НИКОЛАЕВСКИЙ БИОГРАФИЯ МАРКСА 1848 ГОД - 1

Меня всегда удивлял и возмущал глупый выпендрёж официального перевода на русский заключительной фразы "Манифеста (Союза) Коммунистов", написанного Марксом накануне революций 1848 года: "Working men of all countries, unite!" - "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!", а не "Трудящиеся всех стран, объединяйтесь!"

*  *  *

Б.И. Николаевский и О. Менхен-Хельфен:

"ГЛАВА XII

РЕВОЛЮЦИОННАЯ БУРЯ

 (...) В Бельгии с большим интересом следили за событиями за рубежом. «Исполнитель приговора (истории) ждет», — с радостью восклицал Энгельс, когда в январе 1848 г. он подытожил ход движения за последний год для «Deutsche Brüsseler Zeitung». Революционная волна захлестнула все границы, и не было столь прочной плотины, чтобы ее удержать. (...)

Эмигранты, вынужденные столько лет сдерживаться, теперь с еще большим рвением включились в политическую деятельность. Не было ни одного митинга, в котором бы они ни участвовали. Это относилось, в особенности, к немецким эмигрантам, которые с энтузиазмом включились в бельгийское движение, не забывая, конечно, о своих особых немецких обязанностях.

Имелись бесчисленные контакты с прилегающими территориями Пруссии, особенно с Рейнской областью. После того, как Маркс и его товарищи вступили в Союз коммунистов, они позаботились о том, чтобы каждый коммунист, с которым они были в контакте, создавал ячейку Союза. Нелегальная литература, изданная за границей, контрабандой ввозилась в Германию в больших количествах, а наиболее важные статьи из Deutsche Briisseler Zeitung переиздавались в виде рекламных листовок и довольно широко распространялись.

Немецкие коммунисты в Бельгии готовились к спешному переезду в Германию при первых признаках (революции). Вильгельм Вольф был арестован брюссельской полицией в середине февраля 1848 года и открыто заявил, что он и его друзья сосредотачивают все свое внимание на Германии, где они вели усиленную пропаганду. «Кёльн и Экс-ла-Шапель, — как его цитирует доклад полиции, — были местами, где намечалось восстание». До этого бельгийская полиция и бельгийские консерваторы не обращали особого внимания на немецких коммунистов. Прусский посол никогда не упускал их из виду и время от времени обращал внимание бельгийских властей на их «преступную деятельность», но безрезультатно.

Это положение изменилось, когда обстановка в стране обострилась и немцы активизировались. Несколько газет начали нападки на немецких эмигрантов, и посол Пруссии, вероятно, приложил руку к этой кампании. 20 января он смог сообщить своему правительству, что бельгийская полиция теперь считает необходимым следить за проводимой агитацией и что она намерена принять определенные меры против иностранцев, в особенности против немцев. Нет сомнений в том, что посол сделал все возможное, чтобы стимулировать действия полиции. Между тем напряжение росло день ото дня. Но все знали, что революция может победить только после того, как она победила в Париже. Все ждали крика галльского петуха.

Волнения охватили Францию. Народ  требовал реформы избирательного права и, по обычаю того времени, была устроена кампания банкетов. Но ничто не предвещало немедленный революционный взрыв. (Король) Луи-Филипп, старый циник, переживший множество революций, пытался успокоить своих министров. «Парижане не устраивают революцию зимой, — говорил он. «Они штурмуют учреждения в жаркую погоду. Они штурмовали Бастилию в июле, трон Бурбонов — в июне. А вот в январе или феврале — нет». Тучный, флегматичный Луи-Филипп забыл, что залпы, выпущенные по толпе, могут и в феврале довести температуру до июльской. 23 февраля военные расстреляли мирную демонстрацию. На следующее утро Париж покрылся баррикадами.

Народ требовал уже не избирательной реформы, а республики. Вечером 24-го Пале-Рояль (королевский дворец) оказался в руках повстанцев. Король бежал, а трон сожгли на костре. В тот же вечер было сформировано временное правительство и провозглашена республика.

События в Париже стали известны в Брюсселе, но даже самые большие оптимисты не ожидали, что события будут развиваться так быстро и так успешно. После начала восстания сообщение между Парижем и Брюсселем было прервано.

«Вечером 24 февраля 1848 года, — пишет Штефан Борн, — полдюжины молодых немцев стояли на парижском перроне брюссельского вокзала. Они были практически одни. С утра не было ни единого поезда из французской столицы, ни известий о вспыхнувших беспорядках. Благонамеренные жители бельгийской столицы были весьма вялокровной публикой и их надо было разогреть, чтобы они взялись за дело, которое, видимо, их не беспокоило. Мы, немногочисленные немцы, были, как я уже сказал, почти одни на перроне, и мы были иностранцами.

Но нет, там стояли еще два человека, дама и джентльмен, стоявшие в углу молча и с озабоченным видом. Они тоже ждали поезда, который если и не шел из Парижа, то, по крайней мере, от французской границы. Время от времени он или она бросали на нас мрачные взгляды, пока мы стояли и весело болтали, высказывая свои догадки и надежды относительно известий, приход которых теперь уже невозможно было отсрочить.

Они угадали наши мысли и подошли на несколько шагов к нам, но вдруг протяжный свисток возвестил о приближении долгожданного поезда. Еще мгновение, и вот он уже на вокзале. Прежде чем он остановился, кондуктор спрыгнул и закричал во весь голос: «Красное знамя развевается на башне Валансьен и провозглашена республика». «Да здравствует Республика!» закричали мы в один голос. Но леди и джентльмен, ожидавшие новостей, побледнели и поспешно удалились. Вокзальный служащий сказал нам, что это были французский посол генерал Руминьи и его жена.

Победа революции в Париже обеспокоила и привела в замешательство бельгийское правительство, по крайней мере, так оно казалось на первый взгляд. Рожье, министр иностранных дел, начал переговоры со своим другом Консидераном, фурьеристом, который выступал за революцию сверху. Правительство (Бельгии), находившееся в руках либералов, само должно бы провозгласить республику. Король намекнул республиканцам, что не будет противиться воле народа и готов отречься от престола, если бельгийцы действительно захотят республики. Он всего лишь желал, чтобы все происходило организованно и без кровопролития, и, кроме того, он надеялся на солидную пенсию.

Все, казалось бы, развивалось превосходно, но все это было только маневром. Тем временем правительство призвало резервистов и солдат из отпуска, и двинуло полки на Брюссель. Вместо того, чтобы пытаться остановить распространение слухов о том, что оно готово добровольно согласиться с самыми крайними требованиями, оно скорее поощряло их, чтобы уменьшить натиск (революции) и усыпить решительное меньшинство.

Руководство движением практически единолично осуществляла Демократическая ассоциация. 27 февраля она объявила о массовом митинге, который было решено созвать на следующий день, на этот раз у ратуши, чтобы потребовать призыва рабочих и ремесленников для пополнения Национальной гвардии и оказания необходимого давления. На митинге прозвучал призыв к оружию, чтобы не оказаться беззащитными в случае нападения полиции. Поздно ночью было несколько мелких демонстраций, которые были разогнаны полицией, что дало ей желанный повод запретить митинг на следующий день. Правительство, располагавшее теперь достаточной военной силой, на которую можно было опереться, вдруг заговорило совершенно иным тоном. Когда депутаты-демократы заявили в палате, что триумфальное шествие Революции двинется из Парижа и завоюет весь мир, представитель правительства ответил, что для свободы едва ли необходимо совершать такое кругосветное путешествие до того, как она доберется до Бельгии.

Немецкие эмигранты были в авангарде революционного движения. Маркс помог составить приветствие от Демократической ассоциации, направленное временному правительству во Франции. В нем говорилось о великих задачах, которые еще стоят перед революцией. В демонстрации в ночь на 28 февраля приняли участие немецкие эмигранты. Вильгельма Вольфа арестовали, у него нашли кинжал. По данным полиции, Маркс из только что полученных им шести тысяч франков отдал пять тысяч на покупку оружия для рабочих Брюсселя.

У полиции наконец появился повод расправиться с эмигрантами. Она работала в тесном контакте с послом Пруссии, который получил список подлежащих высылке 29 февраля, всего через день или два после его составления. Имя Маркса было первым в списке.

Маркс ни в коем случае не собирался оставаться в Бельгии. Революционным центром Европы был Париж, куда его звал старый знакомый Флокон, ставший членом временного правительства. Он пригласил «дорогого и отважного - cher et vaillant» Маркса вернуться в страну, из которой его изгнала тирания: «Тирания изгнала вас; свободная Франция широко распахивает свои врата для вас и всех, кто борется за священное дело братства народов».

Это письмо было отправлено из Парижа первого марта. Маркс получил его второго или третьего числа, то есть практически одновременно с распоряжением полиции, дававшим ему лишь двадцать четыре часа на то, чтобы покинуть Брюссель. Приказ о высылке был вручен Марксу в пять часов дня 3 марта. У него было несколько часов, чтобы уладить массу личных и политических дел. Почти сразу же, как только известие об успешном восстании в Париже достигло Лондона, Шаппер, Генрих Бауэр и остальные в штаб-квартире Союза коммунистов решили спешно ехать в Париж. Лондонское отделение Союза решило передать возложенные на него полномочия брюссельскому отделению. Брюссельским отделением был Маркс, но Маркс уже был изгнан из Брюсселя. 

Вечером 3 марта пятеро депутатов отделения собрались в комнате Маркса в гостинице, в которой он жил. Собрание распустило отделение Союза, только что назначенное центральным, и наделило лично Маркса всеми полномочиями и поручило ему создать новое центральное отделение Союза в Париже.

Не успели они покинуть помещение, как нагрянула полиция. Ей однако не удалось поймать товарищей Маркса, которым удалось ускользнуть в общей неразберихе. Но в её руки попали бумаги и документы Союза коммунистов, в том числе протокол только что состоявшегося собрания. Таким образом, имена главных руководителей Союза оказались в её руках. Копии протокола и других документов, найденных в комнате Маркса, были отправлены послу Пруссии как знак и свидетельство поспешного проявления дружбы.

Маркс описал омерзительное поведение полиции в письме к Реформу: «Получив 3 марта в пять часов пополудни приказ покинуть Бельгию в течение двадцати четырех часов, вечером того же дня, когда я был еще занят приготовлениями к отъезду, комиссар полиции в сопровождении десяти местных полицейских вошли в моё жилище, обыскали весь дом и кончили тем, что арестовали меня под предлогом отсутствия у меня документов. Но у меня помимо совершенно исправных документов, которыми меня снабдил г-н Дюшетель после высылки меня из Франции, было и распоряжение о высылке, которое Бельгия вручила мне всего за несколько часов до этого.

Я не стал бы говорить о своем аресте и о зверствах, которым меня подвергли, если бы не одно обстоятельство, которое было бы трудно понять даже в Австрии. Сразу же после моего ареста моя жена обратилась к г-ну Жоттрану, президенту Демократической ассоциации Бельгии, и попросила его предпринять необходимые шаги. Вернувшись, она застала у дверей полицейского, который с изысканной вежливостью сказал ей, что если она хочет поговорить с г-ном Марксом, ей нужно только следовать за ним. Жена с радостью приняла это предложение. Ее отвели в полицейский участок, где комиссар начал с того, что сказал ей, что г-на Маркса там нет; затем он грубо спросил, кто она такая и что ей было нужно от г-на Жоттрана и есть ли у нее при себе документы. Г-на Жиго, бельгийского демократа, который сопровождал мою жену и полицейского в полицейский участок, возмутившегося нелепыми и наглыми вопросами комиссара, полицейские заставили замолчать, схватили его и бросили в тюрьму. Мою жену под предлогом бродяжничества бросили в тюрьму при ратуше и заперли в темной комнате вместе с несколькими проститутками. На следующее утро, в одиннадцать часов, жандармский конвой повел ее среди бела дня в офис следователя. Ее продержали в камере ещё два часа, несмотря на возмущенные протесты, раздававшиеся со всех сторон, и подвергли ее суровым погодным условиям (зимнего) сезона и самым гнусным оскорблениям со стороны жандармов.

В конце концов она опять предстала перед следователем, который был очень удивлен тем, что полиция с её заботой не арестовала также и моих малолетних детей. При таких обстоятельствах допрос представлял собой полный фарс, ведь единственное преступление моей жены состоит в том, что она разделяет убеждения своего мужа, хотя она и прусского аристократического происхождения.

Я не буду вдаваться во все подробности этого отвратительного дела, а лишь добавлю, что когда нас освободили, как раз истекли двадцать четыре часа отсрочки, и мы были вынуждены покинуть страну, не имея возможности взять с собой даже самые незаменимые личные вещи»." (Продолжение следует)

.

МАРКС И БЕСТИЯ КАПИТАЛИЗМА 21ГО ВЕКА

Прежде чем начать выкладку перевода отрывков биографии Карла Маркса, написанной в 1937 году в эмиграции русским социал-демократом (меньшевиком) Борисом Николаевским, считаю необходимым вкратце высказать моё отношение к Марксу и этой биографии.

Прежде всего должен сказать, что обязательное преподавание марксизма-ленининизма в советской школе и университете начисто отбило у меня интерес к нему и привило отвращение, что было ещё усилено антикоммунистической пропагандой западных "радиоголосов", которые я регулярно слушал в юности. Хуже того, оказавшись на Западе в результате продажи Мишкой-меченым (горбачёвым) ГДР, где я жил с 1983 года, и испытав подлость и бесчеловечность капитализма на собственной шкуре, я в поисках ответов на принципиальные мировоззренческие вопросы отнюдь не сразу обратился к марксизму.

Несколько лет я был убежденным сторонником мелкобуржуазных идеологий анархизма и кооперации, и только осознание того, что проблемы жертв капитализма вовсе не личные, а социальные (общественные), вызвало сдвиг моих интересов от лженаучной буржуазной индивидуальной психологии к радикальному бихевиоризму проф. Б.Ф. Скиннера. Радикальный бихевиоризм - это наука, изучающая оперантное поведение, полностью обусловливаемое его подкреплением факторами окружающей реальности, в особенности социальной среды. Оперантное поведение - это по сути второй уровень адаптации живых организмов к окружающей среде (первый - это экологически ориентированная эволюция организмов, более или менее научно сформулированная Чарльзом Дарвином).

И уже бихевиористская технология целенаправленного управления поведением как инструмент социальной инженерии вызвала у меня интерес к Марксу и Ленину, потому что именно она была тем научным компонентом теории и практики социализма, из-за отсутствия (а позже отказа от применения) которого советская попытка преобразования капиталистических общественных отношений в социалистические закончилась поражением.

Маркс и Ленин совершенно различны в своем понимании социализма и пути к нему, и Ленина нельзя по справедливости называть марксистом, потому что победа Октябрьской революции была достигнута не благодаря принципам марксизма (которые последовательно проводили Плеханов и прочие марксистские начётчики-меньшевики), а наперекор им. Но об этом, а также об исторических корнях революционного социализма Ленина, Троцкого, Эрнесто (Че) Гевары, Уго Чавеса и многих других я напишу позже.

Короче, я начинал писать этот блог, будучи убежденным противником марксизма и презирая самого Маркса как якобы книжного червя, просиживавшего целые годы день за днем в библиотеке Британского музея в Лондоне, но так и не завершившего свой главный труд - "Капитал", который после его смерти остался незавершенным и за исключением опубликованного 1-го тома представлял собой хаотическую кучу фактического материала.

Это моё отрицательное отношение к Марксу радикально изменилось лишь после того, как я открыл для себя работы совершенно позабытого теперь замечательного политэконома-марксиста Генрика Гроссмана, который из целого моря оставленной Марксом писанины, как опубликованной, так и оставшейся в рукописях, выделил, развил далее и строго доказал самое важное у Маркса - незавершенное им доказательство тупиковости капитализма как экономической системы. Эта тупиковость обусловлена закономерным падением нормы прибыли по ходу аккумуляции капитала, о чём я уже многократно писал на этом блоге.

Это - доказательство, чрезвычайно важное в наше время господства над миром закулисы мафии мультимиллиардеров с их сверхаккумулированными гигантскими капиталами. Это - мертвые капиталы, потому что их абсолютно невозможно прибыльно вложить в реальную производительную капиталистическую экономику. Именно этим объясняется перенос индустриального производства массовой товарной продукции из метрополий Запада в слаборазвитые страны Азии, которые стали теперь фабрикой и заводом для всего остального мира. Этим же объясняется деиндустриализация не только Запада, но и России, которая стала по указке Запада его сырьевой и энергоресурсной полуколонией.

Российские олигархи прошли выучку у западных, которые совершенно ясно и с ужасом видят экономическую бесперспективность капитализма, и именно поэтому переключили получение своих доходов с капиталистической эксплуатации наёмного труда на такие чисто феодальные паразитические источники доходов, как извлечение экономической ренты (монопольной, природной, земельной и т.д.), коррупционное систематическое ограбление государственных финансов, ростовщичество и биржевое мошенническое спекулянтство.

Однако российские олигархи (сказочно богатые "дорогие друзья" Иудушки Капутина) при  этом не дотумкали до следующего важнейшего момента: сверхакккумулированный мертвый капитал нынешней миллиардерской закулисы Запада может лишь ограниченно наращиваться вышеуказанными способами. Поэтому для укрепления своего монопольного господства над мировой экономикой он куда более заинтересован в возможно более полном уничтожении чужих капиталов - как денежных, так и материальных активов.

В этом - причина так называемого "creative destruction" - креативного уничтожения, которое после уничтожения СССР совершенно закономерно выразилось в войнах, мнимых катастрофах (климатической и ковидной) и искусственно создаваемых разрушительных и губительных мерах их "преодоления", а также в "санкционном" воровстве российских капиталов, как государственных, так и частных.

Затем уже в этом году глобалисты приступили к уничтожению средних и мелких капиталистов Европы, мошеннически раздув цены на энергию, необходимую для промышленного и сельскохозяйственного производства и прочей реальной экономики Европы, в отличие от единственного занятия мультимиллиардеров и их "управляющих компаний" вроде BlackRock: манипулирования цифирью биржевых индексов и банковских счетов. Ну а скупленное глобалистской закулисой мультимиллиардеров европейское политиканство только подыгрывает им в разрушении экономики Европы, вводя безумные "зелёные" запреты на целые отрасли реальной экономики, например, на высокопродуктивное фермерское хозяйство Нидерландов, которое проклятая мафия глобалистов хочет скупить за бесценок, подобно тому, как мерзавец Билл Гейтс скупил и скупает дальше сельскохозяйственные угодья в США, став там крупнейшим помещиком-землевладельцем:

Такая же скупка сельскохозяйственных земель глобалистами уже давно идёт по всей Латинской Америке, а также началась теперь на бандерофашистской Украине. Тут надо сказать, что нет худа без добра: алчность российских олигархов воспрепятствовала полной скупке глобалистами материальных активов России (за исключением части сырьевых и газонефтяных, таких как "Росал", "Газпром", "Роснефть", а также финансовых активов банков). Огульная скупка миллиардерами-глобалистами материальных активов мировой экономики (как перед "Великой депрессией" 1930-х годов) сигнализирует о неизбежности скорого краха валютно-финансовой системы Запада с гиперинфляцией сперва евро, затем прочих западных валют и в заключение - доллара США.

Капитализм как теперь уже глобальная экономическая система давно уже дышит на ладан, однако продолжает (по меньшей мере со времен М. Тэтчер) настырно далдонить в своих масс-медиях наглую ложь, что якобы ему, капитализму, нет и не может быть альтернативы. Значение политэкономических трудов Маркса, которое осталось непонятным для слишком многих "марксистов", включая автора биографии Маркса - меньшевика Николаевского, и которое чётко и блестяще сформулировал Генрик Гроссман, как раз и состоит в доказательстве ложности претензий капитализма - этого насквозь гнилого ходячего трупа - зомби-вурдалака - на дальнейшее "живое" существование. Гроссман, хотя это всё ещё известно очень немногим, вбил осиновый кол в гнилое сердце капитализма.

Мультимиллиардеры-глобалисты ясно видят обреченность капитализма и поэтому ищут спасения в ретроградном бегстве вспять в феодализм и рабовладельчество. Если очистить декларации и видео хера Шваба и его "ВЭФ - WEF" от утопических фантазий и наглого лживого краснобайства, то окажется, что они хотят установить во всем мире тоталитарную диктатуру олигархии мультимиллиардеров, превратив человечество в рабов, согнанных на изнурительный ручной труд в концлагеря вроде гитлеровских. Именно для этого на Западе идёт радикальный демонтаж буржуазной "демократии" и замена её неолиберальным тоталитаризмом, т.е. всевластием марионеточного аппарата власти - политиканов, бюрократов и силовиков, являющегося лакеем глобалистской закулисы. Итак, самое ценное зерно в трудах Маркса (очищенное от шелухи Гроссманом) - это правильное понимание причины нынешних социально-экономических катастроф, включая войны, разрушающие реальную экономику, а также сатанинской человеконенавистнической сути глобализма (западного империализма), который и осуществляет это "creative destruction" - креативное уничтожение.

Второе ценное зерно в трудах Маркса, которое также усиленно предается забвению буржуйской пропагандой - это интернационализм. Лозунг Коммунистического манифеста, написанного Марксом: "Пролетарии всех стран, объединяйтесь!" означает безоговорочный интернационализм трудящихся как условие, безусловно необходимое для победы социалистической революции, которая должна быть воистину мировой, а не мнимой "победой социализма в одной отдельно взятой стране", о которой лгали реакционный диктатор-антикоммунист сталин и его прихвостни, истребившие в СССР коммунистов-интернационалистов (Троцкого и его сторонников) и уничтожившие ленинский Коминтерн.

Если Ленин организовал в годы Гражданской войны Советское государство как союз национальных республик только для того, чтобы свести к минимуму действие сепаратистской буржуйской националистической пропаганды на трудящихся национальных окраин, временно пожертвовав принципом интернационализма, то сталинско-брежневская номенклатура не только не сделала ничего для того, чтобы восстановить интернациональное единство сил социализма, но и закрепила национальную административную раздробленность СССР, а также разобщила единство КПСС на "компартии союзных республик" и воспрепятствовала после 2-й мировой войны воссоединению мира социализма в единое государство, включающее в себя и СССР, и КНР, и все восточноевропейские страны, освобожденные от фашизма Красной Армией.

Об этом гнусном предательстве дела социализма и мировой революции я тоже неоднократно писал на этом блоге, поэтому ограничусь здесь лишь констатацией того факта, что кровавый подонок сталин, удушив мировой процесс социалистической революции, реставрировал самодержавие (себя любимого), царское чиновничество (партийную номенклатуру) и крепостное право, загнав крестьянство в колхозы, которые они не имели права покинуть.

В заключение надо особо подчеркнуть одну роковую особенность нынешней политической ситуации в мире. Западный империализм надел на себя фальшивую маску "глобализма", якобы заботящегося обо всём человечестве, обо всей Земле. Он подменил собой, как волк в овечьей шкуре, истинный социалистический интернационализм трудящихся. На самом деле империалистический миллиардерский глобализм - полная противоположность интернационализма. Он грабит и  истребляет человечество и разоряет природные ресурсы нашей планеты ради доходов господствующей закулисы мультимиллиардеров-глобалистов.

При этом глобализм втихаря, руками скупленных на корню "демократических" политиканов как в правительствах западных и зависимых стран, так и в международных организациях, постепенно погружает человечество в кошмар глобального фашистского сверхгосударства. Глобализм в сущности не что иное, как новый хорошо замаскированный фашизм, как его в своё время совершенно правильно охарактеризовал Георгий Димитров: это террористическая тоталитарная диктатура самых реакционных кругов господствующего класса капиталистов. Не случайно лозунг украинских бандерофашистов - "Украина - цэ Эвропа!"

Хуже всего то, что претензия западного империализма на глобальную "наднациональность" не оставила его противникам никакой иной идеологической позиции, кроме националистической. Эта позиция, вынужденно занятая антиглобалистскими силами, является проигрышной, так как делает их уязвимыми к демагогическим лживым обвинениям буржуйских масс-медий в фашизме (например, нынешние антиглобалистские правительства Венгрии и Италии, а также в последнее время - кремлёвский всё ещё прозападный режим Путина) и религиозном экстремизме (например, нынешнее антизападное правительство Афганистана). Короче, без возрождения социалистического интернационализма нечего и думать о победе социализма над сатанинской гадиной глобалистского западного империализма.

В биографии Маркса, написанной Николаевским, значение этих двух важнейших аспектов марксизма (интернационализма и истинно научной политэкономии) не раскрыто. Тогда чем же ценна эта биография? - Тем, что объективно, без прикрас и клеветы рассказывает о политической деятельности Маркса в социалистическом движении и 1-м Интернационале. Этого нет ни в иконописных биографиях Маркса (советских и ГДРовских), ни в клеветнических "биографиях", написанных антикоммунистами.

Я считаю объективную честную оценку любой "великой личности", без идеализирования и очернения, чрезвычайно важной. Пропаганда, раздувающая её "величие" или наоборот, "низость", мешает правильному пониманию роли каждой такой личности в истории, позволяя демагогам ставить знак равенства например, между революционером Лениным и ретроградом Джугашвили-сталиным, или между революционером Троцким и фашистом Гитлером.

Объективная и честная оценка Маркса особенно необходима потому, что мы живём теперь в ядовитой атмосфере антикоммунизма, который воспринимается молодым поколением как нечто "нормальное", "общеобязательное" и "безальтернативное". Эта атмосфера - результат непрерывной деятельности буржуйских масс-медий, безостановочно тараторящих лживую апологию капитализма как "свободы", "демократии", "равенства возможностей" и вообще всего того, что не может существовать реально при диктатуре капитала.

Лживые миражи буржуазной пропаганды создаются также классовой системой образования и цензурой Интернета, что в своей совокупности оболванивает молодёжь, лишая её понимания своих истинных интересов и делая её лёгкой добычей для капиталистических эксплуататоров. Социализм коварно подменен всякой лживой и пошлой ерундой - "зелёным" активизмом истерички Греты Тунберг, феминизмом и пропагандой сексуальных извращений, отождествлением антифашизма с сионизмом, обозначением коррупции буржуазных политиканов и паразитизма миллиардеров как "социализма для богатых" и прочей белибердой, пудрящей мозги неопытной молодёжи, ловящейся на наглую мнимо-"левую" демагогию, как рыба на блесну:

Всё это - именно то, что Грамши называл "классовой гегемонией в идеологии", и именно её, т.е. господство буржуйской идеологии в умах людей, не осознаваемое ими, необходимо преодолеть в самую первую очередь на пути к светлому социалистическому будущему.

Соответственно, я выбрал изо всей этой биографии Маркса для перевода лишь три важнейших этапа его жизни: 1) революций 1848 года, 2) франко-прусской войны и Парижской коммуны 1870 года и 3) краха 1-го Интернационала и последних лет жизни.

.

ПОШЛИТЕ ОПРИЧНИКОВ ПУТИНА ВОЕВАТЬ С БАНДЕРОФАШИСТАМИ

Пора написать что-то для того, чтобы политическая цензура Google оставила меня в покое. Ну что же, есть достаточно тем, которые эта цензура не только не забанит, но даже одобрит. При этом я, конечно, не изменю ни своим социалистическим убеждениям, ни нашей Родине - Советскому Союзу, пусть даже многие считают её безвозвратно уничтоженной, и поэтому пишу следующее:

Мне как-то сразу не пришла в голову мысль о том, что "частичная мобилизация", которая должна дать добавочно 300 тысяч воинов, на самом деле вовсе не нужна России. Ведь есть же, есть у Иудушки Капутина громадное войско опричников, которое страна содержит наряду с вооруженными силами. Это войско опричников - так называемая "росгвардия". Она своей 430-тысячной численностью превосходит сухопутные войска РФ:

Более того, эта "росгвардия" хочет быть любой бочке затычкой. Она не только дублирует функции полиции и ФСБ, но ещё имеет свои собственные авиацию и флот!

(Скриншот статьи русскоязычной "Википедии")

Эта "росгвардия" нужна России, как собаке пятая нога! Она нужна только погрязшему в коррупции и кумовстве питерскому гопнику Иудушке Капутину с мафией его "дорогих друзей". Ведь лишь они, будучи преступниками и паразитами, боятся не только народа, но и армии, и ФСБ. И феноменальная забота Путина о своих опричниках неудивительна, ведь опричная "росгвардия" состоит под командой путиноидного Малюты Скуратова - некоего Золотова, давнего коллеги Путина на побегушках у мерзавца Собчака. Если Путин носил Собчаку портфель, то Золотов был охранником у Собчака, следившим за тем, чтобы ночные похождения его шальной дочки - соплежуйки Собчачки - не кончились для неё плачевно. Золотов - старый кадр либерастской мафии подонка Бориски-алкаша (ельцина). Вот он вместе с агентом ЦРУ Коржаковым на службе телохранителем у агента ЦРУ ельцина:

Этот тупой держиморда и коррупционер-миллиардер (почитайте биографию хотя бы на "Википедии) Золотов получил вместе с "росгвардией" ещё и чин генерала армии!!! Это -обычная для "дорогих друзей Путина" головокружительная карьера "из грязи в князи", характерная для диктаторских режимов проамериканских "банановых республик":

(Скриншот статьи русскоязычной "Википедии")

Иудушке Капутину, конечно, стыд глаза не выест. Столь же скандально назначение им же своего подельника по государственному преступлению - организации обстрела Верховного Совета РСФСР из танковых орудий и расстрела тысяч москвичей наёмниками и бейтаро-МОССАДниками в октябре 1993 - абсолютно некомпетентную штатскую шляпу Шойгу - аж министром обороны РФ!!! Каждый "дорогой россиянин", если у него в голове ну хоть немного мозгов, должен понимать, что назначения Путиным на высшие государственные должности делаются вовсе не в интересах народа и страны, а в интересах упрочнения власти себя любимого над народом и страной. Ведь Золотов - явный придурок, что видно с первого взгляда даже на его официальный фотопортрет:

Тут, очевидно, карикатуру рисовать совершенно излишне.

Да и на само опричное войско "росгвардии" Иудушки Капутина излишне рисовать карикатуры. Чем оно занято? Зверскими избиениями мирных демонстрантов в моём родном городе Москве:

и террором против пожилых гражданок по указке западной глобалистской сволочи, потребовавшей во всем мире террористического чрезвычайного положения под предлогом мнимой "ковид-пандемии":

Поэтому я считаю, что как можно больше этих громил-опричников "росгвардии" надо послать воевать против украинских громил-бандерофашистов. Ни тех, ни других мне ни капельки не жалко. Напротив, я буду только рад, потому что тогда самые весомые обломки Советского Союза - буржуйские "украина" и "Россия" - ну хоть частично избавились бы от своего самого отвратительного человеческого материала.

Если кто захочет поставить мне в упрёк хоть одно слово из написанного выше, то таким я напомню, что если бы кто-нибудь тридцать лет назад, ещё при СССР, вздумал пророчить москвичам и киевлянам, что недалеко то время, когда они будут воевать друг против друга, то такого пророка тогда сразу бы направили на приём к психиатру. А Иудушка Капутин все двадцать с лишним лет своего властвования лизал за доллары задницы своим "западным партнерам" вместо того, чтобы совместно с Президентом Беларуси А.Г. Лукашенко заняться самым нужным делом - ремонтом Советского Союза, разбитого проклятыми предателями - Мишкой-меченым (горбачевым) и Бориской-алкашом (ельциным). Ведь ясно и ежу, что войны - это закономерное явление при капитализме; мир возможен только при социализме.

.

DIVIDE ET IMPERA - РАЗДЕЛЯЙ И ВЛАСТВУЙ

 

Я не знаю, сколько еще времени уцелеет мой блог перед тем, как его уничтожит цензура Google - глобалистской монополии, прикарманившей и подчинившей себе наряду с Blogspot многие другие хорошие начинания в Интернете. Поэтому я сейчас тезисно изложу самое важное, что на мой взгляд "дорогие россияне" должны вспомнить, знать и не забывать, а потом постараюсь - чтобы не дразнить цепных псов капитала - меньше писать об актуальной людоедской политике глобалистского западного империализма и выкладывать больше переводов текстов, полезных для российской публики. В первую очередь я выложу один или даже несколько отрывков из биографии Карла Маркса, написанной русским социалистом и историком Борисом Николаевским в эмиграции и до сих пор не переведенной на русский язык.

Итак, принцип divide et impera - разделяй и властвуй, первоисточником которого советские словари называют древннеримских императоров, а западные - французского короля Людовика XI, - это принцип антинародной политики, которым объясняются все без исключения войны эпохи империализма. Он направлен на разобщение трудящихся народов, отвлекая их от борьбы за свои общечеловеческие и гражданские права раздуванием националистической пропаганды и провоцированием войн.

Именно стремление антинародных прозападных буржуазных режимов сохранить и упрочить свою власть над подданными вызвало все войны на обломках Советского Союза - и чеченско-российскую, и армяно-азербайджанскую, и осетино-грузинскую, и таджикско-киргизскую, и украинско-российскую. Все эти войны были инсценированы и спровоцированы западной агентурой в правящих кругах всех обломков СССР.

Конкретно о войне на украине можно с полной уверенностью сказать, что она давно уже подготавливалась западным империализмом и его агентурой в правящих режимах украины и России. Нельзя забывать того, что с самого начала бандерофашистскую нечисть наряду с западными "гуманитарными" фондами и украинскими олигархами (особенно "жидобандерой" Коломойским - хозяином кровавого клоуна Зеленского) финансировали и такие "расейские" прозападные персонажи, как Греф и Сурков. То-то они теперь сидят ниже воды, тише травы, когда наконец-то увенчались успехом их гнусные делишки!

Зачем эта война крайне необходима и западному глобалистскому империализму, и бандерофашистскому режиму в Киеве, и олигархобюрократическому кремлёвскому режиму? Ответ очевиден: они всеми силами стремятся предовратить то, чтобы срослись в единый сильный и здоровый организм социалистического Советского Союза все зверски отрубленные Мишкой-меченым (горбачёвым) и Бориской-алкашом (ельциным) части его тела, которые западный империализм уже считает своей добычей. Эти кровоточащие обрубки (прежде всего - "украина") не могут быть суверенными государствами уже только потому, что им Запад уготовил роль колоний и расходного материала в империалистических войнах.

Но жестоко ошибаются те, кто воображают, что кремлёвский режим стремится восстановить единство Советского Союза. Нет, он - совместно с русофобской бандерофашистской нечистью - просто проводит черту раздела внутри псевдогосударства "украина", отделяя от неё Новороссию - области, населенные русскими и присоединенные к "украине" при СССР в иллюзорной попытке умаслить бандерофашистскую националистическую мразь. Этим они сделают конфликт между "русскими" и "украинцами" хроническим, на радость и западному империализму, и кремлёвскому прозападному режиму.

В перспективе западный империализм намерен превратить Россию в свою сырьевую колонию, поэтому ничтожество Иудушка Капутин наконец-то понял, что уже слишком сильно заигрался в партнерство с сатанинской бестией западного капитала, и решил защищать безраздельную власть своей шайки над Россией. Единственный инструмент, который у него есть для защиты от агрессии Запада - это российский великодержавный шовинизм.

Понять суть войны на Украине невозможно без понимания сути противника России - западного глобалистского империализма. Прежде всего надо знать, что демократией на Западе и не пахнет. Реальная власть принадлежит миллиардерской закулисе - банде сверхбогачей-дегенератов, которые мнят, что могут вертеть историческим процессом в какую угодно сторону. Наглядный пример члена этой банды взбалмошных недоумков - самый богатый (после Ротшильдов) человек в Англии - Чарльз 3-й.

Эта банда дегенератов имеет для управления своими громадными мертвыми капиталами соответствующие фирмы вроде BlackRock, в котором делами заправляет некто Ларри Финк. О роли и сути таких фирм я уже писал, например здесь: https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2022/02/blackrock-financial-pyramid-and-fascist.html , плюс смотри перевод статьи Энгдаля здесь: https://behaviorist-socialist-ru.blogspot.com/2022/02/engdahl-blackrock-keystone-of-global.html .

Это - серьёзнейшие учреждения, задача которых - ежеминутно бороться с угрозой неизбежного краха финансовой системы глобального капитализма, подобно тому, как в романе Кристофера Приста "Опрокинутый мир" - "Inverted World" by Christopher Priest - кучка безумных отщепенцев человечества пытается сохранить своё обособленное противоестественное существование. Соответственно, вся политика западного глобалистского империализма подчинена одной цели - сохранению власти закулисы миллиардеров и её мёртвых гигантских капиталов над всем человечеством. Это и осуществляет вся долларовая система финансов глобального капитализма при помощи банального ростовщичества (долговое закабаление целых стран) и мошенничества (безудержное творение "денег" для фиктивных прибылей миллиардеров разорительными для остального человечества аферами "количественных смягчений", "зелёной экономики", "ковид-вакцинации" и т.д. и т.п.

Капиталистическое государство тем самым не что иное, как грандиозная организованная преступность. В одних государствах временами её произвол и коррупция хорошо организованы и спрятаны от глаз публики завесой лжи масс-медий, и тогда наивной публике может показаться, что там- то и есть "настоящая демократия". Но это - лишь мираж. В других странах и практически всегда преступность денежных мешков организована плохо и произвол и коррупция очевидны. Такова была Россия сразу после уничтожения СССР - при проклятом алкаше Бориске в "лихие 1990-е".

Так как политика при капитализме полностью подчинена экономическим интересам господствующего класса буржуазии, то в политиканы набирают безмозглых безответственных ничтожеств, которые в сущности - актёры-лицедеи, от которых требуется помнить наизусть "свои" демагогические речи и соответствующее управление мимикой. Типичные примеры - это политиканы женского пола, такие как Тэтчер, фон-дер-Ляйен, новозеландская гадюка Арден и бесноватая англичанка Трасс. Всех их теперь выковывают в кузнице политиканских кадров глобализма хера Шваба - и протеже Ротшильдов француза Макрона, и протеже МОССАД и Коломойского - пошлого клоуна Зеленского.

С такими одиозными политиканами-марионетками закулисы, как закосневший в коррупции маразматик Байден, капиталистическое государство не может быть ничем иным, кроме как (по выражению, сформулированному Лассалем) пресловутым "ночным сторожем". Только этот самый сторож неизменно назначается ворами-буржуями и состоит с ними в сговоре против остального человечества...

Картина, конечно, удручающая и жуткая. Вопрос в том, как заменить её на совершенно иную, оптимистическую и гуманную. Единственное средство для этого - социализм и интернационализм. Я возлагаю серьёзные надежды на предстоящий съезд Коммунистической партии Китая, который, как говорят, должен положить в Китае конец свистопляске распоясавшихся буржуев. Это даст правильный сигнал всему остальному миру. Во всяком случае, ясно одно: невозможно победить глобальный западный империализм и его кровавого прихвостня - украинский бандерофашизм - повинуясь прозападной шайке коррупционеров, засевшей в Кремле под буржуазно-националистическим предательским власовским триколером.

Победить глобалистский капитализм и фашизм могут только объединеные силы интернационалистов-социалистов всего мира под красным знаменем мировой социалистической революции:

.

ЖЕРТВА ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЦЕНЗУРЫ GOOGLE

 

А вот и документальная улика:

Чем же эта запись вызвала гнев тоталитарной монополии Google в частности и сатанинской бестии западного империализма вообще? Очевидно, этим (цитирую):

" О СУТИ УКРАИНСКОЙ ВОЙНЫ

Чтобы понять эту суть, надо избавиться от массы вдалбливаемых масс-медиями в головы наивной публики "когнитивных диссонансов", т.е. по-русски говоря - предрассудков. И самый главный и зловредный предрассудок - это то, что войны якобы ведут народы против друг друга, отстаивая свою "независимость" и "национальную идентичность", хотя на самом деле войны ведут кучки мерзавцев, господствующих над народами, в целях сохранения и укрепления своей преступной власти.

Именно поэтому войны - неизбежное явление всех классовых обществ, в особенности - капиталистического. И война на Украине служит прежде всего для укрепления власти кучек "элитных" мерзавцев в Киеве и в Кремле над одним и тем же советским народом, разодранным ими на клочки националистических буржуазных государств - России и Украины.

(...)

Мир социализма, который неизбежно возродится, должен быть монолитно единым, ибо лишь при этом условии он победит и уничтожит сатанинскую бестию глобального капитализма. Социалистическое единство человечества - совершенно иная вещь, чем капиталистические военные и экономические союзы вроде НАТО и ЕС. Эти союзы - антинародные и антидемократические, потому что служат интересам лишь транснациональных капиталистических корпораций. Буржуи создают их руками продажных политиканов, не считаясь с мнением народов.

(...)

Короче: выход из омерзительного кошмара капитализма и его войн лишь один: социализм и интернационализм."

Я пишу этот блог на русском языке для русских читателей. Какие-либо претензии и неудовольствия иной, не русской публики, совершенно иррелевантны и не могут служить оправданием уничтожения моей блогозаписи. Пусть сперва Google добьётся полной ликвидации украинско-ЦРУшного откровенно террористского бандерофашистского сайта под омерзительным своею запредельно циничной фальшивостью названием "Миротворец", призывающего к политическим убийствам всех противников бандерофашизма и гнусно злорадствующего после их "ликвидации".

Всех противников капиталистической классовой политической цензуры прошу выразить протест против уничтожения цензурой Google этой блогозаписи здесь: https://www.blogger.com/go/appeal-post?blogId=2308953392527795604&postId=491948945313998483 .

За нашу и вашу свободу!

.

ГЕРЦЕН: РУССКИЕ НЕМЦЫ И НЕМЕЦКИЕ РУССКИЕ 2

Александр Иванович Герцен:

"II. ДОКТРИНЕРСТВУЮЩИЕ НЕМЦЫ

То, что делалось грубо, хирургически в передней и казарме, повторялось с разными утонченными и нервными видоизменениями во всех других сферах. Разрыв, которым для нас началась немецкая наука, невольно ставил все отторгаемое от прежнего единства в враждебное отношение ко всему остававшемуся по старине. Освобождаясь от целого мира нелепых предрассудков и тяжелых форм, новая Россия не делалась свободной, на это она еще не имела достаточной самостоятельности, а подчинялась другому нелепому порядку и принимала его предрассудки — второй степени, так сказать.

Учитель-стажёр, 1927 г.

Допетровская жизнь была виновата в разрыве, она обусловила и вызвала его; в ее сонном прозябании нельзя было дольше оставаться, не покрывшись плесенью, не расползаясь, не впадая в восточную летаргию. А на все на это недоставало азиатской лени и старческого покоя. Совсем напротив, в русской жизни бродила бездна сил неустоявшихся: с одной стороны — казачество, расколы, неоседлость крестьян, их бродяжничество, с другой — государственная пластичность, сильно обнаруживавшаяся в стремлениях раздаться, не теряя единства.

Каким путем эта стихийная жизнь, равнодушная к развитию своих собственных сил и даже к сознанию их, должна была выйти к совершеннолетию и измениться — это зависело от разных обстоятельств, но необходимость выхода вовсе не была случайностью. Оторвавшаяся часть немой и спящей горы представляла именно тот революционный фермент, то деятельное меньшинство, которое должно было волею или неволею увлечь за собою всю массу.

Что меньшинство это было само увлечено подражанием чужеземному — и это естественно. Русская жизнь, таившая в себе зародыши будущего развития, вовсе не подозревая того, держалась за старину по капризу, не умея объяснить почему, а революция, напротив, указывала на блестящие идеалы, на широкую будущность и, наконец, на существующую Европу с ее наукой и искусством, с ее государственным строем и общежитием.

Что европейские гражданские формы были несравненно выше не только старинных русских, но и теперешних, в этом нет сомнения. И вопрос не в том, догнали ли мы Запад, или нет, а в том, следует ли его догонять по длинному шоссе его, когда мы можем пуститься прямее. Нам кажется, что, пройдя западной дрессировкой, подкованные ею, мы можем стать на свои ноги, и, вместо того чтоб твердить чужие зады и прилаживать стоптанные сапоги, нам следует подумать, нет ли в народном быту, в народном характере нашем, в нашей мысли, в нашем художестве чего-нибудь такого, что может иметь притязание на общественное устройство, несравненно высшее западного. Хорошие ученики часто переводятся через класс.

Представьте себе, что каким-нибудь колдовством кто-нибудь вдруг развил бы из куриного яйца ящерицу или лягушку. Без всякого сомнения, состояние ящерицы было бы для яйца прогрессом, но в сущности зародыш цыпленка мог иметь высшие притязания, именно сделаться птицей. Если бы мы теперь остановили развитие цыпленка, основываясь на том, что ящерица или лягушка, выведенная из птичьего яйца, потому не может еще сделаться птицей, что она не достигла всех лягушечьих совершенств, и будем его заставлять прыгать на брюхе, подтянувши ноги, в то время как он мог бы летать, — то мы все же сделаем avortement (выкидыш, недоносок — франц.) птицы и дальше лягушки ее не разовьем.

Дети рабочих, 1932 г.

Наука, которую мы прошли, была трудна, помечена слезами, кровью и костьми. Она пошла впрок, наша здоровая организация все вынесла. Сначала мы были у немца в учении, потом у француза в школе — пора брать диплом. А страшное было воспитание! При Петре I дрессировка началась немецкая, то есть наиболее противуположная славянскому характеру. Военный артикул и канцелярский стиль были первыми плодами немецкой науки. Тяжелые и неповоротливые бояры и князья наперерыв старались походить на капралов и берейторов, германский бюрократизм обогащался византийским раболепием, а татарская нагайка служила превосходным пополнением шпицрутенов. На троне были немцы, около трона — немцы, полководцами — немцы, министрами иностранных дел — немцы, булочниками — немцы, аптекарами — немцы, везде немцы до противности. Немки занимали почти исключительно места императриц и повивальных бабок.

На добродушнейшем из всех немцев, на пьяненьком Петре III, как всегда бывает, оборвалось немецкое единодержавие. Немка, взбунтовавшаяся против него (Екатерина 2-я), была офранцужена, выдавала себя за русскую и стремилась заменить немецкое иго — общеевропейским. С тех пор в обществе немцы уступают французам; но если французы господствуют в гостиной и на кухне, то передняя и правительство остается за немцами,
Et par diverses raisons
Gardens ces amis de la maison.
(И по различным соображениям сохраняем дружбу приживалов — франц.)

С глубокой горестью читали мы, что самый почетный гость на празднике 8 сентября 1859 был немец с австрийским крестом, полученным за отличие при Сольферино — именно гессенский принц. Рано узнает юноша, призванный когда-нибудь царить над Русью, что в его семье есть рейторы и кондотьеры к услугам каждого нуждающегося тиранства, вольнонаемные принцы, готовые своей шпагой, оскверненной кровью в неправом деле и в деле, чужом для них, — расчистить дорогу палачам! (Прим. А. И. Герцена.)

Судебный исполнитель, 1931 г.

Они любят правительство, правительство их любит, да и как не любить людей, которых отечество — в канцелярии и казарме, которых совесть — в Зимнем дворце? И не только правительство, мы сами так привыкли, что нельзя хорошо управлять Россией без немцев, что нам кажется просто странным, как быть русскому министерству, русской армии без Нессельроде, Канкрина, Дибича, Бенкендорфа, Адлерберга, — нельзя! — ну хоть какой-нибудь Балтазар Балтазарович фон Кампенгаузен или Фабиан Вильгельмович фон дер Остен-Сакен, а все нужно.

Пока немцы владели Русью как справедливой наградой за аккуратность и умеренность, общество продолжало спрягать французские глаголы и обогащать русский язык галлицизмами. Кафтаны и танцы, книги и прически — все шло из Франции, и это был большой шаг вперед. В конце XVIII столетня Франция действительно была страною великой пропаганды, дух будущего носился над Парижем, и наше молодое поколение незаметно переходило от французской грамматики к французским идеям… Одно правительство дальше языка не пошло и, щегольски говоря по-французски, руководствовалось чисто немецкими мерами, ограждая себя попрежнему остзейскими лейб-опричниками от французских идей и русских притязаний. Но несмотря ни на это, ни на Аракчеева, ни на военные поселения, ни на винные откупа, александровская эпоха (Александра 1-го) была великим временем. Это была эпоха Пестеля и Муравьева, университетов и лицеев, Пушкина и 1812 года, эпоха гражданственного сознания и государственной мощи. Она служит лучшим ответом слепым порицателям петровского разрыва, ею он оправдан и заключен. Залп на Исаакиевской площади — был залпом на его похоронах.

Юные, гордые силы были уже готовы выступить за гранитные берега, которыми образующий деспотизм стремился удержать образование. Грубый отпор осадил их, тяжелый гидравлический пресс налег на все, сгущая, сосредоточивая, и все выросло в молчании. Николай (1-й) имел в виду одно стеснение; он не виноват в пользе, им сделанной, но она сделалась. Юношеская самонадеянная мысль александровского времени смирилась, стала угрюмее и с тем вместе серьезнее. Боясь светить ярко, светить вверх, она, таясь, жгла внутри и иной раз светила вниз. Громкие речи заменяются тихим шепотом, подземная работа идет в аудиториях, идет под носом у Николая в военных училищах, идет под благословением митрополитов в семинариях.

Безработный, 1928 г.

Живая мысль облекается в схоластические одежды, чтоб ускользнуть от наушников, и надевает рабскую маску, чтоб дать знак глазами, — и каждый намек, каждое слово прорвавшееся понято, становится силой. Удивительное время наружного рабства и внутреннего освобождения; настоящая история этого времени не на Кавказе, не в убитой Варшаве, не в остроге Зимнего дворца, она в двух-трех бедных профессорах, в нескольких студентах, в кучке журналистов.

Мысль растет, смех Пушкина заменяется смехом Гоголя. Скептическая потерянность Лермонтова составляет лиризм этой эпохи. Печальны, но изящны были люди, вышедшие тогда на сцену с сознанием правоты и бессилия, с сознанием разрыва с народом и обществом, без верной почвы под ногами; чуждые всему окружающему, не знавшие будущего, они не сложили рук, они проповедовали целую жизнь, как Грановский, как .Белинский, оба сошедшие в могилу, рано изношенные в суровой и безотрадной борьбе.

Они по духу, по общему образованию принадлежали Западу, их идеалы были в нем… Русская жизнь их оскорбляла на всяком шагу, и между тем с какой святой непоследовательностью они любили Россию и как безумно надеялись на ее будущее… и если когда в минуты бесконечной боли они проклинали неблагодарный, суровый родительский дом, то ведь это одни крепкие на ум не слыхали в их проклятиях — благословения!

Грановский и Белинский стоят на рубеже, далее в их направлении нельзя было идти. Последние благородные представители западной идеи, они не оставили ни учеников, ни школы. Молодое поколение выслушало результаты, до которых они домучились, и, предостереженное их примером, не впадало в их непоследовательность; спокойное и рассудительное, оно или примирилось с «разумной действительностью» русской гражданской жизни, или, как подсолнечник, склонило свой тяжелый цветок через острожный частокол русской тюрьмы к садящемуся на Западе солнцу. Из них-то составились наши доктринеры-бюрократы и западные доктринеры; последняя фаланга петровского войска, лучшие немцы из русских — умные, образованные, но не русские и именно потому способные с наилучшими намерениями наделать бездну вреда.

В первое десятилетие, следовавшее за 14 декабрем 1825, поднялось рядом с тем движением, о котором мы говорили, совсем иное направление. Несколько деятельных умов, отворачиваясь от лунного, холодного просвещения, которым веяло из Петербурга, стали проситься домой из «немецкой науки» и, попав на мысль, что Русь русскую не уразумеешь из одних иностранных книг, отправились ее искать, ее живую, в летописях, так, как Мария Магдалина искала Иисуса в гробе, в котором его не было.

Над ними (славянофилами) смеялись, и они действительно были смешны, юродствовали, переезжали за два века назад, наряжались по-старорусски, — так, как их предки наряжались по-немецки, отращивали бороду, которую полиция им брила, натягивали подогретое православие, сомневались, следует ли есть телятину, и не сомневались, что иконопись выше живописи. Мы смотрели на них с негодованием и были правы, мы искали свободы совести; они, исполненные раскольнической нетерпимости, проповедовали православное рабство. Мы не понимали (да и они сначала сознательно не понимали), что у них, как у староверов, под археологическими обрядами бился живой зародыш, что они, по-видимому защищая один вздор, в сущности отстаивали в уродливо церковной форме веру в народную жизнь!

Пока продолжалась борьба свободной совести против рабской и партии не могли друг друга понять, грянула Февральская гроза (революции 1848 года) и перемешала все карты в Европе. Когда она улеглась, полюсы шара земного были переменены. Западники, безземельные дома, теряли теперь шаг за шагом свои владения в обетованной земле. Славянофилы, думая отрывать трупы на кладбище, по дороге пахали поле. Западная партия была разбита на Западе; кирпичное, в один камень, здание политической экономии покривилось и оселось, теория общественного прогресса падала в бесплодную риторику, Франция, как покорное стадо единого пастыря, и Германия, как покорное стадо множества пастырей, утратили, раз за раз, свободные учреждения, личную безопасность, право речи, утратили талант, серьезность. Общее падение, как неотразимый рок, влекло всю Европу в хаос разложения; явились трогательные, печальные личности, упорно остающиеся верными всякому падению, надеющиеся, что храм западный, как храм Соломонов, скоро воскреснет во всей славе и силе, лишь бы только отделаться от социализма и деспотизма, от католицизма и невежества масс…

И наши западные доктринеры вслед за ними не изменили своей вере, не уступили стен своей ученой крепости; они печально, но твердо ждут, когда уляжется дикое славянофильство, варварство социальных идей — и французская централизация, на основаниях немецкой Schul-Wissenschaft (схоластики — нем.), будет царить от Таурогена до Амура.

Чем больше западная партия удалялась от реальной почвы и переносила шатры свои в абстрактную науку, тем тверже становились славяне на практический грунт. Вопрос об общинном владении, по счастью, вывел их из церкви и из летописей — на пашню. И вот как роковым колебанием исторических волн люди прогресса стали в свою очередь консерваторами, старообрядцами реформы, стрельцами западной цивилизации, хвастающимися неподвижностью своих мнений! Старая шутка софистов решилась обратно, черепаха опередила Ахилла… Ахилл забежал далеко, а путь переломился.

Как это делается, приведу один пример: спор, длившийся в русских журналах о народности в науке. Западники были совершенно правы в том, что объективная истина не может зависеть ни от градуса широты, ни от градуса лицевого угла; но, говоря это, у них есть задняя мысль, что западная наука, как единая сущая, и есть эта объективная, католическая, безусловная наука. Конечно, другой науки нет, но разве быть одной значит быть безусловной?

Разве по той логике, по которой доказывают, что человек, сидящий один в лучшей комнате всего Парижа, есть лучший человек во всем мире? (Прим. А. И. Герцена.)

Западная наука с своим схоластическим языком и дуализмом в понятиях в тысяче случаях не умеет не только разрешить, но поставить вопрос. Она слишком завалена грубым материалом, слишком избалована своими старыми приемами, чтоб просто относиться к предмету; она слишком облегчила себе труд рубриками, словами, трафаретками и шаблонами, чтоб искать новых мехов для нового вина.

Крестьяне, 1930 г.

Славянофилы поняли, что их истина плохо выражается западной номенклатурой, они пытались науку сделать русской, православной, остриженной в скобку, так, как пытались архитектуру и живопись свести на византизм, а в сущности они достигают совсем другого — высвобождения мысли и истины от обязательных колодок немецкой работы, набитых на наш ум западным воззрением.

Вот почему мы, не хвастающиеся достоинством Симеона Столпника, стоявшего бесполезно и упорно шесть, десять лет на одном и том же месте, оставаясь совершенно верными нравственным убеждениям нашим… живые, то есть изменяющиеся — течением времени, стали гораздо ближе к московским славянам, чем к западным старообрядцам и к русским немцам, во всех родах различных.

III. SI VIEILLESSE POUVAIT, SI JEUNESSE SAVAIT!

Нам кажется, что западный мозг, так, как он выработался своей историей, своей односторонней цивилизацией, своей школьной наукой, не в состоянии уловить новые явления жизни ни у себя, ни вчуже.

Наука (исключая естествоведение) изменила прогрессивному характеру своему и перешла в доктринаризм, который расходится с живой средой, так, как некогда разошлась с нею церковь католическая, а потом и протестантская… Академическая кафедра и церковный налой остаются какими-то venerabilia (реликвиями — лат.), которым из уважения позволяют поучать, мешаться в жизнь, но которым жизнь не позволяет управлять собой.

Западное миросозерцание, с его гражданским идеалом и философией права, с его политической экономией и дуализмом в понятиях, принадлежит к известному порядку исторических явлений и вне их несостоятельно.

Идеал его, как всегда бывает с идеалами, тот же существующий исторический быт, но преображенный на горе Фаворе. К этим идеалам шли, увлекая поколения, великие мыслители XVIII века, радостные люди 1789 и мрачные 1793, мещане 1830 и их сыновья 1848; к ним нейдут народы нашего времени, потому что они отслужили свою службу, они обойдены чутким инстинктом… и на этом растет разрыв.

Пока западный мир в мучениях и труде строил из своей действительности свои теории и стремился потом из теорий вывести свою действительность — истины его пережили свою истинность. Он не хочет этого знать… тут предел, и настоящая Европа представляет нам удивительное зрелище политического и научного консерватизма, соединенных не на взаимном доверии, а на страхе чего-то отрицающего их авторитет.

Страх не совместен ни с свободой, ни с прогрессом. Противузаконный союз науки с властию сделал из нее схоластический доктринаризм во всем относящемся к жизни.

Старая цивилизация истощила свои средства, она становится все больше и больше книжной; способность прямо, без письменных документов, относиться к предмету — теряется; заучившийся человек меньше наблюдает, чем вспоминает; привычка все узнавать из книг делает его больше способным для чтения и меньше способным для смотрения. Ученый авторитет, седея, теряет терпимость, становится обязательным и принимает отрицание за обиду и крамолу. У него есть прочный запас давно решенных истин, начал, законов, к ним он не возвращается, оно и не было нужно, пока дело шло о приложении, о развитии прежнего, словом — о продолжении. Но тут, как нарочно, мир не может идти по-старому, а догматики не верят, чтобы мир мог шаг сделать вне форм и категорий, вперед ими признанных.

Дадаист, 1928 г.

Я с ужасом слышу грозное негодование моих ученых друзей. «Да он властей не признает!» — говорят они. — Что же это, наконец, — кощунство в девичьей спальне Минервы, этого мы не потерпим. Дело теперь не о русских немцах и не о немецких русских, дело о достоинстве науки, за нее мы заступимся: «Моriamur pro regina nostra» (Умрем за нашу королеву — лат.).
— Равви, если б вы выслушали меня…
— Да что вы можете сказать, вы софист, вы  скептик, вы любите парадоксы!
— Во-первых, я бы вас успокоил насчет науки, она assez grand garcon (уже совсем взрослая — франц.), чтоб не нуждаться в защите дядек от нападок какого-нибудь поврежденного. Наука такой же сущий непреложный факт, как воздух, как луна; можно сказать, что воздух сегодня не чист и луна там-то не светит, но начать бранить воздух или луну может только сумасшедший. Представьте себе человека, который бы стал говорить, что воздух глуп, и другого, который с негодованием стал бы ему возражать, защищая благородный, хоть и несколько ветреный характер его.
— Все это так, но вред от нападок ваших унижает цивилизацию и науку в глазах невежд и лентяев, а нам надобно учиться, много учиться.
— И будемте. Как же не учиться и где же лучше учиться, как не у старших братьев. Но скажите мне на милость, ваши похвалы наукам и искусствам подняли ли их, например, в глазах первых трех классов в России? Не проймешь их превосходительства велеречием; они могут только уважать по высочайшему повелению или по воле высшего начальства. Но дело не в том, а в том, что, уважая науку всем сердцем и всем помышлением и отдавая ей все, что ей принадлежит, я не хочу создавать себе из нее кумира; а, совсем напротив, призвав ее логическое благословение, скажу, что безусловной науки нет (как вообще нет ничего безусловного). Наука в действительности всегда обусловлена; отражаемый мир явлений — в человеческом сознании, — она делит его судьбы, с ним движется, растет и отступает, постоянно находясь в взаимодействии с историей. Оттого в развитии ее тот же поглощающий, страстный интерес, та же поэзия и драма, те же страдания и увлечения, как в истории. Ее относительная истина всегда отклонена от прямой линии мозговым преломлением и подкрашена средой — и тем больше, чем предмет ближе к нам. Западный мир, и это совершенно естественно, считал и считает свою науку абсолютной, свой путь — единым ведущим к спасению. Но так как магнитная стрелка его сильно отклонилась от прямого направления в продолжение долгого исторического плавания, то он наконец хватился об утес и, боясь потонуть, бросился на мель. Теперь все усилия, весь труд употребляется, чтоб неподвижному сидению на мели придать вид прогрессивного движения. Для того чтоб в самом деле плыть дальше, надобно весь груз бросить в море, а его много и жаль. Жаль ученым не меньше банкиров, и они переходят на консервативную сторону. В самом деле, разве какому-нибудь юристу легко признаться, что все уголовное право — нелепая теория мести; что лучший уголовный суд — очищенная инквизиция; и что в лучшем кодексе нет ни логики, ни психологии, ни даже здравого смысла?

К тому же теоретические убеждения упорнее всех: на свете, упорнее религиозных верований, именно потому, что они имеют свое одностороннее логическое оправдание, свое диалектическое доказательство, основанное не на патологическом состоянии мозга, как в религии, а на относительной истинности. Средств переубедить человека, теоретически убежденного, никаких нет, это совершеннейший предрассудок. Логика не имеет такой силы над привычным складом ума, над застарелыми приемами его. Убедить вообще можно только того, кто или никакого мнения не имеет, или чувствует, что его мнение шатко.

А западный ум, совсем напротив, убежден в непогрешительности своей методы и в истине своих истин. Но будто, нет исключения? Есть. Но эти люди такие же иностранцы на Западе, как и мы. Старая Европа, ученая, юридическая, этико-политическая и политико-экономическая, филологическая и либеральная, относится к ним с таким же непониманьем, как к нам, и с двойной ненавистью. К тому же они побеждены!"

(Конец перепоста)

*  *  *

На этом заканчиваю перепост эссе Герцена. Повторяю, что Герцен был не социалистом, а мелкобуржуазным либералом с типичными для этого сорта людей иллюзиями и предрассудками. Хуже того, Герцен сам был "русским немцем", не только по рождению (мать его была немкой), но и по своим либерастским убеждениям. Мне непостижимо то, почему его так превозносили в Советском Союзе как якобы "революционера-демократа", хотя он был не более чем нытиком-бздиссидентом в 19-м веке, образцом для подражания Солженицеру, Сахарову & Co. Вторая половина его эссе, которую я не перепостирую - это сплошная антисоциалистическая контрреволюционная либерастская белиберда и фразёрство (как пример смотри выше: уважая науку всем сердцем и всем помышлением...), которое я выше выделил курсивом.

Заканчивая разговор о немцах, надо обязательно упомянуть две вещи:
- во-первых, бесспорными знатоками метафизических глубин сумрачных немецких душ являются их соседи-чехи: Ярослав Гашек антимилитаристским романом "Похождения бравого солдата Швейка" и Карел Чапек антифашистским романом "Война с саламандрами". Оба романа феноменально увлекательны и читаются запоем; (продолжаем ход мысли по-гегелевски точкой с запятой!)
- во-вторых, в силу подмеченного Герценом свойства немцев: "в немце-сапожнике бездна генеральского и в немце-генерале пропасть сапожнического", в германских политиканах бездна холуйского и лакейского. В этом они не имеют себе конкурентов среди буржуйских политиканов других стран. Но нынешним германским политиканам - "социал-демократическому" коррупционеру Шольцу и "зелёной" бешеной бабёнке Бербок - пришлось быть лакеями двух хозяев - глобалистской закулисы миллиардеров и немецких буржуев, интересы которых непримиримо столкнулись в вопросе "Северного потока".

И, конечно, немецкие буржуйские политиканы предали интересы не только своей страны и народа, но и своих немецких хозяев-буржуев. Они образцово исполняли приказы заокеанских глобалистов, во вред своей стране блокируя эксплуатацию "Северных потоков", и бездействовали, когда в жизненно важных интересах не только народа, но и германской промышленности было защитить "Северные потоки" от готовившегося военщиной США теракта. Любопытно, что одновременно с этим терактом глобалисты официально ввели в эксплуатацию газопровод "Baltic Pipe" - "Балтийскую трубу" от газовых месторождений в Северном море в Польшу:

 Эта труба прямо-таки демонстративно обходит стороной Германию, которую не спасло холуйство её глобалистских политиканов, и которую глобалисты решили подвергнуть образцово-показательному вымораживанию и разорению.

Тут надо напомнить (прежде всего немцам, но они не поймут важности этого), что Шольц и Бербок - питомцы гадюшника "юных глобальных лидеров", заведенного при ВЭФ глобалистом хером Швабом. Ну а "дорогим россиянам" напомню, что с хером Швабом, наряду с другой кремлёвской падалью, якшались Иудушка Капутин, Мишустик и мадам Наебулина. Делайте выводы, дорогие товарищи и проклятые господа!

.