ПРОРОЧЕСТВО ГЕРБЕРТА УЭЛЛСА

Выкладываю ниже отрывки из "Машины времени" Уэллса, содержащие его пророчество о будущем человечества.

*  *  *

Герберт Уэллс:

"МАШИНА ВРЕМЕНИ

8. Все становится ясным

Не знаю, долго ли я просидел, вглядываясь в глубину колодца. Во всяком случае, прошло немало времени, прежде чем я пришел к заключению, что виденное мною существо тоже было человеком. Понемногу истина открылась передо мной. Я понял, что человек разделился на два различных вида. Изящные дети Верхнего Мира не были единственными нашими потомками: это беловатое отвратительное ночное существо, которое промелькнуло передо мной, также было наследником минувших веков.

Вспомнив о дрожании воздуха над колодцами и о своей теории подземной вентиляции, я начал подозревать их истинное значение. Но какую роль, хотелось мне знать, мог играть этот лемур в моей схеме окончательной организации человечества? Каково было его отношение к безмятежности и беззаботности прекрасных жителей Верхнего Мира? Что скрывалось там, в глубине этого колодца? Я присел на его край, убеждая себя, что мне, во всяком случае, нечего опасаться и что необходимо спуститься туда для разрешения моих недоумений. Но вместе с тем я чувствовал какой-то страх! Пока я колебался, двое прекрасных наземных жителей, увлеченные любовной игрой, пробежали мимо меня через освещенное пространство в тень. Мужчина бежал за женщиной, бросая в нее цветами.

Они, казалось, очень огорчились, увидя, что я заглядываю в колодец, опираясь на упавшую колонну. Очевидно, было принято не замечать эти отверстия. Как только я указал на колодец и попытался задать вопросы на их языке, смущение их стало еще очевиднее, и они отвернулись от меня. Но спички их заинтересовали, и мне пришлось сжечь несколько штук, чтобы позабавить их. Я снова попытался узнать что-нибудь про колодцы, но снова тщетно. Тогда, оставив их в покое, я решил вернуться к Уине и попробовать узнать что-нибудь у нее. Все мои представления о новом мире теперь перевернулись. У меня был ключ, чтобы понять значение этих колодцев, а также вентиляционных башен и таинственных привидений, не говоря уже о бронзовых дверях и о судьбе, постигшей Машину Времени! Вместе с этим ко мне в душу закралось смутное предчувствие возможности разрешить ту экономическую проблему, которая до сих пор приводила меня в недоумение.

Вот каков был мой новый вывод. Ясно, что этот второй вид людей обитал под землей. Три различных обстоятельства приводили меня к такому заключению. Они редко появлялись на поверхности земли, по-видимому, вследствие давней привычки к подземному существованию. На это указывала их блеклая окраска, присущая большинству животных, обитающих в темноте, - например, белые рыбы в пещерах Кентукки. Глаза, отражающие свет, - это также характерная черта ночных животных, например, кошки и совы. И, наконец, это явное замешательство при дневном свете, это поспешное неуклюжее бегство в темноту, эта особая манера опускать на свету лицо вниз - все это подкрепляло мою догадку о крайней чувствительности сетчатки их глаз.

Итак, земля у меня под ногами, видимо, была изрыта тоннелями, в которых и обитала новая раса. Существование вентиляционных башен и колодцев по склонам холмов - всюду, кроме долины реки, - доказывало, что эти тоннели образуют разветвленную сеть. Разве не естественно было предположить, что в искусственном подземном мире шла работа, необходимая для благосостояния дневной расы? Мысль эта была так правдоподобна, что я тотчас же принял ее и пошел дальше, отыскивая причину раздвоения человеческого рода. Боюсь, что вы с недоверием отнесетесь к моей теории, но что касается меня самого, то я убедился в скором времени, насколько она была близка к истине.

Мне казалось ясным, как день, что постепенное углубление теперешнего временного социального различия между Капиталистом и Рабочим было ключом к новому положению вещей. Без сомнения, это покажется вам смешным и невероятным, но ведь уже теперь есть обстоятельства, которые указывают на такую возможность. Существует тенденция использовать подземные пространства для нужд цивилизации, не требующих особой красоты: существует, например, подземная железная дорога в Лондоне, строятся новые электрические подземные дороги и тоннели, существуют подземные мастерские и рестораны, все они растут и множатся. Очевидно, думал я, это стремление перенести работу под землю существует с незапамятных времен. Все глубже и глубже под землю уходили мастерские, где рабочим приходилось проводить все больше времени, пока наконец… Да разве и теперь искусственные условия жизни какого-нибудь уэст-эндского рабочего не отрезают его, по сути дела, от поверхности земли?

А вслед за тем кастовая тенденция богатых людей, вызванная все большей утонченностью жизни, - тенденция расширить пропасть между ними и оскорбляющей их грубостью бедняков тоже ведет к захвату привилегированными сословиями все большей и большей части поверхности земли исключительно для себя. В окрестностях Лондона и других больших городов уже около половины самых красивых мест недоступно для посторонних! А эта неуклонно расширяющаяся пропасть между богатыми и бедными, результат продолжительности и дороговизны высшего образования и стремления богатых к утонченным привычкам, - разве не поведет это к тому, что соприкосновения между классами станут все менее возможными? Благодаря такому отсутствию общения и тесных отношений браки между обоими классами, тормозящие теперь разделение человеческого рода на два различных вида, станут в будущем все более и более редкими. В конце концов на земной поверхности должны будут остаться только Имущие, наслаждающиеся в жизни исключительно удовольствиями и красотой, а под землей окажутся все Неимущие - рабочие, приспособившиеся к подземным условиям труда. А раз очутившись там, они, без сомнения, должны будут платить Имущим дань за вентиляцию своих жилищ. Если они откажутся от этого, то умрут с голода или задохнутся. Неприспособленные или непокорные вымрут. Мало-помалу при установившемся равновесии такого порядка вещей выжившие Неимущие сделаются такими же счастливыми на свой собственный лад, как и жители Верхнего Мира. Таким образом, естественно возникнут утонченная красота одних и бесцветная бедность других.

Окончательный триумф Человечества, о котором я мечтал, принял теперь совершенно иной вид в моих глазах. Это не был тот триумф духовного прогресса и коллективного труда, который я представлял себе. Вместо него я увидел настоящую аристократию, вооруженную новейшими знаниями и деятельно потрудившуюся для логического завершения современной нам индустриальной системы. Ее победа была не только победой над природой, но также и победой над своими собратьями-людьми. Такова была моя теория. У меня не было проводника, как в утопических книгах. Может быть, мое объяснение совершенно неправильно. Но все же я думаю и до сих пор, что оно самое правдоподобное. Однако даже и эта по-своему законченная цивилизация давно прошла свой зенит и клонилась к упадку. Чрезмерная обеспеченность жителей Верхнего Мира привела их к постепенной дегенерации, к общему вырождению, уменьшению роста, сил и умственных способностей. Это я видел достаточно ясно. Что произошло с Подземными Жителями, я еще не знал, но все виденное мной до сих пор показывало, что «морлоки», как их называли обитатели Верхнего Мира, ушли еще дальше от нынешнего человеческого типа, чем «элои» - прекрасная наземная раса, с которой я уже познакомился.

Во мне возникли тревожные опасения. Для чего понадобилась морлокам моя Машина Времени? Теперь я был уверен, что это они похитили ее. И почему элои, если они господствующая раса, не могут возвратить ее мне? Почему они так боятся темноты? Я попытался было расспросить о Подземном Мире Уину, но меня снова ожидало разочарование. Сначала она не понимала моих вопросов, а затем отказалась на них отвечать. Она так дрожала, как будто не могла вынести этого разговора. Когда к начал настаивать, быть может, слишком резко, она горько расплакалась. Это были единственные слезы, которые я видел в Золотом Веке, кроме тех, что пролил я сам. Я тотчас же перестал мучить ее расспросами о морлоках и постарался, чтобы с ее лица исчезли эти следы человеческих чувств. Через минуту она уже улыбалась и хлопала в ладоши, когда я торжественно зажег перед ней спичку.

10. Когда настала ночь

Теперь нетрудно было догадаться, что означало это приближение Темных Ночей. Луна убывала, каждую ночь темнота становилась все непроницаемей. Теперь я хоть отчасти понял наконец причину ужаса жителей Верхнего Мира перед темнотой. Я спрашивал себя, что за мерзости проделывали морлоки в безлунные ночи. Я был уже окончательно убежден, что моя гипотеза о господстве элоев над морлоками совершенно неверна. Конечно, раньше жители Верхнего Мира были привилегированным классом, а морлоки - их рабочими-слугами, но это давным-давно ушло в прошлое. Обе разновидности людей, возникшие вследствие эволюции общества, переходили или уже перешли к совершенно новым отношениям. Подобно династии Каролингов, элои переродились в прекрасные ничтожества. Они все еще из милости владели поверхностью земли, тогда как морлоки, жившие в продолжение бесчисленных поколений под землей, в конце концов стали совершенно неспособными выносить дневной свет. Морлоки по-прежнему делали для них одежду и заботились об их повседневных нуждах, может быть, вследствие старой привычки работать на них. Они делали это так же бессознательно, как конь бьет о землю копытом или охотник радуется убитой им дичи: старые, давно исчезнувшие отношения все еще накладывали свою печать на человеческий организм. Но ясно, что изначальные отношения этих двух рас стали теперь прямо противоположны. Неумолимая Немезида неслышно приближалась к изнеженным счастливцам. Много веков назад, за тысячи и тысячи поколений, человек лишил своего ближнего счастья и солнечного света. А теперь этот ближний стал совершенно неузнаваем! Элои снова получили начальный урок жизни. Они заново познакомились с чувством страха. Я неожиданно вспомнил о мясе, которое видел в Подземном Мире. Не знаю, почему мне это пришло в голову: то было не следствие моих мыслей, а как бы вопрос извне. Я попытался припомнить, как выглядело мясо. Оно уже тогда показалось мне каким-то знакомым, но что это было, я не мог понять.

13. Ловушка Белого Сфинкса

В восемь или девять часов утра я добрался до той самой скамьи из желтого металла, откуда в первый вечер осматривал окружавший меня мир. Я не мог удержаться и горько посмеялся над своей самоуверенностью, вспомнив, к каким необдуманным выводам пришел я в тот вечер. Теперь передо мной была та же дивная картина, та же роскошная растительность, те же чудесные дворцы и великолепные руины, та же серебристая гладь реки, катившей свои воды меж плодородными берегами. Кое-где среди деревьев мелькали яркие одежды очаровательно-прекрасных маленьких людей. Некоторые из них купались на том самом месте, где я спас Уину, и у меня больно сжалось сердце. И над всем этим чудесным зрелищем, подобно черным пятнам, подымались купола, прикрывавшие колодцы, которые вели в подземный мир. Я понял теперь, что таилось под красотой жителей Верхнего Мира. Как радостно они проводили день! Так же радостно, как скот, пасущийся в поле. Подобно скоту, они не знали врагов и ни о чем не заботились. И таков же был их конец.

Мне стало горько при мысли, как кратковременно было торжество человеческого разума, который сам совершил самоубийство. Люди упорно стремились к благосостоянию и довольству, к тому общественному строю, лозунгом которого была обеспеченность и неизменность; и они достигли цели, к которой стремились, только чтобы прийти к такому концу… Когда-то Человечество дошло до того, что жизнь и собственность каждого* оказались в полной безопасности. Богатый знал, что его благосостояние и комфорт неприкосновенны, а бедный довольствовался тем, что ему обеспечены жизнь и труд. Без сомнения, в таком мире не было ни безработицы, ни нерешенных социальных проблем. А за всем этим последовал великий покой.

Мы забываем о законе природы, гласящем, что гибкость ума является наградой за опасности, тревоги и превратности жизни. Существо, которое живет в совершенной гармонии с окружающими условиями, превращается в простую машину. Природа никогда не прибегает к разуму до тех пор, пока ей служат привычка и инстинкт. Там, где нет перемен и необходимости в переменах, разум погибает. Только те существа обладают им, которые сталкиваются со всевозможными нуждами и опасностями.

Таким путем, мне кажется, человек Верхнего Мира пришел к своей беспомощной красоте, а человек Подземного Мира - к чисто механическому труду. Но даже и для этого уравновешенного положения вещей, при всем его механическом совершенстве, недоставало одного - полной неизменности. С течением времени запасы Подземного Мира истощились. И вот Мать-Нужда, сдерживаемая в продолжение нескольких тысячелетий, появилась снова и начала внизу свою работу. Жители Подземного Мира, имея дело со сложными машинами, что, кроме, навыков, требовало все же некоторой работы мысли, невольно удерживали в своей озверелой душе больше человеческой энергии, чем жители земной поверхности. И когда обычная пища пришла к концу, они обратились к тому, чего до сих пор не допускали старые привычки."* (Конец цитирования)

----

* Конечно, не "каждого", а лишь привилегированного паразитического господствующего класса "элоев" - "элиты".

** Т. е. питаться оскотинившимися "господами элоями". (Примечания behaviorist-socialist)

*  *  *

Читать старую фантастику - это всё равно, что пить очень старое вино. Оно может быть очень знаменитым и дорогим, но вкус у него... намного хуже, чем у средних по качеству вин, выдержанных лишь пару лет. Это можно с уверенностью сказать о романе Уэллса "Машина времени", написанном более ста лет назад. В глаза сразу бросаются предрассудки того времени, которые совсем другие, чем предрассудки нашего времени.

Прежде всего надо заметить, что эпоха Уэллса была эпохой технического прогресса и веры в него - тогдашнего главного предрассудка. Наше время - это эпоха реакционного застоя и загнивания общества под гнётом капитализма. Это проявилось не только как превращение лицемерной западной "демократии" в разнузданный полицейский и военный произвол по повелению господствующего класса буржуазии, но и как варваризация всех сфер знания: официальные догмы (например, "демократии", "экономики", "психологии", "тектоники", "экологии" и "иммунологии") не только примитивны и лживы, но и нетерпимы к альтернативам, которые ещё 20 лет назад не подвергались гонениям как якобы "фейки".

Но сто лет назад Уэллс наивно верил, что передовая техника сохранится даже после совершенно диковинного (и, конечно, антинаучного) эволюционного изменения человечества - расщепления на два биологических вида - элоев (elite) и морлоков (workers). Это его пророчество антинаучно по множеству причин:

Во-первых, Уэллс был сыном очень мелкого лавочника, которому постоянно грозило разорение. Именно такие мелкие буржуа истерично боятся скатиться в ряды трудящихся и поэтому не только чураются этого якобы "низшего класса", но и дико ненавидят его. Именно они являются социальной базой фашизма, как это в 1920-30-е годы неустанно подчёркивали немецкие коммунисты. Неудивительно, что Уэллс насквозь пропитан этой мелкобуржуазной ненавистью к трудящимся, что очень ярко выразилось в сцене массового избиения "морлоков" "путешественником во времени" - воистину буржуйским "суперменом" - в самом конце 13-й главы (цитирую):

"Куда подевалось мое спокойствие! Маленькие, гадкие твари уже окружили меня. Кто-то прикоснулся ко мне. Отбиваясь рычагами, я полез в седло. Меня схватила чья-то рука, потом еще и еще. Мне пришлось с трудом вырывать рычаги из цепких пальцев и в то же время ощупывать гнезда, в которых они крепились. Один раз морлоки вырвали у меня рычаг. Когда он выскользнул из моих рук, мне пришлось, чтобы найти его на полу в темноте, отбиваться от них головой. Черепа морлоков трещали под моими ударами. Мне кажется, эта последняя схватка была еще упорнее, чем битва в лесу."

Во-вторых - что следует из первого - Уэллс явно ни разу не был на какой-нибудь тогдашней фабрике. Иначе бы он знал, что освещение фабрик сперва плошками с китовым жиром и позже - керосиновыми лампами в конце 19 - начале 20 века было заменено на электрическое. Ведь ясно и ежу, что впотьмах невозможно работать быстро и качественно. А ведь буржуи старались и стараются выжать из рабочей силы всё, что можно, ради своих прибылей. Поэтому рабочий "день" в Англии в 19 веке длился 16 часов и постепенно сокращался только в результате борьбы рабочих против сверхэксплуатации буржуями. Сверхэксплуатация была возможна только благодаря освещению производственных помещений. Но обо всём этом Уэллс, бывший буржуазным пропагандистом, конечно, если и знал, то благоразумно умолчал. И, угождая своими опусами буржуям, стал знаменитостью. Именно в этом причина его вздорной выдумки, что "морлоки" боялись света!

В-третьих, "морлоки" даже просто не выжили бы в подземельях без солнечного света, так как только он создаёт в коже человека абсолютно необходимый для жизни витамин D. Белая раса человечества появилась в результате эволюционной утраты пигментации кожи, препятствующей синтезу витамина D. Негры и другие темнокожие люди, переселившиеся в Европу и Северную Америку, где интенсивность солнечного света намного ниже, чем в тропиках и субтропиках, очень страдают от нехватки витамина D. Эволюционный отбор  будет делать их потомство всё более и более светлокожим. В тёплом климате будущего, выдуманного Уэллсом, люди быстро восстановили бы защитную тёмную пигментацию кожи. Поэтому я и перекрасил на рисунке вверху "элоя" в негра, а страшилку подземного "морлока" - в "белокурую бестию".

В-четвёртых, весь опыт истории свидетельствует, что с крушением цивилизаций полностью исчезают научные и технические знания, свойственные "цивилизованным" обществам. Крах Древнего Рима привёл к полной утрате античной культуры и знаний, позволявших строить громадные здания, крупные корабли, держать в рабстве большое количество пленников и заниматься завоеванием всего мира. После краха цивилизации майя в Центральной Америке произошло то же самое: люди вернулись к "примитивному" сельскому образу жизни. Расслоение населения на классы "господ" и "трудящихся" исчезло вместе с властью государства.

Короче, вопреки всей занимательной фантастике Уэллса надо уверенно сказать, что любая жуткая катастрофа, которая может произойти с человечеством, уничтожит лишь классовое антиобщество, но его самого не уничтожит, а вернёт к доисторическому родоплеменному строю, приспособленному к разным климатическим условиям - от тропиков (как аборигены Новой Гвинеи) до Заполярья (как эскимосы).

Вообще говоря, эволюция видов животных и растений - это такая наука, которая не допускает никаких долгосрочных прогнозов, потому что эволюция видов не самодовлеюща, а полностью и очень жёстко зависит от эволюции экологических систем - совокупности многих сотен и даже тысяч видов организмов. Это доказывает история эволюционного развития, причём эволюция человека - это самый поразительный пример такого доказательства.

К сожалению, официальная доктрина эволюции человека (саванная гипотеза происхождения  человека) игнорирует важнейшие особенности человека, возникшие в ходе этой эволюции, и потому антинаучна. Наиболее объективное представление о том, как человечество возникло, выделившись из остального животного мира, даёт AAT - Aquatic Ape Theory, то есть теория решающей роли водной стадии (а вовсе не "труда") в развитии человека. Я уже выкладывал здесь записи и переводы на русский, посвященные этой интереснейшей теме, поэтому здесь приведу лишь сводную таблицу особенностей человека, неопровержимо свидетельствующих об эволюционной адаптации к водному образу жизни (наподобие каланов - морских котиков)

и вот эти линки, особенно - перевод книги "Naked Darvinist" by Elaine Morgan:

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 1 https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/07/1.html

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 2  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/07/2.html

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 3  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/07/3.html

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 4  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/07/4.html

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 5 https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/07/5.html

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 6  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/07/6.html

ЭЛЕЙН МОРГАН: ГОЛЫЙ ДАРВИНИСТ - 7 https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/08/7.html

ЭЛЕЙН МОРГАН, AAT, ЛЖЕНАУКА И НАУЧНОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/08/aat.html

ХОМСКИЙ И МЕНТАЛИСТЫ-КОГНИТИВИСТЫ ПРОТИВ СКИННЕРА https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2016/02/blog-post_10.html

БАРО "АЛЬТЕРНАТИВА" - 7  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2024/04/bahro-alternative-7.html

СКИННЕР: ПРЕВЫШЕ СВОБОДЫ И ЧЕСТИ. ГЛАВА 7 - 1  https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2015/06/7-1.html .

.

СКИННЕР: ПРЕВЫШЕ СВОБОДЫ И ЧЕСТИ. ГЛАВА 7 - 1

Выкладываю мой перевод 7-й главы опубликованной в 1971 году книги профессора Б.Ф. Скиннера "Превыше свободы и чести" - B.F. Skinner, "Beyond Freedom and Dignity". Тема 7-й главы - эволюция культуры. У Скиннера как "истинного американца", к несчастью, полностью отсутствует понимание того неопровержимого факта, что буржуазное общество - это организованный паразитизм буржуазии и чиновничества на народе, являющееся в силу этого неизбывно антагонистичным. Классовый мир трудящегося народа с буржуйско-чиновничьей мразью невозможен - это мы должны помнить, читая каждую строчку этой главы.

С другой стороны, у Скиннера ценно терпеливое разъяснение того принципиального факта, что и поведение, и генетическая наследственность человека возникли и развиваются далее под действием факторов внешней среды. Иными словами, Скиннер - последовательный дарвинист в науке о поведении и тем самым антагонист всех нынешних приверженцев идеалистической менталистско-когнитивистской психологии, носящихся с "сознанием" - как по-нынешнему именуется фикция "души" - как дурак с писаной торбой.

Принципиальный порок нынешних социологических мифов о человеке - это отсутствие понимания того, что решающим фактором эволюции человека, как и эволюции любого другого биологического вида, является естественный отбор, т.е. действие факторов внешней среды. В противном случае - следуя метафизической зауми, наиболее систематически сочинённой иезуитом Пьером Тейяром-де-Шарденом, - можно было бы вообразить существование даже ангелоподобных людей с крыльями. К сожалению, сейчас вся интеллигентная публика в России поражена этим безумием. Оно не минуло даже таких действительно светлых личностей, как например, генерал Ивашов, одурманенный идеалистической идеологией "по Данилевскому". Генералу Ивашову невдомёк, что допотопные реакционные представления Данилевского (настрочившего сначала славянофильский опус "Россия и Европа", а потом вознамерившегося "опровергнуть" Дарвина бредовой книженцией "Дарвинизм", получившей разгромный отпор от тогдашних российских ученых, в том числе от Карпинского и Тимирязева - это жалкий недоразвитый эмбрион воззрений Тейяра о так называемой "направленной, творческой" эволюции, которые в свою очередь являются псевдо-естественнонаучным, натурфилософским перепевом идеалистической бредятины Гегеля о "развитии трансцендентного мирового духа в имманентном мире".

Горе-биологам, желающим забыть учение Дарвина об естественном отборе и фантазирующим под влиянием новомодных "молекулярно-биологических" выкрутасов о "внутренних, творческих" (мнимых) факторах эволюции, советую не мучиться изобретением идеалистических велосипедов, а прочесть поповский опус Тейяра, где все их фантазии уже более полувека назад были систематически разложены по полочкам: Pierre Teilhard de Chardin, "Le Groupe Zoologique Humaine". (Я читал эту книгу в переводе на немецкий: "Die Entstehung des Menschen" - "Происхождение человека").

--

Элейн Морган

Прискорбное неприятие многими дарвинистских воззрений на эволюцию и поведение человека отчасти объясняется засилием нелепой "саванной" гипотезы происхождения человека, не объясняющей буквально ни одного разительного отличия человека от человекообразных обезьян. При этом надо заметить, что эти особенности человека - те же, что и у многих морских млекопитающих: возникновение слоя подкожной жировой ткани, защищающей от холода в воде и связанное с этим превращение волосяного покрова по большей части в потовые железы, двуногость, кефализация (увеличение головного мозга). Эти и многие другие особенности человека детально разобраны Элейн Морган - наиболее последовательной сторонницей морской гипотезы происхождения человека - в её книге: Elaine Morgan, "The Aquatic Ape. A Theory of Human Evolution". В этой книге все эти особенности получили рациональное и экологически безупречное объяснение, поэтому горячо рекомендую всем прочесть эту книгу и заглянуть на интернет-сайт Элейн Морган: http://www.elainemorgan.org/ , плюс видео (должны быть субтитры на русском): http://www.ted.com/talks/elaine_morgan_says_we_evolved_from_aquatic_apes

Как дополнительный аргумент в пользу её теории (который только сейчас пришел мне в голову) хочу привести тот факт, что помимо описываемых Морган болезней опорно-двигательной системы и особо болезненного рождения потомства, как следствий возвращения человека к наземному образу жизни, такими же отрицательными следствиями является недостаток в нынешней пище человека элементов и соединений, имеющихся в изобилии в морской воде и морских организмах, например йода, цинка, меди, магния, молибдена и омега-3-полиненасыщенных жирных кислот. Недостаток этих веществ приводит к заболеваниям щитовидной железы, простаты и мужского бесплодия, анемии, остеопороза и проч.

А в качестве забавного курьёза на эту тему нельзя не упомянуть научно-фантастическую повесть Курта Воннегута "Галапагос" - Kurt Vonnegut, "Galapagos". В этой повести Воннегут развивает свою любимую тему о "врожденной порочности и агрессивности" человеческого рода, в упор не замечая, что описываемые им зверства и безумства - порождения капитализма. Воннегут не может представить себе, что капитализм - это всего лишь переживаемый ныне тупик в эволюции культуры, временная остановка развития человеческого общества. Поэтому для устранения пороков капитализма Воннегут в этой повести предлагает "эволюционное" лекарство, которое за миллион лет преобразует нынешнего человека в морское млекопитающее. Цитирую из имеющегося (весьма плохого) перевода на русский, с поправками:

"... какой, помимо нашей переусложненной нервной системы, источник злодеяний, творившихся практически повсеместно, существовал в ту эпоху?

  Мой ответ: никакого. Если бы не эти невероятно гипертрофированные мозги - Земля была бы совершенно невинной планетой."

"  Англосакс Чарльз Дарвин, тихоголосый и благовоспитанный, безликий и бесполый, безучастно наблюдательный в своих сочинениях, почитался героем в буйном, страстном, многоязыком Гуаякиле в силу того, что имя его служило возбудителем туристского бума. Если бы не Дарвин, не было бы никакого отеля "Эльдорадо" или корабля "Bahia de Darwin", готовых приютить Джеймса Уэйта. Ни, наконец, магазинчика, где последний бы смог столь комично вырядиться.

Не объяви Чарльз Дарвин Галапагосские острова крайне поучительным местом - Гуаякилю суждено было бы остаться просто одним из множества раскаленных и грязных морских портов, а острова представляли бы для Эквадора не большую ценность, чем шлаковые отвалы где-нибудь в Стаффордшире.

Благодаря Дарвину острова эти преобразились не сами по себе, но в глазах людей. Вот какое значение имели мнения в эпоху великолепных больших мозгов.

  Более того, какие-то мнения могли руководить поступками людей не меньше, чем реальные факты,- будучи при этом подвержены таким внезапным изменениям, которых факты претерпевать не в состоянии. Так, Галапагосские острова могли быть объявлены адом, а всего мгновение спустя - раем, а Юлий Цезарь почитаться то государственным деятелем, то, чуть погодя, мясником, равно как эквадорскими бумажными деньгами, лишь миг тому назад шедшими в уплату за пищу, кров и одежду, вдруг начинали выстилать птичьи клетки, а мироздание, еще вчера считавшееся творением господа бога, внезапно признавалось продуктом огромного космического взрыва - и так далее, и так далее.

  Ныне, благодаря пониженным умственным способностям, наваждение мнений больше не отвлекает людей от главного дела их жизни."

"Что до возможности для человечества повернуть вспять и начать снова пользоваться инструментами, строить дома, играть на музыкальных инструментах и тому подобное: им пришлось бы ныне делать это при помощи клювов. Ибо руки их превратились в плавники, и кости ладоней, заключенные в них, утратили былую подвижность. Каждый из двух плавников украшен теперь пятью чисто декоративными отростками, привлекательными для представителей противоположного пола в брачный период,- кончиками ушедших внутрь пальцев.

Те участки человеческого мозга, которые прежде управляли их руками, попросту перестали существовать, так что вмещающие этот мозг черепа стали гораздо более обтекаемыми. Чем обтекаемее череп - тем более удачливым рыболовом является человек.

(...)

   И все люди ныне так невинны и спокойны - и все потому, что эволюция избавила их от рук."

"Трудно представить, чтобы кто-то стал пытать кого-то в наше время. Для начала - как схватить того, кого вы пожелали бы подвергнуть пытке, с помощью одних плавников и рта? Как вообще вести охоту за человеком, когда люди умеют так быстро плавать и подолгу оставаться под водою? Тот, кого вы решились бы преследовать, будет внешне почти неотличим от любого другого и может спрятаться, где угодно и на какой угодно глубине."

"Хименес стал одним из авиаторов, оказавших серьезное воздействие на будущее человечества. Вторым был американец по имени Пол У.Тиббетс. Именно он сбросил атомную бомбу на мать Хисако Хирогучи во время Второй мировой войны. Вероятно, люди все равно стали бы такими пушистыми, как сегодня, даже если бы Тиббетс не сбрасывал бомбу. Но несомненно, что благодаря ему они обросли шерстью быстрее и лучше."

"Капитан, ощупью пытаясь отыскать в своей каюте хоть какую-нибудь одежду, чтобы прикрыть наготу, разумеется, не помышлял о выходе в море. Но ему не оставили даже носового платка или полотенца. Так впервые ему довелось испробовать вкус дефицита одежды - что в тот момент казалось простым неудобством, но должно было превратиться в острую проблему, которой суждено преследовать его все оставшиеся тридцать лет жизни. Ему просто неоткуда будет взять ткань, чтобы защитить свою кожу от солнечных ожогов в дневное время и от холода - в ночное. Как будут он и другие колонисты завидовать меховой шубе дочери Хисако, Акико!

   Все они - кроме Акико, а затем ее столь же пушистых детей - вынуждены будут носить непрочные накидки и шляпы из перьев, соединенных рыбьими кишками."

"    Сегодня сексуальный расцвет для самцов человека наступает в шестилетнем возрасте или около того. Если шестилетнему самцу встречается на пути самка, у которой течка, ничто не в силах удержать его от вступления с нею в половую связь.

   И я ему сочувствую, ибо помню, каким был сам в шестнадцать лет. Постоянное возбуждение было для меня сущим адом. А мастурбация, как и ныне живущим, не приносила облегчения. Проходит каких-то десять минут - и что же? Ничто не давало облегчения, кроме новой мастурбации. А ведь нужно было еще учить уроки!"

Как вы видите, повесть Воннегута "Галапагос" - это в сущности претенциозная развлекательная чепуха, как, впрочем, и все остальные его произведения. В завершение моего комментария к нижеследующей главе из книги Скиннера можно смело сказать, что Воннегут не очень-то разбирался в эволюции, кропая эту книженцию. Например, наперекор очевидному направлению естественного отбора при водном образе жизни, детально разобранному Элейн Морган, он нафантазировал, что переход (или, на самом-то деле, возвращение) к водному образу жизни якобы вызовет у человека появление "пушистого меха" и уменьшение головного мозга.

*  *  *

"Глава 7: Эволюция культуры

Ребенок рождается, чтобы стать членом рода человеческого, имея генетическую наследственность со множеством своеобразных особенностей, и сразу же начинает приобретать репертуар поведения под действием факторов подкрепления, с которыми он индивидуально сталкивается. Большинство из этих факторов подкрепления созданы другими люди. Эти факторы в сущности и являются тем, что называется культурой, хотя культуру обычно характеризуют другими словами. Например, два видных антрополога заявили, что "существенное ядро культуры состоит из традиционных (то есть, исторически возникших и отобранных) идей, и особенно сопряженных с ними ценностей". Однако, наблюдая за культурой, вы не увидите ни идей, ни ценностей. Вы увидите, как люди живут, как они воспитывают своих детей, как они собирают или выращивают себе пищу, в каких жилищах они живут, что они одевают, в какие игры они играют, как они относятся друг к другу, какое у них правление и т.д. А это - обычаи, или привычное поведение людей. И чтобы его объяснить, мы должны изучить факторы подкрепления, которые его вызывают.

Некоторые факторы подкрепления являются частью физической среды, но они, как правило, функционируют в сочетании с социальными факторами подкрепления, на которые, естественно, делают упор те, кто изучает культуру. Социальные факторы подкрепления или поведение, которое они вызывают, и являются "идеями" культуры; а подкрепления, которые обусловлены этими факторами подкрепления, являются её "ценностями".

Люди не только подвергаются действию факторов подкрепления, которые представляют собой культуру, но они ещё и содействуют её сохранению; до тех пор, пока факторы подкрепления побуждают их это делать, культура будет самостоятельно существовать. Эффективные подкрепления можно наблюдать на опыте и поэтому их роль бесспорна. То, что конкретная группа людей называет благом - это факт: это то, что для членов этой группы является подкреплением вследствие их генетической наследственности и природных и социальных факторов подкрепления, которые действуют на них. Каждая культура имеет свой собственный набор благ, и то, что благо в одной культуре, не обязательно является благом в другой. Признавая это, мы становимся на позиции "культурного релятивизма". То, что является благом для жителей Тробрианских островов - это благо для жителей Тробрианских островов, вот и всё. Антропологи часто противопоставляли релятивизм как толерантную альтернативу миссионерскому рвению (Запада) переделать все культуры в унифицированный набор этических, государственных, религиозных и экономических ценностей.

Конкретный набор ценностей может служить объяснением того, почему некая культура сносно функционирует, причем вероятно без особых изменений в течение длительного времени; но ни одна культура не может постоянно пребывать в равновесии. Факторы подкрепления неменуемо изменяются. Изменяется и природная среда обитания - по мере того, как люди переселяются, как изменяется климат, а природные ресурсы потребляются, используются по-другому или вообще истощаются, и т. д. Социальные факторы подкрепления также изменяются по мере изменения численности группы или ее контактов с другими группами, или по мере того, как структуры власти становятся более или менее сильными или соперничают между собой, или по мере того, как воздействие власти на население приводит к противодействию в виде бегства или бунта. Важно, что характерные для конкретной культуры факторы подкрепления невозможно адекватно перенести на другую, так что тенденция получения подкрепления от данного набора ценностей не сохраняется. Запас прочности культуры в катастрофических ситуациях может уменьшаться или увеличиваться. Короче говоря, культура может становиться сильнее или слабее, и имеется возможность предсказать, выживет она или погибнет. Живучесть культуры поэтому является самостоятельной ценностью, которую надо принимать во внимание наряду с личными и общественными благами.

Тот факт, что конкретная культура может выжить или погибнуть, наводит на мысль о своего рода эволюции, и поэтому, разумеется, часто указывали на аналогию с эволюцией видов организмов. Это надо обсудить подробнее. Итак, культура соответствует (биологическому) виду. Мы характеризуем её, делая перечень её норм и обычаев; мы так же характеризуем вид, делая перечень его анатомических особенностей (фенотип). Две или более культур могут иметь один общий обычай, а два или более видов могут иметь одну и ту же общую анатомическую особенность. Носителями обычаев культуры, как и особенностей вида, являются их члены, которые передают то и другое потомству. В общем случае, чем больше количество индивидов - носителей характерных черт вида или культуры, тем у него (или у неё) больше шансов на выживание.

Культура, подобно биологическому виду, является результатом адаптации к окружающей среде. Поскольку она помогает своим носителям получать то, что им нужно, и избегать то, что для них опасно, культура помогает им выжить и передать себя их потомству. Эти два вида эволюции тесно взаимосвязаны. Те же самые люди передают и культуру, и генетическую наследственность, хотя и очень по-разному и ради разных аспектов своей жизни. Способность изменять своё поведение, которая делает возможной культуру, была приобретена в процессе эволюции вида, и наоборот, культура определяет многие из биологических особенностей, передаваемых потомству. Например, многие из нынешних культур дают возможность выжить и размножаться тем людям, которая без них отсутствует. Не каждый обычай в культуре, и не каждый признак биологического вида является адаптивным, так как неадаптивные обычаи и признаки могут существовать и передаваться сцепленными с адаптивными; в результате слабо адаптированные культуры и виды могут выжить в течение довольно длительного времени.

Новые обычаи соответствуют генетическим мутациям. Новый обычай может ослабить культуру - например, привести к расточительному потреблению ресурсов или ухудшению здоровья её носителей, или же укрепить её - например, побуждая носителей более эффективно использовать ресурсы или заботиться о своем здоровье. Так же, как и при мутации изменения в структуре гена не имеют отношения к факторам эволюционного отбора, которые влияют лишь на получающуюся в результате особенность фенотипа, так и причина возникновения нового обычая вовсе не обязательно связана с его значением для выживания (культуры). Аллергия вождя на какую-то пищу может вызвать изменение заповедей относительно питания, сексуальные предпочтения - изменение брачных ритуалов, а рельеф местности - изменение военной стратегии, причем эти обычаи могут оказаться ценными для культуры по совершенно разным причинам. Многие черты культур, конечно, обязаны своим происхождением катастрофическим событиям. Древний Рим, расположенный на плодородной равнине и подвергавшийся нападениям племен, живших в естественных крепостях на вершинах окружающих холмов, выработал законы о собственности, которые пережили первоначально стоявшую перед ними задачу. Древние египтяне, восстанавливая границы земельных участков после ежегодных разливов Нила, разработали геометрию, которая оказалась ценной по многим другим причинам.

Аналогия между биологической и культурной эволюцией хромает в пункте передачи (признака и соответственно обычая). В передаче черт культуры нет ничего подобного генетическому хромосомному механизму. Напротив, культурная эволюция функционирует по Ламарку в том смысле, что передаются приобретенные (организмом) признаки (обычаи). Если обратиться к избитому примеру, то жираф не вытягивает свою шею, доставая пищу, которая в противном случае была бы недоступна для него, и потом не передаёт более длинную шею потомству; на самом деле жирафы, у которых мутация вызвала удлиннение шеи, имеют шансы достать больше пищи и благодаря этому выжить и передать эту мутацию потомству. Наоборот, культура, в которой возник обычай (навык), позволяющий ей использовать ранее недоступные источники пищи, может передать этот навык не только новорожденным, но и взрослым и даже живым представителям предыдущего поколения. Более важно то, что навык (обычай) может быть передан "диффузно" и другим культурам - как если бы у антилоп, заметивших полезность длинной шеи у жирафов, стали расти более длинные шеи. Биологические виды изолированы друг от друга нескрещиваемостью, предотвращающей передачу генетических признаков, но между культурами нет подобных барьеров. Культура представляет собой набор черт (обычаев и навыков), но этот набор вполне может перемешиваться с другими наборами.

Есть тенденция ассоциировать культуру с определенной группой людей. Людей легче видеть, чем их поведение, и поведение легче видеть, чем факторы подкрепления, которые вызывают его. (Кроме того, легко заметны - и, следовательно, часто упоминаются в определении культуры - разговорный язык и предметы, которые используют носители культуры, например, инструменты, оружие, одежда и украшения.) Только в результате того, что мы отождествляем культуру с людьми, поведение которых обусловлено ею, мы можем говорить о "принадлежности к культуре", так как невозможна "принадлежность" к множеству факторов подкрепления или набору артефактов (или, говоря иначе, "набору идей и связанных с ними ценностей").

Некоторые виды изоляции могут создать четко определенную культуру из-за ограничения передачи норм и обычаев. Когда мы говорим о "культуре Самоа", то тут выдвигается и географическая изоляция, и расовые признаки, которые могут препятствовать обмену обычаями с "полинезийской культурой". Доминирующие организации или система власти могут удерживать набор обычаев как единое целое. Например, в "демократической культуре" социальная среда характеризуется рядом государственных традиций, которые получают поддержку от совместимых с ними этических, религиозных, экономических и образовательных норм. Христианская, мусульманская или буддистская культура предполагают, что в них доминируют религиозные нормы, а в капиталистической или социалистической культуре доминирует совокупность экономических норм, каждая из которых, возможно, связана с совместимыми с ней обычаями и нормами другого типа. Культура, которую характеризует правительственная, религиозная или экономическая система, не нуждается в географической или расовой изоляции (для сохранения своей идентичности).

Хотя аналогия между биологической и культурной эволюцией хромает в пункте передачи (преемственности), понятие культурной эволюции остается полезным. Возникают новые обычаи и нормы, и они, как правило, передаются, если способствуют выживанию тех, кто их практикует. Мы даже можем проследить эволюцию культуры куда более четко, чем эволюцию вида, поскольку тут существенные условия можно наблюдать (а не домысливать), и часто ими можно непосредственно манипулировать. Тем не менее, как мы уже видели, роль среды только сейчас начали понимать, потому что социальную среду, которая и является культурой, часто трудно идентифицировать. Она постоянно меняется, ей не хватает материальности, и её легко спутать с людьми, поведение которых поддерживает её существование и определяется ею.

Так как есть тенденция отождествлять культуру с её народом-носителем, принцип эволюции стал жертвой злоупотреблений для оправдания борьбы между культурами под знаменем так называемой "доктрины социального дарвинизма". Войны между государствами, религиями, экономическими системами, расами и классами были взяты под защиту на том основании, что выживание наиболее приспособленных является законом природы - а это, мол, природа "окровавленных зубов и когтей." Если человек появился в качестве вида-господина, почему бы нам не ждать с нетерпением появления подвида-господина или "расы господ"? Если развитие культуры - похожий процесс, то почему бы не быть господствующей культуре? Согласен, что люди убивают друг друга, причём часто - следуя нормам, которые кажутся определяющими для культуры. Одно правительство или форма правления конкурирует с другим, и главные средства для этого определяются их военными бюджетами. Религиозные и экономические системы прибегают к использованию военной силы. Нацистское "решение еврейского вопроса" было конкурентной борьбой не на жизнь, а на смерть. А при конкуренции такого рода очевидно, что выживает сильнейший. Но на самом деле не выживает достаточно долго ни один человек, ни даже любое государственное, религиозное или экономическое учреждение. Что эволюционирует - это нормы и обычаи."

ЕСЛИ БЫ Я БЫЛ ВЕРУЮЩИМ...

Время от времени судьба сталкивает меня с верующими людьми, и они обычно сразу переводят разговор на "возвышенные материи, по большому счёту". Я, конечно, атеист, но не враг веры в Бога и верующих. Тем более что верующих в нынешние жестокие кризисные времена стало несравненно больше, чем четверть века назад, когда социализм был только-только (на время) побежден людоедским исчадием ада - капитализмом.

Я даже в чем-то завидую верующим - для них мир прост и победа правды над ложью и добра над злом в конечном счёте якобы гарантированы. Им так легче жить, и я не пытаюсь этому помешать. Но их инфантильный образ мышления делает их уязвимыми и беззащитными перед ложью и злом, замаскированными под правду и добро. И поэтому я тут излагаю некоторые из моих совершенно элементарных аргументов против капитализма ("Запада") - как с религиозной, так и с атеистической точки зрения, которые при всей их очевидности приводили в замешательство моих верующих собеседников.

Можно начать с того, что капитализм - порождение дьявола уже потому, что порабощает людей с помощью дьявольского изобретения - денег. Мартин Лютер, например, так прямо и говорил, что деньги - это говно дьявола. Ну а стяжательство, обман и притеснение бедных "малых сих", людоедство-ростовщичество - это всё смертные грехи, которым ни христианство, ни ислам не дают ни малейшего оправдания. Однако вся эта дьявольская мерзость существует уже сотни лет. Но особо надо подчеркнуть дьявольскую суть нынешнего капитализма - западного глобализма-империализма, выражающуюся в его злодействах, представляющих собой цели и средства политики нынешних правящих миром детей дьявола-шайтана - захватившей глобальную власть закулисной олигархии миллиардеров - трилатералов-бильдерберговцев.

Как должно быть известно каждому верующему, дьявола можно распознать не только по тому, что он хромает и не отбрасывает тени, но и по тому, что он не видит будущего.

Бог видит будущее, и поэтому он может даровать это видение своим Пророкам, а перед проклятым дьяволом-шайтаном будущее закрыто, и поэтому проклятые люди, служащие ему, блуждают во мраке неведения и в ослеплении творят безумные преступления. Верующие могут по недомыслию не любить социализма, но он куда ближе воле Бога, чем капитализм.

Если бы я был верующим, я бы не забывал, что капитализм движется "как слепой" от одного кризиса к следующему, и, более того, проклял социалистическое плановое развитие общества, цель которого - благо всех и каждого, посредством солидарного труда каждого на общее благо, как Бог приказал нашему праотцу Адаму, и восстановил культ золотого тельца - дьяволопоклонство, с его характерным обожествлением дьявольского произвола - "индивидуальной свободы" - зверской "свободной конкуренции" всех против всех, в которой, разумеется, проигрывают и гибнут бедные, слабые и голодные, а богачи, властители и зажравшиеся паразиты побеждают и наглеют ещё больше. Капиталистическая "свобода" - это "свобода" крысиной гонки, "свобода" пауков в банке, пожирающих друг друга; не случайно у Нью-Йоркской "статуи свободы" дьявольские рога.

Если бы я был верующим, я бы не забывал, что вся история капитализма - это история массовых убийств и глобального грабежа. Запад - капитализм - устроил уже две мировые бойни (не считая устроенных им массовых убийств миллионов мирного населения в Корее, Вьетнаме, Индонезии, совокупно в Латинской Америке, в Ираке... Колонии империалистических держав, освободившиеся при поддержке СССР и других социалистических стран после 2-й мировой войны, опять по большей части утратили реальную независимость. Их народы снова посажены западными ростовщиками-кровопийцами в безвыходную долговую кабалу, и в качестве надсмотрщиков и сборщиков дани служат прозападные правительства - растлённые коррупцией военные режимы, установленные и существующие милостью Уолл-стрита и лондонского Сити.

Если бы я был верующим, я бы видел, что все, кто снюхался с западным империализмом - дети дьявола, которые обречены на исполнение дьявольских зверств, преступлений против своего собственного народа, а в конце - на падение и гибель. Такова была судьба всех прозападных диктаторов - Маркоса, Мобуту, Ки, Пиночета, Сухарто, Веделы, Сомосы, Саддама... Все они были агентами ЦРУ и в силу этого - врагами Бога и человечества, проклятыми пособниками дьявола. Все они получили заслуженный бесславный конец, всех они были использованы, как кровавые адские псы, Ротшильдами и Рокфеллерами, а потом выброшены ими, как выжатой лимон, без пощады и сострадания.

Если бы я был верующим, мне было бы ясно, что залившие весь Ближний Восток морями невинной крови террористы - такфиры-ваххабиты "салафисты" и нанявшие их для кровавых преступлений тирании (саудовцы и эмираты) - лакеи и сообщники западной сионистской закулисы глобализаторов-империалистов. Ведь очевидно, что все так называемые "мусульманские террористы" - выкормыши этой закулисы миллиардеров, её наёмники и провокаторы конфликтов по её приказам.

Короче говоря, будучи верующим, я мог бы с чистой совестью и абсолютной убежденностью сказать, что слова 18-й главы "Апокалипсиса":

" ... пал, пал Вавилон, великая блудница, сделался жилищем бесов и пристанищем всякой нечистой и отвратительной птице; ибо яростным вином блудодеяния своего она напоила все народы, и цари земные блудодействовали с нею, и купцы земные разбогатели отвеликой роскоши её. ... (и далее ) ... И все кормчие, и все плывущие на кораблях, и все корабельщики, и все торгующие на море стали вдали и, видя дым от пожара её, возопили, говоря: какой город подобен городу великому!"

-- являются пророчеством о неизбежном крахе оплота западного империализма - США, с его притоном спекулянтско-ростовщической нечисти - Нью-Йорком,

а слова 20-й главы "Апокалипсиса":

"И увидел я Ангела... Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет, ... дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет; после же сего ему должно быть освобожденным на малое время. ... (и далее ) ... Когда же окончится тысяча лет, сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах Земли, Гога и Магога, и собирать их на брань; и оукружили стан святых и город возлюбленный. И ниспал огонь с неба от Бога и пожрал их; а диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков,"

-- относятся к нынешней дьявольской, грабительской западной империалистской псевдо-"цивилизации", которая откровенно считает себя наследницей другой - Римской - дьявольской глобалистской империи, которую прикончил Одоакр (вождь бесследно канувшего в небытие племени скиров), причём в 476 г., т.е. аккурат за тысячу лет до начала нового глобального грабежа европейскими королями и ростовщиками при помощи своих подлых наёмных грабителей и убийц - пиратов и конкистадоров: Колумба, Васко-да-Гамы, Магеллана, Кортеса, Писарро и т.д....

* * *

Но я - атеист. Поэтому я могу лишь посоветовать верующим (как христианам, так и мусульманам) самостоятельно на досуге поразмышлять о вышеизложенных фактах, а сам обязан руководствоваться не религиозными догмами и прочими предрассудками, а имеющимися на сегодняшний день достижениями науки - конечно, лишь в той ограниченной мере, в которой я ими овладел. При этом для меня важнее всего тот факт, что капитализм теперь снова (в третий уже раз!) разыгрывает свой старый сценарий глобального грабежа и массовых убийств: от спекулянтско-ростовщического бума к финансовому кризису и долговой депрессии, а от них - к террористической фашистской диктатуре и мировой войне. Для того, чтобы этот факт видеть, не надо быть пророком, надо просто уметь трезво мыслить.

Капитализм - "Запад" - опять занялся чудовищными злодеяниями - в Ираке, Ливии, Сирии - и уже только одним этим доказывает, что у него нет будущего. Именно поэтому он - проклятье человечества - должен быть бесследно стёрт с лица Земли. Будущее - за социализмом, причём это должен быть не карикатурный сталинско-брежневский псевдо-"социализм", а действительно научный социализм, опирающийся на энциклопедическую совокупность научных знаний о мире, обществе и человеке.

К несчастью, в наше время исторического регресса и реакции научная картина мира безнадёжно раздроблена и в неё вмонтирована уйма смехотворнейших, наивнейших мифов, которые служат интересам шайки реакционеров - олигархии миллиардеров, господствующей над миром - например, "психоанализ", "когнитивная психология", "австрийская и чикагская (т.е. неолиберальная) школа" в экономике, фикция представительной "демократии" (к-рая представляет собой просто гнусный грязный кукольный театр, все действия которого диктует закулиса миллиардеров), а также всяческие заумные курьёзы вроде "теории струн" Хокинга, бредовой фантазии "раскалённого ядра Земли" и т.п.

На то, чтобы разобраться в этом бардаке, можно потратить целую жизнь, но не выработать в результате ни одной разумной альтернативы. Поэтому по необходимости приходится не разбрасываться, а выделять ядро важнейших взаимосвязанных проблем и уже лишь для их решения усваивать достоверные знания, которые и служат основой личного научного мировоззрения. Мне лично, наверно, посчастливилось, что я по специальности биохимик.

Поэтому я, как говорится, "подкован" в дарвинском, эволюционистском понимании сути человека как своеобразного вида общественных млекопитающих. Соответственно, для меня социализм несовместим с религиозными иллюзиями, одной из которых является (цитирую одну из догм мракобесов-"Свидетелей Иеговы"): "Человек - это творение Иеговы по своему образу и подобию, которое он, соответственно, поставил принципиально выше всех животных".

Но и нынешние общепринятые представления антропологии не дают убедительного объяснения истинной причины и сути обособления человека от животного мира. В этом куда плодотворнее теория, которую уже многие годы развивает, защищает и пропагандирует Элейн Морган (Elaine Morgan) - о формировании современного человека через длительную фазу водного образа жизни. Здесь нет места для обстоятельного разговора об этой замечательной теории, поэтому я отсылаю всех интересующихся к книгам и интернет-сайту Элейн Морган (на английском языке).

Именно эта теория дает логичное объяснение "выпадению" человека из своей исходно "обезьяньей" экологической ниши: эволюционная история человека в плейстоцене (четвертичном периоде, т.е. за последние 2 миллиона лет) проходила в условиях чередования ледниковых периодов с периодами потепления, которое вызывало резкие изменения уровня моря, которые были настоящими экологическими катастрофами для видов, обитавших на морских берегах, в том числе для "водной обезьяны" (aquatic ape) - эволюционного предшественника современного человека. Именно выживание этого вида в условиях катастрофических экологических изменений его среды обитания привело к резко выраженному развитию у него оперантного (в том числе общественного) поведения и, соответственно, к широчайшей диверсификации и гибкости оперантного поведенческого репертуара, которая, собственно, и является тем, что одни идеалисты называют "разумом", а другие - "божиим подобием"...

Но эта теория даже не упоминается в "респектабельных" учебниках антропологии. Такая твердолобость, отвергающая альтернативы и не интересующаяся эволюционно обретенными человеком уникальными способностями к адаптации, дающими практическую возможность целевого конструирования альтернативных общественных отношений, созвучна не только нынешнему "расцвету" религиозного ретроградства, но и засилью в биологии так называемой "центральной догмы молекулярной биологии: ДНК - РНК - белок", которая не только мастерит по заказу людоедских монополий вроде Monsanto опаснейших монстров - "генетически модифицированные организмы" - GMO, но и обескровила исследования в действительно практически важных направлениях - по гормональной регуляции и физиологической адаптации, включая и оплёванную мичуринскую "соматическую гибридизацию" растений...

"Молекулярные" горе-биологи с усердием, достойным лучшего применения, считывают миллионные последовательности оснований ДНК - лишь для того, чтобы в очередной раз убедиться, что это по большей части - "молчащий", заблокированный репрессорами и "перекромсанный" генетический материал... а ведь именно из этого якобы "мусорного" материала эволюция создаёт новые виды - как средневековье строило замки и церкви из обломков античных колонн! Однако альтернатива - творческая, нужная для сельского хозяйства селекционная работа - душится капиталистическими отравителями Земли и человечества - фабрикантами GMO-монстров!

Но вернемся из идиллических садов биологии к жестокой общественной реальности капитализма. Тут надо всегда иметь в виду, что капиталистическое массовое общество - сравнительно новое явление. И Оруэлл, и Хаксли в своих антиутопиях описывали вовсе не социалистическое будущее (как лживо далдонит антикоммунистическая пропаганда), а именно дальнейшее развитие капитализма, превращающего людей в скотов.

Для нас человеческий свинарник массового капиталистического рабства стал, к несчастью, уже привычным, а вот Оруэлл и Хаксли, для которых он был новым и ужасающим явлением, старались его осмыслить. Они пришли к пессимистическому выводу, что якобы против него ничего не поделаешь. Но я этот вывод категорически отвергаю.

Да, в массовом капиталистическом антиобществе жизнь громадного большинства людей бессмысленна. Рутина их повседневной жизни, состоящая из зарабатывания денег и их траты на потребительство, разумеется, манипулируемая непрерывной промывкой мозгов буржуйской пропагандой и рекламой, не даёт им ни малейших шансов на активное, созидательное участие в жизни общества. Капиталистическая "демократия" (или правильнее - дерьмократия) - лицемерная фальшивка. Люди массового общества смутно чувствуют пустоту и бессмысленность своего существования, и именно поэтому охотно клюют на пустышки религии, спиритизма и прочие идеалистические иллюзорные средства мнимого сохранения своего человеческого достоинства. В своем идеалистическом юродстве они стараются забыть тот факт, что реальны лишь дела, а вовсе не розовые мечты и идеи. В этом-то охмурёже и состоит вся фальшивая позолота капитализма, которая исчезает в кризисные времена - которые, к несчастью, опять наступили!

Предстоящие страшные годы кризисов и войн должны стать не хождением по бессмысленным мукам по воле закулисной империалистской олигархии миллиардеров-глобалистов, а временем родовых мук человечества, беременного тоской о светлом социалистическом будущем. Социализм - это вовсе не реставрированное мракобесом Сталиным самодержавие и крепостное право. Сталин, наоборот, убил социализм в СССР - одновременно с тысячами коммунистов-ленинцев, репрессированных и убитых сталинскими палачами в 1937 году. Нет, социализм - это общество действительно активного плодотворного участия каждого в жизни общества, приносящее удовлетворение жажды осмысленного достойного существования всем и каждому. Социализм - это не общество под самодурской властью примитивной и лицемерной партийной номенклатуры, а общество, в котором - словами Ленина - каждая кухарка будет в состоянии управлять государством.

Но для этого не только каждая кухарка, но и вообще все-все-все должны овладеть хотя бы элементарным пониманием механизмов оперантного поведения и того, как с помощью этих механизмов ведётся управление общественным поведением, как с помощью этих механизмов глобалистская закулиса коварно манипулирует поведением масс населения и отдельных групп, и как с помощью этих механизмов можно и нужно построить солидарное и истинно гуманное, т.е. социалистическое общество. Такова задача, стоящая перед бихевиористским социализмом.

В рамках построения социалистического общества научными, бихевиористскими методами социальная инженерия будет практиковаться всеми и каждым - как автогенная тренировка - причем не индивидуально, но со взаимной групповой координацией, целенаправленно и осознанно. В этом её коренное отличие от буржуйской рекламно-пропагандистской манипуляции, практикуемой пиарщиками тайком, во вред жертвам. Социализм при всей целостности его общественного организма не должен и не может быть масссовым обществом, которое манипулируется "сверху" с помощью пропаганды. А для этого надо уметь опознавать яд пропаганды, хотя бы в его классической буржуйской рецептуре, которую составил печально известный Эдвард Бернейс (Bernays). Но об этом - в следующий раз.

Искренне ваш,

behaviorist-socialist