Уроки истории
Проф. Джеймс Петрас - James Petras
(Я выкладываю здесь мой перевод на русский язык любопытной новой статьи профессора Джеймса Петраса, оригинал которой на английском языке опубликован сайтом globalresearch.ca: http://www.globalresearch.ca/index.php?context=va&aid=29644 .
Статья эта замечательна тем, что закоренелый марксист Петрас счёл нужным отмести прочь близорукую мещанскую точку зрения «великого гения» Маркса на Китай и рассмотреть вопрос непредвзято. И, усвоив точку зрения Петраса, российский читатель сможет обнаружить зловещие параллели между историей России и Китая за последние 20 лет.
Обе державы, прежде развивавшиеся автономно от мировой экономики, в которую мёртвой хваткой вцепился западный монополистический «глобализаторский» капитал, были введены в неё на тех ролях, которые им продиктовал Запад: Россия - как экспортёр сырья, а Китай - как громадный резервуар дешёвой рабочей силы для производства ширпотреба.
В обеих странах возник эксплуататорский класс, ориентирующийся на Запад. Причём интересно, что если в России этот класс (олигархи) - сугубо паразитический и сравнительно малочисленный, то в Китае этот класс (компрадорская буржуазия) куда более многочислен и активно участвует в управлении частными промышленными и торговыми фирмами. И если в России устранение олигархов от власти, диктуемое объективными интересами государства и народа, может быть осуществлено абсолютно безболезненно для страны, то в Китае эта насущно необходимая политическая мера может оказаться очень даже хлопотливой вследствие вовлечённости тамошней многочисленной компрадорской буржуазии в производственные процессы и коммерческие операции, имеющие первостепенное значение для страны.
Очевидно, на данный момент ситуация в Китае куда более сложная, чем в России, что идёт вразрез с широко распространённой тенденцией видеть экономику России в мрачных тонах, а экономику Китая - через розовые очки. Зависимость от западного империализма - это смертельная опасность. Как гласит старая пословица: «Где завяз один коготок, там всей птичке и пропáсть»...
А если читатель поднатужится и постарается увидеть причины излагаемых ниже событий не в «идеологии», как учит идеалистическая антинаучная «социология» Вебера или Маркса, а в конкретной мотивации (оперантном подкреплении) действий индивидов, слагающих основные социальные группы, то он сможет ощутить те воистину гигантские возможности, которые открывает перед практической политикой бихевиористская технология социальной инженерии.
Искренне Ваш,
behaviorist-socialist)
„Введение
Изучению этой мировой державы очень повредили европоцентристские историки, которые искажали и игнорировали доминирующую роль Китая в мировой экономике с 1100 по 1800 год. [1] Блестящий исторический обзор развития мировой экономики за этот период, сделанный Джоном Хобсоном, даёт нам массу эмпирических данных, доказывающих экономическое и технологическое превосходство Китая над западной цивилизации на протяжении большей части прошлого тысячелетия - до его завоевания и упадка в 19 веке.
Возрождение Китая как мировой экономической державы ставит серьёзные вопросы о том, каковы уроки его предыдущего взлета и упадка, и о внешних и внутренних угрожающих факторах, с которыми эта новая экономическая сверхдержава столкнётся в ближайшем будущем.
Сперва мы очертим основные контуры исторического подъёма Китая до глобального экономического превосходства над Западом, закончившегося в 19-м веке, придерживаясь точки зрения Джона Хобсона, изложенной в его книге «The Eastern Origins of Western Civilization». Так как большинство западных историков экономики (либералов, консерваторов и марксистов) изображало исторический Китай как застойное, отсталое, косное общество - так называемый «восточный деспотизм», то необходимо будет произвести ряд конкретных корректив. Особенно важно подчеркнуть то, что именно Китай как мировая технологическая держава с 1100 по 1800 год сделал возможным возвышение Запада. Только за счет заимствования и ассимиляции китайских инноваций Западу удалось совершить переход к современной капиталистической и империалистической экономике.
Во второй части мы проанализируем и обсудим те факторы и обстоятельства, которые привели к упадку Китая в 19 веке и его последующему закабалению, эксплуатации и грабежу со стороны западных империалистических государств, сначала Англии, а затем и остальной Европы, Японии и США.
В третьей части мы кратко обсудим факторы, которые привели к освобождению Китая от колониального и неоколониального господства, и проанализируем его недавний подъём, превративший его во вторую по величине мировую экономическую державу.
В заключение мы рассмотрим факторы прошлого и настоящего, угрожающие росту Китая как мировой экономической державы, подчеркнём черты сходства между британским колониализмом 18 и 19 века и нынешней имперской стратегией США и заострим внимание на сильных и слабых сторонах ответа Китая на этот вызов в прошлом и настоящем.
Китай: Становление и укрепление глобальной державы 1100-1800гг.
Используя систематический сравнительный метод, Джон Хобсон представил огромное количество эмпирических показателей, доказывающих глобальное экономическое превосходство Китая над Западом, и в особенности над Англией. Вот некоторые поразительные факты:
Уже в 1078 году Китай был крупнейшим в мире производителем стали (125 000 тонн), в то время как Британия в 1788 году произвела 76 000 тонн.
Китай был мировым лидером технических инноваций в текстильной промышленности, за семь столетий до британской «текстильной революции» 18-го века.
Китай был ведущей торговой державой, с дальними торговыми связями, охватывавшими большую часть Южной Азии, Африки, Ближнего Востока и Европы. Китайская «сельскохозяйственная революция» и производительность превосходили Запад вплоть до 18 века.
Новаторство Китая в производстве бумаги, книгопечатании, огнестрельном оружии и орудиях труда сделало его промышленной сверхдержавой, чьи товары экспортировались во весь мир благодаря самым передовым навигационным системам.
Китай обладал крупнейшими в мире торговыми судами. В 1588 году крупнейшие английские корабли имели водоизмещение 400 тонн, а китайские - 3000 тонн. Еще в конце 18 века китайские купцы использовали 130 000 частных транспортных судов, то есть в несколько раз больше, чем английские. Китай занимал эту передовую позицию в мировой экономике вплоть до начала 19 века.
Британские и европейские промышленники следовали примеру Китая, усваивая и заимствуя его более совершенную технологию и стремились проникнуть на передовой и прибыльный рынок Китая.
Банковский кредит, стабильная экономика на основе бумажных денег, промышленность и высокие урожаи в сельском хозяйстве ещё в 1750-х годах давали Китаю такой же доход на душу населения, как и в Великобритании.
Доминирующая позиция Китая на мировом рынке была подорвана ростом британского империализма, который перенял передовые технологии, навигационные и рыночные инновации Китая и других азиатских стран, чтобы перепрыгнуть ранние стадии становления как мировая держава [2].
Западный империализм и упадок Китая
Британские и западные империалистические завоевания на Востоке были основаны на милитаристском характере этих империалистических государств, неравноправных экономических отношениях в торговле с заморскими странами, и западной имперской идеологии, которая мотивировала и оправдывала колониальные завоевания.
В отличие от Китая, в Англии мотором промышленной революции и зарубежной экспансии была политика захватнических войн. Согласно Хобсону, за период с 1688 по1815 год Англия вела войны 52% времени [3]. В то время как Китай полагался на свои открытые рынки и своё превосходство в промышленности и сложных коммерческих и банковских операциях, Англия полагалась на таможенный протекционизм, военные завоевания, систематическое уничтожение конкурирующих зарубежных предприятий, а также присвоение и разграбление местных ресурсов. Глобальное господство Китая было основано на принципе «взаимной выгоды» в отношениях с торговыми партнерами, в то время как Англия опиралась на оккупацию наёмными армиями, жестокие репрессии и политику «разделяй и властвуй» для разжигания раздоров в среде коренного населения. А в случае сопротивления коренного населения Англия (как и другие империалистические державы Запада) уничтожала, не задумываясь, население целых районов [4].
Будучи не в состоянии захватить рынок Китая за счет более высокой конкурентоспособности экономики, Англия сделала ставку на грубую военную силу. Она вербовала, вооружала и вела в бой наемников, набранных в своих колониях в Индии и других странах, чтобы навязать Китаю свой экспорт и неравноправные договоры с более низкими таможенными тарифами. В результате Китай был наводнен английским опиумом с плантаций в Индии - наперекор китайским законам, запрещавшим или регулировавшим ввоз и продажу этой наркоты. Правительство Китая, издавна привыкшее к своему торговому и промышленному превосходству, было застигнуто врасплох новыми империалистическими правилами игры в мировую державу. Стратегия Запада - использовать военную силу для захвата колоний, грабежа ресурсов и вербовки огромных армий наёмников под командованием европейских офицеров - означала конец Китая как мировой державы.
Китай основывал свое экономическое превосходство на принципе «невмешательства во внутренние дела своих торговых партнеров». А английские империалисты, наоборот, насильственно вмешивались в Азии, перекраивая местную экономику в интересах своей империи (ликвидируя экономических конкурентов, например более эффективных индийских ткачей хлопковых тканей), а также захватывая контроль над местным политическим, экономическим и административным аппаратом для установления колониального господства.
Британская империя была построена на грабеже ресурсов колоний и на массивной милитаризации экономики [5]. Благодаря этому она обеспечила себе военное превосходство над Китаем. А внешней политике Китая мешала чрезмерная зависимость его правящей элиты от торговых отношений. Китайская элита - чиновники и купцы - стремилась умиротворить англичан и убедила императора предоставить им экстратерриториальные уступки, открывшие им рынок с катастрофическим ущербом для китайских производителей при отказе от своего суверенитета. И как всегда, англичане разжигали внутренние смуты и мятежи, ещё более дестабилизировавшие страну.
Западное и английское проникновение на рынок Китая и его колонизация создали целый новый класс богатых китайских «компрадоров», импортировавших английские товары и способствовавших захвату местных рынков и ресурсов. Империалистический грабёж диктовал усиление эксплуатации и налогообложения большой массы китайских крестьян и рабочих. Правители Китая были вынуждены платить военные долги и финансировать торговый дефицит, навязанный западными империалистами, выколачивая средства из крестьянства. А это вызывало голод и восстания крестьян.
К началу 20 века - менее чем за столетие с начала опиумных войн - Китай превратился из мировой экономической державы в разрушенную полуколониальную страну с огромным нищим населением. Главные порты находились под контролем западных имперских чиновников, а в сельской местности царил произвол коррумпированных и жестоких главарей бандформирований. Миллионы стали жертвами английского опиума.
Британские ученые: Красноречивые апологеты имперских завоеваний
Все полчища западных «учёных», и в первую очередь английские историки-империалисты, приписывали господство Британской империи в Азии технологическому превосходству Англии, а страдания и колониальный статус Китая - его якобы «восточной отсталости»,* избегая малейших упоминаний о тысячелетии китайского коммерческого и технического прогресса и превосходства до начала 19-го века. К концу 1920-х годов, с началом японской империалистической оккупации, Китай перестал существовать как единое государство. Под ярмом империализма сотни миллионов китайцев умерли от голода, были ограблены до нитки или убиты, в то время как западные державы и Япония грабили его экономику. Китайская элита компрадоров-коллаборационистов были дискредитирована в глазах всего китайского народа.
Ведь в коллективной памяти большой массы китайского народа осталось как раз то, что полностью отсутствует в «трудах» хвалёных американских и британских ученых - знание того, что Китай некогда был процветающей, динамичной и ведущей мировой державой. Западные «корифеи» отмахивались от этой коллективной памяти о величии Китая как от якобы глупых претензий ностальгических помещиков и царедворцев: мол, всё это - пустое высокомерие Хань-китайцев.
Китай восстает из пепла империалистического грабежа и унижения: Коммунистическая революция в Китае
Возрождение современного Китая, ставшего второй по величине экономикой мира, стало возможно только благодаря успеху коммунистической китайской революции середины 20-го века. «Красные» - Народно-освободительная армия - победили сначала захватчиков - императорскую армию Японии, а затем и компрадорскую «националистическую» армию Гоминьдана, поддерживаемую американским империализмом. Это позволило объединить Китай как независимое суверенное государство. Коммунистическое правительство отменило экстерриториальные привилегии западных империалистов, ликвидировало территориальные вотчины главарей бандформирований и гангстеров и изгнало миллионеров - владельцев публичных домов, торговцев женщинами и наркотиками, а также другими «услугами» для евро-американской империи.
Коммунистическая революция в полном смысле этого слова выковала современное китайское государство. Затем новое руководство приступило к восстановлению экономики, разоренной империалистическими войнами и разграбленной западными и японскими капиталистами. Через более чем 150 лет позора и унижений народ Китая вернул себе честь и национальное достоинство. Эти социально-психологические мотивы были основополагающими для решимости китайцев защищать свою страну от нападений США, саботажа, бойкота и блокады, навязанных им сразу после освобождения.
Вопреки мнению западных и китайских неолиберальных экономистов, динамичный рост Китая начался вовсе не в 1980 году. Он начался в 1950 году, когда аграрная реформа дала землю, инфраструктуру, кредиты и техническую помощь сотням миллионов бедных и разорённых крестьян и безземельных батраков. С помощью того, что теперь называют «человеческим капиталом», и гигантской социальной мобилизации, коммунисты построили дороги, аэродромы, мосты, каналы и железные дороги, а также базовые отрасли промышленности, такие как производство угля, чугуна и стали, чтобы сформировать опору современной экономики Китая. Огромная система бесплатного образования и здравоохранения в коммунистическом Китае создала здоровую, грамотную и мотивированную рабочую силу. Высококвалифицированные военные Китая воспрепятствовали военной империи США дотянуться через Корейский полуостров до сухопутной границы Китая. И точно так же, как западные «ученые» и пропагандисты прошлого сфальсифицировали историю якобы «застойного и декадентского» Китая для оправдания своих разрушительных завоеваний, так и их современные аналоги переиначили первые тридцать лет истории коммунистического Китая, отрицая роль революции в развитии всех насущных элементов современных экономики, государства и общества*. А ведь ясно, что быстрый экономический рост Китая был основан на развитии внутреннего рынка, его быстро растущих кадрах ученых, инженеров и рабочих, а также на системе социального обеспечения, которая защищала и поощряла инициативность рабочего класса и крестьян - что было результатом коммунистического планирования и капиталовложений.
Возрождение Китая как мировой державы началось в 1949 году, с удалением всех паразитических классов - финансистов, компрадоров и спекулянтов, которые служили в качестве посредников для европейских, японских и американских империалистов, выкачивавших из Китая его огромные богатства.
Переход Китая к капитализму
Начиная с 1980 года китайское правительство начало резкие сдвиги в экономической стратегии. В течение следующих трех десятилетий оно открыло страну для крупных иностранных инвестиций, приватизировало тысячи предприятий и запустило процесс концентрации доходов на основе сознательной стратегии воссоздания доминирующего экономического класса миллиардеров, связанного с иностранными капиталистами. Правящий политический класс Китая вдохновился идеей «заимствования» технического ноу-хау и доступа на мировой рынок через иностранные фирмы в обмен на предоставление им массы дешевой рабочей силы по самой низкой цене.
Китайское правительство перераспределило громадные государственные субсидии на обеспечение ускоренного капиталистического развития за счет ликвидации государственной системы бесплатного народного образования и здравоохранения. Оно прекратило субсидирование государством жилья для сотен миллионов крестьян и промышленных рабочих и предоставило средства спекулянтам недвижимостью для строительства частных роскошных квартир и офисных небоскребов. Новая капиталистическая стратегия Китая, а также его двузначные темпы роста экономики были основаны на глубоких структурных изменениях и громадных государственных инвестициях, что стало возможным благодаря предыдущим коммунистическим правительствам. «Взлет» частного сектора Китая сорвал плоды огромных государственных капиталовложений, произведенных с 1949 года.
Торжествующий новый класс капиталистов и его западные сообщники присвоили себе все заслуги за это «экономическое чудо» Китая, ставшего второй по величине экономикой в мире. Однако у этой новой китайской элиты было куда менее желания провозгласить статус Китая как мировой державы на условиях жестокого классового неравенства, сравнимого разве лишь с таковым США.
Китай: От зависимости от империализма до конкурента мирового класса
Устойчивый экономический рост Китая в промышленном секторе является результатом высокой концентрации государственных инвестиций, высоких прибылей, технологических инноваций и защищенного внутреннего рынка. И хотя иностранный капитал извлекал прибыли, но это всегда было в рамках приоритетов и законов китайского государства. Динамическая «экспортная стратегия» правящего режима привела к огромному положительному сальдо внешнеторгового баланса, что в итоге превратило Китай в крупнейшего кредитора в мире, особенно для долгов, наделанных США. Для того, чтобы сохранить свою динамичную промышленность, Китаю потребовался огромный приток сырья, что привело к крупномасштабным инвестициям за рубежом и торговым соглашениям со странами Африки и Латинской Америки, специализированным на агро-минеральном экспорте. К 2010 году Китай вытеснил США и Европу в качестве основного торгового партнера многих стран Азии, Африки и Латинской Америки.
Взлёт современного Китая как мировой экономической державы, как и его предшественника от 1100 до 1800 года, основан на его гигантском производственном потенциале. Его торговля и капиталовложения руководствуются строгой политикой невмешательства во внутренние дела торговых партнеров. В противоположность США, Китай не развязывал зверских войн за нефть, а вместо этого подписал выгодные контракты. И Китай не воюет в интересах зарубежных китайцев, как это делают США на Ближнем Востоке в угоду Израилю.
Очевидный дисбаланс между экономической и военной силой Китая резко контрастирует с США, где раздутая паразитическая военная империя продолжает подрывать экономические основы своего глобального присутствия.
Военные расходы США в двенадцать раз больше, чем у Китая. Все чаще американские военные играют ключевую роль в формировании политики Вашингтона в попытках подорвать развитие Китая как мировой державы.
Возрождение Китая как мировой державы: Повторится ли старая история?
Рост Китая составляет примерно 9% в год, а качество и стоимость его товаров и услуг быстро растут. Напротив, США и Европа увязли в примерно нулевом «росте» в 2007-2012 гг. Новаторские научно-технические кадры Китая уже стабильно усваивают новейшие изобретения Запада (и Японии) и улучшают их, тем самым снижая себестоимость продукции. Китай вытеснил контролируемые США и Европой «международные финансовые институты» (МВФ, Всемирный банк, Межамериканский банк развития) в качестве главного кредитора Латинской Америки. Китай продолжает лидировать в качестве главного инвестора в энергетические и минеральные ресурсы Африки. Китай вытеснил США в качестве главного рынка для нефти Саудовской Аравии, Судана и Ирана, и скоро заменит США в качестве главного рынка нефтепродуктов Венесуэлы. Сегодня Китай является крупнейшим в мире производителем и экспортером промышленных товаров, доминируя даже на рынке США, причём играя для США роль финансового жизнеобеспечения, так как держит облигации казначейства США на более чем 1,3 триллиона долларов.
Уступая растущему давлению со стороны своих рабочих, фермеров и крестьян, правители Китая стали развивать внутренний рынок путём увеличения заработной платы и социальных расходов, чтобы сбалансировать свою экономику и избежать угрозы социальной нестабильности. Напротив, в США заработная плата и жизненно важные социальные расходы резко сократились в абсолютном и относительном выражении.
Исходя из нынешних исторических тенденций становится ясно, что Китай сменит США в качестве ведущей мировой экономической державы в течение следующего десятилетия, если империя США не нанесёт ответный удар и если глубокое классовое неравенство в Китае не приведет к крупным социальным потрясениям.
Рост современного Китая как мировой державы наталкивается на серьезное сопротивление. В отличие от исторического появления Китая на мировой арене, рост современного экономического могущества Китая в мире не сопровождается какими-либо империалистическими авантюрами. Китай серьезно отстал от США и Европы по способности вести агрессивные войны. Это, возможно, позволило Китаю направлять государственные ресурсы на увеличение экономического роста, но при этом сделало Китай уязвимым перед лицом военного превосходства США с точки зрения их огромного арсенала, их цепи передовых баз и геостратегических военных позиций непосредственно у китайского побережья и на прилегающих территориях.
В девятнадцатом веке британский империализм уничтожил глобальные позиции Китая своим военным превосходством, захватив порты Китая, так как Китай понадеялся на своё «торговое превосходство».
Завоевание Индии, Бирмы и большой части Азии позволило Англии создать колониальные базы и вербовать туземные наемные армии. Англичане и их наемники-«союзники» окружили и изолировали Китай, подготовив почву для уничтожения рынков Китая и наложения на него губительных условий торговли. Военное присутствие Британской империи диктовало Китаю то, что ему импортировать (на опиум приходилось более 50% английского экспорта в 1850), и подрывало конкурентные преимущества Китая при помощи таможенной политики.
Сегодня США проводят аналогичную политику: военно-морской флот США патрулирует и контролирует коммерческие морские пути и оффшорные нефтяные ресурсы Китая при помощи своих баз за рубежом. Белый дом Обамы и Клинтонихи находится в процессе создания сил быстрого военного реагирования с участием баз в Австралии, Филиппинах и других странах Азии. США активизируют свои усилия на то, чтобы подорвать доступ Китая к зарубежным стратегическим ресурсам, поддерживая «народных» сепаратистов и «повстанцев» в Западном Китае, Тибете, Судане, Бирме, Иране, Ливии, Сирии и других странах. Военные соглашения США с Индией и установление послушного марионеточного режима в Пакистане усилили стратегическую изоляцию Китая. В то время как Китай придерживается политики «гармоничного развития» и «невмешательства во внутренние дела других стран», он не противодействовал, когда распоясавшиеся вояки империализма США и Европы напали на целый ряд торговых партнеров Китая, по существу сведя на нет мирную торговую экспансию Китая.
Отсутствие у Китая политической и идеологической стратегии, способной защитить его экономические интересы за границей послужило стимулом для США и НАТО устраивать государственные перевороты, враждебные Китаю. Наиболее чётким примером стала Ливия, где США и НАТО устроили интервенцию с целью свержения независимого правительства во главе с президентом Каддафи, с которым Китай подписал многомиллиардные соглашения по торговле и инвестициям. Бомбардировки НАТО ливийских городов, портов и нефтяной промышленности заставили Китай в течение нескольких дней эвакуировать 35 000 китайских нефтедобытчиков и строительных рабочих. То же самое произошло в Судане, где Китай вложил миллиарды долларов в развитие нефтяной промышленности. США, Израиль и Европа вооружили южносуданских мятежников для того, чтобы сорвать поставки нефти и нападать на китайских нефтяников [6]. В обоих случаях Китай пассивно позволил военщине империалистов США и Европы напасть на своих торговых партнеров и уничтожить свои капиталовложения.
При Мао Цзэдуне Китай вел активную политику противодействия империалистической агрессии, поддерживая революционные движения и независимые правительства стран «третьего мира». А нынешний капиталистический Китай не имеет активной политики поддержки правительств и движений, способных защитить двустороннюю торговлю и инвестиционные соглашения Китая. Неспособность противостоять растущей волне военной агрессии США против своих экономических интересов связана с глубокими структурными проблемами Китая. Внешняя политика Китая формируется крупным коммерческим, финансовым и промышленным капиталом, который полагается на свою «экономическую конкурентоспособность», чтобы получить свою долю рынка, но не имеет ни малейшего представления о необходимости защищать глобальные экономические позиции силами военных и госбезопасности. Политический класс Китая находится под сильным влиянием нового класса миллиардеров, имеющего прочные связи с западными фондами прямых инвестиций, и который некритически наглотался западных «культурных ценностей». Свидетельством тому - их склонность посылать своих детей в элитные университеты США и Европы. Они стремятся «поладить с Западом» чего бы это ни стоило.
Это полное отсутствие понимания стратегического военного строительства империи приводит к тому, что они неэффективно и непоследовательно реагируют на каждую атаку империалистов, подрывающую их доступ к ресурсам и рынкам. Возможно, политика «бизнес прежде всего» работала в Китае тогда, когда он был незначительным игроком в мировой экономике и строители империи США рассматривали «открытие Китая для капитализма» как возможность легко захватить государственные предприятия и разграбить экономику Китая. Однако когда Китай (в отличие от бывшего СССР) решил сохранить контроль за движением капиталов и разработать тщательно выверенную проводимую государством «промышленную политику», направляющую западный капитал и передачу технологии в государственные предприятия, которые эффективно проникли на внутренние и зарубежные рынки США, то в Вашингтоне начали скандалить и заговорили о возмездии.
Огромный профицит Китая в торговле с США вызвал двойственный ответ в Вашингтоне: он продал Китаю гигантский объём облигаций казначейства США... и начал разработку глобальной стратегии блокирования развития Китая. Поскольку у США нет экономических рычагов, способных повернуть вспять свой упадок, они используют своё единственное «сравнительное преимущество» - свою военную гегемонию, опирающуюся на глобальную систему военных баз нападения, сеть зарубежных марионеточных режимов, пособников военной агрессии, «неправительственных» провокаторов, «интеллектуалов» и вооруженных наемников. Вашингтон задействовал свой огромный явный и тайный аппарат госбезопасности для устранения торговых партнеров Китая. Вашингтон использует свои традиционные связи с коррумпированными правительствами, диссидентами, журналистами и медиальными магнатами, чтобы обеспечить мощное пропагандистское прикрытие для ведения своих военных операций против глобальных интересов Китая.
Китаю, практикующему политику «невмешательства», нечего противопоставить глобальному «аппарату безопасности» США. Даже в обстановке далеко зашедшего империалистического наступления Запада Китай предпринял лишь отдельные дипломатичные инициативы, такие как финансирование средств массовой информации, представляющих его точку зрения на английском языке, использование своего право вето в Совете Безопасности ООН, противодействуя интригам США, направленным на свержение независимого правительства Асада в Сирии, и введению жестких санкций против Ирана. Он дал строгую отповедь госсекретарю США Хиллари Клинтон в ответ на её хамские нападки на легитимность китайского государства, когда оно проголосовало против американской резолюции в ООН, готовившей нападение на Сирию [7].
Китайские военные стратеги куда больше осведомлены и встревожены растущей военной угрозой Китаю. Они успешно потребовали 19% ежегодного роста военных расходов в течение ближайших пяти лет (2011-2015 годы) [8]. Но даже при таком увеличении военные расходы Китая всё равно будут меньше, чем одна пятая часть военного бюджета США, и у Китая нет ни одной военной базы за границей, что резко контрастирует с более чем 750 базами США во всём мире. Разведывательные операции Китая за рубежом мизерны и неэффективны. Его посольствами руководят узколобые торгаши в интересах торгашей, совершенно не понимающие ни жестокую политику НАТО, устроившего государственный переворот в Ливии, ни необходимость довести до Пекина значение этих событий для китайского государства.
Есть ещё два структурных изъяна, которые подрывают становление Китая как мировой державы. Во-первых, это очень прозападная интеллигенция, которая некритически наглоталась экономической пропаганды США о свободных рынках и в упор не видит их милитаризованную экономику. Эти китайские «интеллектуалы» по-попугайски повторяют пропаганду США о «демократических достоинствах» президентских кампаний, стоящих миллиарды долларов, и при этом агитируют за финансовое дерегулирование, которое привело бы к поглощению китайских банков и сбережений хищниками Уолл-Стрита. Многие китайские бизнес-консультанты и преподаватели получили образование в США и находятся под влиянием своих связей с учеными США и международными финансовыми учреждениями, напрямую зависящими от Уолл-Стрита и лондонского Сити. Они сделали блестящую карьеру высокооплачиваемых консультантов, получив престижные должности в китайских учреждениях. Для них по определению «либерализация финансовых рынков, способствующая углублению связей с глобальными рынками» - это «развитая экономика», а вовсе не главный источник нынешнего глобального финансового кризиса. Эти прозападные «интеллектуалы» похожи на своих компрадорских предшественников 19-го века тем, что недооценивают и даже отрицают долгосрочные негативные последствия проникновения западного империализма. Они не в состоянии понять того, как финансовое дерегулирование в США усугубило нынешний кризис, и как дерегулирование привело бы к захвату Западом финансовой системы Китая, последствием чего будет перераспределение внутренних сбережений Китая на непроизводительную деятельность (спекуляции недвижимостью), ускорение финансового кризиса и в конечном счете подрыв ведущих мировых позиций Китая.
Эти китайские «юппи»-космополиты подражают всему худшему - западному потребительскому стилю жизни, и их политические взгляды формируются этим образом жизни и идентификацией с Западом, что исключает любое чувство солидарности с трудовым народом своей страны.
Существует и экономическая основа прозападных настроений этих китайских нео-компрадоров. Они перевели миллиарды долларов на счета в иностранных банках, приобрели роскошные дома и квартиры в Лондоне, Торонто, Лос-Анджелесе, на Манхэттене, в Париже, Гонконге и Сингапуре. Они остались одной ногой в Китае (где источник их богатства), а другой шагнули на Запад (где они потребляют и прячут свои богатства).
Прозападные компрадоры глубоко укоренились в экономической системе Китая, имея родственные связи с политическим руководством в аппарате партии и государства. Наиболее слабы их связи с военными и в растущих социальных движениях, хотя диссидентствующие студенты и «активисты движения за демократию» получают поддержку от западных империалистических НПО. По мере того, как компрадоры усиливают своё влияние, они ослабляют силу государственных экономических учреждений, бывших инициаторами становления Китая как мировой державы, подобно тому, как они это делали в 19 веке, выступая в качестве посредников британского империализма. Под лозунгом либерализма в 19-м веке английский опиум сделал наркоманами более 50 миллионов китайцев менее чем за одно десятилетие. Под лозунгом «демократии и прав человека» военные корабли США теперь патрулируют у берегов Китая. Направляемое в интересах элиты превращение Китая в мировую экономическую державу создало вопиющее неравенство между тысячами новых миллиардеров и мультимиллионеров в верхах и сотнями миллионов бедных рабочих, крестьян и рабочих-мигрантов в низах.
Быстрое накопление богатства и капитала стало возможным благодаря интенсивной эксплуатации рабочих Китая, которые были лишены прежней социальной защиты и охраны условий труда, гарантированных при коммунизме. Миллионы китайских семей в настоящее время подвергаются экспроприации в интересах «инвесторов»-спекулянтов, которые затем на этой земле строят офисные небоскрёбы и роскошные апартаменты для туземной и зарубежной элиты. Эта зверская жестокость крепнущего китайского капитализма вызвала слияние борьбы масс народа за рабочие места и жилую площадь, которая нарастает с каждым годом. Лозунг «инвесторов»-спекулянтов «разбогатеть - это прекрасно!» утратил свою силу обманывать людей. В 2011 году состоялось более 200 000 народных протестов, охвативших индустриальные города и деревни побережья. Следующим шагом, который обязательно наступит, будет объединение этой борьбы в новые всенародные общественные движения на основе классовых требований восстановления системы народного здравоохранения и образования, существовавшей при коммунистах, а также требование большей доли богатств Китая. Нынешние требования увеличения зарплаты могут привести к требованиям большей демократии на рабочем месте. В ответ на эти требования народа Китая новые прозападные компрадоры-либералы не решаются указывать на свой «образец» - империю США, где идёт процесс лишения американских рабочих тех самых социальных гарантий, которые пытаются вернуть себе китайские рабочие.
Китай, раздираемый углубляющимися классовыми и политическими конфликтами, не в состоянии держать свой курс в направлении глобального экономического лидерства. Элита Китая не может противостоять растущей глобальной империалистической военной угрозе со стороны США, имеющих компрадорских пособников в среде либеральной элиты Китая, когда страна представляет собой глубоко расколотое общество со все более враждебным рабочим классом. Время безудержной эксплуатации трудящихся Китая должно закончиться, чтобы страна смогла противостоять окружению Китая военной машиной США, ведущих экономические диверсии на его зарубежных рынках. Ведь Китай обладает огромными ресурсами. Имея более чем 1,5 триллиона долларов США в резерве, Китай может финансировать всеобъемлющую систему народного здравоохранения и образования по всей стране.
Китай может позволить себе осуществить интенсивные государственные программы жилищного строительства для 250 миллионов рабочих-мигрантов, которые в настоящее время проживают в городских трущобах. Китай может ввести систему прогрессивного налогообложения прибылей новых миллиардеров и миллионеров, и финансировать мелкие семейные крестьянские кооперативы и кустарную промышленность, чтобы сбалансировать экономику. А его программа развития альтернативных источников энергии, таких как солнечные батареи и ветровые генераторы - это многообещающее начало решения серьезных проблем загрязнения окружающей среды. Деградация окружающей среды и связанные с ней проблемы для здоровья стали уже предметом озабоченности десятков миллионов человек.
В конечном итоге наилучшей защитой Китая от посягательств империалистов будет стабильный политический режим, основанный на социальной справедливости для сотен миллионов и внешняя политика поддержки зарубежных антиимпериалистических движений и режимов, независимость которых является жизненно важной для интересов Китая. Необходима активная политика, основанная на взаимовыгодной экономической деятельности совместно с военной и дипломатической солидарностью. И теперь небольшая, но влиятельная группа китайских интеллектуалов подняла вопрос о растущей военной угрозе со стороны США и заявила «нет» их дипломатии канонерок. [9]
Современный Китай имеет достаточно ресурсов и возможностей, которые были недоступны Китаю в 19 веке, когда он был покорен Британской империей. Если США продолжат нагнетать свою агрессивную милитаристскую политику против Китая, то Пекин может устроить им серьезный финансовый кризис, выбросив на рынок облигации казначейства США на несколько сотен миллиардов долларов. Китай как ядерная держава должен протянуть руку своему соседу - России, подвергающейся аналогичной военной угрозе, чтобы отражать и нейтрализовать воинственные вопли госсекретаря США Хиллари Клинтон. Путин, избранный теперь Президентом России, обещает увеличить военные расходы с 3% до 6% ВВП в течение следующих десяти лет для противодействия устраиваемым Вашингтоном на границах России базам наступательных ракет и для предотвращения затеиваемых Обамой государственных переворотов в странах-союзниках, таких как Сирия [10 ].
Китай имеет мощные торговые, финансовые и инвестиционные сети, охватывающие весь земной шар, а также сильных экономических партнеров. Эти связи стали решающими для дальнейшего развития многих стран во всем развивающемся мире. При конфликте с Китаем США придется столкнуться с оппозицией многочисленных сильных рыночных элит во всем мире. Мало каким странам и элитам грезится связать свою будущую судьбу с экономически нестабильной империей, основанной на милитаризме и разрушительных колониальных захватах.
Другими словами, современный Китай как мировая держава несравненно сильнее, чем он был в начале 18 века. США не имеют тех колониальных рычагов, которые были у восходящей британской империи в преддверии опиумных войн. Более того, многие китайские интеллектуалы и подавляющее большинство граждан намерены не позволить своим нынешним прозападным компрадорам предать страну. Ничто не ускорит политическую поляризацию китайского общества и начало второй китайской социальной революции сильнее, чем безвольное руководство, которое позволит Западу начать новый период империалистического грабежа.
Примечания
[1] John Hobson, “The Eastern Origins of Western Civilization” (Джон Хобсон, «Восточные корни западной цивилизации») - Cambridge UK : Cambridge University Press, 2004
[2] Там же, Ch. 9 pp. 190 -218
[3] Там же, Ch. 11, pp. 244-248
[4] Richard Gott, “Britain’s Empire: Resistance, Repression and Revolt” (Ричард Готт, «Британская империя: сопротивление, репрессии и восстания») (London : Verso 2011) - Детальная историческая хроника зверств британской колониальной империи.
[5] Hobson, pp. 253 – 256.
[6] Katrina Manson, “South Sudan puts Beijing’s policies to the test”, (Катрина Мэнсон, «Южный Судан подвергает испытаниям политику Пекина») “Financial Times”, 2/21/12, p. 5.
[7] Interview of Clinton (Интервью с Клинтон) “NPR”, 2/26/12.
[8] “La Jornada”, 2/15/12 ( Mexico City ).
[9] “China Daily” (2/20/2012)
[10]Charles Clover, “Putin vows huge boost in defense spending”, (Чарльз Кловер, «Путин обязуется сильно увеличить расходы на оборону») “Financial Times”, 2/12/2012”
- - - -
* Примечание переводчика: Не правда ли, знакомая брехня? При желании можете освежить в памяти, заглянув в запись моего блога от 8 февраля 2012 г.: «Нелёгкая это работа...»
