РАТ-ВЕГ: В КАМЕРЕ ПЫТОК

Иллюстрация Ливиуса Дьюлаи (Liviusz Gyulai), из перевода на немецкий

Выкладываю мой перевод следующей, воистину жуткой истории из книги И. Рат-Вега "Aus der Geschichte der Dummheit" - изданного в 1985 году перевода на немецкий оригинала на венгерском, изданного в 1952 году. Эта история опять-таки отсутствует в опубликованном переводе на русский "Издательство: Феникс 1996 г." - https://royallib.com/read/ratveg_ishtvan/istoriya_chelovecheskoy_gluposti.html#20480  . Мой комментарий - в конце. Мои пояснения - (в скобках курсивом).

*   *  *

Иштван Рат-Вег:

"В КАМЕРЕ ПЫТОК

Судопроизводство достигло высочайшего уровня зверской жестокости в застенках. Согласно обычному уголовному кодексу, пытка с целью добиться признания могла быть применена только один раз. Но "Malleus Maleficarum - Молот ведьм" и в этом вопросе схитрил, давая указания инквизиторам, как обойти параграфы кодекса. Дескать, судья должен соблюдать закон и не повторять пытки. Однако закон никоим образом не запрещает прервать пытки вечером и продолжить их на следующий день. Это привело к случаю, который был уникальным даже в истории процессов над ведьмами: кровавые судьи в Нордлингене подвергли трактирщицу Марию Холль пыткам не менее пятидесяти шести раз подряд, причем пытки время от времени ужесточались. (Еще более поразителен почти невероятный героизм женщины, которую упырям в судейских мантиях не удалось сломить даже этими бесчеловечными пытками и пришлось освободить из-за отсутствия признания, но только после того, как этот скандал стал широко известен и муниципалитеты соседних городов выразили решительный протест против продолжения допросов с пытками.)

Применение орудий пыток для выбивания признаний - древнее изобретение человеческого разума, одинаково изобретательного как на добрые, так и на злые дела. Инквизиция еще больше усовершенствовала его. Стремясь объединить различные орудия и процедуры пыток в единую систему, средневековое судопроизводство санкционировало законом официальное оборудование застенков, предназначенных для истязания людей. Правила, имевшие силу в Германии, содержатся в своде законов кайзера Карла V, "Constitutio Criminalis Carolina", сокращенно называвшегося "Каролина". Два столетия спустя (в середине 18-го века) императрицей Марией-Терезией был издан (кодекс) "Терезиана", действовавший в наследственных владениях австрийских (Габсбургов), который не внес ничего существенно нового, а скорее лишь стандартизировал и регламентировал процедуры, применявшиеся в то время. Эта работа является источником надёжной информации о том, как происходили профессиональные, официально санкционированные истязания людей.

Изо всех ужасающих орудий пыток тиски для раздавливания пальцев были одним из самых "щадящих". Чтобы усилить мучения, палачу достаточно было лишь немного постучать по этому хитроумному устройству, и боли усиливались до невыносимого уровня. Иногда тиски для большого пальца затягивали так сильно, что жертве дробили кости или отрывали весь большой палец. Память об этом до сих пор сохранилась в нашем (немецком) языке в выражениях "jemandem auf die Finger klopfen - постучать кому-нибудь по пальцам" и "es läßt sich nichts aus ihm herauspressen - из него ничего не выдавить". (В русском языке есть подобное же выражение: "вызнать у кого-нибудь всю подноготную", то есть получить признания при помощи заколачивания иголок или гвоздиков под ногти).

Еще одним орудием пыток, также бывшим по устройству тисками, был испанский сапог. По описанию "Терезианы" он состоял из двух параллельных железных плит, между которыми зажимали ноги жертвы пыток и которые можно было стягивать по желанию с помощью винтов, в зависимости от того, сознавался узник или нет. Выражения "gespannte Aufmerksamkeit - напряженное внимание" и "hochgeschraubte Erwartung - взвинченные ожидания", скорее всего, имеют происхождение от испанского сапога.

Терезиана различает растяжную лестницу и дыбу. В первом случае подсудимого растягивали на наклонно стоящей приставной лестнице, обе его руки были привязаны к перекладине над головой, а ноги были привязаны к лебедке, с помощью которой его растягивали до тех пор, пока тело не напрягалось до такой степени, что могло разорваться. Тем временем особо тяжко обвиняемым прижигали подмышки и грудь пучком горящих сальных свечей. "Преисполненная милосердия" Терезиана запрещала прижигать сосцы, ведь как-никак, а Мария Терезия была женщиной. Дыба представляла собой канат, протянутый через прикрепленный к потолку блок, один конец которого был привязан к запястьям жертвы, которые были связаны за спиной, а другой - к лебедке. Вращая лебедку, жертву подтягивали так, что её ноги больше не касались пола, что, естественно, приводило к вывиху обеих рук. Если жертва упорно отрицала вину, ей к ногам подвешивали гири весом от 25 до 50 фунтов. Если ообвиняемый всё ещё не сознавался, то его несколько раз быстро подтягивали и так же внезапно давали снова упасть на пол.

Однако только официально разрешенные орудия пыток использовались отнюдь не везде. Судьи даже соревновались с палачами в изобретении новых, еще более эффективных методов и приспособлений. В 1622 году голландский проповедник Иоганнес Гревиус опубликовал книгу "Tribunal Reformatum", в которой засвидетельствовал, что пытки абсолютно противоречат законам природы и закону христианской любви и, более того, совершенно нецелесообразны, ложны и пагубны, потому что признаниям, добытым с помощью пыток, нельзя придавать никакой ценности, ведь на основании таких признаний часто пытали, осуждали и казнили самыми ужасными способами невиновных людей. "Пыток сейчас больше, чем органов в человеческом теле", - пишет Гревиус и добавляет: "Часто случается, что почти все они вместе применяются против одного человека".

Виды пыток, которые он перечисляет, ужасающи, но я не вижу причин молчать о людской жестокости и прикрывать позор насилия приукрашиваниями. Гревиус упоминает, помимо прочего, опаливание всего тела; заключение внутрь так называемого бронзового быка, которого предварительно раскалили докрасна; вливание большого количества мочи в рот обвиняемого; лишение сна; мучительство укусами пчел и ос уже подвергнутого пыткам тела; нанесение уксуса, соли и перца на открытые раны; вливание расплавленной серы в нос; облизывание козой ступней ног, намазанных рассолом.

Дальнейшие плоды благородного соревнования между судьями и палачами можно увидеть на примере процесса над ведьмами, который князь Эрих Брауншвейгский возбудил против своей жены Сидонии. Князь был по уши в долгах и пытался избежать угрожавшего ему разорения, перейдя в католицизм и принеся присягу на верность испанскому (!) королю Филиппу II. Одновременно он решил, что это - удобный случай избавиться от жены, которая ему надоела. Поэтому он обвинил ее в том, что она хочет убить его с помощью колдовства из мести за его вероотступничество. Княгиня вовремя сбежала к своему брату, курфюрсту Саксонскому, но четыре ее мнимых сообщницы подверглись пыткам под личным надзором князя. Все они были благородными дворянками, причём одна из них была в почтенном возрасте восьмидесяти девяти лет. Но тут (германский) кайзер высказал своё весомое слово, и почтенному князю (изменнику!) пришлось освободить свои жертвы. Когда они предстали перед следственной комиссией кайзера, её члены с ужасом увидели, что у всех жертв груди растерзаны, жилы выдраны, кости раздроблены и руки и ноги вывихнуты.

Суду пришлось прекратить процесс, после чего князь отправил к жене гонцов, которые высказали ей радостное удовлетворение (князя) блестящим доказательством ее невиновности.

Один протокол, записанный в Марбурге в 1672 году, с ужасающей наглядностью описывает муки от таких пыток. Некую фрау Липс заподозрили в колдовстве. У нее пытались вынудить признание вины следующим образом:

(Стенограмма:) "Затем ей снова зачитали приговор и потребовали говорить правду. Но она продолжала это отрицать, сама добровольно и охотно сняла с себя одежду, после чего палач привязал ее руки (к дыбе), поднял и снова опустил, а подсудимая в муках кричала: "Ох, больно! Ох, больно!" - её снова подняли, она громко кричала: "Ох, больно! Ох, больно! Господь небесный, помоги мне!" - Пальцы ее ног привязали веревками (к полу?), подняли ее (на дыбе), сказали, что это - кара, и выломали ей руки.

На нее надели "испанские сапоги", затянули тиски на правой ноге и потребовали сказать правду. Она на это ничего не ответила. - Тогда затянули тиски на и левой ноге. Она закричала, что ничего не знает и не ведает, клялась Страшным Судом, что ничего не ведает и всё тихо повторяла, что ничего не знает и ничего не ведает. - Левые тиски еще больше затянули, подсудимая в муках закричала: "Милосердный Господь Христос, приди мне на помощь!" и что она ничего не знает и не ведает, даже если её замучают до смерти. - Затем её подняли на дыбе, она притихла и потом сказала, что она не ведьма. - На правой ноге еще больше затянули тиски, после чего она сказала: "Ох, больно!" - Её убеждали сказать правду, но она продолжала говорить, что ничего не знает. - Её снова опустили на дыбе, тиски затянули снова, она закричала: "Ох, больно! Ох, больно!" - Снова затянули на правой ноге, она стихла и не хотела ничего отвечать, ещё больше затянули,она громко взвыла, снова замолчала и сказала, что ничего не знает, снова затянули, она закричала "Ох, больно! Ох, больно!" Но вскоре она совсем затихла и её снова опустили. Она оставалась совершенно неподвижной, и тиски открутили. - Ее многословно уговаривали, но она всё твердила, что ничего не знает и не ведает. - Тогда (тиски - испанские сапоги) переместили выше (не ногах) и затянули, она громко закричала, звала свою мать в могиле, чтобы она пришла ей на помощь, но вскоре опять затихла и не хотела говорить. - Затянули ещё сильнее, после чего она начала выть и кричать, что ничего не знает.

Затянули тиски на обеих ногах и постучали по ним, а она воззвала: "Мать моя дорогая в могиле, Иисусе, придите мне на помощь!" - Ей затянули (тиски) на левой ноге, она вскрикнула и сказала, что она не ведьма, что Бог это знает, что все о ней говорили неправду. Тиски на правой ноге завинтили потуже, она начала кричать, но тут же снова совсем замолкла. - Затем мастер (инквизитор?) убрал ее (из застенка), чтобы сбрить ей волосы на голове. - Потом он, мастер, приходит и сообщает, что нашел родинку (якобы примету ведьмы), в которую глубоко, до конца воткнул иглу, чего она не почувствовала и кровь не потекла.

После того, как ей сбрили волосы, ее снова связали веревками по рукам и ногам, снова подняли (на дыбу), потому что она жаловалась и говорила, что теперь ей придется выпрашивать хлеб милостыней, громко вопила и снова совершенно затихла, как будто бы уснула. - Потом она снова начала злобно говорить. - Тиски на правой ноге были снова затянуты, потому что она громко кричала, тиски на левой тоже были закручены, она снова закричала и сразу совсем затихла и ее рот закрылся. - Завинтили ей левую ногу, после чего она сказала, что ничего не знает, даже если её убьют. Сильнее завинтили на правой ноге, она завопила и наконец сказала, что ей сознаваться не в чем, пусть лучше положат ее на землю и забьют до смерти. Ей затянули левую ногу, постучали по винтам, завинтили сильнее, снова затянули и, наконец, снова полностью отпустили".

И после всех этих злодеяний эти люди спокойно разошлись по домам, к своим семьям, поиграли с детьми, поужинали, легли спать и спали сном праведников. Отважную фрау Липс в конце концов пришлось отпустить за отсутствием признаний.

Но теперь давайте немного поразмышляем. Как объяснить, что дьявол так позорно покидал своих приспешников и соучастников, что спокойно терпел их арест и заключение, их пытки и казнь на костре? А сами ведьмы, якобы умевшие проскользнуть через замочную скважину, чтобы губить людей, почему они не спасались бегством, когда их собственная жизнь была под угрозой?

Евангелие безумия охоты на ведьм, "Молот ведьм", и на это не теряется в поисках ответа. Он утверждает, что это объясняется тем, что власть сатаны уничтожается в тот самый момент, когда посланный арестовать инквизитор кладет руку на плечо ведьмы. С этого момента дьявол больше не может помогать своим сообщникам.

Нам не следует удивляться этой непоследовательности, этой абсурдности, нагло бросающей вызов любому рассудку. Разума не найти в "Молоте ведьм", от первой и до последней страницы этой самой безумной и зловредной изо всех книг."

*  *  *

Опять-таки говоря спокойно и рассудительно, надо сказать, что подобные зверства и мучительства продолжаются и поныне - как скрытно, но с явными политическими целями (западным империализмом), так и напоказ, причём с теми же целями, но прикрываемыми фиговым листком религиозного или националистического фанатизма (зверства туземных наёмников западного империализма - исламистских террористов и бандерофашистов).

Узник американских оккупантов в иракской тюрьме Абу-Граиб: пытка принуждением балансировать на ящике, еле-еле удерживая равновесие под угрозой электрошока.

Методы пыток у "цивилизованного" Запада стали изощреннее - чтобы не оставлять очевидных следов. Это - воздействие на болевые точки, особенно электрошоком, а также лишение сна и психологический нажим - гнуснейшими унижениями и угрозой подвергнуть таким же пыткам ближайших родственников.

Все эти преступления будут продолжаться, пока существует классовое общество, пока существует господствующий антинародный класс эксплуататоров и угнетателей - капиталисты, пока на всей Земле не победит социализм. Уже только поэтому беспримерно омерзительна и преступна измена советской партийно-КГБшной номенклатуры (горбачёв, ельцин & Co) делу социализма.

.

ОТРЫВКИ ИЗ КНИГИ В. САРЖЕНТА "БИТВА ЗА РАЗУМ"-3

"Эмоциональная разрядка - пивом или вином - и дикие ритмичные пляски также были частью древних обрядов культа Диониса; но у греков было свое слово для этого - катарсис или «очищение». Представьте себе, скольким людям, страдающим неврозами заторможенности, помогали внезапные неспецифические эмоциональные встряски. Одни исцелялись от истерической слепоты внезапным громким раскатом грома; а у других восстанавливалась способность пользоваться ногами после сильного эмоционального испуга, вызванного внезапным ударом по голове.

Когда стимулирование мозга* превышало пределы его способности выдерживать действие стресса, в конечном итоге следовало защитное торможение. Когда оно наступало, то могло происходить не только подавление внедрённых (implanted - ?!?!) ранее в мозг шаблонов поведения, но и бывшие ранее положительными условные рефлексы могли стать отрицательными, и наоборот. Подобным образом, применение слишком возбуждающих или слишком частых раздражений мозга может иногда заставлять одних людей, ставших жертвой этого, менять свои прежние шаблоны поведения на противоположные. А другие такие люди, вероятно, станут более внушаемыми, воспринимая все, что им говорят, даже бессмыслицу, как неопровержимую истину.

После ряда особенно серьезных эмоциональных встрясок у пациента иногда «клинит башку» в отношении взглядов на религию или политику или в его отношении к семье и друзьям; или это отношение может нарушаться и изменяться со страшной быстротой. У многих внушаемость может быть усилена, по крайней мере временно, многократной эмоциональной встряской. Пациента можно довести до того, что он будет принимать на веру различные прямые утверждения психотерапевта, которые ему никогда бы не смогли впарить в мозги адвокат, священник или семейный врач, когда он пребывал в более спокойном состоянии ума.

Окружающие считают человека «обыкновенным» или «нормальным» просто потому, что он перенял большинство их социальных стереотипов и шаблонов поведения; в сущности это означает, что он восприимчив к внушению и ему внушили единомыслие с большинством и в повседневных, и в чрезвычайных ситуациях. Людей, придерживающихся неординарных мнений, даже если после их смерти они будут признаны истинами, при жизни часто называют «сумасшедшими» или, по меньшей мере, «эксцентричными». Но именно то, что они могут придерживаться более прогрессивных или реакционных взглядов, неприемлемых для окружающих в целом, показывает, что они гораздо менее внушаемы, чем их «нормальные» современники.

Если бы обычный человеческий мозг (?!?!) не обладал особой способностью адаптироваться к постоянно изменяющейся окружающей среде - приобретать постоянно меняющиеся условные рефлексы и шаблоны реакций и временно подчиняться, когда дальнейшее сопротивление кажется бесполезным (?!?!), - человечество никогда бы не выжило, чтобы стать доминирующим видом млекопитающих.** Примечательно, что цирковые гипнотизеры, чтобы продемонстрировать свои способности внушения, обычно выбирают из публики самых заурядных желающих. Сильный и хорошо сложенный молодой солдат или беззаботный спортсмен, вероятно, окажутся легкими объектами. С другой стороны, гипнотизеры стараются игнорировать настороженных и беспокойных невротиков. Более высокая частота истерических явлений среди обычных людей под действием острого стресса, вызванного войной, по сравнению с таковой среди людей того же типа, уже в мирное время подвергавшихся значительному стрессу, или среди хронически беспокойных и невротических людей в мирное или военное время, является еще одним свидетельством (если оно вообще необходимо) того, о чем мы говорили, а именно, что среди наиболее лёгких жертв промывки мозгов или религиозного охмурёжа оказываются здоровые простаки- экстраверты.

Для этого субъекта надо напугать, рассердить, расстроить или эмоционально встревожить тем или иным образом, потому что все такие реакции могут вызвать изменения в функции мозга (?!?!), которые могут повысить его внушаемость или, возможно, побудить его отказаться от привычных условных рефлексов. Ненормальное состояние, которое свидетельствует о парадоксальной или ультра-парадоксальной активности мозга, вскоре исчезает. Пациент снова начинает проявлять нормальную агрессивность по отношению к миру, а не против самого себя, перестает ощущать ответственность за всё, что не удалось, и может даже сердито возражать лечащему врачу. В этот момент он снова становится поддающимся обычным формам внушения и психотерапии. Когда разум снова освобождается от смирительной рубашки торможения, бредовые идеи вины и неизбежной катастрофы рассеиваются и блекнут.

Политическая промывка мозгов подобным же образом наставляет на новый путь к спасению после того, как страх, гнев и другие сильные эмоции были возбуждены как средство разрушения старых буржуазных (?!) стереотипов мышления. Если коммунистическое (?!) евангелие будет воспринято, то любовь также может сменить страх; но отступников-уклонистов ждут суровые наказания, если они вернутся к старому. Как и следовало ожидать, экспериментальные данные Павлова на собаках и опыт лечения военных неврозов указывают на то, что и проповеди Уэсли (Wesley) в результате их чрезмерной эмоциональности, будь то положительной или отрицательной, тоже имели результатом заметно увеличенную вероятность обращения людей (в секту методистов):

(...)

В судебных процессах обвиняемых в колдовстве большое значение придавалось получению их собственных признаний как доказательств вины, даже если при этом применялись пытки. Сохранилось письмо, повествующее, что подозреваемые выдумывали улики против себя, как и в судебных процессах по делу об измене за "железным занавесом" во времена сталинщины. 24 июля 1528 года бургомистр Иоганнес Юниус написал его и тайно переправил своей дочери из тюрьмы для колдунов в Бамберге:

"Сотни тысяч раз желаю тебе спокойной ночи, моя горячо любимая дочь Вероника. Неповинным я попал в тюрьму, неповинным меня пытали, неповинным мне придётся умереть. Ибо тот, кто попадает в тюрьму для ведьм, должен быть ведьмой или подвергаться пыткам, пока он не выдумает это сам или - храни его бог - ему чего-нибудь не припомнят. Я расскажу, что они творили со мной... палач... зажал мне пальцы в тиски, так что кровь текла по ногтям и отовсюду, и в течение четырех недель я не мог пользоваться своими руками, как ты можешь видеть по моему почерку... После этого они сначала раздели меня, связали мне руки за спиной и подвесили меня на дыбе. Тогда я почувствовал, что Небу и Земле пришел конец; восемь раз они подтягивали меня и снова роняли, так что я страдал от ужасной агонии. Палач сказал: "Господин бургомистр, я умоляю вас, ради бога, признайтесь в чем-то, будь то правда или нет, потому что вы не сможете вынести пыток, которым вас ещё подвергнут, и даже если вы выдержите их все, вы не избежите казни".

Бургомистр Юниус попросил день на то, чтобы подумать еще раз, придумал историю о шабаше ведьм и, под угрозой дальнейших пыток, назвал как присутствовавших там разных людей; он также признался и в других преступлениях.

В письме далее говорится: "Дорогое дитя, вот тебе мое признание, за которое мне придется умереть. Это всё сплошная ложь и выдумки, да поможет мне бог. Все это я был вынужден сказать из-за страха перед пытками, которыми мне угрожали сверх того, что я уже перенес. Ибо они никогда не прекращают пытки, пока кто-то в чем-то не признается; каким бы хорошим он ни был, он должен быть колдуном. Никому этого не избежать..." На полях своего письма бургомистр также написал: "Дорогое дитя, сразу шесть человек дали показания против меня: канцлер, его сын ... всё ложь, всё по принуждению, как они сами мне рассказали, и просили у меня прощения ради бога, прежде чем были казнены".

Мы уже описали некоторые методы, используемые в ряде стран для создания состояния повышенной внушаемости у заключенных, которые подвергаются перекрестному допросу. В России*** заключенного обычно лишали нормального сна; его допрашивали ночью и не давали уснуть днем. Яркий свет, постоянно горящий в его камере, и приказ, согласно которому он должен держать руки и лицо над одеялом, если он приляжет, теоретически были мерами предосторожности против попытки побега или самоубийства, но в действительности это было придумано, чтобы не дать ему отдохнуть сном в тепле и темноте. Стыпулковски (Stypulkowski) так описывает путь в комнату допросов:

"Сам путь был зловещим. Все способствовало этому: руки, заложенные за спину, темные пустые коридоры, проволочная сетка в пролёте лестницы, угрюмое поведение молчащего конвоира, ритм его движений и щёлканья языком. Это распаляло воображение относительно того, что со мной произойдет через несколько минут. Куда они меня вели и зачем?

Инсценировка играла важную роль в методах дознания, которые были применены ко мне. Всё оставалось намёками до последнего дня, хотя после многих хождений такого рода я уже знал, как хорошо объезженная лошадь, где мне придется отвернуться лицом к стене и схватят ли меня конвоиры за правую или левую руку."

Прошлая жизнь заключенного также рассматривается во всех мельчайших подробностях, чтобы выявить любой конкретный инцидент, который для него особенно болезнен. Обнаружив больное место, допрашивающие действуют в духе совета Финни (Finney) и продолжают копаться в любом случае, который «животрепещет» в сознании заключенного. Между тем заключенный худеет, становится физически изможденным и с каждым часом нервничает все больше и больше. Его мысли путаются; попытки вспомнить, что он сказал на предыдущих допросах и, таким образом, связать показания в единое целое, становится все труднее. Иногда его заставляют заполнять длинные анкеты, цель которых состоит в том, чтобы еще больше утомить его, а не получить какую-либо новую ценную информацию.

Когда его память о своих ответах в предыдущих анкетах начинает отказывать, то трудность придерживаться одной и той же линии показаний тревожит его всё больше и больше. Наконец, если какая-нибудь случайность не вызовет преждевременного окончания допросов, его мозг (?!?!) становится слишком дезорганизованым, чтобы реагировать нормально; он может стать запредельно заторможенным, уязвимым для внушений; могут наступить парадоксальная и ультра-парадоксальная фазы, и подследственный в конце концов безоговорочно капитулирует.

(...)

Для того, чтобы вызвать ненормальные состояния активности мозга, могут быть использованы многие другие виды стресса. Сидящего на стуле человека можно заставлять бесконечно удерживаться от мочеиспускания; или во время долгих допросов ему в глаза могут светить яркой лампой. Вот что написал арестованный западноберлинский журналист, которого в восточногерманской тюрьме принуждали сознаться следующим образом:

"Пытки заключались в том, что ему не давали спать в течение десяти дней. Днем спать запрещали. Ночью, когда он лежал в камере под ярким электрическим светом, его будили каждые пятнадцать минут. Через пятнадцать минут после "отбоя'' его будили стуком в дверь камеры, ещё через пятнадцать минут раздавался пронзительный свист, а затем электрический свет был подключен к автоматическому устройству, чередующему тусклый красный свет с ярким белым светом от мощной лампы... Это повторялось ночь за ночью в течение десяти ночей, пока [он] не потерял сознание с приступами дрожи и галлюцинациями.

После этого процесса размягчения его сочли годным для допросов, который проводили почти каждую ночь в течение шести-семи часов сперва в течение трех месяцев и потом еще двух месяцев. Допрос длился бесконечно долго, потому что следователь преднамеренно записывал противоположное тому, что сказал заключенный, а затем начинал обстоятельно заносить новые и исправленные показания.

Все эти методы утомляют и истощают мозг и, таким образом, ускоряют наступление защитного торможения мозга и, следовательно, внушаемости ему одного и того же обвинения, непрерывно, час за часом, повторяемого следователем. Еще одно средство привести заключенного в ненормальное состояние, особенно того, кто ранее был авторитетным или влиятельным человеком, состоит в том, чтобы заставить его носить старую и плохо сидящую тюремную одежду с брюками, которые он должен поддерживать собственными руками, и оставлять его небритым - под предлогом того, что в его одежде могут быть спрятаны деньги или яд, и что он может попытаться покончить жизнь самоубийством с помощью ремня или подтяжек. Потом к нему обращаются не по имени, а по номеру камеры, и заставляют обращаться к тюремщикам всякий раз только с их полным чином и должностью. Такая внезапная социальная деградация может оказаться наиболее эффективной.

Для флегматичных и стойких людей придумано множество дополнительных методов стресса, которые могут оставаться в рамках закона против применения пыток или физического насилия. Один из них - это сперва одиночное заключение на ранних стадиях дознания; а затем, когда у заключенного появляются признаки ненормальности, но он все еще недостаточно внушаем, чтобы признаться в том, что от него требуют, его помещают в камеру с двумя или тремя другими заключенными. Это - «подсадные утки», осведомители, которым даны инструкции симпатизировать ему, сочувствовать ему с его проблемами и по возможности внушить ему сознаться в преступлении, понести наказание и покончить с этим делом. Подсадные утки - это обычно заключенные, которые сломались в результате такого же обращения и искренне убеждены в необходимости «сотрудничества» со следствием. Влияние, которое они оказывают - это влияние прирученного слона на только что пойманного; дрессированной цирковой собаки на отловленную одичавшую; безоговорочно правоверного на человека, все еще сопротивляющегося религиозному охмурежу.

Кроме того, существует старая хитрость, столь же старая, как и испанская инквизиция, - предъявить стойкому заключенному реальное или мнимое признание некоего сообщника, обвиняемого в том же преступлении. «Теперь нам всё ясно; вам и самому лучше бы чистосердечно сознаться». Его мягко упрекают, что преданность друзьям и семье - это ошибка, и уверяют, что даже если его признание больше не требуется, поскольку его вина уже доказана показаниями других обвиняемых, для него же самого будет лучше, если он официально признается. Это обеспечит ему более мягкий приговор и ускорит его возвращение как уважаемого и уважающего себя члена общества. Как и в случае религиозного обращения, сила этого метода заключается в указании пути, которым якобы можно избежать адских мук и в будущем получить спасение.

Вайсберг (Weissberg) повествует о менее изощренных средствах, использовавшихся в России во время сталинского террора для получения покаянных показаний:

"Он (Шалит) ненавидел заключенных, потому что они сопротивлялись ему и не были готовы сразу сознаться в том, что он требовал от них... Он был способен выкрикивать один и тот же вопрос шесть часов подряд без малейших изменений и без признаков усталости... Он повторял один и тот же вопрос тем же громким голосом и с одними и теми же жестами сотни - нет, я думаю, даже тысячи раз... Я часто спрашивал себя, был ли Шалит круглым идиотом. Неужели он не мог придумать, как сказать что-то по-другому?... Но постепенно я пришел к выводу, что он вовсе не дурак... Все, что он мог сделать, это стараться утомить своих последственных физически, и он использовал именно эту технику с железной логикой и большей решимостью, чем любой другой следователь, которого я когда-либо встречал. С точки зрения ГПУ он действовал правильно.

(...)

Этот Шалит был частью так называемой «системы конвейер», «бесконечной движущейся ленты», на которой обвиняемого «держали под непрерывным допросом днем и ночью, пока он не сломается». Поскольку следователи регулярно сменялись, это могло продолжаться бесконечно... Некоторые заключенные выдерживали даже пытки, однако мне известен лишь один человек, который сумел выстоять против «конвейера». Он так описывает чувства, которые испытывает тот, кто подвергается этому испытанию:

«Я смогу продержаться еще одну ночь, и еще одну, и потом еще одну ночь», - мог думать он. Но что дальше? Какой мне смысл? В их распоряжении - все время на свете. В какой-то момент я буду сломлен физически».

Вайсберг описывает более поздние стадии «конвейера», который он испытал на себе:

«Мои глаза превратились в два полных боли шара в голове, которая, казалось, вот-вот расколется, но железная рука все сильнее и сильнее сжимала ее. Четыре часа подряд Шалит повторял свой любимый вопрос... Когда Вайсбанд сменил его в восемь часов утра, я был почти без сознания... До девяти часов меня не отводили на завтрак. Туалет, умывание и еда - всё это я должен был успеть сделать за десять минут. Потом меня вернули на «конвейер».

Вайсберг сообщает, что спустя более чем сто сорок часов допросов:

«Красные круги вертелись у меня перед глазами, и мой мозг больше не работал. Комната поплыла. Боль была сильнее, чем когда-либо прежде, и, казалось, распространилась по всему моему телу... Но мне удалось продержаться до того, как вечером Вайсбанда не сменил Шалит».

Наконец он вспоминает:

«Была полночь седьмого дня моего «конвейера». Я сопротивлялся, пока не упал в обморок, но тогда меня побили. Мне не оставалось ничего другого, кроме как капитулировать и «признаться».

Однако позже Вайсберг отказался от этого признания, и ему пришлось опять попасть на «конвейер», пока он не сделал еще одно признание, тоже отозванное впоследствии.

При любом признаке слабости или беспамятства следователь может выйти из своей роли обвинителя и притвориться другом заключенного, сочувственно советуя ему признаться. Как один следователь сказал Стыпулковскому:

«Мне вас жалко. Я вижу, как вы устали. Я рад сообщить вам от имени властей, что Советское правительство не желает, чтобы вы лишились жизни или провели тридцать лет, гния в каком-нибудь концлагере в Сибири. Напротив, Советское правительство хочет, чтобы вы жили и работали свободным человеком».

Затем следователь выступал в традиционной роли религиозного проповедника:

«Сегодня вы должны решить, какой путь выберете на будущее. Вы могли бы стать министром, одним из руководителей нового общественного строя и работать на свою страну; а альтернатива - надеяться на защиту англосаксов, гнить в тюрьме и ждать конца».

Стыпулковски так отдает должное убедительности этого призыва: «На рассвете я должен был отразить и эту атаку, сильнейшую до сих пор».

Последняя мрачная стадия, когда заключенный сломлен и безоговорочно капитулирует, описана чрезвычайно хорошо: Вспоминая всё, что требовалось сделать, он спешит изложить это следователю, но путает реальные факты с тем, что ему было внушено позже. В своем стремлении признаться во всем он говорит о том, чего никогда не было, повторяет сплетни, которые когда-то слышал. А следователю и этого все еще недостаточно, поэтому заключенный пытается вспомнить что-то ещё - просто чтобы окончательно доказать, что он не намерен что-либо скрывать.

Заключенный по-прежнему полагается на свой интеллект, свои критические способности и свой характер, чтобы управлять собой и ограничивать свои показания констатацией безобидных фактов. Но в этом он ошибается. Он не осознает, что за несколько недель допросов его способности уменьшились, его способность рассуждать стала извращенной... он стал совсем другим человеком.

П. Бек и В. Годин, чья книга «Русские чистки - Russian Purge» также основана на их личном опыте допросов и тюремного заключения во время советских чисток 1936–1939 годов, подчеркивают, что если однажды подозреваемый решил «признаться», то:

«Метод допроса, который сотрудники НКВД гордо называют методом Ежова, заключался в том, чтобы сделать основной задачей арестованного создание всего обвинительного материала против самого себя... Гротескным результатом этого было то, что обвиняемые напрягали все силы, чтобы убедить своих следователей-судей в том, что их выдуманные «легенды» правдивы и представляют собой самые серьезные из возможных преступлений... Если они были бы отвергнуты, то это означало бы продолжение допросов до тех пор, пока «легенда» не будет изменена или заменена новой, связанной с достаточно серьезным политическим преступлением».

Как и при допросах ведьм и некритическом использовании некоторых психотерапевтических техник, полученные признания «порой отличались высокой степенью творческого воображения». Сообщали, например, о работнике фабрики учебных материалов, который «утверждал, что принадлежит к организации, целью которой было создание искусственных вулканов, чтобы взорвать весь Советский Союз».

Эх, вот бы машиной времени переместить из 1989-го Мишку-меченого, Бориску-алкаша, Гайдара, Чубайса, Иудушку Капутина и т.п. мразь в 1937-й, а оттуда - Троцкого и всех настоящих большевиков в 1989-й! Одного боюсь: что истинные предатели - горбачев, ельцин и путин - снюхались бы в 1937-м с кровавым подонком сталиным и совместно с ним сдали СССР Западу уже в 1941-м...

(...)

Я повторяю, что таким признаниям может поверить даже следователь, который слишком эмоционально увлечен и устал от их добывания. Стыпулковски также описывает изменения физического самочувствия, которые были преднамеренно вызваны, чтобы приблизить момент, когда он будет окончательно сломлен:

«Я полностью осознал это лишь тогда, когда столкнулся с [одним из] моих друзей в конце [двух месяцев] допросов... Я с трудом узнал его. Его глаза были беспокойными и безумными, глубоко запавшими в череп. Его кожа была желтой, морщинистой и покрытой испариной. Лицо этого скелета было в прыщах. Его тело непрерывно тряслось... Его голос был неуверенным и заикающимся от спазм: «Вы немного изменились», - сказал я... «Вы тоже», - ответил он, пытаясь улыбнуться. Себя-то я не видел без зеркала».

Одним из наиболее ужасных последствий этих безжалостных допросов, описанных жертвами, является то, что у них внезапно появляется симпатия к следователю, который так жестоко обращался с ними - грозное предупреждение о том, что уже могла наступить парадоксальная или ультра-парадоксальная фаза аномальной активности мозга, что они близки к критической точке и скоро «признаются». Ведь чем более стоек мнимый преступник, тем более длительным может быть результат промывки мозгов после того, как его окончательно сломят и заставят признаться: иногда ему придется пожертвовать многими годами своей дальнейшей жизни, чтобы психически выздороветь после такого изнасилования." (Конец перевода)

----

* Обратите внимание на это настырное повторение во всём тексте слóва "мозг", когда речь на самом-то деле идёт о поведении! Эта подмена слов не только искажает смысл, но и придаёт спекулятивному "учению Павлова об условных рефлексах" ложную видимость естественной науки, фальшивую претензию "знания" о том, что происходит в самом мозгу. А ведь это до сих пор никто не знает, в том числе всяческие шарлатаны-"трансгуманисты" вроде пустобрёха Курцвейля (Kurzweil).

Именно поэтому проф. Скиннер протестовал не только против вздорных фантазий менталистов-когнитивистов, но и против претензий натурфилософии Павлова и его эпигонов - "Высших Нервных Деятелей" - "объяснять" поведение недоказанными домыслами о "мозге", "условных рефлексах", "торможении", "нервной системе" и т.п., когда на самом-то деле и тогда, и теперь единственным объектом исследований поведения, доступным объективному наблюдению и экспериментированию, было и остаётся лишь само поведение.

** Я уже отмечал (например, в примечании (**) ко второй части этого текста, что если оперантная теория поведения, созданная отцом радикального бихевиоризма проф. Б.Ф. Скиннером, объективно описывает нормальное, здоровое поведение человека и животных, то "теория условных рефлексов" и прочая ахинея Павлова, именуемая в России "физиологией Высшей Нервной Деятельности", описывает явную, преднамеренно созданную патологию. Нельзя считать состояние стресса, шока и обморока "нормальным". Это подобно тому, как какой-нибудь горе-водитель восхищался бы тем, что мотор его автомобиля работает с перебоями и поминутно глохнет, вместо того, чтобы его отремонтировать. Мол, "как парадоксально и ультра-парадоксально запредельное торможение мотора!"

Поэтому вся белиберда об "условных рефлексах" и "запредельном торможении" не имеет ни малейшей научной ценности с точки зрения эволюции - ведь эволюция вида отбирает в нем как раз здоровые организмы, эффективно сопротивляющиеся губительным воздействиям (включая садистские "эксперименты" Павлова и его шайки мучителей собак), выбраковывая легко подверженные болезням, истощению и "нервным срывам" организмы. В природе не бывает ситуаций, когда можно и нужно "временно подчиняться, когда дальнейшее сопротивление кажется бесполезным". Волки и прочие хищники вовсе не "временно" съедают больных, ослабевших и просто отбившихся от стада овец.

*** Напоминаю, что эта книга была издана на Западе в самый разгар Холодной войны против СССР - в 1957году, уже после того, как Н.С. Хрущев разоблачил преступления и культ личности сталина-Джугашвили. Поэтому в книге важно описание садистских методов психологического террора назависимо от того, когда и где они применяются - в застенках антикоммунистической деспотии сталина, или в Абу Граибе, Гуантанамо и прочих пыточных центрах американского империализма, или в нынешней, продолжающейся уже второй год "операции ковид-19" сатанистской глобалистской закулисы миллиардеров с целью массового истребления человечества генно-токсичными "прививками от ковид" и полного порабощения всех уцелевших. (Примечания behaviorist-socialist)

-

ОТДЕЛЯЕМ МУХ ОТ КОТЛЕТ, А ИМЕННО:

ШИЗУ ШАРЛАТАНА ДУНКАНА
ОТ
РЕАЛЬНОЙ ПРАКТИКИ ПЫТОК ЦРУ И ВОЕНЩИНЫ США

Приношу извинения за предыдущую публикацию (в двух частях). Я наспех перевёл текст, взяв его из обычно достоверного источника - globalresearch.ca, но из-за недостатка времени так и не заглянул на сайт самого Дункана.

В субботу я наверстал упущенное, и картина стала для меня ясной. У Дункана - воистину потрясающая смесь фактов и самого дикого фантазирования. Стоило мне лишь пробежать глазами первые строчки его "шедевра", озаглавленного "THE MATRIX Deciphered. Psychic Warfare – The Top Secret Mind Interfacing Technology" - "Расшифровка МАТРИКСА. Психическое Оружие - Сверхсекретная Технология Интерфейса с Сознанием":

--

или взглянуть на рекламируемый на его сайте "шедевр" других гениев-единомышленников:

--

к которому они вполне закономерно - "рыбак рыбака видит издалека" - хотят, чтобы предисловие написал известный шарлатан Курцвейль или автор шарлатанской "трансформационной лингвистики" Хомский-Чомский,

как мне стало ясно, что это за гусь, этот Дункан. А ведь было у меня неприятное чувство фальши, когда я переводил его когнитивистские рассусоливания...

Но слово - не птица, вылетит - не поймаешь. Эта публикация так и останется на моём сайте, как напоминание мне самому, сколь прав был Ленин, когда говорил: "Доверие хорошо, а контроль - ещё лучше".

Меня побудила сделать этот перевод (который, конечно не стоил того, чтобы я два вечера кряду допоздна его делал и в результате не высыпáлся), разумеется, не погоня за сенсацией, а тот факт, что ополченцы Новороссии и мирное население Новороссии в большинстве не подготовлены к зверским пыткам, которые ждут их в застенках СБУ и "Правого сектора", не просвещены о психологии пыток и об оптимальной линии поведения под пытками. Я искал в "сети", но так и не нашёл никакого дельного руководства, готовящего людей к такой тяжелой и опасной ситуации. Пожалуйста, кто найдёт - дайте знать!

Конечно, все фотографии, которые я выложил как илюстрации - документальные, не выдумка. Также не выдумка - переписанные Дунканом из "Доклада Сенату" сведения о пытках, особенно о "физических". И ещё тот факт, что у человека, которого мучали лишением сна, начинаются галлюцинации, и ему можно внушить в этом мучительном состоянии умопомраченного "бодрствования" всё, что угодно. Так что для насильственной манипуляции поведения вовсе не нужно никаких фантастических "интерфейсов с сознанием".

Что выдумка - так это все утверждения Дункана, которые можно озаглавить одним старым словом: "телепатия". Разумеется, известен эффект Фрея (воздействие микроволнового излучения на органы слуха, которое при соответствующей модуляции звуковыми частотами имитирует "телепатию". Об этом можно прочесть в "Википедии", статьи "Microwave auditory effect" и "Electrophonic hearing". Всё остальное у Дункана (и его единомышленников) на эту тему "интерфейса с сознанием" куда менее интересно и правдоподобно, чем замечательный старый фантастический роман Александра Беляева "Властелин мира".

Итак, ещё раз извиняюсь перед теми, кого неумышленно ввёл в заблуждение. Чудес в науке не бывает. Обещаю, что когда будет больше времени, то возьмусь за перевод замечательной книги Мартина Гарднера "Заблуждения и шарлатанство под маской науки" - Martin Gardner, "Fads and Fallacies in the Name of Science". Владеющим английским языком очень советую её прочесть. Ну а теперь, тяжко вздохнув и выпив чаю, продолжу перевод книги проф. Скиннера.

Д-Р ДУНКАН: МЕТОДЫ ПЫТОК И ДОПРОСОВ ПИНДОССКОГО ГЕСТАПО - 1

Выкладываю мой перевод на русский статьи "Neuropsychological and Electronic "No-Touch Torture". The Spectrum of "Interrogation" and Torture Techniques Used by the US" - "Нейропсихологические и электронные "пытки без следов физического насилия". Спектр методов "допроса" и пыток, применяемых США и их союзниками".

Автор: Robert Duncan, A.B., S.M., M.B.A., Ph.D.

 Источник: http://www.globalresearch.ca/neuropsychological-and-electronic-no-touch-torture-the-spectrum-of-interrogation-and-torture-techniques-used-by-the-us-and-its-allies/5454124

Сайт автора: http://www.drrobertduncan.com/ .

Разумеется, автор озабочен лишь тем, что жертвами пыток становятся его соотечественники-американцы. О злодеяниях империализма США против остального мира, в частности против нас, автор вообще не считает нужным беспокоиться. Дорогие читатели, намотайте себе этот многозначительный факт на ус!

А в целом я уверен, что эта статья может оказаться полезной тем, кто рискует попасть в лапы бандерофашистских палачей и в перспективе - самих садистов-пиндосов. Противостоять пыткам можно лишь будучи подготовленным к ним, то есть заранее зная, чего можно ожидать от этих ублюдков.

Кроме того, убедительно прошу всех, занимающихся расследованием и регистрацией пыток и прочих запрещённых международными соглашениями "методов", применяемых кровавыми псами киевской олигархофашистской хунты против народа Новороссии и его защитников, внимательно прочесть этот текст и активно содействовать распространению знаний о применяемых пытках.

Даже мне ясно, что большая часть пыток и прочих зверств СБУ и бандерофашистов, направленных против их жертв, входит в стандартный репертуар пыток пиндосского гестапо, который оно, это проклятое пиндосское гестапо, применяет по всему свету - в Латинской Америке, на Ближнем Востоке и в Африке.

Особо "прославились" зверствами такие застенки пиндосского гестапо, как незаконно удерживаемая территория Кубы - пиндосская военная база Гуантанамо, тюрьма "Абу-Граиб" в Ираке и военная база Баграм в Афганистане.

Поступали сообщения о создании пыточных застенков пиндосского гестапо в таких европейских странах, как Польша, Литва, Болгария, Румыния и оккупированная албанской фашистской мафией часть Сербии - Косово и Метохия.

В тексте упоминаются методы пыток, механизм действия которых даже мне, биологу по образованию, непонятен. В этих случаях я перевожу термин как могу (возможно, в "закрытой" литературе принят другой перевод) и рядом в скобках даю соответствующий оригинальный текст на английском. В переводе также сохранена модная ныне когнитивистская терминология (которую я ставлю в "кавычки") без перевода её на научный язык бихевиоризма. Кроме того, встречаются термины, применение которых трудно представить себе в этом контексте, например слово "кибернетический". Вообще, кибернетика - это теория автоматического управления, по большей части основанная на принципе обратной связи. Такие случаи я условно принял за "кодовые слова", истинное значение которых надеюсь со временем выяснить.

В целом можно констатировать, что пиндосская технология пыток - это результат обширных целенаправленных опытных исследований, причём очевидно, что подопытными служили жертвы пиндосского гестапо, что уже само по себе является преступлением против человечности и служит основанием учредить против правящей клики Пиндосии (секретных служб и военно-промышленного комплекса) трибунал вроде Нюрнбергского, так как налицо преступления против человечности.

Относительно Новороссии надо подчеркнуть, что очень велика вероятность в "инструировании" поганых палачей-садистов СБУ и "правосеков" профессионалами - мастерами заплечных дел из США и Канады, предположительно бандерофашистского эмигрантского происхождения. Уже одно широкое применение СБУ и "правым сектором" "waterboarding" - пытки утоплением, когда лицо положенной навзничь жертвы непрерывно поливают водой - является достаточной уликой пиндосского соучастия или инструктажа.

-01

Пытка утоплением

Самое страшное тут не столько сами факты зверств, сколько то, что пиндосское гестапо укореняется там, куда его впускают, очень крепко, и плодит "отечественных" палачей и террористические "эскадроны смерти", которые служат интересам не своей страны (например, той же Украины), а интересам империализма США. Устроенные проклятой Пиндосией фашистские перевороты в таких странах, как Чили, Аргентина, Уругвай, Колумбия, Никарагуа, Гондурас, Гаити и Панама, с последующим массовым террором фашистских "эскадронов смерти" против мирного населения не должны повториться на территории нашей общей (к несчастью погибшей) Родины - Советского Союза.

Поэтому любой человек доброй воли, помнящий, как мы жили все вместе в Советском Союзе без межнациональной розни и дискриминации, и независимо от того, считает ли он себя русским, украинцем или кем-то ещё, имеет моральный долг в случае контактов с лицами, которых можно обоснованно подозревать в том, что они - пиндосские палачи-инструкторы (говорят лишь по-английски или плюс ещё на галицийском наречии, но не по-русски) сделать всё возможное, чтобы привлечь их к ответу за их преступления, выдав их представителям соответствующих государственных органов России.

СМЕРТЬ КИЕВСКОЙ ОЛИГАРХОФАШИСТСКОЙ ХУНТЕ!

СМЕРТЬ ПИНДОССКОМУ ДЕРЬМОКРАТИЧЕСКОМУ ФАШИЗМУ!

СМЕРТЬ ВСЕМ ФАШИСТСКИМ ВЫРОДКАМ ВО ВСЕМ МИРЕ!

*  *  *

Доктор Роберт Дункан:

"Резюме доклада: Нейропсихологические и электронные методы пыток, не оставляющие следов физического насилия - The Executive Summary: Neuropsychological and Electronic No-Touch Torture Report. Сделано на основе документов: "The Torture Memos" - "Докладные записки о пытках" и рассекреченный "Доклад о пытках" Комитета Сената США по разведывательной деятельности - Senate Intelligence Committee’s Declassified “Torture Report”.

-02

Пытка принудительной стрессовой позой (жертва балансирует на непрочной картонной коробке) под страхом электрошока

Пытки - это ужасающая тема, и большинство людей просто отворачиваются от неё, потому что просто непостижимо, как можно мотивировать людей на истязания других людей, при этом ещё и применяя компьютерные программы, нацеленные на максимальную эффективность пыток. Именно тогда, когда мы уверовали, что становимся все более цивилизованными, как культура в целом, в технологии пыток произошел более чем стократный "прогресс" - именно за последние десятилетия.

Это краткое резюме должно подействовать на выродков и чудовищ, занимающихся психологией пыток. Тех, кто как Дик Чейни, который усердствовал в деле разрешения применения пыток определенными администрациями и учреждениями правительства США, хотя доказано, что они являются уголовным преступлением в соответствии с законодательством США, международными договорами и (принципами) Международного уголовного суда (International Criminal Court). В этом заговоре и попытках скрыть его участвует много людей, включая генерала Хайдена (General Hayden).

Полный доклад раскрывает весь спектр методов допроса и пыток, используемых США и их союзниками. Правительство Соединенных Штатов, конечно, будет официально отрицать факты этого доклада о "пытках без следов физического насилия" - ("no-touch torture report"), но со временем они получат подтверждение.

Технологии, используемые для этого, до сих пор классифицируются как государственная тайна и поэтому не будут обсуждаться в этом резюме. Информация об этих методах пыток просочилась благодаря тысячам американских граждан, которые испытали на себе программу пыток без следов физического насилия, но выжили. Исследования и свидетельские показания накапливались с 2002 года и используются лишь в качестве примеров, а имена жертв не сообщаются.

В этом резюме для описания методов пыток не будет использоваться лицемерная, вводящая в заблуждение терминология, как например "усиленный допрос" - (enhanced interrogation).

Итак, зачем пытки? - ЦРУ утверждает, что они действуют. Предполагается, что они действуют, извлекая практически полезную информацию. Но пытки часто используется для мести, наказания, устрашения и манипуляции поведения. С другой стороны, пытки используется для уничтожения связного мышления, чтобы запутать жертву для того, чтобы она выдала желаемую информацию, чтобы стереть такие эталоны интеллекта, как ценности и убеждения, чтобы сломить волю человека, чтобы сделать его покорным своим мучителям.

Негативная сторона пыток состоит в том, что применяющие их страны теряют "моральный авторитет" (moral soft power) в мировой политике. Более 25% из тех, кто подвергся этому беззаконию, как сообщается в Докладе Сената о пытках (Senate Torture Report), были признаны невиновными. Пытки всегда имеют последствием негативный эффект. Пытки часто занимают много времени, чтобы подействовать на жертву - несколько месяцев или даже лет. Оказалось, что на пытки - ненадёжное средство, за исключением случаев (целенаправленного) получения ложных признаний и дезинформации, но США и их союзники улучшают свои тактику и методы.

Цель настоящего доклада - сопоставить физические методы пыток и пытки без следов физического насилия, тайно используемые государствами, которые обладают соответствующими технологиями, что продолжается и по сегодняшний день. Это - краткое резюме методов наступательной психологической и информационной войны с использованием традиционных приёмов и современной кибернетической технологии, с исследованием теории гипер-игр (hyper-game theory), направленных на то, чтобы вести жертвы к заданной цели: выдаче секретной информации, совершению покушений или измене убеждениям.

Далее пронумерованы методы пыток в целях допроса и манипуляции поведения

(Сравнение между методами пыток с физическим воздействием и без следов физического насилия )

1. Индукция депрессивно-маниакального состояния (Induction of Depressive/Manic states)

Идея состоит в том, чтобы эмоционально будоражить жертву, потому что в разных эмоциональных состояниях может быть доступна различная информация. Цель - погрузить жертву в состояние отчаяния и беспомощности. Циклы обнадёживания  жертвы и последующей ломки её надежд прерывание делаются многими способами. Однако техника у методов с физическим воздействием и без следов физического насилия похожая. В ходе этого процесса манипулирования эмоциями очень важно речевое воздействие. Например: "Мы посадили вас в тюрьму без судебного процесса, на который вам нечего надеяться. Вы - в бессрочном заключении." А вот пример обнадёживания: "К сожалению, мы по ошибке приняли вас за совсем другого человека. Вы получите компенсацию за незаконное лишение свободы и пытки." Главное различие между кибернетической технологией и физическими методами состоит в том, что первым в разум жертвы можно внедрить "кластеры эмоциональных состояний" (emotional state clusters), которые ускоряют этот процесс. Коммуникация осуществляется по-разному, но в обоих случаях воспринимается как человеческая речь. В случае методов пыток без следов физического насилия на жертву полезно навесить ярлык психически больного; это делают в целях её дискредитации, чтобы не привлечь внимание правозащитных групп.

--03

Принуждение жертв к актам гомосексуализма (на заду жертвы на переднем плане (безграмотно) написано: I'm a rap(e)ist"" - "Я - насильник"

2. Стирание памяти

Военные и ЦРУ в течение полувека занимались исследованиями препаратов для стирания памяти. Центр внимания данного резюме - допросы. Стирание памяти является важным приёмом ведения допросов. Пытка ведётся в сочетании с лишением сна. Существует много препаратов, которые были разработаны для "физического стирания памяти" (physical memory erasure). Один из таких методов допроса требует получения информации от жертвы, когда она находится под действием таких препаратов, причём делается  звукозапись жертвы. После цикла сна (sleeping cycle), следователь заявляет, что жертва полностью созналась. Разумеется, жертва не помнит ничего о предыдущем допросе. Следователь проигрывает жертве отрывки этого допроса, стараясь убедить жертву в том, что ему известно гораздо больше, чем на самом деле. Похожие методы используются в программах допросов с "радио"-(wireless, вероятно - микроволнового облучения - behaviorist-socialist) пытками без следов физического насилия. Кибернетические методы стирания памяти имеют дополнительные цели. Стирание памяти может быть использовано в отношении кибернетической (??? - behaviorist-socialist) жертвы, чтобы она уверовала в то, что что в её жильё кто-то проникает и ворует её вещи. Так как "физические" налёты "в тёмную" - (black bag jobs) действительно бывают, то это является способом обострить параноидальное состояние жертвы.

-04

Распыление жертве в лицо отравляющего вещества CS

3. Электричество и шок

Боль и страх смерти является обычной тактикой допросов. Электрошок - это традиционный метод пытки, применение которого в секретных тюрьмах ЦРУ доказано. Наиболее распространена пытка электрошоком в мошонку и соски из-за их чувствительности. Интересно заметить, что допросы с пытками без следов физического насилия  тысячи жертв включали в себя "укалывания" и "шок" различных частей тела на протяжении длительного времени.

4. Страх и ужас

Есть много способов привести жертву в состояние крайнего страха. В случае физических воздействий угроза собаками, электродрелью, огнестрельным оружием, насекомыми, увечьями, паяльной лампой, утоплением (waterboarding), удушением, закапыванием живьём в землю и имитация казни - это лишь небольшая часть того, что применяло правительство США. При этом учтите, что многие жертвы пыток умирают от физических воздействий. Это - истязание до смерти.

Сравним с этим методы пытки без следов физического насилия, способные причинить жертве такие же ужас и душевные страдания. В некоторых из этих методов жертва должна слышать голос своего мучителя. Этот доклад не описывает технологии, используемые для передачи голосов жертве на расстоянии. В то время как жертве можно "транслировать ментальные образы в её сознание", используя гипноз и внушение, а также визуальные ассоциации (visual entrainments), более инвазивное управление мозгом при помощи манипулятивных технологий (more invasive controls of the brain manipulation technologies) может быть использовано для ассоциативного воздействия на вегетативную нервную систему, например, остановки дыхания, в результате чего жертва не может заснуть из-за страха удушья, что эквивалентно пытке утоплением (water boarding). Нейролингвистическое программирование может создать дополнительные страхи - инфаркта, инсульта и ракового заболевания.

Зондирование (электродом? - behaviorist-socialist) двигательной коры головного мозга (motor cortex mapping) может вызвать судороги в любой части тела. Например, используется стимуляция рывка шеи, сопровождаемая передачей голоса: "Мы пытаемся сломать тебе шею." А эффекты направленного (микроволнового) излучения (directed energy effects), такие как система активного предотвращения доступа (Active Denial System), могут вызвать у жертвы необъяснимые ощущения постоянного жжения, однако без того, чтобы жертва умерла от причинённых ей ожогов. Производится разработка оружия и инструментов пытки с экстремальным болевым воздействием. Также возможно искусственно "индуцировать в сознании" жертвы действие любых препаратов, в том числе и ядов.

-05

Сенсорная депривация (глаза завязаны, уши заткнуты, на руках постоянно варежки)

5. Тюремное заключение и изоляция

Изоляция обычно используется в качестве наказания в тюрьмах. Многие разоблачители (whistleblowers), например Брэдли Мэннинг, были подвергнуты этой пытке. При "мягких допросах" она используется для того, чтобы побудить жертву разговаривать со следователем, так как людям свойственна потребность в общении. В случае пытки без следов физического насилия жертву отгоняют от её друзей и семьи с использованием различных приёмов для того, чтобы изолировать её так, чтобы "электронное управление сознанием" (electronic mind control) имело более сильное влияние на её психику.

Подобно ситуации в Гуантанамо, жертва изолируется тем, что лишается работы и медицинской помощи. Отчасти это достижимо клеветой, рассеваемой среди её окружающих. Она по большей части кончает тем, что погружается в нищету и параноидальную подозрительность в отношении врачей и других людей, созданную фальшивыми корреляциями, которые целенаправленно внедрялись в её жизненный опыт. Изоляция также представляет собой разновидность сенсорной депривации (sensory deprivation), которая будет обсуждаться позже. Для её жертвы дни и недели теряют смысл."