами не надо далеко ходить. Вот намедни на сайте "сторонников Юрия Болдырева" появилась совершенно фантастическая ложь некоего Сергея Духанова о том, что элита на Западе и в частности в Англии якобы неимоверно благородна и даже склонна к самопожертвованию (смотри здесь https://vk.com/wall-19071927_398407 или здесь https://youtu.be/ostyH8j01hg ).

Я уже не один десяток лет живу на Западе, причём несколько лет жил и работал в Англии. По роду моей работы (переводчиком, а также прорабом на строительстве (в частности, особняков богачей и гламурных офисных строений) я часто общался с целым рядом представителей так называемой "элиты" и могу заверить, что они вовсе не отличаются особо возвышенными устремлениями и душевным благородством. Просто их воспитание приучило их прятать свою истинную крайне эгоистическую суть под внешним лоском хороших манер. А взаимоотношения между ними ни в чём не отличаются от общепринятых, "плебейских".

Нравы английской "элиты" и поныне те же самые, что были правдиво описаны в таких произведениях, как "Ярмарка тщеславия" Уильяма Теккерея,  "Дом, где разбиваются сердца" Бернарда Шоу или в почти современном сатирическом опусе реакционера Сирила Паркинсона "Свояки и чужаки". Загляните хотя бы в последнее из них, и вы поймёте, что расейским олигархам и чинушам по сравнению с западной "элитой" не хватает лишь того, чего не хватает всем выскочкам-нуворишам: тщательно выдрессированных "хороших манер". Но любая элита по своей сути всегда дерьмо и заслуживает лишь той участи, которая её постигла в ходе Великой Французской Революции, укоротившей многих из её представителей на голову. И самое важное: "элита" не имеет никаких особых дарований, оправдывающих её претензии на то, чтобы управлять народом.

Покончив с мифом о мнимом "благородстве элиты", мне остаётся лишь подвести итог: любое общество - это сложная структура, требующая научного или на худой конец традиционного, выдержавшего испытание временем, управления, а не химеры "самоорганизации". Управление обществом теперь может быть эффективно организовано на научной основе бихевиористского анализа оперантного поведения и прикладной технологии бихевиористской социальной инженерии. А так как капитализм за последние 30 лет в очередной раз убедительно показал свою неизбывно асоциальную, разрушительную и хищническую суть, при этом злоупотребляя социальной инженерией как инструментом преступной манипуляции поведением масс, то единственная прогрессивная альтернатива - это социализм. И в ходе строительства социализма научная и технологическая основа бихевиоризма послужит инструментом для решения той задачи, которую так и не смог решить марксизм - проведения культурной революции, то есть планового преобразования образа жизни людей из капиталистического в социалистический, создав систему гуманных и справедливых общественных и межличностных отношений на благо всех и каждого.

Короче говоря: Дорогой товарищ Болдырев! Не блуждайте в дебрях буржуйской идеологии и не теряйте из виду путеводной звезды социализма! А мы все должны никогда не забывать, что гуманное и справедливое общество может быть только социалистическим, но никак не капиталистическим или тем паче элитарно-феодальным с "царём-батюшкой", и поэтому крепить единство всех сил народа против олигархо-чиновничьего режима Путина, его западных хозяев и глобального капитализма в целом. И, конечно, овладевать азами бихевиористского анализа поведения, многократно изложенными (в том числе и в переводах работ проф. Скиннера) ранее на этом блоге.

ХОФШТЕТТЕР: КРИТИКА "ПСИХОЛОГИИ МАСС" - 1

Выкладываю мой перевод 1-й главы книги Петера Р. Хофштеттера "Динамика групп. Критика психологии масс" (Peter R. Hofstätter: "Gruppendynamik. Kritik der Massenpsychologie"). Мои пояснения - в скобках. Комментарий - после.

--

"ДИНАМИКА ГРУПП. КРИТИКА "ПСИХОЛОГИИ МАСС"

Эпиграф: Uxori Carissimae: Mutato nomine de te fabula narratur

- Драгоценнейшие жёны: эта притча о тебе, изменено лишь имя (лат.) 

Глава 1: Превращение общества в массу одиночек

1. ЛЕБОН КАК УТЕШИТЕЛЬ

Если вы захотите написать трактат по социальным вопросам, которому было бы гарантированы восторженное одобрение и широкое распространение, то вот уже много лет имеет смысл придерживаться лишь одного очень простого и в сущности абсолютно парадоксального рецепта: достаточно лишь приписывать так называемым "массам" все низменные и зловредные качества, какие только можно выдумать. Таким способом изобретаются некие мифические существа, которые, как нас уверяют, мыслят не головой, а спинным мозгом, причём лишь образами ("имиджами"), а не понятиями; которые пребывают в состоянии постоянной злобы; которые слепы, глупы и алчны; чья  совершенно беспросветная пошлость и подлость не подлежат ни малейшему сомнению. Создаётся впечатление, что главная забота этих "масс" - это подвергаться изнасилованию лидерами, специалистами по пиару и рекламе, пропагандистами и шарлатанами, а когда их не насилуют, то они впадают в апатичную дрёму, убаюканные  обилием никчемного ширпотреба и банальной поверхностностью масс-медий. В этом же духе можно было бы расписывать и дальше - на сто, и на двести страниц, причём гениальный и столь похвально озабоченный благополучием человечества автор, разумеется, не должен забывать о необходимости настойчиво твердить о разрушении культуры в хаосе "омассовления".

После краткого уведомления, что я решительно отвергаю использование этого рецепта - который, ради признания заслуг его автора, назовём рецептом ЛеБона - следует прежде всего выяснить причины того, почему клевета на людей, объединенных в группу, получает столь единодушное одобрение.

Ведь не подлежит сомнению, что ни одному из миллионов читателей Ортеги-и-Гассета или ЛеБона было бы вовсе не лестно признать себя частью этой массы и, следовательно, носителем всей её пошлости и бездарности. Такое признание может случиться лишь в те редкие времена, которым свойственна чрезмерная склонность к покаянию. Но дело принимает совсем иной оборот, если индивида, испытывающего здоровое отвращение к примитивности масс, уверяют, что сам-то он как личность вовсе не принадлежит к этим массам. Для этого достаточно только расхваливать тех, кто занимается разоблачительством "масс". В результате этого Проницательный Читатель гордо возвышается над массами, даже если он не обладает никакими другими сколь-либо выдающимися способностями; он в собственном воображении становится почти "Великим", причём скорее всего воображает себя членом "духовной элиты". Более того, если оказывается, что на массы можно произвести впечатление с помощью одних лишь простейших фраз, так как они ненавидят всё непривычное, "инакомыслящее", то можно будет получить двойное оправдание тому, что сам индивид, несмотря на своё собственное членство в элите, не производит впечатления на массы - ведь это был бы самый что ни на есть позор - и тому, что индивид ненавидит большую часть окружающих его - ведь ненавидеть их совершенно справедливо. Поэтому очень полезно прислушаться к тому, что вещают те, кто презирают массы.

Давайте рассмотрим литературу по так называемой "психологии масс", начиная с Зигеле - Sighele (1893 г.) и ЛеБона - LeBon (1891 г.) как феномен общественной культуры, парадоксальность которого состоит в том, что в ошельмовании масс соучаствуют сами эти массы. По аналогии представим себе, что было бы вовсе не легко или не безболезненно объявить неполноценными всех тех, у кого на лице веснушки, особенно для тех, кто не может не видеть их на своем собственном лице. Поэтому важно создать как объект презрения такой образ, который имеет комфортное для читателя несходство с ним. Однако этим задача создания такого образа ещё не выполнена, потому что то презренное, что нас не затрагивает, не вызывает к себе исступленной ненависти; его можно спокойно игнорировать как не имеющее ни малейшего значения.

--

Конструирование такого коллективного зла, таким образом, заключает в себе две не столь легко совместимые друг с другом задачи: это чудовище должно быть нам близким и одновременно чуждым. Не должно быть повода для подозрений в том, что у нас есть что-то общее с этой нечистью, однако должно быть очевидным, что то, что мы избежали этой опасности - лишь наша заслуга. Величина угрозы тем самым стала масштабом той обособленности, которая преодолевает её. Однако из этого логически следует то, что формы, в которых воплощается жизнь человеческого общества, должны быть определенным образом искажены; целью является сфабриковать жуткую карикатуру, которая должна быть клеветнической, так как в противном случае мы не сможем быть достаточно твёрдо уверены в нашей собственной непохожести на неё. С другой стороны, этот образ можно исказить только лишь в определенных пределах правдоподобности, так как иначе не будет обеспечено устрашающее действие этого образа. Оба эти условия проще всего соблюсти, создав образ человека 1) явно неадекватный, который поэтому легко отвергнуть 2) обрисованный расплывчато, причём таким образом, что публике порой трудно его с идентифицировать с кем-то. Нечетко обрисованная карикатура удобна ещё и тем, что она способна противостоять большинству попыток её разоблачения. По сути мы имеем дело с концепцией, не имеющей чёткого определения, которая - при манипулировании ею - видоизменяется, так что в конце концов ею можно выразить и всё, и ничего.

"Масса" по ЛеБону удовлетворяет этим требованиям очень даже характерным образом: она везде и нигде, в отрядах революционеров и в школах, на скамьях присяжных заседателей и в парламенте, в сектах и общественных организациях, в театре и в казарме. "В определенные исторические моменты лишь полдюжины людей образуют психологическую массу, в то время как даже сотни случайным образом объединённых людей не могут её образовать. С другой стороны, иногда целый народ даже без очевидной мобилизации, а всего лишь благодаря некоему внушению, может превратиться в массу." Продолжаем цитировать ЛеБона: "Собрание некоторого числа индивидов образует массу, и даже если это будут выдающиеся ученые, то они будут все те вещи, которые находятся вне их поля компетенции, воспринимать так, как их воспринимает масса (толпа). Проницательность и критический дух каждого из них при этом бесследно исчезает". Эту тему озвучивали уже в Древнем Риме: " Senatores omnes boni viri, senatus romana mala bestia " - "Все сенаторы - достойные люди, а римский сенат - гнусная бестия"; мы слышим её опять в известной фразе Шиллера: "jeder, sieht man ihn einzeln, ist leidlich klug und verständig, sind sie in corpore, gleich wird euch ein Dummkopf daraus" - "каждый, если рассмотреть его отдельно, вполне разумен и сообразителен, но собери их вместе - из них сразу же получится дурак" и, наконец, у К. Г. Юнга: "Большая компания, состоящая исключительно из почтеннейших людей, уподобляется в области морали и интеллекта какому-то большому, тупому и жестокому животному." Повсюду и нигде - эта масса (толпа) по ЛеБону является некоей омерзительной альтернативой человеческого существования, которая всегда готова проявиться.

В этом смысле она подобна греховности, от которой человек, как нас уверяют проповедники, может уберечься лишь благодаря постоянной бдительности. И как проповедники успокаивают нас именно тем, что они наделяют воплощение всех грехов такими свойствами, которые лишь исключительно редко можно найти объединенными в одном человеке, так и масса по ЛеБону по необходимости иллюстрируется такими примерами, которые редко встречаются в действительности, например, в случае (массовой) паники, о которой хотя все и говорят, но немногие на деле пережили - даже во время войны с её ночными бомбардировками. Утешительное, и даже возвышающее для о(б)суждающих массу по ЛеБону заключается именно в том, что её образ основан на том, что наблюдается лишь в чрезвычайно редких случаях. А это столь чуждо нашему повседневному жизненному опыту, что мы - публика, внимающая ЛеБону - не видим никаких оснований причислять себя к этой массе. Тем самым наше чувство превосходства напоминает самолюбование человека, который уверен в своём принципиальном отличии от Каина потому, что у него самого нет братьев. Мы поэтому благодарны автору за то, что он избавил нас от малейших подозрений в принадлежности к массе. Отныне не может быть никакого сомнения в том, что только "другие" могут быть этой массой.

Утешение, раздаваемое при этом, хотя и более утонченное, чем в доктрине расизма, но имеет с ней общие черты. В самом деле, ЛеБон разглагольствует не только о "духе массы", но и о "духе расы". Если вы твёрдо убеждены, что вашей наследственности совершенно чужда низменность, то этим вы получаете завидное чувство собственного превосходства, иллюзорный характер которого, тем не менее, легко обнаруживается, если постоянно не выставлять на вид реальные или вымышленные, но правдоподобные примеры низости представителей других рас.

2. ИНДИВИДУАЛИЗМ И РАЗЛОЖЕНИЕ БЕССПОРНЫХ УБЕЖДЕНИЙ

Успех ЛеБона обусловлен демагогическим трюком высшего сорта. Его суть: не больше и не меньше, чем секуляризированное отпущение всех грехов. Дескать, я - это не масса, потому что мне ясна массовая суть других. Понимать идеологию ЛеБона, равно как и его более позднего соотечественника Конта (Comte), можно лишь как попытку выстроить храм богини Разума по образцу церкви (как метафизический рационализм - примечание behaviorist-socialist). Мы имеем тут дело с элементами сотворения религии некоего "внутреннего мира" (ментализма-когнитивизма - примечание behaviorist-socialist) , которая, не уходя в трансцендентальность, способна служить опорой в жизни. В то время как большинство затей подобного рода закрепощают индивида в некоей новой организации и тем самым подчиняют его регламенту, идеология "психологии масс" освобождает индивида ото всех связей с обществом, чтобы - полностью отвергнув их - оставить его наедине с собой. Индивидуализм как культ должен был рано или поздно привести к идеологии "психологии масс", то есть к отрицанию группы (общества).

Следует со всей серьезностью задать вопрос, а не является ли "омассовление" всего лишь крайне сомнительным названием для той ситуации, которая создаётся в процессе индивидуалистической изоляции людей. Если "я" своей претензией на исключительность выламывается из группы (общества), то тогда образ группы (общества) дегенерирует в образ "массы". Поэтому уже очень пренебрежительно звучит используемое Лютером выражение: "Herr Omnes" - "господин Чернь":

"Но если господин Чернь восстает, то не будучи в состоянии ни отличать зло от благочестия, ни делать выбор между ними, он собирается случайным образом в толпы, и тут уж не обходится без огромных и страшных несправедливостей" (1521/1522). Примерно в то же самое время (крестьянской войны против феодалов в Германии - примечание behaviorist-socialist) слово "Populus" - "народ" приобретает негативный смысл как "Pöbel" и "Povel" - "хам(ы)", ещё более унизительный в словах, возникших в 18‑м веке: "pöbelhaft", "anpöbeln" - "хамский", "хамить" и т.п.

Глашатаи "духа массы" - ЛеБон и Конт, Ортега-и-Гассет и деМан (deMan) - отталкиваются от окружающей среды религии и общественного порядка, которую уже невозможно считать само собой разумеющейся и потому нерушимой. Идеология "психологии масс" в конечном итоге даёт ответ на вопрос, почему интеллектуал перелома 19 и 20 веков не чувствовал себя как дома в своей эпохе. Он уверил себя, что это вина не его, а эпохи, её "омассовления". При этом почти всегда слышно нечто тоскливое, ностальгия по неким "старым добрым временам" без определённой датировки, в которые великие личности управляли мирозданием. Нам излишне даже обсуждать вопрос о том, существовали ли когда-либо на самом деле такие времена, потому что доказательства их существования легко приводятся на основании многотомных хроник всемирной истории, в которые занесены одни лишь имена и свершения королей и военачальников.

Интеллектуалы перелома 19 и 20 веков, возможно, лишь добросовестно заблуждались, когда грезили о временах до "омассовления"; им невозможно отказать в искренности. Те "слишком многие", против которых ополчался Ницше, "слишком человеческое" которых он противопоставлял "человеческому", на несколько более высоком уровне соответствуют высказываниям ЛеБона о "массе" и Ортеги о "среднестатистическом человеке". Здесь мы видим занятия критикой культуры, а не психологией и не социологией; причём эта критика культуры является самообманом, так как усматривает изменение вовсе не там, где оно фактически происходит: в изоляции интеллигенции.

Если мы подробно распишем умозаключения "психологии масс", то они будут выглядеть так:

I. Ныне население Европы в три раза больше, чем в любой момент с 600 по 1800 год.

A (Современная Европа) является

B (густонаселенной).

II Львиная доля культурных ценностей Европы была создана до 1800 года.

A (Современная Европа) является

C (некреативной).

III. "Культурный упадок" является следствием "омассовления".

В является причиной C.

Насколько сомнительна логика такого рода, видно уже из того, что с её помощью можно "доказать" красивую старинную побасенку о том, что младенцев приносят аисты:

I. В определённые годы на севере Германии гнездится больше аистов, чем обычно.

II В эти же самые годы на севере Германии рождается больше детей, чем обычно, а из этого следует, что:

III. (...)

Я совершенно серьезно утверждаю, что идеология "психологии масс" даёт интеллигенту, неуютно чувствующему себя в своём времени, такие ответы, которые намного ниже по уровню воображаемой им у себя самого интеллектуальности. Сомнительные умозаключения люди принимают за чистую монету только в том случае, если ощущают очень серьезную опасность; излишне говорить, что в этом случае было бы лучше просто обойтись без них. Но для этого потребовалась бы объективность, которую труднее всего сохранить именно в опасной ситуации.

Так как это собственно не является предметом нашего обсуждения, то я изложу альтернативу рассуждениям "психологии масс" лишь кратко: может оказаться, что существование обязательного шаблона мышления в определённую эпоху гарантировано лишь постольку, поскольку эта эпоха обладает общеобязательными и самоочевидными постулатами, незыблемыми аксиомами. Однако в ходе созревания культуры от столетия к столетию мышление объективизирует её аксиоматику и тем самым срывает с неё защитные покровы непререкаемости, и тогда (мышление) теряет свой внутренний эталон. В результате возникает возможность критиковать и понимать, но теряется возможность просто утверждать. Как только появляется понимание того, что все возможные точки зрения, отличающиеся от (традиционного) мировоззрения, являются следствиями некоей посторонней аксиоматики, тогда каждый собственный (традиционный) постулат начинает звучать фальшиво. Но тогда становится неизбежным тезис о том, что поведение превыше слов (Гёте), машина превыше романа и закон о пенсиях превыше философской системы. То, что здесь происходит, глубоко заложено в самой природе мышления: оно в конце концов не может оставаться верным самому себе без того, чтобы принципиально поставить под вопрос самого себя. Дискомфорт, гнетущий индивидуалистов поздней эпохи, поклявшихся в верности мышлению, имеет своей причиной диалектику самого мышления, не видимую ими.

Обрисованная выше альтернатива содержит мало утешительного; однако этот факт не оправдывает попыток выдумывать козлов отпущения, которых можно было бы колотить, хотя бить следовало бы самого себя. "Массовый человек" "слишком человеческого" служит европейцам нового времени мальчиком для битья, когда они пытаются отвергнуть доминирование действия, закона о пенсиях и машины над "проблемами", как якобы нечто, им самим не свойственное. Так они изобличают злодея и вновь обретают ощущение реальности дьявола, хотя именно его реальность улетучивается быстрее всего в ходе критического мышления.

Эта интеллектуальная игра в прятки, которой идеология "психологии масс" обязана своим происхождением, вызывала бы чувство стыда, если бы не создавала иллюзию "непорочности мышления". (Этим) некоторое время можно сохранять ощущение уверенности в том, что гениальность индивида пала жертвой "масс". А в случае, если предостережение от чудовища-"массы" будет проигнорировано, то индивидуалистскому интеллекту по меньшей мере гарантируется сойти со сцены как трагическому герою. В этом случае снова легко обнаруживаются аналогичные возможности, которые содержит в себе психология расизма.

Анализ идеологии "психологии масс" с позиций социологии культуры выявляет у ЛеБона аспекты, которые были, конечно, неизвестны этому автору. Такой анализ далек от того, чтобы сомневаться в его личной интеллектуальной честности. Но он уличает эту идеологию в игре в прятки, которая прячет вполне реальную проблему за явно иллюзорным решением. Тут прежде всего настораживает громадный успех "Психологии масс" у публики, а точнее - та одержимость, с которой в "массовый век" выдвигаются обвинения в адрес этих самых масс. Если бы ЛеБон действительно затронул проблемы своей эпохи, тогда он должен был бы хоть иногда осознавать масштабы того неприятия, от которого Фрейд страдал всю жизнь. Я имею в виду Фрейда не как автора написанного явно в стиле ЛеБона опуса "Психология масс и анализ человеческого «Я»", а как человека, который осмелился описывать кризис человеческого чувства семейственности в эпоху, когда её самоочевидность была разбита вдребезги. Фрейд заострял противоречия и своего, и нашего времени, и благодаря ему стало видно, как ложное представление человека о самом себе ставит под угрозу его жизнь. То, что Фрейд сам был приверженцем этого ложного представления о человеке, а конкретно - мнения о том, что вершиной развития человека является способность к размножению, теперь почти утратило своё значение. В отличие от Фрейда, ЛеБону высказывалось мало возражений, потому что он льстил каждому из своих читателей, а также потому, что он использовал тот единственный шаблон мышления, который уже давно был выкристаллизован в готовой словесной форме. В сущности, ЛеБон был не более чем экзегетом-начётчиком."

(Окончание следует)

МАДАМ СЪЯНОВОЙ - "НЕУД" ПО ИСТОРИИ ЗА ПУСТУЮ БОЛТОВНЮ

Вчера наткнулся в "Интернете" на новый видеоролик длительностью аж 1 час 40 минут, озаглавленный так: "Писатель Елена Съянова в программе Леонида Володарского на радио "Говорит Москва" 9.10.2016 Тема: формирование нацистской элиты в 1927-1933" Ролик выложен в youtube здесь: https://www.youtube.com/watch?v=h3NOAOemHM4 .

--

Мадам Съянова в родной среде "Эха Москвы"

Признаюсь, что оказался не в силах вынести более чем полуторачасовое бессвязное блеяние и мемекание этой мадам. Выслушав первые полчаса, я прошёлся по остатку времени только выборочно, однако уверен, что ничего действительно важного, что мадам Съянова могла сообщить по этой теме я не пропустил - по причине полного отсутствия чего-то вразумительного в той примерно половине времени передачи, которое я таки заставил себя прослушать.

В русскоязычном "Интернете" и youtube есть несколько настоящих историков. Примерами могут служить Егор Яковлев, часто выступающий в "разведопросе", а также Юрий Нерсесов. Делая сравнение с ними, я не вижу ни малейшего оправдания тому, что ведущий "радио Москва" г-н Володарский присвоил мадам Съяновой титул "историка". Я - не историк, но могу обоснованно утверждать, что по объявленной теме (по которой ей следовало бы хоть немного подготовиться), мадам Съянова "плавала" подобно двоечнице на экзамене битые 1 ч. 40 мин., так и не выдавив из себя ничего существенного. Ну абсолютно ничего, кроме таких посторонних и спорных высказываний, как например: "Черчилль - это безусловно элита".

Жалкое выступление мадам Съяновой по псевдоинтеллектуальному уровню примерно соответствует высказываниям карикатурных "пикейных жилетов" из романа Ильфа и Петрова "Золотой теленок":

"--Ллойд-Джордж - это голова. Ему палец в рот не клади. И Ганди - тоже голова..."

Почему я занялся критикой мадам Съяновой? -- Да потому, что тема фашизма - очень серьёзная, которая к несчастью останется актуальной до тех пор, пока на Земле существует капитализм. Эта тема слишком серьёзна и актуальна для того, чтобы по ней было допустимо нести безответственную ахинею в традиции гнилого буржуйского "плюрализма", забалтывающего пустопорожними фразами суть этого страшного политического явления. А мадам Съянова занимается именно этим.

Поэтому я считаю нужным здесь кратко изложить то, что мадам Съянова должна была бы озвучить, хотя бы пересказом исторической литературы, но так и не упомянула ни словом в потоке своей пустой болтовни. В конце я приведу кое-какую литературу по теме, к сожалению, лишь на немецком языке. Что-либо достойное упоминания, написанное на русском языке, мне не известно. Буду рад, если кто-то мне укажет на действительно толковые публикации на русском.

Итак, начнём.

Гитлеровский фашизм нельзя рассматривать в отрыве от неудачной социалистической революции в Германии в ноябре 1918 года. Эта революция была потоплена в крови буржуазно-помещичьей реакцией, оплатившей из своих прибылей, нажитых на 1-й мировой войне, палачей этой революции - так называемые Freikorps, или отряды "добровольцев", а по сути банды наёмников из числа демобилизованных солдат, унтер-офицеров и офицеров, которые вступили в ряды Freikorps главным образом из-за отсутствия средств к существованию.

Старая "элита" кайзеровской Германии - помещики, чиновники, офицерня и капиталисты - полностью дискредитировали себя перед народом Германии и поэтому не могли надеяться на повторный немедленный захват власти даже после подавления революции. Но им на выручку пришли социал-демократы, приняв участие в подавлении Ноябрьской революции. Особо отличились в этом предательском, антинародном преступлении будущий канцлер Эберт и будущий министр "кровавый пёс" Носке.

Победившей Антанте было позарез необходимо более или менее стабильное правительство Германии, которое позволяло бы странам-победительницам беспрепятственно выкачивать из Германии репарации, ставшие единственной причиной пресловутой гиперинфляции, поразившей и другую страну, потерпевшую поражение в войне и вынужденную платить репарации - Австро-Венгрию, тоже получившую от победителей "демократию", но вдобавок ещё и расщепленную на несколько "республик" - Австрию и Венгрию (в обеих революции были подавлены реакцией, как и в Германии), а также Чехословакию, которая за участие чехословацкого корпуса в борьбе против Советской России была освобождена от уплаты репараций.

Именно по воле Антанты к власти в Германии пришло социал-демократическое правительство, которое ненавидели практически все классы и социальные группы населения:

-- рабочий класс, который был вынужден нести на себе все экономичексие тяготы послевоенного времени;

-- мелкая буржуазия, наивно вложившая деньги в военные займы и полностью разорившаяся;

-- батраки-крестьяне, особенно на востоке Германии (в Пруссии), которые так и остались нищими батраками помещиков;

-- юнкерство (помещики), так называемы "аграрии", утратившие часть своих  сословных дворянских привилегий и уже за одно это ненавидевшие "демократию";

-- чиновное, особенно армейское дворянство, полинявшее как класс в результате военного поражения и жаждавшее реванша, на пути к которому по их мнению стояло лишь правительство социал-демократов;

-- и, наконец, крупная буржуазия, которая ненавидела социал-демократов за их мнимую "левизну".

В результате местопребывание правительства было предусмотрительно перенесено в захолустный Веймар, подальше от больших городов с возможными там опасными для правительства массовыми протестами, забастовками и бунтами. Оттого-то Германия после 1-й мировой войны получила название "Веймарской республики".

Интересно отметить, что и после 2-й мировой войны правительство Западной Германии очевидно по той же причине обосновалось в захолустном городишке Бонне, а не в крупном городе, например, Франкфурте-на-Майне, где в ходе революции 1848 года была на короткое время объявлена "демократическая республика".

Тут необходимо подчеркнуть тот парадокс, что как раз пролетариат, которого столь боялись предатели-социал-демократы, оказался лояльным защитником этой явно буржуйской Веймарской республики от попыток реакционеров её ликвидировать. Именно генеральная забастовка положила скорый конец путчу Каппа, устроенному реакционным офицерьём в марте 1920 года. Гитлер, находившийся тогда на жаловании Рейхсвера (остаточной армии Германии, разрешенной мирным договором с Антантой), активного участия в этом путче не принимал, хотя и был послан как "наблюдатель", т.е. шпион, в пролетарский центр генеральной забастовки - Берлин.

Гитлер принял участие в следующем путче реакционного офицерья под главенством генерала Людендорфа в Мюнхене в ноябре 1923 года. Этот путч был скорее опереточным, чем настоящим. Однако Гитлер струсил и удрал из рядов путчистов ещё до того, как полиция прекратила этот путч одним винтовочным залпом, когда Геринг, о котором как о ярком представителе фашистской элиты речь пойдёт дальше, получил ранение в пах, сделавшее его импотентом.

Именно этот путч положил начало восхождению Гитлера к власти. На суде над путчистами Гитлер вёл себя нарочито вызывающе, чтобы выгородить главного заговорщика - генерала Людендорфа. Это ему зачлось, он стал "надёжным кадром" реакционеров, и мог во время последующего очень комфортабельного весьма краткого тюремного заключения целиком предаться написанию 1-го тома пресловутого опуса "Майн Кампф".

Итак, эта прелюдия показывает, что Гитлер был инструментом реакционнейших кругов старой элиты - офицерства и крупных капиталистов, и что возглавленная им партия с демагогическим названием NSDAP - National-Sozialistische Deutsche Arbeiterpartei (Национал-социалистическая немецкая рабочая партия) не была ни в коей мере ни социалистической, ни рабочей. Массовый базис её составляли мелкобуржуазные элементы городского населения, бедствовавшие после войны, особенно в годы гиперинфляции. Они же вместе с оставшейся без средств к существованию солдатнёй, превратившейся в люмпен-пролетариат (бродяг и побирушек) составили костяк фашистских террористических банд SA - злейшего врага рабочих и коммунистов.

И NSDAP, и SA получали щедрое финансирование как из секретных фондов Рейхсвера, так и от богатых помещиков и капиталистов, причём не только немецких, но и иностранцев, в частности расейских белогвардейцев-монархистов, вывезших из России капиталы и осевших в Германии. Крупные пожертвования нацистам делали американские капиталисты, в частности Генри Форд и дед и папа нынешних Бушей - Прескот Буш. Об этом историк Антони Саттон написал неплохую книгу ("Wall Street and the Rise of Hitler" by Antony C. Sutton).

Поэтому необходимо постоянно опровергать настырные попытки буржуйских пропагандистов ставить знак равенства между коммунистами и нацистами. Нацисты были реакционными выкормышами капиталистов, существование их партии было бы категорически невозможно без постоянного финансирования буржуями и реакционной бюрократией, секретно содержавшей нацистов за государственный счёт!

Такое было возможно только из-за предательства рабочего класса и дела социализма партией социал-демократов. Социал-демократы по привычке холуйствовали перед старой реакционной элитой (смотри об этом статьи Ленина, например "Пролетарсккая революция и ренегат Каутский"), а большая часть рабочих по привычке доверяла социал-демократам и голосовала за них на выборах.

Другая часть рабочих свои надежды связывала с СССР. В 1920-е и 1930-годы в СССР переехало жить и работать много не только коммунистов, но и просто рабочих из Германии. Многие из них после 1937 года были или выданы Сталиным в Германию на расправу нацистам, или попали в сталинские лагеря. Но это - особая, печальная тема.

Прежде всего нельзя замалчивать ту роковую роль, которую сыграла предательская социал-демократия в росте влияния нацистов. Социал-демократы вели неустанную борьбу вовсе не против реакции, а против коммунистической партии Германии и коммунистических рабочих организаций, в частности Союза Красных Фронтовиков и Спартаковцев. При этом социал-демократы без колебаний использовали репрессивный государственный аппарат, неоднократно устроив расстрелы забастовок и демонстраций рабочих полицией. После 1945 года были наконец-то сделаны правильные выводы о недопустимости политического раскола трудящихся, и в ГДР коммунистическая и социал-демократическая партия были воссоединены в SED - Социалистическую Единую партию Германии. А в Западной Германии социал-демократы продолжали свой предательский раскольнический курс, и только радовались запрету Коммунистической партии (западной) Германии проамериканским фашистоидным режимом канцлера Аденауэра.

Приход нацистов к власти в 1933 году был организован всеми правыми партиями Германии, особенно националистическими и клерикально-помещичьими. Социал-демократы при этом пассивно хлопали ушами, но этим не отвертелись от нацистских репрессий. Нацистская власть была надёжным инструментом традиционных привилегированных классов (элиты) в борьбе против социальной революции, причём инструментом крайне жестоким и варварским, по сути устроившим народу Германии кровавую баню - сначала политическими репрессиями против "левых", а потом - 2-й мировой войной.

Говорить о какой-то особой нацистской элите абсолютно неправильно, так как традиционная реакционная капиталистско-чиновничье-помещичья элита Германии отчасти до 1933 года, а после - в массовом, практически поголовном порядке, просто нацепила себе на грудь партийные значки NSDAP со свастикой. Радикальные элементы в нацистской партии, верившие в "социальную" демагогию нацистов, были истреблены в конце июня - начале июля 1934 года в ходе так называемой "аферы Рёма", под предлогом кары за некое выдуманное "предательство ими фюрера". В художественной литературе этот процесс всеобщей нацификации богачей и карьеристов правдиво изображен в романе Клауса Манна "Мефисто" - Klaus Mann: "Mephisto", по которому Брандауэром был сделан отличный по немецким меркам фильм.

В свете всего вышеизложенного становится ясно, что видеоролик мадам Съяновой и г-на Володарского - по сути не о чём, о пустейшей фикции, потому что в фашистской Германии элита (или, строго говоря, привилегированный правящий класс) была той же самой, что и в кайзеровской Германии, и в Веймарской Германии, и в Западной Германии после 1945 года. В ней на протяжении 20-го столетия лишь постепенно происходила смена преобладающего влияния помещичьего дворянства и знати на доминирование капиталистов.

Как образцового представителя этой элиты можно привести Германа Геринга. Это была воистину колоритная личность авантюриста в духе романов Александра Дюма, в отличие от серого плюгавого ничтожества и позёра Гитлера, этого бездарного актёра, постоянно разыгрывавшего на мещанский вкус одну и ту же истерическую роль из низкопробных мелодрам. А Геринг - выходец из привилегированной дворянской семьи - был военным лётчиком в 1-ю мировую войну; после неё он одним из первых вступил в нацистскую партию и даже одно время пытался конкурировать с Гитлером за лидерство в ней, но особо отличился лишь при захвате власти нацистами и после.

Получив от ставшего канцлером Гитлера должность министра внутренних дел Пруссии, Геринг по всей очевидности был главным организатором поджога Рейхстага в ночь с 27 на 28 февраля 1933 года. Рейхстаг выгорел дотла от громадного количества подожженных повсюду в здании горючих веществ, которое просто физически не смог бы затащить туда полуслепой голландский бродяга-анархист Ван дер Люббе, которого нацисты потом казнили за это преступление. Надо заметить, что между зданием, где находились служебные помещения Геринга, и Рейхстагом был подземный ход, который явно был вовсю использован нацистами для инсценировки поджога, в котором они по буржуйскому обычаю обвинили коммунистов.

Поджог Рейхстага послужил оправданием для начала разнузданного политического террора. В частности, в поджоге были обвинены четверо болгарских коммунистов во главе с Георгием Димитровым, которых нацистам таки пришлось освободить после разрекламированного так называемого "Лейпцигского судебного процесса" против них, в котором как обвинитель выступал лично Геринг, аргументировавший исключительно площадной бранью. Об этом Георгий Димитров написал интересную книгу - Georgi Dimitroff: "Reichstagsbrandprozess. Dokumente, Briefe und Aufzeichnungen", Verlag Neuer Weg GmbH, Berlin, 1946.

Впоследствии авантюрист Геринг отличился во-первых своей своеобразной "любовью к искусству", прикарманивая виллы и произведения искусства, которые нацисты экспроприировали сперва у богатых немецких евреев, а потом, после начала 2-й мировой войны, в оккупированных гитлеровцами странах, когда Герингу досталась особо богатая добыча при грабеже музеев и частных коллекций (отчасти опять-таки евреев) во Франции, Голландии, Чехословакии и Польше. Во-вторых, он объективно помог Советской Армии своим залихватским обещанием Гитлеру бесперебойно снабжать по воздуху окруженную под Сталинградом группировку генерала Паулюса, что предопределило её гибель.

Однако такие авантюристские и уголовные повадки - общая грабительская черта всех буржуев, которая в последние годы ярко проявилась у американских вояк и буржуев, подвергших собственноручному грабежу музеи оккупированного Ирака, а также скупавшими добычу, награбленную их "исламистскими" террористами-наёмниками, громившими музеи Сирии. Попутно замечу, что гитлеровцы имели по многим аспектам большое сходство с нынешними выкормышами ЦРУ - "цветными революционерами", бандерофашистскими майданщиками и "исламистскими" наёмниками-террористами.

В заключение - литература по истории Германии, которую было бы очень полезно перевести на русский язык и опубликовать. Я рекомендую лишь то, что прочёл сам. Живя в Германии, я живо интересуюсь историей этой страны, прежде всего для того, чтобы знать, чего можно ожидать в критической ситуации, согласно старой истине о том, что история имеет тенденцию повторяться.

Прежде всего, это

1) книги историка Бернта Энгельманна - Bernt Engelmann (в порядке потенциальной полезности для общего развития читателей в России):

-- "Einig gegen Recht und Freiheit"

-- "Wir Untertanen"

-- "Auf gut Deutsch - Lesebuch" (нечто вроде хрестоматии с отрывками из многих книг Энгельманна)

-- "O wie oben"

-- "Das Reich zerfiel, die Reichen blieben"

-- "Weissbuch Frieden"

-- "Trotz alledem"

-- "Preußen"

-- "Du Deutsch?"

-- "Deutschland Report"

-- "Schwarzbuch" (несколько выпусков под одним названием, я прочёл три из них);

2) книга Курта Госсвайлера - Kurt Gossweiler: "Kapital, Reichswehr und NSDAP";

3) книга Ойгена Когона - Eugen Kogon: "Der SS-Staat";

4) две книги Карла-Эдуарда фон Шнитцлера - Karl-Eduard von Schnitzler: "Meine Schlösser" и "Der rote Kanal"

5) и, наконец, книга о предательстве ГДР КПССной номенклатурой: "Auskünfte über Erich Honecker" коллектива авторов Werner Eberlein, F-J. Herrmann, Margot Honecker, Heinz Keßler, Klaus Huhn, в создании которой я даже принял участие, но не как автор, а всего лишь как дизайнер-оформитель.

Тем, кто не читает по-немецки, рекомендую хотя бы посмотреть выложенные в Интернете произведения изобразительного искусства, дающие наглядное представление о гитлеровском фашизме - рисунки Георга Гроса (George Grosz) и коллажи Джона Хартфильда (John Heartfield).

"НИКТО НЕ ДАСТ НАМ ИЗБАВЛЕНЬЯ: НИ БОГ, НИ ЦАРЬ И НИ ГЕРОЙ..."

ИЛИ ОБ ОТЛИЧИИ НАУКИ ОТ СХОЛАСТИКИ

Сделать эту запись меня побудила вот эта запись в комментах (цитирую):

 "behaviorist_socialist, здравствуйте. Что думаете о С.В. Савельеве, который утверждает, что поведение и способности детерминированы цитоархитектоникой мозга?"

Это - далеко не первый коммент такого рода. Он симптоматичен для нашего времени капиталистической реакции и регресса. Мнения, пропаганда и даже "демократическое голосование" подменяют истину, потому что знание подменяется верой. Почитайте академика Алфёрова, чтобы получить представление о различии между миром недавнего прошлого, который в целом был устремлен в будущее, и сегодняшним миром, в котором максимальное положительное подкрепление получают мошенники-банкиры, манипулирующие курсами на биржах (например, опекаемые Набиуллиной и "Банком России" валютные спекулянты), и подлейшие насквозь коррумпированные политиканы и чинуши (марионеточная фашистская хунта милостью Уолл-стрита на Украине, прозападная грефочубайсная кодла в России и т.д.).

Этот регресс, разумеется, охватил весь мир, а не только обломки СССР. Вот уже примерно 30 лет мы погружаемся в новое мрачное Средневековье, и мы ещё не видели всего самого страшного и омерзительного, на что способен паразитический банковский капитал, захвативший богатства мира и власть над ним. Мы пока ещё видели только цветочки. Ягодки тоталитарной глобальной фашистской диктатуры банкиров - ещё впереди.

Меня незачем спрашивать о том, что я думаю о каком-то Савельеве или ещё о ком-то. Моя задача - бороться с наступлением мракобесия. У меня нет иллюзий о своей мнимой "гениальности". Я пытаюсь делать то, что мне по силам - донести до русскоязычной публики научные знания о поведении, добытые проф. Скиннером и его учениками, которые теперь напрочь (очевидно, неспроста) забыты. Я просто популяризатор и переводчик.

-

Во-первых, поймите, что фраза "поведение и способности детерминированы цитоархитектоникой мозга" - это расхожее, но ложное утверждение, которое было популярно у некоторых физиологов середины 19 века и которое теперь подхватили авантюристы вроде Курцвейля. Органы чувств, нервная регуляция метаболизма и, разумеется, поведение - всё это работает как механизм приспособления организма к окружающему миру, как система жизнедеятельности в постоянном взаимодействии с окружающим миром, и поэтому они "детерминированы" именно им, иначе организм просто не сможет выжить, существовать, дать жизнеспособное потомство. Скиннер исследовал поведение как взаимодействие организма с окружающей обстановкой и достиг в этом блестящих научных результатов.

А физиология нервной системы (особенно так называемой "высшей нервной деятельности") за последние 100 лет так и не открыла ничего принципиально нового. Это печально, но факт. Кого интересуют действительно научные (но по сей день безрезультатные) попытки понять функционирование нервной системы, тому советую заглянуть в довольно толстую книгу: Прибрам, "Языки мозга". Я много лет назад, будучи студентом, пытался самостоятельно разобраться в этой громадной хаотической куче гипотез и интерпретаций опытных данных - и бросил, увидев, что это - дорога в никуда, во мрак. И по сей день рад, что занялся вместо этого биохимией.

Именно во мраке, в мутной воде ловят рыбку всяческие гуру, "целители" и прочие проходимцы. Все "чудо-целители" паразитируют на примитивных и часто перевранных версиях автогенной тренировки, выдавая это за свои "великие открытия" или "благодать свыше". Их никто не заставляет пройти хотя бы элементарный курс мединститута по основам психотерапии и сдать простенький экзамен. Они невежественны, но процветают благодаря своей хитрости и изворотливости, плюс потрясающей легковерности публики. Наука отступила, оставив после себя - как древний мир обломки античных статуй - эффектные фразы, которые безотказно действуют на воображение наивной невежественной публики. Место науки нахраписто пытаются занять бесплодная псевдонаучная схоластика и религиозное мракобесие. И это опять-таки характерно не только для обломков СССР, но и для всего порабощенного капиталом мира в целом.

Скиннер не был "гуру", не высасывал из пальца всякую когнитивистскую заумь. Этим занимались его противники, например, небезызвестный болтун-структуралист Хомский-Чомский. Скиннер был блестящим ученым-экспериментатором, все его утверждения стоят на солиднейшем фундаменте многократно проверенных опытных данных. Более того, он старался внедрить свои открытия в повседневность - например, бокс, создающий оптимальную среду обитания для младенцев, обучающие машины, методики возвращения психопатам необходимых в повседневности навыков поведения... Но со смертью Скиннера все это стало жертвой забвения.

-

Во-вторых, я тут должен вкратце ещё раз напомнить о том, почему социализм может быть построен только на основе науки о поведении - радикального бихевиоризма (разумеется, в сочетании с марксистско-ленинским учением о классовой борьбе против капиталистов). Прежде всего напомню, что "левые" политиканы 20 века (социал-демократия, "еврокоммунизм" и КПСС с её фикцией "реально существующего социализма") позорно предали дело социальной справедливости, дело коммунизма.

В СССР Сталиным была построена диктатура номенклатуры - класса партийных чиновников, которая лицемерно и цинично именовала себя "диктатурой пролетариата". Именно поэтому авторы, правдиво описывавшие классовую суть советского государства - Джордж Оруэлл, Милован Джилас, Михаил Восленский и Александр Зиновьев - клеймились в СССР как "антисоветчики", хотя как раз весь господствующий класс брежневской номенклатуры практически единодушно (а вовсе не одиночки-предатели Горбачев и Ельцин) произвел антисоветский антикоммунистический переворот, решив к политическому господству над страной прибавить ещё и частное владение ею.

Казалось бы, теперь это факт, ясный и ежу. Да не тут-то было! КПРФ продолжает отрицать его, например в публикациях в газете "Советская Россия". КПРФ усиленно зажмуривает глаза на позорные для неё уроки конца 1980-х и начала 1990-х годов. И пережевывает старую идеологическую жвачку, в которую никто не верил уже в брежневские времена. Мол, стоит прийти КПРФ к власти - и в России опять будет рай земной (цитирую по недавней публикации некоего Льва Сорникова здесь http://www.sovross.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=600691 ):

" ... люди, при надлежащей работе правящей марксистско-ленинской партии, овладевая условиями своего существования, меняют сами себя. Ибо появляются возможности для каждого стать творческой личностью. Люди с детства воспитываются коллективистами, получают все более качественное образование и воспитание и постепенно избавляются от эгоизма и потребительства."

Чушь!!! Люди не "меняют сами себя", а приспосабливаются к окружающей действительности, которую формируют господствующие в обществе политические и экономические силы. В СССР не было "возможности для каждого стать творческой личностью". КПССная номенклатура как огня боялась этого. Поэтому она пичкала народ пустозвонными лицемерными лозунгами и втихаря готовила реставрацию капитализма. У неё были свои узкие интересы, чуждые интересам народа. Поэтому теперь русскому народу надо опять-таки преодолевать "две напасти: внизу - власть тьмы, а наверху - тьму власти". Традиция чиновного произвола - самая страшная беда России. Истинный (бихевиористский) социализм должен уничтожить эту традицию, потому что  социалистические общественные и межличностные отношения - иначе говоря, радикально измененное поведение людей - надо конструировать методами оперантного управления поведением, причём так, чтобы сам народ по собственному желанию активно участвовал в этом, сам став господствующей политической и экономической силой.

А для этого каждому надо знать не только азы марксизма-ленинизма, но и азы бихевиоризма, потому что построение жизнеспособного социализма, резистентного к попыткам реставрации капитализма, возможно лишь на основе бихевиористской науки о поведении и технологии социальной инженерии. Именно эту основу я и пропагандирую.

-

В-третьих, я должен вернуться к обсуждению буржуйского мифа о "свободе и чести", который с точки зрения науки о поведении неустанно опровергал Скиннер (смотри перевод его книги "Превыше свободы и чести" ранее на этом блоге). Мнимым обоснованием этого мифа как раз и служит сказочка о том, что якобы "поведение и способности детерминированы цитоархитектоникой мозга", то есть не окружающей действительностью, а изнутри "божественной душой", которую Скиннер был вынужден называть "гомункулюсом". Этот миф очень сильно укоренился в головах людей, и поэтому здесь надо нанести по нему удар ещё и с другого направления - с точки зрения истории.

Теперь уже мало кто помнит, что в СССР всем до смерти надоело лживое пропагандистское утверждение о (цитирую): "неустанной отеческой заботе партии и правительства о советском человеке". Но почему-то именно эти заботливые "партия и правительство", а точнее - детки и зятья брежневской номенклатуры - устроили губительные для страны катастройку и прихватизацию. Как такое могло случиться, если (как нас уверяют все властители всех времен и народов) подданные имеют свободу воли и их человеческое достоинство неприкосновенно?

--

История учит, что властители (и богачи) при первой же возможности устраивали "грандиозные", то есть безумные и преступные затеи. Египетские пирамиды, построенные исключительно ручным трудом, подорвали экономику Древнего Египта - самую передовую того времени, сделали Египет беспомощной жертвой неоднократных завоеваний варварами-чужеземцами. "Гениальный" Наполеон Бонапарт вдохновился именно египетскими пирамидами, затеяв создание первой в истории европейской империи - прообраз гитлеровского "третьего рейха" и нынешнего "евросоюза" - при помощи опять-таки первых в истории всеевропейских войн, которые можно назвать "Нулевой мировой войной". То, что на долларовых банкнотах опять-таки изображена пирамида - этот позорный, омерзительный символ вопиющего произвола властителей и богачей над порабощенным эксплуатируемым народом - вовсе не случайно, как показывают 1-я и 2-я мировые войны, а также явное намерение империализма США развязать 3-ю мировую войну. Все эти войны, разумеется, финансировали и финансируют именно банкиры в расчёте на военные сверхприбыли...

--

Понять социальные процессы, которые неизменно приводят человечество к очередным катастрофам и массовым бойням, устраиваемым зарвавшимися и зажравшимися "элитами", помогают такие выдающиеся творения художественной литературы, как "Война и мир" Л.Н. Толстого и "Похождения бравого солдата Швейка" Я. Гашека. (Такие книги, как "Прощай, оружие!" Э. Хемингуэя, "Смерть героя" Р. Олдингтона и "На западном фронте без перемен" Э.-М. Ремарка, хоть и неплохие, но в них напрочь отсутствует понимание механизма описываемых событий, в них не разоблачаются кукловоды мировых боен). А Толстой и Гашек откровенно показали безумие людоедской элиты как их причину, а также типичную реакцию самозащиты простого народа в образах Платона Каратаева и Йозефа Швейка.

Народ, хоть и вынужден молчать в тряпочку, но "в глубине души" понимает, что его ведут на убой, и принимает единственно возможные для него меры пасивной самозащиты от этой напасти. Тех, кто попадает между жерновов устроенных элитными людоедами "исторических событий" и пытается им сопротивляться, эти жернова попросту размалывают в костяную пыль. Именно в стремлении проскочить невредимым между этих жерновов и состоит мнимый "кретинизм" Швейка. Надеюсь, что хохлы, которых олигархофашистский марионеточный режим Вальцмана-"Порошенко" гонит по приказу кагала банкиров Уолл-стрита на преступную междоусобную бойню против народа Донбасса, намотают себе это на ус.

Короче, вся буржуйская идеология и демагогия "свободы и чести" - это лицемерное оправдание произвола олигархов и чиновников, и в разоблачении её - опять-таки громадная заслуга проф. Скиннера. Историческому проклятью человечества - череде людоедских безумств правящих и имущих элит - он противопоставил гуманную и практически осуществимую альтернативу - построение методами бихевиористской социальной инженерии справедливого общества, которое он описал в романе "Уолден-два".

Чтобы показать, что радикальный бихевиоризм Скиннера - это экспериментальная наука, плюс научное мировоззрение, плюс технология, а не пустозвонная схоластика и идеология, я выкладываю ниже ссылки-линки на научно-популярные фильмы, которые нашел в Интернете. Они разные по длине и качеству, и я не занимался отбором лучших. Возможно, что-то полезное я не нашел. Все фильмы - на английском языке, которым должны владеть все интересующиеся радикальным бихевиоризмом, потому что на нём - практически вся научная литература по этой теме. Конечно, надо будет когда-нибудь заняться добавлением русского перевода в субтитрах (а почему бы не заняться этим Вам, дорогой читатель?)